Коммуникация врача и пациента

больных, просяразрешитьприкоснутьсяхотябыккраюегоодежды,

икаждый, ктоеекасался, выздоравливал. В«ЕвангелииотМатфея» подчеркиваетсяправоХристапредписыватьзаконы, причемвкачестведоказательстваприводятсясовершенныеимчудеса. Например, когдакнемуприблизилсяпрокаженный, Христоспростерруку, коснулсябольногоисказал: «Хочу, очистись», ибольнойтотчасисцелилсяотпроказы. ВКапернауме, когдапринесли«расслабленного» (парализованного), Христосприказал: «Возьмипостельтвоюииди в дом твой». Больной тотчас поднялся и вышел из дома на глазах собравшихся. В результате оформился своеобразный «арсенал» чудодейственных средств исцеления, включивший в себя прикосновения, магическиеочищения, предписанияинапутствия. Основу же такого арсенала составляла слепая вера страждущего в возможностьизбавленияотмучившегоегонедуга, неоставляющаяместаникакимсомнениямилиальтернативнымтолкованиям.

Ивсежеосновнымродомисцелений, совершавшихсяХристом, было заклинание или изгнание бесов из тела человека, что в целом отразило становление новой концепции происхождения болезней, спровоцированнойпоследующимростомвлиянияимогуществахристианскойцеркви. Согласноэтойконцепции, большинствоболезней, неимевшихвнешнейпричины, таковыминесчитались, арассматривалисьлибокаккараГосподазагрехи, либокакрезультатвоздействия злогодуха(беса, демона), вселившегосявтелочеловекаипринуждающегоегодействоватьпомимоеговоли. Всвоемцелостномвидеэта концепция нашла отражение во фразе блаженного Августина (V в.): «Все болезни христиан следует приписать злокозненности демонов, каковые причиняют наибольший вред недавно крещеным, да и даже невиннымноворожденныммладенцам» [197, с. 331].

Такое положение дел ярко отражали христианские представления о мироздании, рисующие реальный мир в качестве арены борьбыБогаидьяволаиихвоинств, объектомкоторойстановилась душа человека. Страхи перед Сатаной и стремление попасть в рай породилииллюзиюотом, чтоназемлеобитаеттройноенаселение,

илишьтретьсоставляетеговидимуючасть — люди; дветрети — невидимы, и это — ангелы-хранители и демоны-соблазнители. Тем самым два персонажа сопровождали человека на протяжении всей его земной жизни, ведя беспрестанную борьбу за его душу:

41

куда она отправится после смерти тленной оболочки — в рай или

вад? Однаконаибольшийужасвсердцалюдейвнушалвозникший

всвязи с этим сонм демонов семи смертных грехов, реализующих

всеберазличныеипостасизлокозненностидьявола: Сатана(гнев), Люцифер(гордыня), Вельзевул(чревоугодие), Левиафан(зависть), Бельфегор (праздность), Маммон (алчность) и Асмодей (похоть). В результате здоровье и болезнь стали отражать не два противопоставленныхдругдругусостояниячеловеческоготела, адвасостоянияегодуши, счеткимразделениемна«здоровых» — праведников, угодныхБогу, и«больных» — грешников, Богомотвергнутых. Тело человека превратилось лишь в «зеркальное» отражение состояния его души: к примеру, средневековые фрески изображали «врагов» церкви(еретиков, мусульман, иудеевипр.) сизможденнымителами, со зловещими, ухмыляющимися лицами, несущими в себе сочетаниевсехмыслимыхуродствиизъянов.

