11. Как Светлана переживает разлуку с любимым?

Однажды в крещенский вечер девушки гадали на судьбу. Среди девушек только Светлана молчалива и грустна, она не пела, не гадала. Ее любимый далеко, уже год от него нет вестей, и Светлане очень тяжело переживать разлуку с ним. 

*Это так для справочки

Счастье девушки непосредственно зависит от того, сохраняет ли она верность народным обычаям. Людмила усомнилась в них, возроптала на судьбу, повелевающую ждать жениха, и счастье от нее отвернулось. Светлана – и тут, конечно, не последнюю роль сыграл патриотический подъем во время Отечественной войны 1812 года – напротив, несмотря на страшные видения, не потеряла надежды. И награда ей – не смерть в разлуке с любимым, а разделенная любовь на земле. По мысли Жуковского, даже гибель жениха не мешает любви, потому что сродные души соединяются и за пределами земного бытия. Тем самым эпический сюжет содержит у Жуковского народнопоэтическую и народно-религиозную основу. При этом религиозность выступает в качестве гуманных и наивных народных поверий. Они-то и составляют романтическую сущность души, в особенности русской девушки. Отступление от романтического начала, живущего в человеке, чревато гибелью, а преданность ему, несмотря на все испытания, искушения и соблазны, дарует победу и над собой, и над темными, злыми силами. Людмила не выдерживает испытаний разлуки («Сердце верить отказалось!»), Светлана же не теряет надежды на счастье, и оно приходит к ней. Не случайно Жуковский в балладе «Светлана» погружает героиню в народный деревенский быт с его праздниками, гаданиями, обычаями. Поэт мотивирует народные истоки романтических чувств Светланы.

11. Когда Светлане становится страшно?

Жизнь человека издавна связывалась с представлениями о пути, о дороге. В балладе венчание и замужество осмыслены как решающие этапы жизненной стези. В этом динамическом мотиве особенно существенны два пункта – начальный и конечный. Начало – это отправка в неизвестную даль. Светлану влечет любовь, она жаждет встречи с женихом («им лишь красен свет, им лишь сердце дышит…»), но одновременно ее тяготят мрачные предчувствия, и она испытывает невольный страх («Занялся от страха дух…»). Так появляются картины пейзажа, передающие не только очертания зимней дороги («Тускло светится луна В сумраке тумана…»), но смутные, тревожные настроения героини, ее «туманное» грядущее. Поэт создает атмосферу тайны, неизвестности, а неизвестность рождает «робость» и «страх», хранит «мертвое молчанье». В этой атмосфере и Светлана окутана загадочностью. Она «молчалива и грустна», ей свойственна «тайная робость». Обычный конец динамического мотива – гибель. Гибель или несчастье традиционно завершают в балладе эпизоды появления жениха и скачки с ним сначала в Божий Храм, а затем в «мирный уголок», «хижину под снегом». Тут самые жуткие предчувствия Светланы сбываются: жених оказывается мертвецом, а героиня обречена на одиночество. В довершение картины Светлана предвидит свою смерть.

Действие происходит в определенном пространстве и в определенном времени. Главный пространственный образ – образ дороги. Движение совершается от первой «станции» (Божьего храма) до последней (избушки), где Светлане открывается горькая и печальная истина. Все видимое глазами героини пространство вечно, устойчиво и однообразно: степь, бугры, снег. Бег коней сопровождается метелью, вьюгой. Кругом одиночество и безлюдье. Смысловое значение пространства заключается в передаче таинственности и в том, что человек оставлен наедине со всем миром и со своей судьбой. В атмосфере таинственности угадываются предзнаменования будущего несчастья, оживленные мифологическими представлениями, старинными преданиями. Степь, покрытая снегом, с древних времен напоминала человеку белое покрывало, белое полотно, под которым лежит мертвец, саван; вьюга и метель – игру демонических сил, злых мертвецов, бесов и ведьм. К тем же мифологическим представлениям относятся и образы луны, неверный свет которой помогал дьявольским начинаниям и козням, сверчка («вестник полуночи»), ворона, предвещающего несчастье и беду («Черный вран, свистя крылом, Вьется под санями; Ворон каркает: печаль!»). Все это были образы, которые содержали стойкие отрицательные смысловые представления и чувства. Дважды упоминается и о гробе – явном знаке смерти.

Столь же художественно определенным в своих намеках и символах было в балладе и время. Сюжет развивался на границе дня и ночи, в сумерки или ночью, при свете луны. Тем самым ночь, когда нечистая сила получала простор для своих черных деяний, в балладе предстает подлинно событийным временем. Жуковский постоянно упоминает о луне, о сумраке, о тумане. Устойчивые признаки пространства и устойчивые знаки времени образуют балладный хронотоп .(как у новалиса)

Поскольку все мотивы и образы, встречаемые в балладе, призваны раскрыть внутреннее состояние героини, то в соответствии с этим и слова несут в балладе не столько предметный, сколько эмоциональный смысл. «Тускло светится луна В сумраке тумана…» – это не только точное обозначение времени суток, но и состояние природы, и душевный мир Светланы, полный тревоги. Или строки «Свечка трепетным огнем Чуть лиет сиянье…» тоже передают не только трепетанье огня, но и трепет в душе девушки. Каждое слово и каждое выражение получают в балладе не одно лишь прямое, вещественное, а прежде всего эмоциональное значение. Слова подобраны так, что излучают сильное эмоциональное поле. Жуковский вдохнул в слово жизнь чувства, и оно стало богато оттенками. Например, выражение «руки охладелы» указывает не только на температуру рук (охладевшие, холодные), но и на руки мертвеца, тело которого стало холодным, и на загробный мир, откуда веет неземным холодом.