Орлов В. - Альтист Данилов

–Меня многое интересует, – сказал Уграэль. – Климат, условия быта, напитки, курево…

Тут он осекся, словно испугался, словно сообразил, что прогово­ рился, что своими вопросами он выдает нечто такое, о чем следу­ ет промолчать. Данилов с интересом поглядел на Уграэля. Что далась ему Москва?

–По сравнению с аравийскими пустынями в Москве прохлад­ но, – сказал Данилов, – рядом Ледовитый океан.

–Да, да, я знаю, – быстро сказал Уграэль.

–А насчет курева… Вас что интересует? Сигареты, папиросы, трубочные табаки? Или анаша?

–Нет, я это так, к слову… – смутился Уграэль. – Я не курю… Извините, я спешу по делу… Желаю вам отчитаться, – сказал Уграэль.

–Спасибо, – холодно кивнул Данилов.

–Может, еще и встретимся. А может быть, и нет, – сказал Угра­ эль, и тут уши его наползли на глаза, неприятно, даже зловеще Уграэль смотрел на Данилова А потом исчез.

«Нет, и вправду он что-то знает? – забеспокоился Данилов. – Он явно валял передо мной дурака. И что он расспрашивал о Москве? Похоже, что не из вежливости… Хорошо, хоть мой театр его не занимал…» Данилов чувствовал, что своей прощальной гримасой Уграэль испортил ему настроение. В раздражении пребывал те­ перь Данилов.

Он утолил жажду, был сыт, ему следовало уходить. Но куда? Опять в свою комнату, в свою келью, в свою камеру? И зачем уходить? Из-за боязни столкновения с Кармадоном? Но что его бояться, думал теперь Данилов. Совсем недавно он был готов бежать из мясного буфета, сейчас же он сидел чуть ли не обижен­ ным на Кармадона: тот его не замечал. Раздражение, вызванное Уграэлем, он словно бы перенес на Кармадона. Данилову хотелось выкинуть нечто такое, что привлекло бы внимание Кармадона к нему. Данилов занимался пошлым делом – после принятия яч­ менных напитков потягивал коньяк (будто протестуя против че­ го-то). И хмуро смотрел на стол Кармадона.

Кармадон обернулся. Он что-то говорил собеседникам, что-то доказывал им и, обернувшись, замолчал, замер. Потом, словно пришел в себя, стул передвинул, спину показал Данилову и, вид­ но, продолжил разговор.

В том, что Кармадон заметил его, Данилов не сомневался. Обра­ тили внимание на Данилова и демоны, сидевшие с Кармадоном. Они то и дело посматривали теперь на него. Но вряд ли вели с Кармадоном о нем речь.

Орлов В. В.: Альтист Данилов / 301

А Кармадон больше не оборачивался. Данилов нервничал. Он отставил коньяк. Все в буфете раздражало его. «Он меня даже не желает замечать! – горячился Данилов. – Не выказывает презре­ ния, ни злобы, ни обиды. Ну как же! Он – аристократ, он хоть и пониженный в чине, хоть и ущемленный, а все равно – демон главной последовательности!» Что-то распирало Данилова, лич­ ность воспитанную и скорее мирную, что-то неприятное мучило его, вот-вот готово было подтолкнуть к скандалу, совершенно бессмысленному и уж, конечно, вредному для него, скандалу (Да­ нилов уже предчувствовал это) противному, бабьему, возможно истеричному, с битьем сосудов. «Я сам подойду к нему! – разжи­ гал себя Данилов. – Я потребую объяснений, где Синезуд и где Бек Леонович…»

Соображение о домовом Беке Леоновиче явилось Данилову на ум (или было подсказано ему) кстати, Данилов ухватился за него. Он теперь уверял себя, что именно из-за Бека Леоновича он и намерен подойти к Кармадону и, если потребуют обстоятельства, на самом деле надерзить тому, предпринять нечто решительное. Судьба Бека Леоновича несомненно волновала Данилова, его не покидало ощущение вины, но сейчас причиной стремления по­ дойти к Кармадону, хотя Данилов и не желал себе признаться в этом, было иное. А что – иное, он и сам не мог бы сказать. Будто причина эта существовала независимо от Данилова.