Втакой ситуации лучшим «врачом» считался святой человек, обладающий сверхъестественным даром магического исцеления посредствомизгнанияболезни. Вкакой-томеречудеса, совершенные Христом, могли иметь действительные основания: к примеру, нервные расстройства, объяснявшиеся одержимостью бесами, нередко бывали легкими, и одно только присутствие необыкновенного человека, бережно относившегося к больному, ласково с ним беседовавшего или касавшегося, могло быть достаточным, чтобы бесов «изгнать». Тем самым исцеление считалось нравственным актом и расценивалось как на одно из знамений царства Божьего [100]. Отождествление исцеления пациента с чудом породило целый сонм святых, ограждающих от болезней: св. Агапий «успокаивал» острую зубную боль; конвульсии «исцеляли» св. Корнелий исв. Жиль; рахит«лечили» святыеОбен, Фиакр, ФарминиМаку, аколики — святыеАгапий, СириГерманОссерский. Всякоепроявлениенездоровьярождалокжизнисоответствующегопокровителя изащитникастраждущих, требующегопокаяниявгрехах: больные экземой обращались к помощи св. Лаврентия; страдающие рожистым воспалением взывали к св. Сильвиану; эпилептики искали защитыусв. Иоанна, апрокаженные — усв. Лазаря; бедняки, гниющиезаживоподдействием«горячки» — страшногозаболевания, повсеместнораспространившегосявЕвропевX-XI вв. ивызванно-

42

го, как ныне считается, употреблением в пищу ржаного хлеба, зараженного грибком спорыньи, пытались отыскать себе спасение, прикоснувшиськмощамсв. Антония[100, с. 160-161].

Однакокудабольшейсилойобладалисвятыереликвии: кпримеру, самые чудодейственные свойства приписывались деревянным кусочкамкреста, накоторомбылраспятХристос(этоткрест, какгласило предание, был чудесным образом найден матерью римского императораКонстантинаI царицейЕленойв326 г.). ЗатемсредисвятыхреликвийпоявилисьтерновыйвенецихитонХриста, атакжеего кровьислезы, молокоислезыДевыМарии, обрезкиногтейислезы св. Петра. По мнению немецко-американского протестантского историка и богослова Ф. Шаффа [202], в основе почитания святыхреликвийпоначалулежалоглубокоеуважениекбессмертному духу мучеников и святых, находящемуся на небесах, и было тесно связаносхристианскимвероучениемовоскресениитела — одним из основных догматов, вошедшим в раннехристианские символы веры. Такое почитание впоследствии распространилось на земные останки («мощи» — тела или их отдельные части, а также кровь, прах, слезыит.д.), атакженареликвии, оставшиесяотних(одежду, посохи, мебель, орудия пыток, в результате которых умерли мученики, ипр.).

В итоге формат коммуникации в рамках диады «врач-пациент» обрелпринципиальноинойхарактер: место«живого» врачевателя заняли нетленные реликвии (и необязательно — телесные), а диалог сменился монологом — молитвой верующего, жаждущего чудесногоисцеленияотнедугов.

УжексерединеIV в. почитаниемощейипоклонениесвятымразрослосьдонеимоверныхмасштабов, принявсуеверныйиидолопоклоннический, языческий характер: останки мучеников, как правило, находилисьврезультатевиденийилиоткровенийизачастую столетия спустя после их смерти. К примеру, легенда о нахождении Креста Спасителя привела к появлению сразу двух церковных праздников — Обретения (3 мая) и Воздвижения (14 сентября) КрестаГосподня. Мощииреликвиивыставлялисьнавсеобщееобозрение, аихфрагментыносилисьнашеевкачествеамулетовпротив болезней или иных напастей. Реликвии превратились в обычный предмет торговли и, одновременно, — обмана. Так, фрагментов

43

Креста Господня было так много, что сын Божий мог быть распят еслиненасотнях, тонанесколькихдесяткахподобныхкрестов. Как едко замечал впоследствии Ж. Кальвин в «Трактате о реликвиях» (1543), «нетниодногогородишки, гдебыихнебыло, ниодногособора, нидажеприходскойцеркви… Авнесколькихместахимеютсядовольнобольшиеосколки, например, вСен-ШапельвПариже, а в Пуатье и в Риме есть большие распятия, как говорят, целиком сделанные из остатков Христова Креста. Короче говоря, если бы кто-то захотел собрать все, что сможет найти, можно было бы построитьгрузовоесудно. Евангелиежесообщает, чтокрестмогнести одинчеловек» [82].

