Общее языкознание и история языкознания

онно употребляются для обозначения двух разделов лексикологии, первый из которых предполагает точку зрения слушающего (слово → вещь), а другой — точку зрения говорящего (вещь → слово). Разграничение указанных разделов лексикологии началось ещё на рубеже XIX—XX вв. Традиционная лексикология была по преимуществу семасиологической. Австрийский языковед Г. Шухардт заложил основы лексической ономасиологии. С начала 60-х гг. ХХ в. термины «семасиология» и «ономасиология» начинают употребляться в широком смысле, т.е. распространяются не только на лексикологию, но также на словообразование, морфологию, синтаксис и лингвистику текста. Сначала это произошло в работах чешских языковедов И. Филипца, М. Докулила и Я. Кухаржа, а затем и в работах советских, французских и других исследователей (у В.Г. Гака, Е.С. Кубряковой, Н.А. Слюсаревой, Ж. Стефанини, Б. Потье и др.). В результате стало возможным говорить о семасиологической и ономасиологической грамматиках.

Семасиологический подход к изучению языка предполагает, что исследователь, избравший его, становится на точку зрения слушающего (получателя речи) при описании языковых явлений, а ономасиологический подход принимает за ведущую точку зрения говорящего (отправителя речи). Необходимость в разграничении данных подходов обусловлена тем, что речевая деятельность слушающего и говорящего не может быть одинаковой. Вот почему, например, грамматика, исходящая из потребностей слушающего, и грамматика, исходящая из потребностей говорящего, — разные грамматики. Первую Л.В. Щерба называл «пассивной», а другую — «активной». Мы будем называть их семасиологической и ономасиологической соответственно.

Формулу семасиологичекого подхода к изучению языка

Это значит, что семасиологический подход к изучению языка опирается на деятельность слушающего, который сначала слышит речь, которую ему передает говорящий и на основе которой в его сознании формируется языковая система; используя эту систему, слушающий понимает языковые формы, передаваемые ему говорящим, т.е. соотносит их с определённым внеязыковым содержанием.

101

Формулу ономасиологического подхода к изучению языка можно изобразить другой цепочкой: внеязыковое содержание → языковая форма / языковая система → речь. Это значит, что данный подход опирается на деятельность говорящего. Последний в качестве отправного пункта имеет перед собою некое внеязыковое содержание, которое в процессе своей речевой деятельности он переводит в определённую языковую форму, выбирая её из языковой системы, находящейся в его распоряжении, и переводя её из системно-языкового состояния в речевое.

Дихотомия «семасиологический подход — ономасиологический» тесно связана с четвертой из рассматриваемых гносеологических дихотомий — «структурный подход — функциональный». Вторая конкретизирует первую. Соотношение между указанными дихотомиями может быть представлено следующей схемой:

ЛИНГВИСТИКА

СЕМАСИОЛОГИЧЕСКАЯ ОНОМАСИОЛОГИЧЕСКАЯ

В итоге мы получаем четыре типа лингвистических описаний — структурно-семасиологический, функционально-семасиологичес- кий, структурно-ономасиологический и функционально-ономаси- ологический. Первый из них сосредоточивает внимание на изуче-

СТРУКТУРНО-СЕМАСИОЛОГИЧЕСКИЙ ТИП ЛИНГВИСТИЧЕСКОГО ОПИСАНИЯ

Данный тип описания языковых явлений сосредоточивает внимание на той стадии речевой деятельности слушающего, которая

102

предполагает перевод речевых представлений в языковые. Система последних составляет не что иное, как языковую систему, которая является результатом обобщений, произведённых говорящими над речью. Поскольку эти обобщения осуществляются в направлении «от формы к смыслу», первичными в языковой системе являются формальные (семасиологические) структуры языка, т.е. структуры, которые создаются на основе формального сходства между речевыми единицами. К ним относятся, например, части речи. Объединение слов в ту или иную часть речи осуществляется в первую очередь по формальным критериям: существительные имеют свою систему формальных показателей — окончаний, прилагательные — свою, глаголы — свою и т.д.

Наряду с формальными в языке имеются и содержательные структуры. Отличие между ними состоит в том, что в первых ведущую роль играют формальные критерии, а во вторых — содержательные. Так, любая часть речи — это разновидность морфологической формальной структуры, но если в ту или иную структуру языка мы включим слова, которые относятся по форме к разным частям речи, мы получим содержательную языковую структуру. Это произойдет, например, если к существительным мы присоединим все субстантивированные прилагательные, причастия, наречия и другие несубстантивные слова. Формальные структуры языка имеют меньшую протяженность, чем содержательные, поскольку в состав вторых входит несколько первых. Так, в состав субстанциальной морфологической структуры (в её основе лежит категория субстанции) входит несколько частей речи, т.е. несколько формальных морфологических структур. Следовательно, такую структуру мы должны отнести к содержательным.

