§ 3. Восстание 1863 г. На Беларуси и его ист. Значение.

На рубеже 50—60-х гг. в Беларуси, и особенно в Вильно, сложилась довольно оригинальная ситуация: в административно-управленческих органах работали чиновники из числа поляков или полонизированных белорусов, стремившихся освободиться от власти России. Гродненский губерна­тор признавался, что полицию нельзя было назвать полицией — это были полуголодные чиновники, к тому же поляки. Даже жандармская служба состояла из большого числа офицеров-поляков. Официальные правительственные пакеты с секретными материалами распечатывались прямо на почте, и их содержание становилось известным широким кругам. В крестьянской среде распространялись слухи, что если они помогут помещикам во время будущего восстания, то полу­чат бесплатно землю.

Представители пророссийской ориентации забили тревогу. Митрополит Семашко преду­предил правительство об опасности принятого им курса. Однако события продолжали развиваться в том же направлении. Стали появляться тайные склады революционной литературы и оружия. В Вильно брошюры революционного содержания продавались открыто. Из дворянских кругов недо­вольство правительством перекинулось на другие городские слои. Хорошим тоном, особенно среди молодежи, стала считаться демонстрация своей оппозиционности властям. В костелах распевались революционные гимны. По примеру Польши в городах Беларуси начались манифестации.

Осенью 1861 г. широко распространялся проект адреса литовского дворянства государю с просьбой присоединить Литву (вместе с белорусскими землями) к Польше. В это время рогачевский предводитель дворянства Богуш от имени дворян Могилевской губернии подал верховным властям прошение. В нем высказывались пожелания: о возвращении этому сословию привилегий, которыми оно пользовалось при польских королях; о введении в делопроизводство польского языка и о его изучении; о необходимости польского судопроизводства; о присоединении Могилевской губернии к литовским губерниям и к Виленскому учебному округу; об открытии в Вильно университета. Пред­лагалось также дать полную свободу всем христианским вероисповеданиям. По существу, власть в западных губерниях уходила из рук российского правительства.

В этих условиях началось восстание. Во главе его оказались так называемые разночинцы, выходцы из различных социальных слоев, воспитанные на революционно-демократических идеях. Это были молодые уроженцы Беларуси, которые обучались во второй половине 50-х гг. в гражданских и военных учебных заведениях центральной России. Они работали в подпольных кружках, общее руководство которыми осуществляли офицеры российского Генерального штаба 3. Сераковский и Я. Домбровский. Политическая суть их взглядов состояла в необходимости сверже­ния самодержавия, установления народовластия на основе свободного волеизъявления, ликвидации помещичьего землевладения, передачи земли и всех средств производства народу, создания нового справедливого общественного строя на основе реформированной крестьянской общины. Пути дос­тижения этих целей виделись революционным демократам во всероссийской крестьянской рево­люции, посредством которой и должны были решиться все эти задачи.

С конца 1862 г. руководство подготовкой, а затем и ходом восстания на Беларуси возглавил К. Калиновский, шляхтич по происхождению, уроженец д. Мостовяны Гродненского уезда. После окончания юридического факультета Петербургского университета в марте 1861 г. он возвратился на родину и начал создавать революционную организацию. Летом 1862 г. К. Калиновский стал членом, а в октябре этого же года — председателем литовского провинциального комитета в Вильно — свое­образного центра в Беларуси и Литве по подготовке вооруженного восстания.

Литовский провинциальный комитет работал во взаимодействии с Варшавским Централь­ным национальным комитетом, в котором шла борьба между так называемыми «белыми» и «крас­ными». «Белые», представлявшие интересы крупной и средней буржуазии и помещиков, надеялись добиться лишь независимости или автономии Польши при дипломатической помощи западноевропейских государств. Демократическое течение, получившее название «красных», объе­диняло представителей ремесленников и крестьян, мелких чиновников, низшего духовенства, мало­земельной и безземельной шляхты. Оно делилось на два крыла. Правое крыло стояло за то, чтобы путем всеобщего восстания создать независимую Польшу в границах 1772 г., передать в собственность крестьян ту землю, которой они пользовались, а помещиков вознаградить из государ­ственной казны за земли, отошедшие к крестьянам. Представители правых выступали за уважение национальных прав белорусов, украинцев, литовцев, за объявление всех равными перед законом. Левое крыло выражало интересы крестьянских масс. Его представители выступали за безвозмезд­ную ликвидацию помещичьего землевладения, за совместное выступление всех народов против их общего врага — царского самодержавия, за право национального самоопределения народов. Этих позиций придерживался и К. Калиновский.

