Жучков В.А. Из истории немецкой философии XVIII века. Предклас.период. 1996

uеркви и называвшим молитву "опиумом для души", С другой стороны, такое понимание обусловлив<V1O ЭВ:LС\IО­ нический и утилитаристский характер их этических уче­

ний (особенно у Ейнзиделя и Гарве), что в свою очередь,

делало их активными проводниками прогрессивных, бур­ жуазно-просветительских идей в вопросах экономики, по­

литики, права и, особенно, педагогики. Uелью воспита­

ния и образования они считали развитие природных спо­ собностей человека и их полезное применение, направ­

ленное на достижение земного счастья и успеха в различ­

ных сферах человеческой деятельности. Различия между

людьми, их положением в обществе и родом их занятий

должно зависеть исключительно от развития природных

задатков, а не от каких-либо искусственных или наследст­

венных привилегий, Исходя из этого, Майенерс, Ирвинг,

Плантер и другие представители эмпирической гносеоло­

гии и психологии разработали uелую программу соuиаль­ но-исторического преобразования общества: их основу должна составлять выработка истинных представлений и определений природы человека, которые позволят сфор­ мулировать и обосновать всеобщие права и полномочия

каждого человека и всего человечества, определить их ко­

нечную uель и пути ее достижения. Uель эта связывалась с

достижением всеобщего блага как единства чувственного С'lастья, физического здоровья, умственного и нравствен­

ного совершенства, а роль основного средства отводилась

при этом всемерному просвещению всех людей, их воспи­ танию и образованию.

В творчестве ряда немеuких эмпириков второй поло­

вины века заметно влияние юмовского скептиuизма. Так, Плантер высказывал серьезные сомнения в возможности

обоснования и доказательства субстанuиональности как

телесного мира, так и человеческой души. В том же духе высказывался и И.Г.Федер (1740-1820), подчеркивая, что

вопрос о существовании вещей вне нас и соответствии их

реальных качеств воспринимаемым, остается спорным,

81

на немецкий язык, что стало важным событием для фило­ софской жизни Германии.

Одна из наиболее оригинальных, глубоких, хотя и внугренне противоречивых концепций эмпирической гно­

сеологии в Германии принадлежит и.хр.лоссuю. В его уче­ нии прослеживается влияние не только Локка, Битти, Юма, Кондильяка и Гельвеция, но что особенно важно, Рюдигера, Крузия и Зульцера, однако, идеи этих предше­

ственников послужили для него материалом не для их эк­

лектического синтеза, а для серьезных и самостоятельных

размышлений.

В своей основной работе "Физические причины ис­ тинного" (1775 г.) Лоссий сознательно и последовательно

выступил против вольфианской метафизики и прежде все­

го ее рационалистического метода. Этому методу, считает

он, необходимо противопоставить эмпирический метод, основанный на непосредственных наблюдениях, экспери­

ментах или правильно и целенаправленно построенных

опытах, а также на данных наук [204, с. 9]. Следует под­ черкнугь, что Лоссий отнюдь не ограничивается апелля­

цией к этим традиционным составляюwим эмпирического метода, он ставит задачу всесторонней теоретической раз­

работки и обоснования этого метода как важнейшей гно­ сеологической проблемы, от решения которой зависит оп­

ределение "физической природы мышления", понимание

механизма и способа возникновения понятий.

Все познание человека, считает он, "есть результат связи вешей с нами", т.е. возникает из воздействия внеш­

него мира на органы чувств; все состояния души, ее идеи

есть результат колебаний нервных волокон и мозговых

возбуждений (Himfibern) [204, с.17]. ГносеОЛОГИ'lеская

проблематика увязывается, таким образом, с необходимо­

стью исследования телесного механизма, посредством ко­

торого внешние веши производят изменения в органах

чувств и порождают ошушения как первую и элементар­

ную, объективную и необходимую причинную связь между

84

человеком и миром и как условие или основание ГЮЗНUIНIН

мира и мыслимости всех его вешей 1204, с. 18-211.

Однако тут же Лоссий делает сушественную оговорку, утверждая, что ошушенин всего лишь "сопричастны" или

"сопричинны" (Mitursachen) к органам чувств, к проте­

каемым в них нервно-физиологическим проuессам, кото­

рые порождаются физическим взаимодействием между

внешними телами и человеческим телом. Иначе говоря.