В задачу структурно-семасиологической лингвистики входит систематизация формальных структур языка — как словообразовательных, так и фразообразовательных, куда входят лексические, морфологические и синтаксические структуры. В области словообразования к формальным структурам относятся производные основы, объединённые тем или иным способом словообразования — префиксацией, суффиксацией и т.д. В области лексики к таким структурам относятся синонимы, гиперонимы (родовые наименования), гипонимы (видовые наименования) и т.п. структуры. В области морфологии это части речи, а в области синтаксиса — структурные схемы предложения.

103

Примером структурно-семасиологической модели языка является лингвистическая теория Л. Ельмслева, в основе которой лежит переход «текст → система». Датский учёный выдвинул на первый план в своей теории задачу моделирования языковой системы как абстрактной структуры, в основе которой лежит анализ текста. Единицы текста (речи) при таком подходе предстают как варианты языковых единиц. Это представление о соотношении речевых и языковых единиц стало общепринятым в современной лингвистике. Используя его, мы представляем себе язык в виде иерархически организованной системы языковых уровней, каждый из которых включает в себя однотипные единицы языка. Любая языковая единица при этом — результат обобщения соответственных единиц речи.

ФУНКЦИОНАЛЬНО-СЕМАСИОЛОГИЧЕСКИЙ ТИП ЛИНГВИСТИЧЕСКОГО ОПИСАНИЯ

Если структурно-семасиологическая лингвистика занимается систематизацией формальных структур языка, которая осуществляется в направлении «речь → языковая система», то цель функционально-семасиологического описания — показать, как эти структуры функционируют в речевой деятельности слушающего, которая осуществляется в направлении «языковая форма → внеязыковое содержание». Иначе говоря, в центре внимания фун- кционально-семасиологической лингвистики находится процесс понимания чужой речи.

Понимание значения той или иной речевой единицы происходит с помощью значения соответственной языковой единицы. Переход «языковое значение → речевое значение» составляет первичную ступень функционирования языковых единиц. Есть такие языковые единицы, функционирование которых ограничивается данной ступенью. Сюда относятся морфологические показатели рода, числа и падежа у прилагательных и рода, числа и лица у глагольных форм, поскольку они не соотносятся с реальным внеязыковым содержанием в данном случае (это происходит, когда речь идёт о существительных). В самом деле, что обозначает, например, прилагательное? Качественный признак. А имеет ли он пол? Конечно, нет. Следовательно, категория рода у прилагатель-

104

ного формальна. Функционирование её показателей ограничивается переходом «языковое значение → речевое значение».

Вторичную ступень функционирования языковой единицы составляет новый переход — от речевого значения к мысли. Есть языковые единицы, которые ограничивают свою функциональную сферу данным переходом. Таковы слова русалка, леший, Зевс и т.п. Они не соотносятся с объективным внеязыковым содержанием, хотя и имеют некоторую реальную основу. Наконец, третичную ступень функционирования языковой единицы составляет переход «мысль → внеязыковое содержание (объект)».

Большинство языковых единиц имеет все три ступени функционирования, однако одни и те же языковые единицы могут иметь разные зоны функционирования. Так, практически любая лексема может использоваться в художественных произведениях, где она функционирует в первичной и вторичной сферах речепонимания, поскольку художественная действительность — это плод воображения художника. Вместе с тем в обычном общении лексемы соотносятся с внеязыковым содержанием как таковым, т.е. имеют три сферы функционирования.

Одна и та же языковая единица может иметь не только разные функциональные зоны, она может соотноситься с разным содержанием. Это её свойство называется многозначностью (или полисемией). Традиционная лингвистика уделяла больше внимания изучению лексической транспозиции, т.е. случаев употребления в переносном смысле лексических единиц. Однако транспонироваться могут и другие единицы — словообразовательные, морфологические и синтаксические. Так, прямое значение суффикса -тель — производитель действия (учитель, писатель и т.п.). В словах же выключатель, обогреватель и т.п. этот суффикс употреблён в переносном смысле.

Морфологическая транспозиция существует либо в виде употребления одной части речи в значении другой (прилагательные больной, новенькая, например, в значении существительных), либо в виде употребления в переносном смысле различных морфологических форм (например, форм сослагательного наклонения в значении повелительного: Сходил бы ты погулять). С синтаксической транспозицией мы имеем дело, когда один член предложения используется в значении другого: вместо подлежащего — дополнение (Мне холодно) или обстоятельство (Здесь холодно).