К лету 1862 г. он вместе с В. Врублевским и Ф. Рожанским создали подпольную типографию и начали издавать первую в стране революционно-демократическую газету «Мужыцкая прауда». В 1862 г. вышло шесть номеров этой газеты, которые широко распространялись преимущественно в Гродненской, а также в Виленской, Минской и Витебской губерниях. Последний, седьмой номер вышел в 1863 г. уже во время восстания. Газета стремилась убедить крестьян, что проведенная в 1861 г. реформа, отмена крепостного права, как и вся политика царя, защищают интересы помещиков. Она исходила из той идеи, что крестьяне сами должны завоевать свободу и построить новый обще­ственный порядок.

Кредо К. Калиновского — «не народ для правительства, а правительство для народа» — стало принципом деятельности и целью последующих борцов за интересы трудящихся. Однако прямых призывов к захвату помещичьих земель, к борьбе за государственную самостоятельность Беларуси газета не содержала, как и другие воззвания и приказы К. Калиновского. опубликованные во время восстания.

Восстание началось с публикации 10 января 1863 г. Временным национальным правительст­вом Польши Манифеста и аграрных декретов. Было обнародовано также и специальное обращение к населению Литвы и Беларуси с призывом поддержать восстание в Польше. Однако в нем ничего не говорилось об их праве на самоопределение своей судьбы, Литва и Беларусь рассматривались как части Речи Посполитой.

ЛПК (Литовский провинциальный комитет), объявив себя Временным пра­вительством Литвы и Беларуси во главе с К. Калиновским. 20 января 1863 г. также издал Манифест, в котором население края призывалось к активной поддержке восстания в Польше и в основном по­вторялась программа восстания, объявленная в Варшаве. Однако провозглашенное в Манифесте создание местного автономного руководящего центра не устраивало «белых», и 27 февраля они от­странили от власти Временное правительство Литвы и Беларуси и передали управление комитету своих единомышленников, который являлся лишь исполнительным органом Временного национального правительства в Варшаве. Возглавил его ковенский помещик Я. Гейштар. Программа и цели восстания не могли вызвать массового энтузиазма у населения Беларуси. В целом оно не под держало требование восстановления Речи Посполитой в границах 1772 г.

Первые открытые военные действия на территории Беларуси начали повстанческие отряды, прибывшие из Польши. Самым крупным из них командовал Р. Рогинский. Через Пружанский уезд он, преследуемый российскими войсками, дошел до Слуцкого уезда, где и был разбит. На Гроднен­щине восстание возглавил О. Духинский, на Пинщине — Р. Траунгут, на Минщине — Б. Свенторжецкий, который действовал на Могилевщине. Их небольшие отряды были отрезаны от Вильно и вскоре разгромлены.

Относительный успех сопутствовал отряду Л. Звеждовского. С помощью студентов Горы-Горецкого земледельческого института ему удалось 24 апреля 1863 г. захватить уездный город Горки. Но вскоре и этот отряд был разбит. Даже талантливому офицеру Генерального штаба 3. Сераковскому не удалось добиться ощутимых результатов в военных действиях. Под Борисовом его отряд потерпел поражение, а сам он был взят в плен и публично казнен в Вильно 27 июня 1863 г.

В Гродненской губернии весной 1863 г. действовало 5 повстанческих отрядов, в которых насчитывалось 1700 человек. В качестве воеводского комиссара здесь действовал К. Калиновский. В мае 1863 г. повстанцы провели более 20 боев с российскими войсками. Самым значительным из них не только на Гродненщине, но и на всей Беларуси был бой возле местечка Миловиды Слонимского уезда. В нем участвовало около 800 повстанцев и 5 рот российской армии, подкрепленных артилле­рией. Победа досталась последним.

Со средины мая 1863 г. подавление восстания взял в свои руки новый виленский генерал-губернатор М. Муравьев, который еще в бытность могилевским губернатором проявил себя отлич­ным организатором подобных акций в 1830—1831 гг. На этот раз он получил от Александра II чрез­вычайные полномочия. Против восставших были брошены 138 рот пехоты и 66 эскадронов кавале­рии при 120 пушках. Прибегая к жестоким мерам, М. Муравьев вынудил «белых» помещиков и высшее католическое духовенство отказаться от поддержки восстания. Повстанческие лидеры были арестованы, часть — казнены.