ошушения, хотя и связаны с физическим воздействием и

физиологическими проuессами в организме человека, од­

нако, не сводятся к последним, имеют иную природу. Бо­ лее того, не имеют они, согласно Лоссию, и непосредст­

венного сходства с объектом, с порождаюшими их внеш­

ними телами и могут быть названы их образами лишь в метафорическом смысле 'там жеl. Впрочем точку зрения Лоссин нельзя считать последовательно агностической. поскольку, следуя в данном случае идеям Рюдигера и Кру­

зин, он исходит из того, что действие однородных вешей

на одни и те же органы чувств приводят к одному И тому

же результату, Т.е. необходимо порождают ошушения с одним

и тем же содержанием и однозначно указывают на один и тот

же или одинаковый, сходный предмет 1204, с. 17-211. в этом, согласно Лоссию, состоит "первое основоположение ис­

тины", понимаемой не как подобие или сходство предмета

и ошушения, действительного и мыслимого, но как нали­

чие одно-однозначной связи между ними, не просто па­

раллельного совпадения ряда физических вешей и "заме­

шаюших" их ошушений 'см.: 234, с. 220), но соответствия,

обусловленного реальным взаимодействием между ними. наличием постоянной связи и зависимости между физиче­ ским и психическим, объективным и субъективным.

Возникновение мыслей или конкретных идей о вешах

Лоссий связывает не только и не столько с повторяемо­

стью впечатлений, но преЖ..1е всего с активным и допол­

IНIЮШИМ друг друга взаимодействием раJЛИЧНЫХ способ­ ностей человеческой души: чувственности. рассудка и в()-

1'5

ображения. Причем наиболее важная и активная роль в этом

проuессе отводится деятельности воображения, которое не только связывает впечатления, полученные на периферии нервной системы или органами чувств - с мозгом, но и осушествляет проuедуру сравнения и сопоставления, обоб­ шения и синтеза ошушений в сужления, подведения чувст­ венных данных под обшие понятия рассудка и т.п.

Вместе с тем, в свое понимание активно-деятельной сушности души Лоссий включает ряд новых моментов, выхо­

дяших за пределы ее трактовок в трuдиuионных гносеологи­

ческих конuепuиях, причем связно это бьL'1O С его поисками

новых подходов к пониманию истины. Последняя, считает

он, отню.lь не сводится к непосредственной связи между внешним миром и человеческой душой и не состоит в адек­ ватном соответствии или подобии как между ошушениями и

вешами, так и между мыслями и ошушениями. Истина, со­ гласно Лоссию, есть единство или взаимное соответствие не­

скольких ошушений в понятии или суждении, связанное с согласованной или гармонической игрой возбуждений в моз­

гу, а главное - с возникаюшим при этом в душе чувством удо­

вольствия или одобрения (Beifall) 1204, с. 58]. Таким образом,

условием и содержанием истины оказываются не веши и их

свойства, не их адекватный образ или отражение в ошушени­

ях и мыслях, а некоторое единство последних, их взаимное

соответствие или согласие в душе. Критерием же истины

(или ее признаком, симптомом) выступает некоторое особое

чувство, относяшееся к этому согласию как внутреннему со­

стоянию души и косвенно или опосредован но - к вызвав­

шим это состояние вешам внешнего мира. Спеuификой этого

чувства является то, что оно имеет uенностной или рефлек­ сивно-оuеночный характер, особую - субъективно-значи­

мую природу, связанную не только с познавательными вос­

приятиями или ошушениями, а с особым переживанием или

состоянием удовольствия, испытываемым субъектом по поводу определенной согласованности ошушения и мыс­ лей друг с другом.

86

Нетрудно увидеть, что ЛОССI1И Н данном СЛУЧае зкстра­ полирует на область теории ПШllaНИЯ и истины то спеUllфИ­ ческое чувство удовольствия. которое Баумгартен и МеИер. и особенно Зульuер, СВЯЗЫНШlи с JCтетическим отношением,

понятием краСОТЫ и художественной деятельности субъекта.

В этой связи особенно важно подчеркнуть то обстоятельство. что 'IYBCTBO удовольствия У Лоссия не сводится к состоянию, uеликом обусловленному уже имеюшейся в душе согласован­

ности или "игре" ощущений и мыслей и способного лишь к

ПаССИВНОЙ или СОПРОВОЖдаюшей оиенке этого уже сверши13-

шегося факта. Эю чувство способно не только к "одобре­ нию" как констаrdUИИ указанного факта, Т.е. к суждению или

заключению об истинности уже сушествуюших в душе отно­ шений и связей между ошушениями, понятиями и суждения­

ми и Т.П. ОНО способно оказывать обратное воздействие на

последние, активно и самостоятельно влиять на чувствен­

ность и рассудок, возбуждать в них нервные и физиологиче­ ские проuессы, а главное - напраВЛЯТЬ работу МОЗГd и 0prd-

нов чувств В желаемую сторону 1204, с. 195]. Иначе говоря,

чувство удовольствия ИЛИ одобрения не сводится Лоссием к

пассивной oueHKe некоторого познавательного состояния субъекта как истинного; оно преврашает истину в иенность, в :значимый и искомый идеал. способного играть роль регу­

лятива и ориентира, активно влияюшего на проuесс дос­

тижения истины.

