16. Славянофилы: философско-теоретическая доктрина и социально- политическая программа. Спорные оценки идеологии славянофильства в отечественной историографии.

Славянофилы, русские общественные деятели и выразители идей Святой Руси, сыгравшие большую роль в развитии русского национального сознания и формировании национально-патриотической идеологии. Славянофилы обоснованно и твердо объявили об особом пути России, утвердились в мысли о спасительной роли Православия как единственно истинного христианского вероучения, отметили неповторимые формы общественного развития русского народа в виде общины и артели.“Все, что препятствует правильному и полному развитию Православия, — писал И.В. Киреевский, — все то препятствует развитию и благоденствию народа русского, все, что дает ложное и не чисто православное направление народному духу и образованности, все то искажает душу России и убивает ее здоровье нравственное, гражданское и политическое. Поэтому, чем более будут проникаться духом Православия государственность России и ее правительство, тем здоровее будет развитие народное, тем благополучнее народ и тем крепче его правительство и, вместе, тем оно будет благоустроеннее, ибо благоустройство правительственное возможно только в духе народных убеждений”.

Славянофильство зародилось в к. 1830-х, а в 1840-50-х собрало вокруг себя самые мощные национальные силы. Круг единомышленников-славянофилов был широк и объединял вокруг себя выдающихся русских писателей и ученых. Наиболее крупными выразителями славянофильских идей были И. В. Киреевский, А.С. Хомяков, К.С. Аксаков, Ю.Ф. Самарин. Вокруг них группировалисьИ.С. Аксаков, И. Д. Беляев, Д. А. Валуев, А. Ф. Гильфердинг, Н. Д. Иванишев, П. В. Киреевский, А.И. Кошелев, В. И. Ламанский, В. Н. Лешков, Н. А. Попов, В. А. Черкасский, Ф. В. Чижов. Славянофилов поддерживали и являлись выразителями их идей русские писатели С. Т. Аксаков, В. И. Даль, А. А. Григорьев, А. Н. Островский, Ф. И. Тютчев, Н. М. Языков и др. Мировоззренческие учения славянофилов оплодотворяли научную деятельность русских ученых Ф. И. Буслаева, О. М. Бодянского, Г. П. Галагана, В. И. Григоровича, И. И. Срезневского, М. А. Максимовича, Н. А. Ригельмана.

Славянофилы чаще всего собирались в московских литературных салонах А. А. и А. П. Елагиных, Д. Н. и Е. А. Свербеевых, Н. Ф. и К. К. Павловых. Здесь в горячих спорах со своими либерально-космополитическими противниками славянофилы пропагандировали идеи русского возрождения и славянского единства.

Космополитические силы в правительственных кругах долгое время препятствовали деятельности славянофилов. Им не позволяли иметь свой печатный орган.

Статьи славянофилов выходили в “Москвитянине”, а также в различных сборниках — “Синбирский сборник” (1844), “Сборник исторических и статистических сведений о России и народах ей единоверных и единоплеменных” (1845), “Московские сборники” (1846, 1847, 1852). Свои газеты и журналы славянофилы стали издавать только с середины 1850-х, но и тогда подвергались разным цензурным ограничениям и притеснениям. Славянофилы издавали журналы: “Русская беседа”(1856-60), “Сельское благоустройство” (1858-59); газеты: “Молва” (1857), “Парус” (1859), “День”(1861-65), “Москва” (1867-68), “Москвич” (1867-68), “Русь” (1880-85).

Своим творчеством славянофилы создали мощное общественное и интеллектуальное движение, сильно пошатнувшее идущее еще с эпохи Петра I космополитическое мировоззрение и низкопоклонство перед Западом. Славянофилы показали тупиковый, ущербный, бездуховный характер западноевропейской цивилизации. Призывая людей обратиться к своим историческим основам, традициям и идеалам, славянофилы способствовали пробуждению национального сознания. Много ими было сделано для собирания и сохранения памятников русской культуры и языка (Собрание народных песен П. В. Киреевского, Словарь живого великорусского языка В. И. Даля). Славянофилы-историки (Беляев, Самарин и др.) заложили основу научного изучения русского крестьянства, в том числе его духовных основ. Огромный вклад славянофилы внесли в развитие общеславянских связей и славянское единство. Именно им принадлежала главная роль в создании и деятельности славянских комитетов в России в 1858-78.

Несмотря на огромный вклад в развитие русского самосознания, славянофилы не смогли выработать целостного мировоззрения, что в значительной степени объяснялось характером той космополитической среды, из которой многие из них вышли и которая толкала их в сторону либерализма.