105

В качестве примера функционально-семасиологической концепции языка можно привести теорию Д. Ферса. Главную цель своей теории английский учёный видел в том, чтобы выработать аппарат исследования всего многообразия употреблений языковых единиц в речи (контексте). Поскольку все случаи контекстуального употребления той или иной единицы языка учесть невозможно, Д. Ферс должен был выработать понятие типичных контекстов, в которых встречаются определённые единицы языка.

СТРУКТУРНО-ОНОМАСИОЛОГИЧЕСКИЙ ТИП

ЛИНГВИСТИЧЕСКОГО ОПИСАНИЯ

Структурно-ономасиологическая лингвистика связана с систематизацией содержательных структур языка в направлении «внеязыковое содержание → языковая форма». Она отражает тот период в речевой деятельности говорящего, когда он стоит перед проблемой выбора тех или иных средств языка, служащих для выражения некоторого содержания. При этом однотипное содержание может быть выражено, как правило, с помощью целого комплекса языковых средств. Совокупность таких средств составляет содержательную (ономасиологическую) структуру языка.

В основе содержательной структуры языка лежит определённая ономасиологическая категория. Так, если исходить из категории субстанции, то мы будем иметь дело с субстанциальной структурой языка, куда войдут не только существительные, но и другие, субстантивированные, части речи. Последние — результат употребления несубстантивных частей речи в значении существительного.

Содержательные структуры языка состоят из двух зон — нетранспозиционной и транспозиционной. В первую входят единицы, взятые со стороны их прямых значений, а во вторую — единицы, рассматриваемые со стороны их переносных значений. В структурно-ономасиологической лингвистике исследуются условия употребления тех или иных языковых единиц в переносном смысле. Так, субстантивация в русском языке происходит по определённым образцам (например, существует образец «притяжательное прилагательное + наречие»: механиково «как никак», слесарево «завтра» и т.п.). Зато некоторые прилагательные могут

106

субстантивироваться и без непосредственной контекстуальной поддержки («больной», «новенькая» и т.п. прилагательные в значении существительного).

Существует два типа структурно-ономасиологических исследований: межуровневый и стратификационный (одноуровневый). В первом случае мы имеем дело с такими содержательными структурами языка, в состав которых входят единицы разных уровней языка. Первым систематизированным опытом межуровневой грамматики стала книга Ф. Брюно «Мысль и язык» (1922). В этой грамматике описана структура французского языка, в основе которой лежит, например, категория неопределённости. В эту структуру включались не только морфологические единицы (артикли), но и другие, неморфологические, средства французского языка.

Стратификационная структурно-ономасиологическая модель языка представлена у Л. Вайсгербера в его «грамматике, сориентированной на содержание» (3-е изд. — 1962). В данном типе грамматики ведётся систематизация таких содержательных структур, которые включают в себя единицы лишь одного уровня. Так, в грамматике Л. Вайсгербера описаны словообразовательные, лексические, морфологические и синтаксические содержательные структуры немецкого языка.

ФУНКЦИОНАЛЬНО-ОНОМАСИОЛОГИЧЕСКИЙ ТИП

ЛИНГВИСТИЧЕСКОГО ОПИСАНИЯ

В основе данного типа описания лежит тот этап в речевой деятельности говорящего, когда единицы языка, выбранные им для создаваемой речевой единицы, переводятся в единицы речи. Этот этап обычно называют актуализацией, имея в виду актуализацию языковых единиц в речевые. Иначе этот процесс можно назвать фразообразованием. Рассмотрим его на примере создания нового предложения.

Процесс фразообразования включает в себя три периода актуализации — лексический, морфологический и синтаксический. Первый из них состоит в отборе лексем для создаваемого предложения, второй — в переводе этих лексем в словоформы и третий — в стемматизации и линеаризации предложения. Под стеммой предложения понимают такое состояние создаваемого предло-

107

жения, которое предшествует его линейному состоянию. Традиционная грамматика ставила в центр стеммы подлежащее, последователи Л. Теньера — глагольный предикат.

В качестве примера функционально-ономасиологической модели языка можно привести «психомеханику» Г. Гийома. Главную задачу своей лингвистической теории французский учёный видел в том, чтобы описать внутренний механизм перехода языка в речь (дискурс). Этот переход он называл актом языковой деятельности. Все языковые явления в его теории описываются в связи с данным актом. Вот как сам Г. Гийом писал по этому поводу: «Чтобы совершить акт языковой деятельности, я обращаюсь к языку, который существует в моём сознании как нечто устойчивое... Акт языковой деятельности имеет завершение в дискурсе — мимолетной конструкции моего духа, реализуемой посредством речи и вызванной мимолетной потребностью выра-

жения» (Guillaume G. Grammaire particuliére du francais et grammaire générale. — Quebec, 1973. P. 12).

