Глава I. Смысл и содержание профессионального долга социального работника

1. Понятие и сущность долга

В Конституции нашего государства человек провозглашен высшей ценностью (Ст. 2), а государство провозглашено социальным (Ст. 7), т.е. государством, для которого достижение каждым человеком максимального блага – важнейшая цель деятельности и развития. Человек в Конституции Российской Федерации наделен всеми основными правами и гарантиями: на жизнь, свободу, защиту чести и достоинства, жилье, охрану здоровья, образование, труд, социальное обеспечение в случае утраты трудоспособности и другими. Из Конституции РФ следует, что забота о благополучии граждан и о реализации ими их прав – естественная и неизменная сфера деятельности государства и его долг перед гражданами. Важнейшая задача государства – решение наиболее общих проблем населения.

В любом государстве, даже в самом благополучном, в любой момент времени имеются граждане, по объективным причинам не имеющие возможности реализовать свои права. Наиболее общей причиной этого является, как правило, недостаточная адаптированность этих граждан из-за физического состояния, а также негативного психологического, социального и экономического положения. Вследствие этого они нуждаются в дополнительных мерах защиты своих прав и интересов государством, оказании им адекватной помощи. Поэтому создание и легитимизация в современном социальном государстве специфического социального института социальной работы, который на профессиональной основе должен оказывать помощь человеку в реализации его прав, есть прямое и естественное следствие конституционных деклараций. Каждое современное государство принимает дополнительные меры защиты граждан, обладающих ситуативно или стойко сниженными возможностями в реализации своих прав. Именно таким образом формулируется государством основная задача практической социальной работы.

Эту задачу по поручению государства и от его имени реализует социальный работник. Таким образом, создавая институт социальной работы и принимая меры к ее становлению и развитию как вида профессиональной деятельности, государство выполняет свой долг перед отдельными гражданами, их группами и всем обществом. Поэтому профессиональная социальная работа, рассматриваемая в нашей стране как профессиональный институт помощи человеку в реализации его прав и гарантий, отвечает представлениям о долге современного общества и государства перед этой категорией граждан. Более того, создание института социальной работы может рассматриваться как выполнение государством своего долга перед всем обществом, поскольку люди, обладающие сниженными возможностями в реализации своих прав – неотъемлемая составляющая всякого общества. В этой связи социальная работа в деонтологии может быть представлена как опредмечивание долга общества и государства перед человеком вообще и, в особенности, перед человеком, нуждающимся в особой заботе с их стороны по объективным причинам.

Смысл должного поведения, отношений и действий социального работника – достижение блага клиентом и обществом, а следовательно, обеспечение высокоэффективной, квалифицированной профессиональной деятельности, гарантирующей положительный конечный результат. Для профессионального социального работника требования профессионального долга во многом могут совпадать как с его профессиональными обязанностями, так и с его личными интересами, в силу чего он осознает долг как естественную необходимость и в то же время как внутреннюю потребность, моральный долг. Требования профессионального долга, ставшие внутренними убеждениями социального работника, являются определяющим мотивом и одновременно – главным духовным стимулом его деятельности. Требования морального долга заставляют социального работника определять свои обязанности шире, нежели это предусмотрено в должностной инструкции. В отличие от профессионального долга, профессиональные обязанности специалиста могут носить более конкретный характер, т.к. они относятся к выполнению разнообразных требований и задач, возложенных на социального работника в силу его профессионального статуса или на социальную работу как на институт, востребованный обществом.