Как писал русский мыслитель, митрополит Санкт-Петербургский и Ладожский Иоанн (Снычев): “Несмотря на стремление вернуться в лоно чистой русской церковности, слиться с истоками народной жизни, основами бытия России — ясного понимания сущности русского пути, русского служения славянофильство в целом так и не достигло. По-разному понимали члены кружка природу и цель Самодержавия, по-разному оценивали современные события. Эта разноголосица мешала движению, а с кончиной его основоположников оно окончательно утеряло мировоззренческое единство, распавшись на несколько самостоятельных, весьма различных между собой течений, частично выродившись в чистый либерализм”.

Тем не менее все, что было создано славянофилами в 1840-50-е, до сих пор продолжает оставаться важным фактором русской национальной жизни и мысли, оплодотворяя все новые и новые ее течения. Именно славянофильская мысль дала миру учение о цивилизациях Я. Я. Данилевского.

Славянофильство как первая в истории России попытка проявления национального самосознания стало ответом на вызов, выраженный в «философическом письме» П.Я. Чаадаева. Оно зародилось в условиях идеологического вакуума постдекабристкой Николаевской эпохи. Идеологический вакуум присутствует и сегодня. Вековой спор славянофилов и западников возродился ныне, проявляясь как противоборство, сложное взаимодействие традиционализма и модернизации. В чем истоки, сущность славянофильства? Как трактовали это течение русской общественной мысли xix в. советские историки? Разрешению этих и других вопросов посвящена данная статья.

Русские историки о славянофильстве

В отечественной историографии проблема славянофильства занимает особое место. Еще в 70-х гг. xx в. число специальных работ по славянофильству измерялось единицами. В основном исследователи сосредоточивали внимание на каком-либо одном аспекте движения. Причем в оценках его нередко присутствовали пристрастность, субъективность, обусловленные влиянием той или иной идеологии. В этом плане типична, например, революционно-демократическая традиция в оценке деятельности славянофилов. Начало ей положили А.И. герцен и Н.г. Чернышевский.

Одной из первых объективных оценок классического славянофильства представляется речь русского историка Н.И. Костомарова «О значении критических трудов К. Аксакова по русской истории» (1861). Автор назвал «школу» славянофилов оригинальной, отметил позитивные и негативные стороны исторической схемы К.С. Аксакова. К первым, по убеждению Н. И. Костомарова, относятся внимание к древнему, общинному, вечевому началу, «разработка народной жизни» вместо подражания западным теориям, «двойственность земли и государства в русской истории», критика теории родового быта. Из отрицательных черт славянофильства историк выделяет «идеализм», «московский патриотизм», насильственное осветление периода допетровской Руси [4, 366].

Несколько основополагающих мыслей о сущности славянофильства принадлежит В.О. Ключевскому. По его мнению, борьба греческого (церковного) и западного (государственного) влияний, разгоревшаяся во второй половине XVII в., породила славянофильство и западничество [6, 245].

Уже в исследованиях историков второй половины XIX в. проявились консервативное и либеральное истолкование славянофильства. Петербургский историк К.Н. Бестужев-Рюмин в статье «Славянофильское учение и его судьбы в русской литературе» (1862) выделял в движении, прежде всего, патриархально-консервативные черты. А А.Н. Пыпин, напротив, относил славянофилов к либералам [7, 3].

Позднее П. Линицкий в своей книге «Славянофильство и либерализм. Опыт систематического обозрения того и другого» (1882) безоговорочно относил славянофилов к консерваторам. По мнению же видного философа и историка начала XX в. М.О. Гершензона, из славянофильства выросла вся российская правая идеология [7; 3-4].

классовый подход к идейному наследству славянофилов

После Октября 1917 г. славянофильство стало изучаться в контексте его классовой природы, системы экономических воззрений. г.В. Плеханов впервые в отечественной историографии попытался выявить классовые корни славянофильства. По его суждению, теория славянофилов насквозь пронизана страхом перед классовой борьбой, революцией. Мыслитель также подчеркнул консервативную природу славянофильства, приравняв его к охранительной идеологии. Согласно г.В. Плеханову, «славянофильство и теория «официальной народности» представляют собою по существу одно и то же учение»[8, 96], а мировоззрение славянофилов является «чисто дворянским». Итак, г.В. Плеханов определил славянофильство как сугубо консервативное явление.

Некоторые положения П.Н. Милюкова, концепции В.О. Ключевского и особенно г.В. Плеханова оказали большое влияние на советских исследователей. Одни из них принимали плехановскую концепцию славянофильства, другие критиковали ее и развивали свои идеи. Исходным материалом рассуждений исследователей в обоих случаях была теоретическая схема мыслителя. Таким образом, в советской историографии сложились два взгляда на славянофильство. Сторонники монистической трактовки определяли движение как однозначно консервативное, а позже – чисто либеральное. А их оппоненты утверждали дуалистическую природу славянофильства: консервативно-реакционную и в то же время либерально-прогрессивную, то есть помещичье -буржуазную в классовом отношении. Так или иначе, исследование проблемы производилось с точки зрения классового подхода.