Данилов встал и подошел к столу Кармадона.

– Извините, но я вынужден обратиться к вам… Кармадон Данилова будто бы не видел, но собеседники его

смотрели на Данилова с интересом и, возможно, ждали зрелища.

–К сожалению, мне приходится нарушать приличия, но я не нахожу иного выхода…

–Вы к нам ко всем обращаетесь, – спросил демон в берете с рысьими ушами, – или кого-то имеете в виду особенно?

–Я хочу задать вопрос Кармадону, и его право решать, в обще­ стве он желает выслушать меня или в одиночестве?

–Мне все равно, – сказал Кармадон.

–Где Бек Леонович?

–Кто? – удивился Кармадон.

–Бек Леонович. Домовой из Останкина.

–А-а, – вспомнил Кармадон, тут же сказал надменно: – К сожа­ лению, ничем не могу удовлетворить ваш интерес.

–Но он был отправлен в известном лишь вам направлении… Именно вы его и отправили… А я давал ему гарантии безопасно­ сти… Его следует вернуть.

–Это мне теперь не под силу, – сказал Кармадон.

–А кому под силу? – не мог уняться Данилов.

Орлов В. В.: Альтист Данилов / 302

– Не знаю. Но думаю, что и не вам.

Данилов вдруг почувствовал, что запал его исчез и говорить ему нечего, какой тут скандал, какие решительные выражения, да и зачем они? Жалким он стоял перед столом Кармадона, и с каждой секундой его положение становилось все более нелепым, выходка его превращалась в фарс. А собеседники Кармадона все еще смотрели на него в ожидании пассажа. Но пассаж и так вышел! Кармадон же, хоть и изуродованный, сидел по-прежнему надменный и спокойный и будто бы держал у глаза ледяной монокль.

– Что же, – сказал Данилов, – придется мне хлопотать о возвра­ щении Бека Леоновича.

Тут он откланялся.

Теперь-то ему, точно, следовало уйти из буфета, а он не смог, вернулся к своему столу, сел спиной к Кармадону. «Какая глу­ пость! – думал Данилов о своем походе к Кармадону. – Бабья глу­ пость! Вот сам и принял позор. И поделом!» Безрассудным и не­ корректным по отношению к Кармадону было упоминание при публике имени останкинского домового. И шепотом-то, на ухо Кармадону, его нельзя было произносить. Ведь он, Данилов, ни­ чего не знал. Ничего, кроме того, что Кармадона разжаловали и следы конфуза оставили на его лице. А как все было сделано, при каких словах, записях и аттестациях, это Данилову было неиз­ вестно. Как он мог проявлять себя базарной личностью, крикли­ вой торговкой солеными огурцами, у которой взяли из кадки овощ и ушли, не расплатившись! А овоща-то вдруг и не брали… Ему было стыдно и противно.

Так сокрушался Данилов, сидя в буфете. Теперь ему казалось, что намерен был буянить совсем другой, но не он. «Может быть, это все подстроили они, – думал Данилов, – исследователи?» То­ гда, значит, он потерял самоуправление, расслабился и дал воз­ можность исследователям направлять его действия в созданной ими ситуации. В этом тоже было мало приятного. Пусть не вышло крепкого скандала, но кое о чем они узнали, о Беке Леоновиче хотя бы. Нет, и выпив хорошего пива, сказал Данилов себе, он не имел права забывать о волевых напряжениях.