Деятельность социального работника во всех своих модификациях и компонентах имеет выраженную социальную направленность и несет в себе многомерные социальные последствия. Ее социальные аспекты многогранны, в связи с чем встает вопрос о долге и ответственности специалиста перед обществом и государством за свою деятельность и ее результаты. Рассматривая этот вопрос в целом, следует отметить, что само выполнение социальным работником его профессиональных обязанностей, достижение поставленных целей соответствует интересам общества. Решая ту или иную конкретную задачу, социальный работник ситуативно руководствуется различными группами интересов - интересами клиента, своими индивидуальными, общепрофессиональными, которые в главном совпадают с общественными. Однако деятельность социального работника столь сложна и многообразна, содержит в себе возможность возникновения такого огромного количества нестандартных, неформальных ситуаций, что он довольно часто оказывается в ситуации выбора: как поступить, чьи интересы считать приоритетными – общества и государства или клиента, клиента или свои собственные и т.п. При этом основные этические коллизии возникают на стыке интересов клиента и государства.

В решении этой задачи необходимо иметь в виду, что общее практически всегда имеет приоритет над частным (именно так формируются нормы, стандарты, представления о должном и т.п.). Однако в конкретных случаях это не всегда бывает очевидным. Могут иметь место и исключения. Чаще всего это бывает тогда, кода социальная реальность не соответствует декларациям государства, вследствие чего социальный работник, обязанный от имени государства обеспечить своим клиентам достойную жизнь, сталкивается с ресурсной недостаточностью и вынужден в некоторых аспектах сужать свою деятельность от необходимой до возможной. Это возможно также в случаях, когда декларации государства носят формально-лицемерный характер и не требуют активной деятельности, направленной на оказание помощи гражданам в реализации их прав, а предусматривают лишь ее видимость. Тем не менее, если государство институализировало социальную работу как общественно необходимую профессиональную социальную деятельность, возложив на нее определенные функции и задачи, значит, оно ожидает получить вполне определенный конечный результат в пределах предоставленных ресурсов и функционала.

Основной категорией деонтологии является долг (греч. deon).

Понятие долга имеет длительную историю развития. Впервые понятие долга рассматривается Аристотелем, который трактует его как обычай¹. Необходимость следования обычному (т.е. соответствующему установившимся обычаям) поведению Аристотель трактует как долг личности перед обществом. При этом он исходит из того, что обычай формируется как многократно апробированная, положительно зарекомендовавшая себя и поэтому ставшая социально одобряемой и привычной (обычной) форма поведения. Должное (обычное) поведение, по его мнению, сделает человека понятным и приемлемым в обществе, поможет избежать негативных последствий необычных поступков и ему самому, и окружающим его людям и, соответственно, гарантирует жизненный успех, а также будет служить благополучию и процветанию общества. Немаловажным является и то, что следование обычным поведенческим формам не требует глубоких рассуждений, умения анализировать ситуацию и, следовательно, может быть рекомендовано для всех. Цицерон рассматривает выполнение обязанностей как выражение предельной устремленности к добру, относя его к нравственно прекрасному и полезному².

Многие этические теории прошлого рассматривали долг как проявление либо божественной воли, либо как реализацию вечных и неизменных свойств человеческой природы. Китайская философия понимала долг личности как ее обязанность следовать установленным издревле нормам и правилам поведения. В средние века основное содержание долга рассматривалось как необходимость подчиняться божественной воле, соблюдать заповеди, причем их содержание раскрывалось перед человеком через откровение. Таким образом, следование долгу в этот период было прямым следствием веры в бога.

Материалисты прошлых веков зачастую сводили содержание долга к соблюдению собственных интересов. Сознание долга, по их представлению, определялось опытом и разумом личности, причем немаловажную роль играли представления об истинной социальной пользе поступка (деятельности), его значении для общества. В этике И. Канта долг выступает в форме категорического императива, морального закона, присущего человеческому разуму, причем «высокое достоинство долга не имеет ничего общего с наслаждением жизнью». Согласно его учению, исполнять свой долг - значит лишь делать то, что в нравственном порядке вещей, следовательно, не заслуживает быть предметом удивления³. У Г.В.Ф. Гегеля в качестве долга для личности выступает добро в себе и для себя, поскольку человек должен иметь понимание добра, сделать его своим намерением и осуществлять в своей деятельности⁴.