На рубеже 1920-1930-х гг. вследствие травли «классовых врагов на историческом фронте» были утрачены целые пласты исторической мысли. Как утверждал г.В. Вернадский, «возобладала школа М.Н. Покровского с ее девизом “история есть политика, отброшенная в прошлое”» [1, 221]. Тогда о славянофильстве вспоминали редко. Специальных работ по его истории, за исключением статьи Н.Л. Рубинштейна «Историческая теория славянофилов и ее классовые корни», не было вовсе.

Мировоззрение славянофилов в первой трети XX в. рассматривалось как идеология помещиков. Такого взгляда придерживался, как уже говорилось, Плеханов. Ему возражал историк-марксист Н.Л. Рубинштейн. Обратившись к классовым основам славянофильства, он сделал вывод о наличии в нем дворянских и буржуазных черт. Ближайшими предшественниками славянофилов были, по его словам, представители «официальной народности». Их литературная деятельность протекала в основном в 30-х гг. xix столетия. Историк признавал близость славянофильства и теории «официальной народности» как двух охранительных школ. Но в первой из них, в отличие от второй, он находил и прогрессивные элементы [9, 55].

Историческая теория славянофилов, по Н.Л. Рубинштейну, была противоречивой. Самобытность русского исторического процесса уживалась в ней с заимствованиями от Запада [9, 116]. Итак, исследователь впервые в советской историографии высказал мысль о двуединстве классовой природы славянофильства, наличии в нем дворянских и буржуазных элементов, прогрессивных и реакционных черт.

конкретно-исторический подход к проблеме славянофильства

В предвоенные годы в связи с изменением международной обстановки классовый подход в марксистской историографии утратил гипертрофированные формы. Хотя монистическая трактовка славянофильства как консервативного течения сохранялась. Н.М. Мещеряков, в частности, считал, вслед за М.П. Погодиным, славянофилов охранителями [3, 15). Но возникли и новые подходы к проблеме славянофильства.

Этапным по научной значимости в изучение проблемы стал доклад С.С. Дмитриева в Институте истории Академии наук СССР и написанная на его основе статья «Славянофилы и славянофильство». В ней историк отмечает недостаточную степень изученности славянофильства как направления. Причина

была в том, что славянофильством больше занимались философы, историки литературы, критики, а не историки. Так, в науке распространился расширительный подход в применении терминов. Подход, по мнению исследователя, должен быть «конкретно-историческим». Понятия «славянофильство» и «западничество» нужно применять лишь относительно эпохи 1840 – 1880 гг. [2, 85]. Определяющим моментом тех лет была реформа 1861 г.

О славянофильстве в историографии высказываются противоречивые суждения. Его называют либо крепостнической помещичьей идеологией, либо реакционным националистическим либерально-буржуазным течением, либо панславистским движением. Дмитриев определяет славянофильство как помещичью идеологию с элементами буржуазности [2; 86, 93].

По мнению исследователя, внутреннюю противоречивость концепции славянофилов обусловило большое число разнообразных влияний. В ней имеют место быть относительно прогрессивные для того времени взгляды и реакционные воззрения. К первым принадлежат социально-политические взгляды славянофилов. Славянофильство возникло в эпоху кризиса крепостнического строя. Как направление оно было враждебно крепостничеству. Славянофилы ратовали за освобождение крестьян с землей, а также за сохранение общинного землевладения [2, 90, 91,93].

Славянофилы были монархистами, но выступали за создание Земского собора, за свободу слова и др. Позитивными были и экономические взгляды славянофилов: замена крепостного труда «свободным» трудом наемного работника, превращение России из страны «земледельческой» в страну «промышленно-земледельческую» [2, 96]. Как и Рубинштейн, С.С. Дмитриев отметил наличие буржуазного содержания в славянофильстве.

Несмотря на идейное размежевание славянофилов и западников, историк подчеркнул их внутреннюю близость, принадлежность тех и других к либеральному лагерю. Но и Дмитриев не избежал конъюнктурных моментов в оценке славянофильства. Так, обвинения славянофилов в поповствующем идеализме, антиреволюционности носят идеологический характер. Ныне эти аспекты мировоззрения славянофилов не выглядят как однозначно реакционные.

Отмечая консервативный характер славянофильства, историк утверждал наличие в нем прогрессивных и реакционных сторон. Статья Дмитриева придала новый импульс исследованию проблемы славянофильства. Позднее исследователь пришел к выводу, что славянофильская идеология не только внутренне противоречива, но и дуалистична: содержит консервативные и либеральные элементы.