Данилов потягивал пиво и дальше. Удалился ли Кармадон с компанией или нет, он не знал. Шумы компании Данилов отклю­ чил от себя. Но думы о Кармадоне не уходили. Эким стал лицей­ ский приятель! Однако держится. Пострадал, разжалован, лицо имеет кривое, а держится. И как! Будто не растерял прежних достоинств и связей и вот-вот получит решительное повышение. Орел, беркут! Пусть и пораненный. А может, знает наперед о своей судьбе такое, что и разрешает себе выглядеть беркутом. И

Орлов В. В.: Альтист Данилов / 303

он еще ответит на нынешнюю выходку Данилова. Он и за дуэль заплатит ему по высокому или по низкому счету. Как пожелает. «Посмотрим, – подумал Данилов. – Орел, беркут! Он уже пыжился быть синим быком!» Сейчас же Данилов посчитал, что это его ехидное соображение о синем быке – дурное, оно как бы мелкая месть, пусть и мысленная. И это ему, Данилову, пришло на ум сравнение с беркутом, довольно пошлое, сам же Кармадон, воз­ можно, в душе и не столь грозен. «Нет, – думал Данилов, – он все еще хищник, все тот ас со спецзаданием…»

Орлов В. В.: Альтист Данилов / 304

39

Впрочем, ему стоило идти домой. «Главное – домой!» – усмех­ нулся Данилов. А что там? Сидеть у платяного шкафа в тоске и рефлексиях? «Вот именно там и сидеть! – сказал себе Данилов. – И думать о том, кто ты есть и зачем существуешь. И есть ли смысл

втвоем дальнейшем существовании».

–Данилов, – кто-то положил ему руку на плечо.

Данилов оглянулся. Над ним стоял Кармадон. В буфете было тихо и пустынно.

–Да, – нахмурился Данилов.

–Мне нужно поговорить.

–Я вас слушаю.

–Не здесь, – сказал Кармадон.

–Где же?

–Я знаю одно место. Если ты… Если вы согласитесь отправить­ ся туда, я буду вам признателен.

–Хорошо, – сказал Данилов.

Он встал. Кармадон повернулся и быстро пошел, не проявляя никакого интереса к тому – идет ли за ним Данилов или нет. Он был в синей накидке, хлеставшей по полу, накидка развевалась, слева под ней угадывалась шпага. Данилов шел за Кармадоном в волнении, они свернули в темный переулок, и какой там возник век, Данилов не понял, и какой архитектуры стояли здания, не мог определить, но они стояли. Здесь хозяин был Кармадон, и условия его прогулки Данилов не счел нужным разгадывать. За­ скрипела дверь. Кармадон толкнул ее плечом и пригласил за собой Данилова. В руке у него оказалась тонкая свеча, бледный, нервный свет ее освещал узкую лестницу со смелыми изломами, такие лестницы устраивали в крепостных башнях и в стенах замков или каменных палат, по одной из них Данилов поднимал­ ся как-то в Соликамске в воеводском доме. Здесь он шел за Карма­ доном вниз. Ступени были сухие, из камня, но стертые, и оттого как бы наклонные. Ничем не пахло, тени были хотя и живые, но зловещие, летучие мыши с песьими мордами будто бы таились в них. «Да что мне летучие мыши-то!» – думал Данилов. А сам пугался. Наконец стало чуть светлее, будто бы обнаружился не­ кий погреб или подвал. Кармадон указал Данилову на скамью, стоявшую возле длинного дубового стола. Данилов, помедлив, на скамью сел, но нерешительно, на краешек. Кармадон властно предложил ему подвинуться к центру стола. Данилов повиновал­ ся. Кармадон разжал серебряную застежку у горла, сбросил на­ кидку и сел возле Данилова.

Орлов В. В.: Альтист Данилов / 305

– Данилов, – положил, вдруг Кармадон руку Данилову на пле­ чо. – Данилов…

И заплакал.

До того как Кармадон заплакал, Данилов хотел сбросить его руку с плеча. Он даже дернулся, но тут же и замер в смущении. Он поглядел по сторонам: не смотрит ли кто на них. Похоже, в погребе никого не было. А смотрел ли кто и откуда на них с Кармадоном, об этом можно было только гадать.

Кармадон опустил руку, положил ее на дубовую доску стола, а потом и голову уронил на руку. «Что он плачет? – думал Дани­ лов. – Играет комедию? Или на самом деле?» Сейчас он испыты­ вал и жалость, и сочувствие к Кармадону.

