23.Кант. Як можливі аналітичні судження апріорі.

Вопрос о возможности синтетических суждений a priori заявлен Кантом как основной вопрос всей критической философии. Дихотомия аналитических и синтетических суждений основывается на возможности различного отношения между субъектом и предикатом суждений. Под аналитическими Кант понимает такие суждения, где предикат, уже содержащийся в понятии субъекта и смутно мыслящийся в нем, эксплицируется из этого понятия по закону тождества. Хотя аналитические суждения и не расширяют наших познаний, но они все же расширяют сферу отчетливо мыслимого. В этом психологическом моменте основное отличие аналитических суждений от бессодержательных тавтологий. Будучи основанными на непреложном законе тождества, все аналитические суждения априорны (строгая необходимость трактуется Кантом в качестве одного из критериев априорного знания). В числе примеров аналитических суждений, приводимых Кантом, положения: “все тела протяженны”, “всякое золото желто”, “все мои представления объединены в Я”. Разъяснения Канта позволяют связать аналитические суждения с экспликациями правил словоупотребления. Суждение “золото желто” имеет в таком контексте следующий смысл: необходимым условием именования предмета “золотом” является наличие у данного предмета желтого цвета (если трактовать данное суждение как синтетическое, возможность чего Кант в принципе не исключает, то оно будет означать, что всякий предмет с такими-то и такими-то свойствами, т.е. золото, обладает также и с желтым цветом). В метафизике, как и в других науках, аналитические суждения играют служебную роль, уточняя и разъясняя основные понятия. Аналитическое “добавление” к критике чистого разума превращает последнюю в трансцендентальную философию. Сама же критика концентрируется на выяснении основных принципов синтетических суждений.

25.Онтологічний смисл понять «річ для нас» і «річ у собі».

(Ding an sich, Ding an sich selbst – нем.)

Важнейшее понятие кантовской философии. В строгом смысле, означает вещь со стороны тех ее свойств, которые не зависят от человеческого восприятия и его специфических условий (при том, что они вполне могут зависеть от условий божественного созерцания). Вещь в себе противоположна явлению, как тому, что с формальной стороны всецело определяется субъективными условиями чувственности. Кант полагает, что понятие о вещи в себе возникает как коррелят понятия явления: доказав, что предметы чувственности в их пространственно-временной форме существуют только в человеческом восприятии, мы одновременно мыслим нечто, что сохраняет свое бытие и помимо восприятия. Это и есть понятие вещи в себе, или самой по себе (ноумена). Однако из этого “пограничного” понятия автоматически не следует существование подобных предметов. В разные периоды своего творчества Кант по-разному трактовал вопрос о существовании и познаваемости вещей самих по себе. Еще в первом издании “Критики чистого разума” он, по сути, отрицал доказуемость бытия вещей в себе. Во втором издании “Критики” Кант называет “скандалом для философии” принимать на веру существование внешних нам предметов и выдвигает программу “опровержения идеализма”, направленную в конечном счете на подтверждение реальности вещей самих по себе. Тезис о непознаваемости вещей в себе выдвигается Кантом в критический период его философии в связи с исследованием условий возможности априорного синтетического познания. Априорное познание возможно лишь в том случае, если наши понятия содержат в себе условия возможности тех или иных предметов. Вещи сами по себе не могут быть такими предметами (наш рассудок – не божественен). Следовательно их априорное познание невозможно. Но и в опыте вещи в себе нам не даны. Все истинные утверждения о вещах в себе (кроме, возможно, тезиса о их бытии) на деле оборачиваются отрицаниями: они вне пространства, вне времени и т.д. Своеобразной лазейкой в мир вещей самих по себе является практическая философия Канта. Моральный закон как единственный “факт чистого разума” свидетельствует о нашей свободе, которая может иметь место только в субъекте как вещи самой по себе, хотя и в этом случае речь не идет о теоретическом познании (не хватает необходимого для этого созерцания). Связка вещь в себе – явление во многом синонимична коррелятивным понятиям “ноумен – феномен”, “вещь вообще – вещь как предмет возможного опыта”, “трансцендентальный объект – многообразное чувственности”. Согласно одной из кантовских схем, вещи сами по себе воздействуют на чувственность и порождают многообразие ощущений (при этом надо различать разные уровни аффицирования и принимать во внимание неопределенный эпистемологический статус подобного утверждения). Кант полагает, что разделение всех возможных предметов на явления и вещи сами по себе (феномены и ноумены) – необходимое условие преодоления внутреннего столкновения рациональных максим в антиномии чистого разума.