ПоподсчетамфранцузскогоархеологаибиблиографаМ.-Л. Лаланна, всерединеXIX в. вевропейскихцерквахимонастыряхимелось 10 тел и 11 указательных пальцев Иоанна Крестителя, 5 тел, 6 голов и 17 отдельных частей тела св. Андрея, 30 тел св. Георгия, 2 тела и 32 пальца св. Доминика, 2 тела, 8 голов и 6 частей мощей св. Анны, 20 тел и 26 голов св. Юлианны и т.д. [140]; и все реликвии претендовали на их безусловную подлинность. Не оставалась в стороне и Россия: в ХVI-XVII вв. правительство закупило 23 частимощейсв. Пантелеймона, 14 — св. ИоаннаЗлатоуста, 14 — св. Стефана, 9 — св. Луки, 7 — ИоаннаКрестителя, 3 — апостолаФилиппа, 4 — МарииМагдалины, 5 — АндреяПервозванного. Посведениям Посольского приказа, во второй половине XVI в. только зачастьДреваКрестаХристовабыловыплачено40 соболейв30 руб.

и40 соболей в 20 руб., за 4 части — соболями в 160 руб., за руку св. Меркурия — соболямив70 руб., зачастьмощейглавыИоанна Предтечи — соболямив50 руб., азачастимощейапостоловПетра

иМатфея — по35 руб. [93] Учитывая, чтовтовремявсехозяйство крестьянинамоглобытьоцененов5-10 руб., анаодинрубльможно былокупитькоровуилилошадь, деньги — колоссальные.

Следуетзаметить, что«погонязареликвиями» поначалуосуждаласьцерковнымииерархами: так, «отец» отшельническогомонашествасв. Антоний(около251-356) передсмертьюраспорядился, чтобы его тело было похоронено в неизвестном месте, дабы его мощи несталиобъектомпаломничества, аархиепископАлександрийский АфанасийВеликий(около298-373) вообщезапиралреликвии, чтобы они были недосягаемы для идолопоклонства. Запрещали тор-

44

говлюмощамиицерковныесоборы: так, Карфагенскийсобор(393419 гг.) всвоихправилахустанавливал, чтовсеалтари, воздвигнутые в память мучеников «по сновидениям и суетным откровениям некоторыхлюдей», должныбытьразрушены, чтобы«правомыслящиектаковымместамнепривязывалисьникакимсуеверием» [134].

Поворот к идолопоклонству наблюдался позднее, в VI-VIII веках: в 609 г. папа Бонифаций IV перенес из римских катакомб 28 возов со святыми костями в порфировую гробницу под высоким алтарем; всерединеVIII в. кораблисталидоставлятьизИерусалимавнесметномколичествечерепаискелеты, которыепотомсортировались, помечались и продавались; II Никейский собор (787 г.) под страхом отлучения запретил архиепископам освящать церкви приотсутствииреликвий; в817 г. папаПаскальоткопалнаримских кладбищахиперенесвцерковьтела2300 мучеников. Многореликвий было в самом Иерусалиме, где паломники могли видеть щель, из которой доносились стенания грешников, мучающихся в аду, окно, черезкотороевлеталкдевеМариивовремяблаговещенияархангел Гавриил, яму, в которую был врыт крест Христа при распятии. Иеслираньшехристианскиеидеологивиделивпоклоненииреликвиям действенное средство нравственного воспитания: например, св. Амвросий (около 340-397) утверждал, что «пусть другие копят серебро и золото; мы же собираем гвозди, которыми были пронзены мученики, их победоносную кровь и дерево их крестов» [202], товпоследствиигрубостьверыодержалаверх, пользуясьбезграмотностью и наивностью прихожан: чего стоила в связи с этим выставленная в церкви св. Иоанна Крестителя в Шарру (Франция) крайняяплотьХриста, выделявшая, поутверждениюмонахов, капликрови.