В настоящее время долг – это важнейшая этическая категория. Он представляет собой выступающее в качестве внутреннего переживания принуждение поступать в соответствии с требованиями, исходящими из этических ценностей, и строить свое бытие в соответствии с этими требованиями⁵.

Содержание морального долга как идеальное представление формируется как объективное рациональное, иногда противоположное чувственной склонности личности, ее эмоциям и желаниям. Долг содержит в себе самопринуждение, поскольку объективен, проистекает из законов морали и не всегда совпадает с установками личности и ее склонностями. Должное поведение, т.е. поведение в соответствии с деонтологическими принципами и содержанием долга, имеет место, когда личность, сопоставив собственные субъективные потребности с объективной необходимостью, делает выбор в пользу последних и реализует свою активность для выполнения долга. Поэтому должная регуляция поведения может иметь место не всегда, а тогда лишь, когда человек находится в состоянии сознательного выбора между различными, порой противоречивыми, вариантами поведения, действий, отношений, поступков. Одинаковые содержательно и с точки зрения результатов поступки в зависимости от мотивов («я этого хочу для себя» или «это необходимо сделать для людей») могут быть в результате анализа признаны как должными, так и просто нормативными. Этика долга, таким образом, требует от личности преодоления своих чувственных склонностей посредством волевых усилий и предполагает, что основным мотивом поступка является осознанная объективная необходимость его совершения.

Долг представляет собой механизм, включающий моральное сознание личности непосредственно в процесс выбора поступков, а также ориентирующий человека на достижение социально и индивидуально значимых результатов. В выборе между желаемым и должным поведением фиксируется раздвоенность самосознания на «Я хочу» и «Я должен» («хочу» и «надо»). По сути дела, это превращение требований морали, в равной степени относящихся ко всем людям, в личную задачу для конкретного человека, ее интериоризация. Анализируя и сопоставляя собственные ситуативные потребности и интересы с объективной необходимостью совершить те или иные поступки, личность в объективно необходимом, предстающим поначалу как внешнее по отношению к ней, выявляет необходимое для себя лично (субъективно необходимое).

Это естественно, поскольку общественные и личностные интересы не противоречат друг другу сущностно; их противоречивость может быть лишь ситуативной, поверхностной, кажущейся. В любой так называемой внешней необходимости личность может обнаружить свою долю интереса, поскольку человек живет среди людей, он – член общества, и его личное благополучие в немалой степени зависит от благополучия окружающих и всего общества. Отсюда следует, что, базируясь на внешней по отношению к личности, объективной необходимости, должное поведение в конечном итоге детерминируется внутриличностными причинами и соответствует сущностным потребностям личности. Интериоризируясь в процессе осмысления, содержание долга становится достоянием личности. Долг при этом частично автономизируется от общественного мнения, приобретает важное субъективное значение и становится важнейшим мотиватором поведения.

Внешняя заданность долга как необходимости в определенном поведении, действиях, деятельности не снимает проблему выбора поведения. С одной стороны, содержание долга предъявляет к человеку общие требования вне зависимости от его моральных, физических, интеллектуальных и прочих качеств. В этом смысле этика долга демократична, поскольку предъявляет ко всем людям одинаковые требования, не зависящие от индивидуальных характеристик людей. С другой стороны, качества конкретной личности существенно влияют на ее готовность к должному поведению и поступкам и возможность осуществления должного поведения на практике. Для достижения социально и индивидуально значимого результата личность должна приложить определенные усилия (физические, интеллектуальные, эмоциональные), в том числе направленные на преодоление (подавление) собственных ситуативных интересов, самой себя, что требует не только развитого морального сознания, но и волевых усилий, т.е. наличия силы воли.

