Крестьяне

Русские крестьяне составляли громадное большинство населения империи, около 80 %. Крестьяне прикрепляются к земле («крепостное право») уже в поздней Московской Руси; XVII — первая половина XVIII веков отмечены постепенным нарастанием крепостничества, со временем всё сильнее стиравшим разницу между ним и рабовладением.

В 1726 году крестьяне лишаются права свободно уходить на промыслы, 1731 — брать откупа и подряды, 1761 — обязываться векселями, и вступать в поручительство. Запрет с 1746 года кому бы то ни было, кроме дворян, владеть землёй, автоматически закрепляет подчинённое положение крестьян в экономике.

В 1760 помещики получают право ссылать своих крестьян в Сибирь, в 1767 запрещены жалобы крестьян на помещиков, в 1792 возобновлена ранее отменённая в 1771 продажа крестьян с аукциона, только при этом было запрещено употреблять молоток.

Результатом стал полный произвол помещика над своими крестьянами. Одной из первой попыток ограничить его стал Манифест о трёхдневной барщине 1797 года, ограничивавший барщину тремя днями в неделю, и запрещавший работать в воскресенье.

Ещё одним наступлением на интересы крестьянского сословия являлись массовые раздачи государственных крестьян в крепостные; так, Екатерина II раздала таким образом своим приближённым до 800 тыс. чел., Павел I — до 530 тыс.^[10] Подобные массовые раздачи прекращаются с 1805.

Революции 1830 и 1848 года в Европе привели государство к мысли о возможности их повторения и в России; в 1841 году запрещается продажа крестьян в розницу, в 1843запрещается покупка крестьян без земли, в 1847 крестьянам предоставлено право выкупаться на волю с землёй при продаже имения помещика за долги, в 1848 крестьянам предоставлено право приобретать недвижимость.^[11]

Крепостных использовали разным образом, в том числе и в сфере искусства. Наиболее ярким явлением проявлением этого являлся крепостной театр.

49 Вопрос

Правовое положение населения Российской империи (вторая половина XVIII в.). Манифест «О вольности дворянской» 1762 г. Жалованная грамота дворянству 1785 г. Жалованная грамота городам 1785 г. 

Манифест «О вольности дворянской» 1762 г

Безсмертные славы премудрый монарх, любезный государь дед наш, Петр Великий и император всероссийский, какую тягость и коликие труды принужден был сносить единственно для благополучия и пользы отечества своего, возводя Россию к совершенному познанию, как военных, гражданских, так и политических дел, тому не только вся Европа, но и большая часть света неложный свидетель.

Но как к возстановлению сего нужно было в наипервых, яко главный в государстве член, благородное дворянство, приучить и показать, сколь есть велики преимущества просвещенных держав в благоденствии рода человеческого против безчисленных народов, погруженных в глубине невежеств, то по сему в тогдашнее ж время самая крайность настояла российскому дворянству, оказывая отличные свои к ним знаки милости, повелел вступить в военные и гражданские службы и сверх того обучать благородное юношество не только разным свободным наукам, но и многим полезным художествам, посылая оных в европейские государства и для того ж самого учреждая и внутрь России разные Училища, дабы с наивящшею поспешностью достигнуть желаемого плода.

Правда, что таковые учреждения, хотя и в начале частию казались тягостными и несносными для дворянства, лишаться покоя, отлучаться домов, продолжить против воли своей самим военную и другие службы, и детей своих в оных записывать, от которой некоторые укрывались, подвергая себя за то не только штрафам, но и лишались имений своих, как нерадивые о своем и потомков своих добре.

Упомянутому ж установлению, хотя оное в начале несколько и с принуждением сопряжено было, но весьма полезное, последовали все со времени Петра Великого владеющие российским престолом, а особливо любезная наша тетка блаженной памяти государыня императрица Елисавета Петровна, подражая делам государя, родителя своего, знание политических дел и разные науки распространила и умножила под своим покровительством в Российской державе, но что ж из всего того произошло, мы с удовольствием нашим видим, и всяк истинный сын отечества своего признать должен, что последовали от того неисчетные пользы, истреблена грубость в нерадивых о пользе общей, переменилось невежество в здравый разсудок, полезное знание и прилежность к службе умножило в военном деле искусных и храбрых генералов, в гражданских и политических делах поставило сведущих и годных людей к делу, одним словом заключить, благородные мысли вкоренили в сердцах истинных России патриотов безпредельную к ним верность и любовь, великое усердие и отменную в службе нашей ревность, а потому и не находим мы той необходимости в принуждении к службе, какая до сего времени потребна была.