Витоге производство было поставлено «на поток», а церкви

имонастырисоперничалидругсдругом, стремясьзавлечьстраждущих наиболее «действенными» реликвиями и, в результате, получить максимальный доход в виде платы за «лечение»: к примеру, вначалеXII в. вКельнеклирцерквисв. Урсулы, покровительствующейбольнымдетям, обнаружилнеизвестноеранеемассовоезахоронение, котороебылосочтенопринадлежащим11 тыс. девам-му- ченицам, сопровождавшим святую во время ее паломничества. Кладбище было разрыто, а найденные при этом кости украсили

45

внутренние стены храма; то, что значительная их часть принадлежала мужчинам, никого не смущало и целительной силы никоим образом не снижало. Позднее началась активная торговля священными«реликвиями» иужев1135 г. былосвященалтарьцерквивпамятьсв. Кордулы — однойизспутницУрсулы, авсерединеXIII в. былпостроенновыйготическийхор.

И хотя IV Латеранский собор (1215) запретил открытие новых мощей и торговлю ими без разрешения папы Римского, тем не менее, само почитание «священных реликвий» оставалось неотъемлемойсоставляющейистинностиверы. Показательнывэтом отношении решения Тридентского собора (1545-1563 гг.), собравшегосясцельюдатьотпорростувлиянияпротестантскойРеформации: «Святыетеласвятыхмучеников… должнывернопочитаться, таккакчерезэтимощимногоблагнисходитотБоганалюдей. Поэтомуте, ктонесчитаетнужнымпоклонятьсяипочитатьсвятыереликвии… должны быть прокляты, как уже давно церковь прокляла таковых и ныне проклинает» [52]. Вера в чудесные исцеления сохраняласвоюзначимостьипозднее: врач-анонимXVI в. сразочарованиемотмечал: «Клирикипообыкновениютолпятсяуизголовья больных, извсехсилтщасьдоказатьвеликуюдейственностьсвоего вмешательства, воззванияксвятым, реликвий, освященныхсвечей, обеден, милостыни, пожертвованийипрочегоблагочестивогошарлатанства. Случись врачу одержать победу над недугом, это приписывается заступничеству святых, обетам и молитвам клириков. Случисьжеемуумереть, виноватывэтом, конечноже, врачи» [199].

При этом в Европе имелись места, где отверженных, преследуемых божественной карой, оказывалось больше всего: так, уже

вXIII-XIV вв. безумцы-паломники устремились в церкви Сен-Ма- тюрен-де-Ларшан в Иль-де-Франсе и Сен-Хильдевер-де-Гурне близ Руана, чтобы обрести там спасение; настоящей «землей обетованной» в Средние века стала бельгийская деревня Гель, в которой якобы человека ждало чудесное исцеление. Несметные толпы паломников — бродяг, нищих и больных — ежегодно прибывали

вРим, многократно превышая число постоянных жителей Вечногогорода, выпрашиваяподаяниеистремясьсоприкоснутьсясосвятымиреликвиями. НеслучайновсвязисэтимнаиболеефанатичнымиучастникамиI КрестовогопоходавИерусалим1096-1099 гг. ста-

46

ликрестьяне-беднякиизрайонов, внаибольшейстепенипострадавшихв1094 г. отэпидемиигорячки — Германии, рейнскихобластей ивосточнойФранции.

Целительныесвойстваприписывалисьнетолькосвятыммощам, но и так называемым «королевским прикосновениям», особенно действеннымпризолотухе, судорогахиэпилепсии. Считается, что практикалеченияприкосновениемвосходитканглийскомукоролю ЭдуардуИсповеднику, правившемув1043-1066 гг. инеоставивше- мупослесебянаследниковиз-заприверженностикхристианскому аскетизму и благочестию. По преданию, исцеляющая рука короля избавила от золотушной язвы некую молодую женщину, а еще черезнеделюязвазарослановойгладкойкожей, неоставивпослесебя никакогоследа. Впоследствиичудеснаяспособностьизлеченияналожениемруксталасчитатьсянеотъемлемойчастьюбожественногодаравсеханглийскихкоролей, асамо«излечение» превратилось втщательно, домелочейразработаннуюпроцедуру, ориентированнуюнапсихологическоевоздействиенабольных. Так, страдальцы, допущенныеккоролю, получалицерковноеблагословение, азатем на шею исцеленным вешали золотую монету (что, кстати, немало способствовалопопулярности«лечения», привлекаятолпыжелающих исцелиться). Наибольшего размаха такая практика «лечения» достигла уже позже — в правление Карла II (1660-1685 гг.), известного как «веселый король» из-за неисчислимого числа любовницивнебрачныхдетей(призналсебяотцомчетырнадцатидетей), нотакинеоставившегопослесебя«законного» потомства. Однако, чемболеераспутнымбылкороль, тембольшуюисцеляющуюсилу приписывали его прикосновениям: известно, что в один из дней 1684 г. толпа жаждущих исцеления была столь велика, что задавила нескольких человек, но именно в правление Карла II от золотухи умерло больше больных, чем когда-либо в английской истории. ТольконарубежеXVII/XVIIIвв. вправлениекоролевыАнныпрактика«королевскихприкосновений» ушлавпрошлое, нонепотому, что онанеимелакакого-либомедицинскогоэффекта, аизчистопрагматическихсоображений — ввидунепомерныхрасходовказны. АналогичнымобразомисцелялибольныхвоФранции; однаждывовремяПасхиЛюдовикXIV прикоснулсякязвам1600 больных, но, как замечалисовременники, никтотакинеизлечился[197, с. 326-329].

