Слайд 2 «Аристотель: изучать душу следует, изучая действующее, функционирующее тело»

Итак, душа, будучи функцией тела, принципиально от него неотделима. Как же можно изучать душу? Логично заключить, что делать это лучше всего, изучая действующее, функционирующее тело.

И первичный уровень отношений души и тела, по Аристотелю, – процессы роста, питания, размножения («растительная душа») как ассимиляция живым телом необходимых ему веществ. Это отношение предполагает специфическую активность организма, благодаря которой внешнее поглощается живым телом иначе, чем неорганическим, а именно – путем целесообразного распределения «в пределах границы и закона» (которые имеются для их величины и роста). Такой способ усвоения внешнего и есть душа в ее самой фундаментальной биологической форме: исходным для жизни является питание как усвоение внешнего.

Следующий уровень деятельности души – животная душа, присущая животным и человеку. Это, прежде всего, способность ощущать, которая трактуется как уподобление органа чувств внешнему объекту. Однако здесь, в отличие от питания, усваивается не материальное вещество, а форма объекта (информация, по-современному). Но кроме ощущения животная душа обеспечивает восприятие, память, аффекты. Со смертью тела эти функции тоже умирают.

Высшая ступень развития души – разумная душа, присущая только человеку. Это разум (логическое мышление) и воля. Здесь Аристотель покидает естественнонаучную почву, здесь он непоследователен и противоречив. Эти функции не являются функциями живого одушевленного тела, они — проявление божественного разума и божественной воли в человеке и потому они бессмертны и могут быть отделены от тела.

Слайд 3 «Аристотель: как душа познает мир»

Теперь о вещах более конкретных. Начало познания, по Аристотелю – это чувственная способность. Она запечатлевает форму вещей подобно тому, как «воск принимает оттиск печати без железа и золота». Обеспечивается чувственная способность особым органом – «общим чувствилищем» (локализацию его в мозге физиологи искали вплоть до 18 в.). В этот центр стекается информация от органов чувств, а он познает общие для всех ощущений качества – движение, величину, фигуру и т.п. Благодаря ему, различаются и модальности ощущений (цвета, вкуса, запаха). Этот центр одновременно – и орган осязания, которое поэтому является «главнейшим из всех чувств»: «тело представляет собой среду, приросшую к осязающему органу». Аристотель обратил внимание на то, что ощущение какого-либо предмета может возникнуть только при условии движения органа чувств по этому предмету или, наоборот, движения предмета по нему (неподвижный предмет, положенный на руку, через некоторое время перестает ощущаться – наступает, говорим мы сегодня, адаптация). То есть ощущение уподобляется своему объекту.

Но точно так же и ум человека тоже уподобляется – но форме объекта. Задача ума – более глубокое, чем в ощущении, выявление формы. Аристотель ценит ум гораздо выше, чем чувства, считая, что именно умом человек постигает глубину вещей. Эта часть души, имеющаяся только у человека, способна принимать формы, уподобляясь их логической организации. Ум в процессе познания принимает формы мыслимых им явлений, он как бы превращается в объекты мышления. «И этот ум существует отдельно и не подвержен ничему, он ни с чем не смешан, будучи по своей сущности деятельностью. Ведь действующее всегда выше претерпевающего и начало выше материи. В самом деле, знание в действии есть то же, что его предмет».

Центральным органом души Аристотель считал не мозг, а сердце, связанное с органами чувств и движений посредством циркуляции крови. Внешние впечатления организм запечатлевает в виде образов «фантазии» (= представления памяти и воображения). Они соединяются по законам ассоциации трех видов – смежности (если два впечатления следовали друг за другом, то впоследствии одно из них вызывает другое), сходства и контраста. (Эти открытые Аристотелем законы стали основой направления, которое впоследствии получило имя ассоциативной психологии.)