Одновременно генерал-губернатор уделил большое внимание реорганизации гражданского управления, поиску тех социальных слоев и элементов, которые могли стать опорой российского правительства в крае. С целью повышения в глазах крестьян его престижа М. Муравьев путем прак­тической реализации реформы 1861 г. поставил их в действительно независимое положение от по­мещиков и добивался, чтобы волостные и сельские собрания уяснили свои права по самоуправле­нию и сами решали внутренние проблемы, в том числе по надзору за местной шляхтой, арендаторами, определению степени их благонадежности.

М. Муравьев стремился повысить значение волостных судов. Ему удалось добиться того, что назначенные им из русских мировые посредники стали действительными защитниками, как отдель­ной личности, так и крестьянских прав в целом. Была найдена возможность увеличить крестьянские наделы, принимались меры по улучшению положения парубков, кутников и огородников, наделя­лись землей свободные безземельные крестьяне, которые в соответствии с реформой 1861 г. не имели права на земельный надел. При этом передача земли участников восстания в руки белорусских крестьян проходила публично и быстро.

В помощь войскам генерал-губернатор организовал специальные крестьянские караулы, которые должны были бороться с повстанцами или сообщать о них властям. В уезды были назна­чены военные начальники. Все эти меры оказались более действенными, чем судебные и административные наказания участников восстания.

Предвидя неизбежное поражение, местные помещики перестали поставлять повстанцам одежду, продовольствие и т. п. Многие из них стали отказываться от уездных и окружных начальственных должностей, занятых ими в начале восстания. В этих условиях комиссар Центрального национального правительства Н. Дюлеран предложил К. Калиновскому вернуться в Вильно, чтобы возглавить восстание. Ближайшим помощником К. Калиновского стал В. Малаховский, назначенный на должность начальника Вильно. 11 июня К. Калиновский опубликовал на белорусском языке «Приказ от правительства польского над всем краем Литовским и Белорусским к народу земли литовское и белорусской». Основная идея приказа заключалась в необ­ходимости установления справедливости и свободы. С 31 июля К. Калиновский стал председателем Виленского отдела, а 22 августа ему были переданы и полномочия комиссара Варшавского прави­тельства в Вильно, т. е. в его руках оказалась вся полнота власти.

Однако эти меры уже не могли повернуть развитие событий в пользу восставших. К началу сентября 1863 г. восстание было практически подавлено. За выдачу повстанцев выдавались награды. Деревни, поддерживавшие их, сжигались, а жители высылались во внутренние губернии России. В связи с этими репрессиями М. Муравьев сам заявил, что он из тех Муравьевых, которые вешают: а не тех, которых вешают. Его самооценка как Муравьева-вешателя вошла в научную и публицистиче­скую литературу. Насколько это справедливо, позволяют судить следующие цифры: 6 тыс. повстан­цев погибло в боях, количество осужденных участников восстания составило 4,5 тыс. человек, 128 из них были казнены, остальные сосланы на каторгу, на поселение в Сибирь, направлены в арестантские роты и т. п. Кроме того, около 13 тыс. человек власти переселили в отдаленные губер­нии империи.

Во многих местах и особенно в Могилевской и Витебской губерниях крестьяне помогали властям вылавливать повстанцев, громили имения польских помещиков. В январе 1864 г. захваченный полицией связной В. Парфиянович выдал виленский адрес К. Калиновского, и тот был арестован. Из тюрьмы ему удалось передать на волю послание «К белорусскому народу. Письмо из-под виселицы Константина Калиновского», в котором резко критиковалась политика царизма на Беларуси как до, так и после 1861 г., раскрывалась антикрестьянская суть реформы. В нем говорилось также о насильственной русификации поляков, литовцев и белорусов, о запрещении этим народам получать образование на родном языке. Вместе с тем К. Калиновский не призывал к ненависти ко всем русским. Он писал: «Я не противник счастья народного, не противник и России, когда она добра нам желает...». В письме сделан вывод, что «Польское дело — это наше дело, это свободы дело». На следствии К. Калиновский держал себя мужественно и с достоинством. Военно-полевой суд приговорил его к расстрелу, который М. Муравьев заменил повешением. 10 марта 1864 г. на Торговой площади в Вильно, в присутствии большого числа людей, приговор был приведен в исполнение.