47

Не меньшей популярностью в народе пользовалась и раздача королевскими особами так называемых «противосудорожных» колец, обладавшихчудодейственнойсилой«отводитьдурнойвоздух»

иизбавлятьотэпилептическихприпадков. Кпримеру, знаменитый сборник рассказов «Gesta Romanorum» («Деяния Римские»), составленный анонимными авторами на рубеже XIII/XIV вв. и имевший огромную популярность в народе, содержит поучительную историю о различиях между целительными и «нецелительными» кольцами, согласно которой некий король оставил трем своим сыновьямпоодинаковомукольцу, нотолькоодноизних«возвращало зрениеслепым, исцелялоболезни, изгонялодьяволаитвориловсе остальныечудеса», адвадругихоказалисьнеэффективными. Связанная по этому поводу символика интерпретировалась так: «Три брата — три рода человеческих. Первые — сыновья Бога за счет воплощения Христа, оба других — евреи и сарацины [мусульмане]». Толькокольцо, переданноелюбимомусыну, способнотворить чудеса, так как Бог больше любит христиан. К слову, аналогичная легенда имеется в древнееврейском фольклоре; только речь там идетодвухкольцахиодвухродах — иудеях, избранныхГосподом,

ихристианах, имотвергнутых[107].

Особую когорту средневековых «пациентов» составляли лица, страдавшие патологически повышенным половым влечением (сатириазисом или нимфоманией), которые оказывались жертвами неистовства сексуальных демонов — инкубов (мужских демонов) или суккубов (демонов женских), хотя отношение к первым было болеелояльным, чтовцеломотражалоразницуввосприятиимужской и женской сексуальности. В легендах об инкубате зачастую утверждалось, чтодети, якобырожденныеотдемона, бываютсильнее и лучше обычных, так как «демоны могут знать силу излитого семени», выбиратьнаиболееблагоприятноевремядлясоитияиподбиратьнаиболееподходящуюженщину. Приэтом, хотяиутверждалось, что такие «malefici» («монстры») могут обладать невероятной жестокостью, они же вправе рассчитывать на искупление грехов и небесное прощение. К примеру, отца Вильгельма Завоевателя, нормандского герцога Роберта, жившего в первой трети XI в., народное предание превратило в потомка инкуба, явившегося ночью герцогине Юдит Бретонской. Совершив множество кровавых

48

злодеяний и заслужив прозвище «дьявол», Роберт впоследствии совершил паломничество к святым местам, пройдя от Рима до Иерусалима, ибылпрощензавсесвоипрегрешения[114, с. 211]. Нападениежесуккубапредоставлялоподчассвободудействиймужчинам: известен случай, когда с одного юноши, сознавшегося в том, что суккуб лишил его невинности, впоследствии сняли обвинения

визнасиловании20 девочек, довольствовавшисьтем, чтоэтосделал дьявол[197, с. 318].