монистическая и дуалистическая трактовки славянофильства

После войны 1941-1945 гг. проблема западничества и славянофильства оказалась в тени. В исторической науке продолжали существовать консервативная и либеральная трактовки славянофильства. В.М. штейн в работе «Очерки развития русской общественно-экономической мысли XIX – XX веков» (1948) оценивал славянофильство как прогрессивное явление. А А.г. Дементьев в книге «Очерки по истории русской журналистики 1840-1850 гг.» (1951), как и Плеханов, отождествлял славянофилов с представителями «официальной народности» [3, 16].

О выходе монографических работ по проблеме славянофильства длительное время не могло быть и речи. Лишь в середине 1950-х гг. появились специальные труды по славянофильству. К ним относится книга Н.А. цаголова «Очерки русской экономической мысли периода падения крепостного права» (1956). В ней дан анализ главных течений русской дворянской и буржуазной мысли середины xix в. на основе конкретного обзора экономических сочинений. Автор оппонирует С.С. Дмитриеву, отрицая прогрессивность славянофильства.

В 1960-е гг. произошло смещение акцентов в оценке славянофильства в сторону его либеральной трактовки. В поддержку последней выступили историки ш.М. Левин («Общественное движение в России в 60-70-е годы XIX века»,1958) и Н.г. Сладкевич («Очерки истории общественной мысли в России в конце 50 – начале 60-х годов XIX века», 1962). Консервативное направление в изучении славянофильства в 1960-1970-е гг. представляли А.г. Дементьев, В.И. Кулешов, Ю.З. Янковский, А.Л. Янов и др.

Начало новому этапу в изучении славянофильства положила дискуссия 1969 г. в журнале «Вопросы литературы». Она стимулировала рост интереса к славянофильству, появление монографических исследований, посвященных движению. Взгляды ленинградских исследователей развили в 1980-е гг. Е.Д. Дудзинская, Н.И. Цимбаев. Первой принадлежит монография о деятельности славянофилов в канун крестьянской реформы. В ней дан историографический обзор литературы по славянофильству. По мнению историка, еще в 1941 г. С.С. Дмитриевым была представлена программа исследований, не реализованная и по сегодняшний день [3, 16].

В 1980-е гг. в исторической науке, согласно Дудзинской, утвердилось мнение о буржуазно-либеральном характере идей славянофилов. Это выяснилось в итоге изучения идейно-теоретических позиций славянофилов в комплексе с экономическими, политическими взглядами, а также с их хозяйственно-предпринимательской практикой. Итак, славянофильство и западничество – две разновидности буржуазно-помещичьего либерализма. Двуединое определение классовой природы славянофильства, порожденное переломной эпохой в истории страны, получило признание научной исторической общественности. Это отразилось в работе «Развитие советской исторической науки в 1970 –1974 гг.», подготовленной к XIV Международному конгрессу исторических наук [3, 8]. Но Е. Дудзинская не дает должной оценки консервативным воззрениям славянофилов, ярко проявившимся в 30-50-х гг. XIX в. То есть ее следует отнести к сторонникам монистической трактовки славянофильства как либерального течения общественной мысли XIX в.

К выводу о буржуазно-либеральной природе славянофильства пришел Н.И. Цимбаев. Ему принадлежат работы по истории славянофильства и труды об И.С. Аксакове, С.М. Соловьеве. Согласно Н. Цимбаеву, термин «славянофил» возник в начале XIX в., в разгоревшейся полемике о «старом» и «новом» слоге русского языка [10, 6].

По Цимбаеву, славянофильство стало своеобразным итогом эволюции либерализма декабристского периода. Оно отразило взгляды представителей левого фланга раннего либерализма, либералов первого в условиях николаевской реакции поколения [10, 71]. Историк отмечает неоднородность славянофильства: старшим славянофилам, в отличие от младших их соратников, не был присущ панславизм. К тому же после крестьянской реформы и восстания 1863 г. в Польше в движении произошел раскол.

Н.И. Цимбаев считает,ч то «славянофильство изжило себя к середине 1870-х гг., когда завершился в основном переход к капитализму и новые общественные отношения стали играть определенную роль в развитии России».

Историк В.А. Китаев характеризует социально-политические взгляды славянофилов как близкие к либеральным. Но, в отличие от Дудзинской и Цимбаева, не относит славянофилов безоговорочно к либералам. По его словам, более предпочтительной выглядит позиция о наличии в славянофильстве либеральной и консервативно-утопической линий [5, 143].

Итак, в советской исторической науке проблема славянофильства изучалась в основном с точки зрения классового подхода. Образовались две тенденции в оценке славянофильства: монистическая и дуалистическая. В первом случае движение рассматривалось как консервативное, реакционное, либо, напротив, – как либерально-прогрессивное явление. Во втором – как консервативное и либеральное течение, сочетающее реакционные и прогрессивные черты. Это истолкование в наибольшей степени выражает внутренне противоречивый характер славянофильства. Основным в либерально-консервативной ориентации славянофилов являлось желание примирить все сословия русского общества, стремление к согласию.