24. Дисциплинарная структура фонетики

На вопрос, какова дисциплинарная структура внутренней лингвистики, в целом существуют разные ответы. Мы представим дисциплинарную структуру в виде следующей схемы:

ВНУТРЕННЯЯ ЛИНГВИСТИКА

ФОНЕТИКА ГРАММАТИКА ЛИНГВИСТИКА ТЕКСТА

Фонетика (в широком смысле этого термина) — наука о звуковом строе языка, грамматика — о его грамматическом строе и лингвистика — о текстуальном. Основной единицей фонетики является звук, грамматики — слово и предложение, а лингвистики текста — текст. Данное представление о дисциплинарной структуре внутренней лингвистики, таким образом, исходит из выделения трёх кардинальных ярусов языка — звукового, грамматического и текстуального. Каждый из них имеет свои подъярусы (уровни). От состава этих уровней зависит внутренняя дисциплинарная структура фонетики, грамматики и лингвистики текста. Мы рас-

108

смотрим в лекциях только те вопросы, которые связаны с дисциплинарной структурой фонетики и грамматики.

Дисциплинарная структура фонетики базируется на шести уровнях звукового строя языка — фонетическом, фонологическом, морфонологическом, силлабическом (слоговом), акцентологическом и мелодическом (интонационном). Отсюда — шесть дисциплин, входящих в фонетику: фонетика (в узком смысле этого термина), фонология, морфонология, силлабика, акцентология и мелодика.

Фонетика — наука о звуках речи, фонология — о фонемах, морфонология — о морфонемах, силлабика — о слогах, акцентология — об ударениях и мелодика — об интонации. Звуки, фонемы и морфонемы — представляют собой мельчайшие сегменты звукового строя языка. Поэтому фонетика, фонология и морфонология относятся к числу сегментных фонетических дисциплин. Зато и другие дисциплины — силлабика, акцентология и мелодика — изучают сверхсегментные звуковые единицы, в связи с чем эти науки относят к суперсегментным (просодическим) фонетическим дисциплинам. Рассмотрим каждую из названных фонетических наук в отдельности.

ФОНЕТИКА В УЗКОМ СМЫСЛЕ ТЕРМИНА

Фонетика (в узком смысле термина) — это наука о звуках речи. Под звуками речи понимают мельчайшие элементы речи, которые производятся с помощью органов артикуляции и воспринимаются с помощью органов слуха. К описанию звуков речи, таким образом, можно подходить либо с точки зрения говорящего (в этом случае мы будем иметь дело с артикуляционной классификацией звуков), либо с точки зрения слушающего (в этом случае мы будем иметь дело с акустической классификацией звуков). Первая из указанных классификаций берёт за основу артикуляционные признаки звуков (место, способ образования и т.д.), вторая — акустические признаки звуков (частоту колебаний, длительность звучания и т.п.). Большую практическую значимость представляют артикуляционные классификации звуков.

Обычно при классификации звуков в первую очередь учитываются те артикуляционные признаки звуков, которые связаны со

109

степенью раствора рта (или подъёма образования) и с местом сближения языка с верхним нёбом (или рядом образования). В связи с тем, что произношение звуков в любом языке не может обойтись без участия рта, мы можем говорить об универсальных классификациях звуков речи. При этом реальные звуки речи в тех или иных языках «заполняют» лишь некоторые позиции в таких классификациях. Другие же позиции остаются незаполненными — лакунными. Рассмотрим здесь универсальную классификацию гласных звуков. Она учитывает только степень подъёма и место образования этих звуков. Прежде всего выделяется пять звуковых зон по подъёму, а именно:

1) зона i ; 2) зона u ; 3) зона е ; 4) зона о ; 5) зона а.

При произношении звуков первой зоны язык поднимается максимально, т.е. приближается к верхнему нёбу настолько, насколько это возможно при произношении гласных. При произношении звуков пятой зоны, напротив, такое сближение минимально. Остальные зоны подъёма занимают промежуточное положение между двумя крайними зонами.

В свою очередь, по месту (ряду) образования гласные могут быть разделены на передние и задние. В первом случае образование звука осуществляется ближе к губам, во втором — ближе к маленькому язычку. Звуки каждого ряда мы можем также разбить по степени — первой и второй. В результате этого мы получим четыре зоны образования гласных звуков по ряду: передние 1-й степени (П’), передние 2-й степени (П2), задние первой степени (З’) и задние второй степени (З2). В итоге мы получим такую классификацию гласных:

110