Наконец, на обочине жизни оказывались «содомиты», лица, не способные совладать с особенностями своего сексуального влечения и обреченные тщательно скрывать свою самость от посторонних глаз. Гомосексуалисты являлись не просто «грешниками» илиодержимымидемонами(итеидругиеещемоглирассчитывать на прощение), но истинными воплощениями Сатаны в телесном обличье. Само обвинение в содомии фактически означало смертный приговор, о чем ярко свидетельствует судьба великого магистраорденатамплиеровЖакадеМоле, казненногов1314 г. Вэтой связи страшной стала участь английского короля Эдуарда II, обвиненного в содомиии свергнутого с престола в 1325 г., а впоследствииумерщвленногоприпомощираскаленнойкочерги, введенной

ванальное отверстие (хотя эта версия подчас оспаривается). Тем не менее, только во Флоренции в XV в. подобные обвинения были предъявленынеменее14 тыс. человек, илишьвнекоторыхместностяхЕвропы(например, вГенуеиВенеции) более-менеетерпимое отношениекгомосексуалистамсохранялось.

Болезни и спровоцированные ими страшные уродства выставлялисьнапоказвиконографиииблагочестивыхтекстах: кпримеру, св. Иов, выскребающийсвоиязвыножом, илисв. Лазарь, сидящий у ворот дома злого богача, покрытый струпьями, которые лижет собака. Нервные болезни, в частности, хореический гиперкинез, характеризующийся беспорядочными и конвульсивными движениями, породили знаменитую пляску св. Витта, а во второй половинеXIV в. подвлияниемэпидемийчумыбеззащитностьчеловека нашла свое выражение в появлении «плясок смерти» (т.н. «танцевальнойчумы»), когдалюдиплясалинаулицахиплощадяхгородов, взявшись за руки, невзирая на сословия, прежде их разделяющие, ипризывалинасвоиголовысмерть.

49

Поотношениюкбольнымлюдямобществоподчаспроявлялотерпимость, котораявырываласьнасвободувмирепридворных(шуты сеньоровикоролей), виграхитеатрах, но, какправило, ононескрывало своего отвращения к грешникам-изгоям, ставшим жертвами божественной кары. Здесь не было места никакому милосердию исостраданию, очемяркосвидетельствуетотношениекпрокаженным. Эпидемии проказы (лепры) пришли в Европу в первой половине XII в., став прямым следствием начала Крестовых походов

вСвятуюземлюиобщениясочагамиинфекциинаБлижнемВостоке. Получивбыстроераспространение, проказанеделаларазличий, представляя смертельную угрозу всякому, вне зависимости от его принадлежности к тому либо иному сословию общества (самым, пожалуй, знаменитым прокаженным стал иерусалимский король Балдуин IV (1161-1185), подхвативший эту страшную заразу еще

вдетстве). Заболевшийпроказойужесчиталсямертвым; егоклали

вгроб, одев в саван, отпевали в церкви, а затем вручали трещотку или колокольчик, звуками которых он должен был предупреждать о своем появлении. Таким образом, прокаженный превращался

взримое воплощение кары за грехи, ибо, согласно «Книге премудрости Иисуса, сына Сирахова», «Всевышний ненавидит грешников и нечестивым воздает отмщением». Прокаженного изгоняли измира, оставляяодиннаодинснеминуемойгибелью, ноприэтом самоегобытиеоставалосьнапоминаниемоБоге, несязнакегогневаимилости; втребникеВьеннскойцерквиотмечалось: «Другмой, ГосподуБогубылоугодно, чтобызаразилсятысейболезнью, ивеликой осеняет тебя Господь благодатью, желая покарать за то зло, какоетысовершилвмиресем» [193, с. 26].

Вто же время желание избавиться от грехов и отыскать путь к грядущему спасению души породило массовые «приступы благочестия» и шествия флагеллантов, получившие распространение

вX-XIII вв. «Приступыблагочестия», какправило, поражавшиеобществопослеокончанияопустошительныхэпидемий, имелисвоей целью поблагодарить бога за то, что тот снял свою кару. КлассическимздесьсчитаетсяначалостроительствазнаменитогоШартрского соборавсерединеXIIв., когда«людипринялисьтащитьнасвоихплечахтелеги, груженныекамнем, лесом, съестнымиприпасамиидругимипредметамидлясооруженияцерковныхбашен» [103, с. 202].

50