И тако мы, в разсуждении упомянутых обстоятельств, по данной нам от всевышнего власти, из высочайшей нашей императорской милости, отныне впредь на вечные времена и в потомственные роды жалуем всему российскому благородному дворянству вольность и свободу, кои могут службу продолжать, как в нашей империи, так и в прочих европейских союзных нам державах, на основании следующего узаконения:

1) Все находящиеся в разных наших службах дворяне могут оную продолжать, сколь долго пожелают, и их состояние им позволит, однако ж военные ни во время компании, ниже пред начатием оной за три месяца об увольнении из службы, или абшида просить да не дерзают, но по окончании как внутрь, так и вне государства; состоящие в военной службе могут просить у командующих над ними об увольнении из службы или отставки, и ожидать резолюции; состоящие во всяких наших службах, в первых осьми классах, от нашей всевысочайшей конфирмации, а прочие чины получают определение по департаментам, до которых оные принадлежат.

2) Всех служащих дворян за благопорядочную и беспорочную нам службу наградить при отставке по одному рангу, если в прежнем чине, с которым в отставке идет, больше года состоял, и то таковых, кои от всех дел увольнения просить будут; а кои из военной в статскую службу пожелают вступить и ваканции будут, то и таковым по разсмотрении определяя, награждения чинить, если три года в одном ранге состоял, то есть в том, с которым идет к статской или другой какой нашей службе.

3) Кто ж, будучи в отставке, некоторое время или после военной, находясь в статской и других наших службах, пожелает паки вступить в военную службу, таковые приняты будут, естьли их к тому достоинства окажутся, теми же чинами, в каковых они состоят, с переименованием военных чинов, но старшинством младшими пред всеми теми, кои с ними, когда они из военной службы уволены, в одних рангах состояли; естьли ж таковые все уже повышены будут, то может и определяющийся в военную службу старшинство получить того дня, как определится; сие для того постановляем, дабы служащие перед неслужащими выгоду и пользу имели, равным образом кто, будучи и от статской службы отставлен, и потом из отставки пожелает в статскую ж и другие бы, кроме военной, а по его годности принять будет можно, то поступать по сему ж артикулу, исключая одно переименование.

4) Кто ж, будучи уволен из нашей службы, пожелает отъехать в другие европейские государства, таким давать нашей Иностранной коллегии надлежащие паспорты беспрепятственно с таковым обязательством, что когда нужда востребует, то б находящиеся дворяне вне государства нашего явились в свое отечество, когда только о том учинено будет надлежащее обнародование, то всякий в таком случае повинен со всевозможною скоростию волю нашу исполнить под штрафом секвестра его имения.

5) Продолжающие службу, кроме нашей, у прочих европейских государей российские дворяне могут, возвратясь в отечество свое, по желаниям и способности вступить на ваканции в нашу службу; находящиеся в службах коронованных глав теми ж чинами, на которые патенты- объявят, а служащие у прочих владетелей с понижением чинов, как о том прежнее узаконение установлено, и по которому ныне исполняется.

6) А как по сему нашему всемилостивейшему установлению никто уже из дворян российских неволею службу продолжать не будет, ниже к каким-либо земским делам от наших учрежденных правительств употребится, разве особливая надобность потребует, но то не инаково, как за подписанием нашей собственной руки именным указом повелено будет, то ж и смоленское шляхетство; напротив того, в Петербурге и в Москве определено указом еще государя императора Петра Первого при Сенате и оного Конторе, по нескольку человек из отставных дворян, для всяких случающихся надобностей; то мы высочайше повелеваем отныне впредь всегда погодно с переменою быть при Сенате по 30, а при конторе оного по 20 человек, для чего герольдии ежегодно по препорции живущих в губерниях, а не в службах находящихся дворян и наряд чинить, однако ж не назначивая никого поименно, но самим дворянам в губерниях и провинциях меж собой выборы чинить, объявляя только, кто выбран будет, в канцеляриях, дабы оные могли о том в герольдию рапортовать, а выбранным высылку учинить.

7) Хотя сим нашим всемилостивейшим узаконением все благородные российские дворяне, исключая однодворцов, навсегда вольностию пользоваться будут, то наше к ним отеческое попечение еще далее простирается, и о малолетних их детях, коих отныне повелеваем для единственного только сведения объявлять в 12 лет от рождения их в герольдии, губерниях, провинциях и городах, где кому выгоднее и способнее, причем от родителей или от сродников их, у кого оные в смотрении, брать известия, чему они до двенадцатилетнего возраста обучены, и где далее науки продолжать желают, внутрь ли нашего государства, в учрежденных на иждивении нашем разных училищах, или в прочих европейских державах, или в домах своих через искусных и знающих учителей, буде достаток имения родителям то сделать дозволит; однако ж чтоб никто не дерзал без обучения пристойных благородному дворянству наук детей своих впитывать под тяжким нашим гневом; того для повелеваем всем тем дворянам за коими не более 1000 душ крестьян, объявлять детей своих прямо в нашем Шляхетском кадетском корпусе, где они всему тому, что к знанию благородного дворянства принадлежит, с наиприлежнейшим рачением обучаемы будут, а по изучении всякой по его достоинству с награждением чинов выпустится, и потом может всякий вступить и продолжать службу по вышепомянутому.