На всякий случай он осмотрел уединенное место. Три свечи в аугсбургских шандалах, толстые, с ярким пламенем, стояли на столе, единственном в погребе. Два столба держали своды с рас­ палубкой. Погребок был ранней готики, причем скромной, дере­ венской. Стены, своды и столбы его были побелены, естество кир­ пича проявлялось лишь в ровных шнурах нервюров. Пламя све­ чей не дрожало, будто электрическое, нервюры казались непоко­ лебимыми и неизбежными. В углу, за дальним столбом, Данилов углядел бочки. С вином, с порохом, или еще с каким зельем, или с пиратской добычей, кто знает.

Кармадон поднял голову. Глаза его были сухие.

–Данилов, – сказал Кармадон. – Сыграй мне.

–Что? – удивился Данилов.

–Сыграй мне что-нибудь печальное.

–У меня и инструмента нет…

–Возьми вон там, – сказал Кармадон.

Он указал на бочки, там что-то появилось. Данилов обмер: не­ ужели Альбани? Он быстро подошел к бочкам и увидел лютню. Лютня была знакомая. Данилов играл на ней в пору лицейской юности и позже, в Седьмом Слое Удовольствий. Лютню он держал с нежностью, чуть ли не умиление испытывал к вечному инстру­ менту.

–Я боюсь, у меня сейчас не выйдет, – сказал Данилов.

–Я прошу тебя, – тихо произнес Кармадон.

–Я попробую, – сказал Данилов. – Но я привык к земному. Тебе же надо что-то из тех, юношеских вещей?

–Да, из тех, – кивнул Кармадон.

Данилов, естественно, мог бы сейчас исполнить любое произ­ ведение на лютне, даже если бы он взял лютню в руки впервые. Но такими же возможностями располагал и Кармадон. Кармадон желал сейчас не исполнения музыки, а самой музыки и еще чегото большего, и Данилов стал играть. И в юности у них были

Орлов В. В.: Альтист Данилов / 306

минуты высокие и печальные, и тогда звучали элегии. Данилов вспомнил былое, искренне желал своей музыкой облегчить участь давнего знакомца, застывшего рядом, жалел его и себя жалел…

–Спасибо, Данилов, – сказал Кармадон.

–За что же?

–Давай выпьем!

–Давай!.. – неуверенно сказал Данилов, пить он не желал, а главное, с неохотой опускал на скамью лютню, с печалью отпус­ кал ее от себя, он стосковался по музыке.

Данилов с опаской поглядел на кубки, возникшие на столе, ожидал появления бутылей ликера «Северное сияние», закусок железнодорожных буфетов, уложенных в нетленные тарелочки из гофрированной фольги, но нет, страхи его были напрасными. Выпили, Кармадон пил угрюмо, махом, и Данилов удивился – до того хорош и благороден оказался крепкий напиток. «Что же на Земле Кармадон мучил нас „Северным сиянием“ и почему мне суют железнодорожную еду?» – чуть ли не обиделся Данилов. Кармадон снова наполнил кубок и опрокинул его. Данилов сде­ лал один глоток.

–Тошно, Данилов! – сказал Кармадон. – Тошно!

–Отчего? – скорее из вежливости спросил Данилов.

Кармадон то ли издевку ощутил в его словах, то ли простое непонимание – и этого было достаточно. Он взглянул на Данило­ ва свирепо, но в глазах его была и слабость израненного зверя, однако Данилов заробел. И Кармадон, похоже, смутился. Не для ссор, видно, он привел сюда собеседника. Данилов же не знал, как ему сейчас себя вести, они опять перешли на «ты», однако ничего, что между ними произошло, отменить было нельзя.

–Я на самом деле не знаю причин твоего нынешнего состояни­ я, – сухо сказал Данилов.

Кармадон снова взглянул на него.

–Неужели ты ничего не слышал?

–Слышал, – сказал Данилов. – Случайно и совсем недавно. Но это были сведения невнятные и, возможно, отдаленные от исти­ ны… Может, это просто сплетня…

–Разжалован, разбит и сослан, – сказал Кармадон.

