6. Описание

В отличие от повествования описание не содержит событий, в нем нет сюжета, оно статично. В описании показываются признаки предмета, демонстрируются его связи с другими предметами и явлениями. Описания редко составляют самостоятельные произведения, обычно они невелики по объему, часто соединяются в пределах одного произведения с другими типами речи. Описания могут быть научными и художественными, краткими и подробными, образными. Описание предмета, воспринимаемое на слух, всегда выигрывает, если создает в воображении слушателей яркий, наглядный образ, окрашенный эмоциями оратора.

Рассуждение представляет собой наиболее сложный тип текста как с точки зрения его создания, так и с точки зрения восприятия. Цель рассуждения состоит в проверке истинности какого-либо утверждения (тезиса) с помощью таких доводов (аргументов), истинность которых не вызывает сомнения. Рассуждение включает цепь умозаключений, сопоставления и противопоставления, установление причинно-следственных связей явлений Рассуждение представлено прежде всего в научной речи, в агитационных ораторских выступлениях.

Нередко разные типы речи объединяются в одном смешанном тексте, представляющем собой контаминированный тип речи. В таком тексте может быть представлено повествование с элементами описания или рассуждения, рассуждение с включением в качестве аргументов описательных или повествовательных фрагментов.

Описание — это словесное изображение кого-либо или чего-либо, изображает какое-либо явление через перечисление и раскрытие его признаков.

ОПИСАНИЕ = ПРИЗНАК + ПРИЗНАК₂ + ПРИЗНАК₃... Например. Внимание — это избирательная направленность и сосредоточенность сознания на определенных предметах и явлениях. Внимание влияет на продуктивность психических процессов, их точность и скорость. Внимание характеризуется рядом качеств: объемом, устойчивостью, распределением, переключением, концентрацией и др.

Текст такого рода может описывать внешность человека, предмет, место, состояние человека или окружающей среды. В «данном» называется предмет или его части, в «новом» сообщаются признаки предмета.

Для описательного текста характерно использование прилагательных, глаголов в настоящем времени.

Описание используется в разных стилях речи, но чаще в научном и в художественном.

В научном стиле в описание объекта включаются существенные признаки, которые названы прилагательными или отглагольными существительными.

В описании художественного стиля выделяются самые яркие признаки, создающие образ; они могут передаваться сравнениями, словами в переносном значении, словами с оценочными суффиксами.

В отличие от повествования, описание дает синхронный, статичный срез событий. В судебных речах, например, дается описание места преступления. Приведем обширную цитату из защитительной речи А. Ф. Кони, произнесенной по делу об убийстве Ф. Штрама, в которой сочетаются элементы как описания места преступления, так и портрета-описания психологических особенностей и жизненных обстоятельств убитого:

«Мы знаем, что это за место: это одна из маленьких квартир в одной из многолюдных улиц ремесленной и населенной части города. Квартира нанимается бедной женщиной, обыкновенно называемой в просторечии съемщицей, и отдается всякого рода жильцам. Проживают тут, как мы слышали, в этих трех маленьких комнатах, имеющих в длину всего десять шагов, с тоненькой стеной, из-за которой все слышно, с лестницей на небольшой чердак и с кухней, которая вместе составляет и прихожую, и комнату для отдачи жильцам, проживают в этих конурках студенты, сапожные подмастерья, девицы, «живущие от себя» и, наконец, сами хозяева. В такой-то квартире в начале сентября нынешнего года на чердаке найден был запертый сундук, издававший смрадный запах, а в сундуке труп человека. Кто этот человек, нам сказали здесь свидетели — дворник, Тобиас и другие, и мы можем восстановить мысленно личность покойного. Портной-подмастерье, затем студент университета, не кончивший курса, затем домашний учитель, женатый, но не имевший детей и вскоре овдовевший, человек уже довольно зрелых, даже преклонных лет — Филипп Штрам, оставив свою учительскую деятельность, преимущественно живал в Петербурге и вел жизнь скрытную. Родных у него в Петербурге было немного; Тобиас, у которого он бывал очень редко, и то семейство Штрамов, которое явилось на суд в лице своих главных представителей. Показания свидетелей характеризуют нам этого старика в истоптанных сапогах, не носящего белья, а вместо него какой-то шерстяной камзол, а поверх него старый истертый сюртук, в котором заключалось все его достояние: его деньги, чеки, билеты, векселя. Он скуп и жаден. Проживая у Штрамов, ест и пьет, но ничем не помогает своим бедным родственникам, которые, в свою очередь, обходятся с ним не особенно уважительно, потому что он их стесняет. Спит он нередко на чердаке, и спит на голых досках. Человек этот, очевидно, всю свою жизнь положил на скопление небольшого капитала, все время проводит, орудуя им, отдавая деньги под проценты, и храня документы постоянно при себе, оберегает их от чужого взора, озираясь по сторонам и боясь, как бы кто-нибудь не заметил, что у него есть деньги. Этому старику с таким обыденным прошлым и скудным настоящим, вероятно, предстояли долгие бесцветно-скаредные дни: такие ушедшие в себя эгоисты обыкновенно очень долго живут. Но дни эти были внезапно прекращены насильственным образом. Когда его нашли в сундуке, то на голове его оказались такие повреждения, которые указывали на то, что он убит: Тут возникает второй вопрос — как убит? Из медицинского акта известно, что первая из. ран начиналась от нижнего края правого уха и игла к наружной поверхностиглаза; другая шла несколько сзади уха, к темянной кости; а третья — между нижним краем уха и второю раной, так что раны образовали между собою треугольник, который в виде лоскутка сгнившего мяса отвалился при вынутии трупа из сундука. Затем, на тыльной поверхности руки найдена рана, которою пересечены три пальца и которая идет вдоль к руке. Покойный оказался одетым в одном камзоле. По заключению врача, раны нанесены топором. Положение этих ран показывает, что они нанесены не спереди, потому что тогда, при естественном направлении удара справа налево или слева направо, они начинались бы сверху и имели бы совершенно противоположное направление чем то, в котором найдены. Они шли бы крестообразно с теми ранами, которые нанесены. Они нанесены, очевидно, сзади и несколько сбоку, так что наносивший стоял с правой стороны, топором и, очевидно, таким образом, что тот, кому они наносились, не успел заметить, что над ним поднимается топор, и потому не защищался обеими руками, не боялся, а сделал только инстинктивно движение правой рукой, которую поднес к тому месту, где нанесена главная рана, и получил второй удар, который перерубил ему пальцы...»

В этом примере различные виды описания перемешиваются с повествованием, хотя описательный аспект представлен более явно. Факты, которые приводит А. Ф. Кони, по большей части вводятся не для того, чтобы показать последовательность событий, их развитие, сколько для того, чтобы создать образ убитого, нарисовать его портрет. В ставшей классической обвинительной речи Цицерона против Катилины знаменитый римский оратор, заканчивая повествование, следующим образом переходит к описанию:

«Наконец, давай припомним с тобою ту самую позапрошлую ночь. Мы оба бодрствовали, но, согласись, я вернее действовал на благо республике, чем ты на ее погибель. А именно в эту ночь ты явился в дом — не буду ничего скрывать, — в дом Марка Леки на улице серповщиков. Туда же собралось большинство твоих товарищей в преступном безумии. Полагаю, ты не посмеешь этого отрицать. Молчишь? Улики изобличат тебя, если вздумаешь отпираться. Ведь здесь, в сенате, я вижу кое-кого из тех, кто был там вместе с тобой».

В речи Цицерона описание превращается в непосредственную улику. Но чаще в судебных речах, как обвинительных, так и защитительных, описание содержит общую картину места происшествия, к деталям которой автор речи возвращается многократно. В описании могут содержаться эмфатические, подчеркивающие выражения: «Запомним», «Обратим внимание», «Мы еще вернемся к этому месту» и т. п.