8) Находящихся же ныне в нашей военной службе дворян, в солдатах и прочих нижних чинах менее обер-офицера, кои не дослужились офицерства, не отставливать, разве кто более 12 лет военную службу продолжал, то таковые получат увольнения от службы.

9) Но как мы сие наше всемилостивейшее учреждение всему благородному дворянству, на вечные времена фундаментальным и непременным правилом узаконяем, то в заключение сего, мы нашим императорским словом, наиторжественнейшим образом утверждаем, навсегда сие свято и ненарушимо содержать в постановленной силе и преимуществах и нижепоследующие по нас законные наши наследники в отмену сего в чем-либо поступить могут, ибо сохранение сего нашего узаконения будет им непоколебимым утверждением самодержавного всероссийского престола; напротиву ж того мы надеемся, что все благородное российское дворянство, чувствуя толикие наши к ним и потомкам их щедроты, по своей к нам всеподданической верности и усердию побуждены будут не удаляться, ниже укрываться от службы, но с ревностью и желанием в оную вступать, и честным и незазорным образом оную по крайней возможности продолжать, не меньше и детей своих с прилежностью и рачением обучать благопристойным наукам, ибо все те, кои никакой и нигде службы не имели, но только как сами в лености и праздности все время препровождать будут, так и детей своих в пользу отечества своего ни в какие полезные науки не употреблять, тех мы, яко суще нерадивых о добре общем, презирать и уничтожать всем нашим верноподданным и истинным сынам отечества повелеваем, и ниже ко двору нашему приезд или в публичных собраниях и торжествах терпимы будут.

ЖАЛОВАННАЯ ГРАМОТА ГОРОДАМ 1785 г.

 "Грамота на права и выгоды городов Российской империи" - законодательный актЕкатерины II, изданный 21 апреля 1785 г.        Главным автором Жалованной грамоты городам была Екатерина II.        Жалованная грамота городам учреждала новые выборные городские учреждения, несколько расширяя крут избирателей. Горожане делились на 6 разрядов по имущественному и социальному признакам: "настоящие городские обыватели" - владельцы недвижимости из дворян, чиновники, духовенство; купцы трех гильдий; ремесленники, записанные в цехи; иностранцы и иногородние; "именитые граждане"; "посадские", т.е. все прочие граждане, кормящиеся в городе промыслами или рукоделием. Фактически Жалованная грамота городам зафиксировала два сословия - купечество и мещанство[1]. Эти разряды по Жалованной грамоте городам получали основы самоуправления. Раз в три года созывалось собрание "градского общества", в которое входили лишь наиболее состоятельные горожане. Постоянным городским учреждением была "общая градская дума", состоящая из городского головы и 6 гласных (депутатов). Судебными выборными учреждениями в городах были магистраты - органы сословного городского самоуправления, отдельно избирались суды для дворян и для городского населения.        Положения, введенные Жалованной грамотой городам, действовали до принятия Городового положения 1870 г.

      ЖАЛОВАННАЯ ГРАМОТА ДВОРЯНСТВУ 1785 г.

 - утвердившееся в исторической литературе название законодательного акта "Грамота на права, вольности и преимущества благородного российского дворянства".        Грамота - это свод привилегий, которые Екатерина II пожаловала дворянам. Грамота подтвердила основные положения Манифеста о вольности дворянства 1762 г. Сословие освобождалось от обязательной службы, от уплаты податей, от телесных наказаний, судить их мог только дворянский суд. Лишить дворянства стало можно только по суду и за серьезные преступления - разбой, воровство, измену родине и др. Уточнялись имущественные права: только дворяне могли покупать землю с крестьянами, свободно распоряжаться купленными имениями - завещать, дарить, продавать и т.д. Они получили право создавать в имениях заводы, фабрики, торги и ярмарки и т.п. Их дома были свободны от постоя войск, а имения нельзя было конфисковать.        Грамота вводила в России дворянское самоуправление. В губерниях и уездах дворяне раз в три года собирались на дворянские собрания, избирали губернских и уездных предводителей, администрацию, судей. В Грамоте устанавливалось, что дворяне должны быть внесены в специальные родословные книги, определялся порядок их ведения и документы, которые могут служить доказательством благородного происхождения.        Император Павел I отменил некоторые статьи Жалованной грамоты: вернул телесные наказания, отменил губернские дворянские собрания и др., но император Александр I в 1801 г. их восстановил. Жалованная грамота оставалась действующим законом до 1917 г.