Данилов полагал, что Кармадон, коли у него возникла потреб­ ность в нем как в собеседнике, сейчас выговорится, все расскажет, драматизируя подробности, ища сострадания, но Кармадон, про­ изнеся три слова, ударил кулаком по столу, как бы ставя точку, и

сревом опрокинул кубок.

–Но и в микрокосмосе, – осторожно сказал Данилов, – своя жизнь.

Орлов В. В.: Альтист Данилов / 307

–Да, – кивнул Кармадон. – И в микрокосмосе.

–Что же отчаиваться, – сказал Данилов. – Мы не юнцы. А в наши зрелые годы знаешь, что не в пребывании на вершине дело…

–Данилов, не надо, – сказал Кармадон. – Ты хорошо играешь на лютне, а мыслитель из тебя никакой.

–Наверное, – согласился Данилов.

–Да и не в том дело, что меня посадили на элементарную частицу! – чуть ли не выкрикнул Кармадон. – Не в том! Слабость моя – вот что меня приводит в уныние!

Данилов молчал.

–Имя твое упомянуто не было, – сказал Кармадон. – Можешь быть спокоен.

–Что же, и о дуэли они не знают?

–О дуэли знают.

–Коли знают о дуэли, знают и обо мне.

–Я твоего имени не называл, – сердито прокричал Кармадон, –

я!

–И на том спасибо, – сказал Данилов.

–И слово «дуэль» не было произнесено. Все его держали в уме. «А я заявил о Беке Леоновиче в буфете!» – расстроился Данилов.

–Я ни о чем не жалею, – сказал Кармадон. – И не жалею о том, что нарушил правила и выстрелил, упредив тебя. Ты должен это понять.

Данилов хотел было возразить Кармадону, но подумал, что действительно понять Кармадона он может.

–Но надо было стрелять наверняка! – сказал Кармадон. – Тогда бы мне все простили. И никаких разжалований. Все уважали бы меня! И я бы уважал себя. А выстрел вышел жалкий.

–Ничего себе жалкий! – сказал Данилов. – Ты выпалил в меня тысячью солнц, сжатых в пушечное ядро!

–Жалкий, – сказал Кармадон. – Раз ты существуешь, значит, жалкий. А на большее у меня не хватило сил.

–Тебе виднее, – вежливо согласился Данилов. Потом спросил: –

Агде секунданты?

–Они были свидетели! – резко сказал Кармадон.

–Это я понимаю, – сказал Данилов. – Однако, прости меня за назойливость, меня волнует судьба Бека Леоновича, за Синезуда не я в ответе, но Бека Леоновича я вовлек в дело, обещал ему, что с ним ничего не случится.

–Я привел тебя сюда вовсе не для того, чтобы заниматься судь­ бой домового!

–Это ничего не меняет, – твердо сказал Данилов.

Орлов В. В.: Альтист Данилов / 308

–Ну ладно! Сгинули они. И возможно, они улетели в черную дыру, о которой ты умалчиваешь. Теперь, скорее всего, они в иной вселенной, с нами никак не связанной. Но если у тебя есть возможности, попробуй вернуть их оттуда.

–Попробую, – сказал Данилов, будто бы не заметив издевку Кармадона.

–Но вдруг им там теперь приятнее, чем здесь?

–Может быть, – кивнул Данилов.

–И кончим о них! – сказал Кармадон.

Кубок его опять был полный. Пил Кармадон жадно, жидкость лилась на серый замшевый камзол. Данилов старался не смот­ реть на Кармадона. Видеть его изуродованное лицо было ему неприятно.

– А та женщина… Как она? – спросил Кармадон.

Данилов был уверен: Кармадон говорил о Наташе. Он все время опасался, что их слова кому-то слышны, хотя и полагал, что Кар­ мадону нет резона иметь свидетелей их беседы, и, наверное, он выбрал место действительно укромное и потайное. Но тут Дани­ лов поневоле ощупал глазами все углы готического подвала.

–Не бойся, – громко сказал Кармадон. – Нас не слушают. Я знал, куда тебя привести.