Именно этот момент активной. самостоятельной дея­

тельности субъекта в проuессе познания, освоения внешнего

мира и возможности "обратного" - осознанного, uелена­ правленного и вместе с тем, вполне реШlьного, физического

воздействия на него,. представлял для Лоссия наибольшее

значение или, во всяком случае, не меньшее, чем признание

.,физических причин истинного", "телесного механизма",

лежашего в основе познания.

С другой стороны, признание обусловленности познания, его зависимости от физического юаимодействия между внешни­

ми телами и телом или ОРГdНИЗМОМ человека, позволяет Лоссию

87

говорить об объективности 11 пл Юl'Iпельности истины в смысле ее зависимости ar состояниij ('111 "нов чувств И организма челове­

ка, каторые, в свою очередь, CBHJ<IHhI с внешними условиями его

сушествования и развития - к.lи~tатом, питанием, здоровьем и

т.д. Тем самым он стремится преодолетьдогматически-раuиона­

листическую 'ТрЗктовку истины, Т.е. ее понимание как абсч>акт­

ного, неизменного, заранее преДУСГdНОlillенного сoarветствия

"IСЖLIY возможным И действитс"'!ЬНЫМ, логически мыслимым и чувственно-данным, никак не связанного с физическими или

природными и историческими, соuиальными условиями суше­

ствованин человека.

Связывая истину с актом одобрения или субъективной

оuенки ошушений, соотносяшихся друг с другом в суждении

или согласуюшихся в понятии, Лоссий подчеркивает, что

лот акт не сводится к индивидуально-психологическому

проuессу. В He~! необходимо присутствуют моменты, сходные

И.111 обшие lIЛЯ всех людей, зависяшие не только от совпаде­ ШIЯ или сходства их физической и психической природы, но от сходства соuиально-исторических условий их жизни, форм экономического и политического устройства обшества,

от принятых и господствуюших В нем установок и принuи­

пов, норм И правил, определяюших систему воспитания, об­

разования Т.П. Основу последних состаlillЯЮТ некоторые при­

сушие всем людям от природы принuипы здравого смысла

или обыденного, "нормального" рассудка, обладаюшего ха­

рактером и значением своеобразного природного и соuиаль­ ного инстинкта, который позволяет людям мыслить и дейст­

вовать в согласии друг с другом, приходить К совместному

"одобрению" и признанию истины и т.п. Кроме того, эти

правила и принuипы здравого смысла могут и должны быть

выделены из истории человеческого духа, сравнены, различе­

ны и объединены друг с другом, а также выражены и сформу­

лированы в некоторых обших правилах, что, согласно Лос­ сию, и состаlillяет предмет и задачу метафизики 1204, с.91. Таким образом в свое понимание истины, ее достоверности и

объекти.вности он вносит элемент интерсубъективности как

88

некоего реryЛSlТивного принuипа, позволяюшего объяснить и совместить ее логическую всеобшность и необходимость и

эмпирическую конкретность, относительность и т.п. По суги дела в этих своих рассуждениях Лоссий нашупывает новые

ПОдХоды к пониманию природы и сушности человеческого

сознания, мышления и деятельности. Во всяком случае, в его

гносеологии заметно обнаруживается тенденuия к преодоле­ нию традиuионной для предшествуюшей философии дилем­

мы логиuизма и психологизма, абстрактного раuионализма и

натурмистического эмпиризма и сенсуализма.

89

Глава 11

Попытки "реформирования" метафизики и нового обоснования знания и морали

1. Конструктивно-полагающая природа познания и понятие нравственного закона у Хр.А. Крузия

Ученик А.Рюдигера и А.Фр.Хоффмана, Хр.А.КрузuU ICrusius 1712 (или 1717) - 1775) действительно CT~ одним

из самых решительных, влиятельных и глубоких против­

ников ВО.1Ьфовскоii философии, которую он определял как "иллюзорную систематику". В своих работах он под­

верг обстоятельному критическому разбору большинство

основных принuипов метафизики Вольфа: учение о пре­

дустановленной гармонии и связанную с ним жесткую

предопределенность всех физических и душевных проuес­

сов, ведушую к отриuанию свободы воли и нравственной

ответственности человека, нерешенность вопроса о соот­

ношении закона достаточного основания и реальной при­ чинной зависимости, логически мыслимого и эмпириче­ ски данного, возможного и действительного и т.п.

Вслед за своим учителем Рюдигером, Крузий в крити­

ке Вольфа исходил из принuипиального различия фило­

софского и математического методов познания: предме­

том первого служит данная в опыте действительность,

предметом же второго - возможное, мыслимое или произ­

веденные воображением конструкuии, к примеру, геомет­

рические фигуры. Оба противника Вольфа таким образом

на первый план ставили проблему сушествования, поня­

тие действительного мира.

Своеобразие онтологической конuепuии Крузия со­

стоит в том, что в ней синонимом всякого сушествования. включая даже бытие бога, выступают пространство и вре-

90