Не учитывая в теории индивидуальные характеристики личности, в практике этика долга не может не считаться с ними, поскольку индивидуальные характеристики человека влияют на ее социальное, в том числе должное, поведение. Иначе говоря, долг содержит в себе диалектическое единство объективной необходимости и субъективной активности человека, приводимой в действие волей личности и ее моральным сознанием. Из этого следует, что необходимость обеспечения должного поведения требует соответствующего уровня развития личности. Поэтому деонтическая или деонтологическая регуляция поведения представляет собой более глубокий и обширный пласт морального сознания, нежели моральные потребности, удовлетворение которых далеко не всегда требует наличия развитой силы воли.

В общем виде содержание долга человека можно представить как требование следовать идеалам добра, справедливости, общественного блага. Важнейшая социальная функция долга состоит в обеспечении удовлетворения наиболее общих интересов сообщества (общества, группы). В требованиях долга в той или иной форме находят отражение интересы общества, той или иной группы или личности. Осознание и переживание этих интересов, выделение их них общих с личными интересами приводит к формированию и осознанию чувства долга. По сути дела, осознание своего долга есть констатация человеком своей зависимости от общества, группы, поскольку содержание долга носит, как правило, в основном внешний по отношению к личности характер, по крайней мере, на начальном этапе процесса выбора поведения.

Альтернативность ситуации выбора поведения создает стимул для самоидентификации человека как личности, т.е. социализированного индивида, члена общества, рождает чувство принадлежности к обществу, группе, единения с ними и причастности к их жизни. Более того, наличие чувства долга демонстрирует осознание личностью своей ответственности перед сообществом, зависимости его благополучия от действий и поступков личности. Поэтому долг выступает как форма регуляции поведения человека со стороны общества или группы, форма моральной оценки его поведения и деятельности, один из механизмов социализации. Кроме того, в долге отражен специфический механизм взаимодействия людей как членов определенного сообщества.

Самопринуждение как механизм реализации должного поведения не означает, однако, что должное поведение всегда сопровождается исключительно негативными эмоциями или иными негативными ощущениями личности, потерями и ущербом для ее индивидуального благополучия. По И. Бентаму, выполнение долга может стать одним из источников удовольствия («чувство выполненного долга», удовлетворенность) с точки зрения полезности полученного в результате должного поведения результата, выступающего как фактическая полезность процесса самопожертвования ради общего блага. Поэтому императивность долга не означает полного подавления индивида. Она означает лишь подавление его ситуативно актуального субъективного желания, не совпадающего с общественными интересами, и поэтому представляет собой более полную реализацию гуманной сущности человека как общественного существа в отношении семьи, коллектива, государства, человечества. Деонтология требует подавления не личности, а ее слабостей, преодоления ее несовершенства, узости социального мышления, эгоизма. Выполняя свой долг, личность утверждает его приоритетность по отношению к ситуативным личным желаниям, чувствам и эмоциям.

Таким образом иными словами, в долге отражен приоритет общественных интересов над личностными, и выполнение своего долга, привычно должное поведение личности свидетельствует о высоком уровне личностного развития, социальной зрелости человека.

Природная социальность и коллективизм человека делают выполнение им долга не столь уж тяжким бременем. Вместе с тем, принуждение к должному поведению может вызывать нигилистическую реакцию личности, протест против принудительности вообще, безотносительно содержания и ожидаемого результата должных действий, особенно в пубертатном периоде, когда желание утвердить себя заставляет подростка бунтовать против любого, самого разумного и оправданного принуждения вообще. Это, однако, не исключает того, что при определенных обстоятельствах должное поведение для личности может стать со временем привычным, соответствовать ее склонностям, установкам и т.п. и приносить удовольствие не только от сознания выполненного долга, но и от преодоления самого себя, своей слабости, несовершенства и т.п. Осознание того, что предоставляется возможность побороть самого себя, преодолеть очередную слабость, выработать и развить в себе новое положительное личностное качество, принести пользу обществу, может стать важным мотивом должного поведения.