«Может, оно и так, – подумал Данилов, – а может, и нет…»

–Я ведь тогда не шутил, – сказал Кармадон. – И тебя я не испы­ тывал. Я думал, у тебя к ней легкое отношение. А мне она была на самом деле необходима.

–Оставим эту тему, – хмуро сказал Данилов.

–Я и теперь думаю о ней, – произнес Кармадон.

–Полагаю, что дальше вести беседу бессмысленно, – сказал Да­ нилов.

Кармадон опять опрокинул кубок.

–Да, я понимаю, – выкрикнул он, – это не по-мужски! Да, я жа­ лок, я слаб! Моим девизом было: «Ничто не слишком!», но где уж теперь – «Ничто не слишком!». Помнишь наш разговор в Остан­ кине?

Данилов сидел напряженный, он думал сейчас лишь о том, не повредит ли их беседа Наташе, слова Кармадона слушал рассеян­ но, он понял только, что Кармадон спросил его о чем-то, и кивнул на всякий случай.

–Я говорил тогда, – сказал Кармадон, – от познания – бессилие. От познания! Ты спорил со мной.

–Ты просил забыть о том разговоре.

–И я не забыл, – сказал Кармадон. – И ты вряд ли мог забыть.

–Да, я помню, – согласился Данилов. – Но у меня пока не было случая убедиться в твоей правоте. Теории же меня волнуют мало.

Орлов В. В.: Альтист Данилов / 309

–Ты молод!

–Я твой ровесник!

–Ты молод! Асы стареют раньше. Ты тихо сидишь на своей планете. А со сколькими цивилизациями и неживыми система­ ми пришлось столкнуться мне! Чего мне это стоило! Сколько я узнал!

–Но ведь ты и при выпуске из лицея был одарен Большим Откровением, – осторожно вставил Данилов.

–В том-то и дело, – выпалил Кармадон, – что многое из того, что

яузнал, вовсе не совпадает с Большим Откровением!

Кармадон тут же замолчал, и теперь он, как раньше Данилов, огляделся по сторонам, нет ли кого.

–И забыл я подробности Большого Откровения, – добавил Кар­ мадон уже не столь решительно, как бы даже смирно.

Но очень скоро он опять стал нервен и громок.

–Я устал от знаний, но ничего не могу с собой поделать. Я жаден по-прежнему. Даже если я перейду в увечные воины и буду разводить мандрагору, то и тогда, наверное, я не успокоюсь. Вот

исейчас я попал в цивилизацию элементарной частицы – по вашим земным понятиям элементарной – и там кручусь, как заведенный. Я должен вернуться в асы со спецзаданием. И кривое лицо мне без нужды! Но мне следует доказать, что я все тот же. Что я тверже прежнего и злее прежнего. Однако попробуй смути цивилизацию этой мелкоты! Поверни ее ход! Да они, эти невиди­ мые вам крошки, тоньше и педантичнее многих существ, с кото­ рыми мне приходилось связываться. Надо понять их суть и все их оттенки. А они ни на кого не похожие. И, стало быть, опять входит в меня знание, знание, знание! И порой такое знание, от какого дрожь во внутренностях! Я отравляюсь знанием и слабею! Ничто не слишком! Куда там!.. И очень может быть, что я опозо­ рюсь в микрокосмосе и не вернусь в асы. Я и теперь опозорен: ты существуешь и не смят мною, а у меня кривая рожа!

Он опять уронил голову на руку и затих.

Секундами раньше Данилов вспомнил о Большом Синем Быке, вспомнил о том, как он, Данилов, просовывал кость в трещину в хрустальном своде и как почесывал ею животному спину, он хотел было узнать, ради чего Кармадон собирался побыть на Зем­ ле синим быком, но спросить об этом теперь не решился.

Кармадон почувствовал его мысли, голову поднял.

–Да! Да! Я хотел там влезть в шкуру самого Синего Быка, ощу­ тить себя супердемоном, чтобы знать, как двигаться дальше, но что из этого вышло!

Он замолчал, потом заговорил уже о другом:

Орлов В. В.: Альтист Данилов / 310