- •22.Публицистика Николая Семеновича Лескова.
- •21.Степан Петрович Шевырев(1806-1864)
- •3. Русская литературная критика XVIII века. Н.М.Карамзин как критик.
- •5. Декабристская критика (ф.Глинка, к.Ф.Рылеев, о.Сомов, в.Кюхельбекер, а.Бестужев (Марлинский).
- •19.Критик братьев Киреевских
- •13. Литературно-критическая деятельность в.Г.Белинского.
- •14. Последователи в.Г.Белинского в критике (в.Н.Майков, н.А.Некрасов, а.И.Герцен, н.И.Надеждин).
- •20.Критика Хомякова
- •6. К. Н. Батюшков и в. А. Жуковский как критики.
- •29. Критическое творчество н.Н.Страхова.
- •25. Критика в.П.Боткина
- •26. Критика Дудышкина
- •27. Критическое творчество к.Н.Леонтьева.
- •7. Критика Пушкинской эпохи. Николай и Ксенофонт Полевые как критики.
- •8. Критика Петра Андреевича Вяземского.
- •11.Пушкин как критик
- •12. Гоголь – критик
- •10.Грибоедов –критик.
- •21.Степан Петрович Шевырев(1806-1864)
- •3. Русская литературная критика XVIII века. Н.М.Карамзин как критик.
- •19.Критик братьев Киреевских
- •13. Литературно-критическая деятельность в.Г.Белинского.
- •14. Последователи в.Г.Белинского в критике (в.Н.Майков, н.А.Некрасов, а.И.Герцен, н.И.Надеждин).
- •19.Критик братьев Киреевских
- •6. К. Н. Батюшков и в. А. Жуковский как критики.
- •26. Критика Дудышкина
- •29. Критическое творчество н.Н.Страхова.
- •27. Критическое творчество к.Н.Леонтьева.
- •7. Критика Пушкинской эпохи. Николай и Ксенофонт Полевые как критики.
- •8. Критика Петра Андреевича Вяземского.
- •11.Пушкин как критик
- •12. Гоголь – критик
- •10.Грибоедов –критик.
- •25. Критика в.П.Боткина
20.Критика Хомякова
Алексей Степанович Хомяков (1804-1860) писал стихи, пьесы, изредка критические отзывы, но главные его труды касались философских вопросов, поземельных отношений в России, проблем реформы, межславянской солидарности, славянофильского учения о самобытных путях России. Русский Леонардо да Винчи. Изобрел ружье по дальним целям. Считается основателем духовной поэзии, учения о соборности. Основная цель -восстановление наших частных умственных путем оживления традиций.
В статье «О старом и новом» (1839) Хомяков в наиболее резкой форме выразил основы своего учения. Нисколько не скрывая отсталости России, автор считал, что причиной тому являются петровские реформы, оторвавшие Россию от ее прошлого, изменившие ее самобытный путь развития. Теперь пора об этом вспомнить, так как западные пути Хомяков считает пройденными: Запад находится накануне катастрофы. Обидой на русское самоуничижение и на западное высокомерие пронизаны две статьи Хомякова: «Мнение иностранцев об России» и «Мнение русских об иностранцах». Образцовой страной, умеющей хранить патриархальность, была для него Англия («Письмо об Англии», 1848). Хомяков посетил Англию в 1847 году, и она полюбилась ему своим «торийским» духом: «тут вершины, да зато тут и корни». Хомяков находит даже сходство между Москвой и Лондоном: «в обоих жизнь историческая еще впереди». Впрочем, Хомяков заходил слишком далеко: он считал, что само слово «англичане» происходит от славянского «угличане».?
«Натуральную школу» Хомяков отрицал как результат западного влияния. В специальной статье «О возможности русской художественной школы» Хомяков заявил, что никакой русской школы не может быть, пока «жизненное начало утрачено нами» из-за «прививного ложного полузнания». О «русской школе», о «разуме», о «жизненном начале», о «народности» вообще говорил Хомяков в этой статье. Но он стремился, вслед за Шевыревым, хотя бы по кусочкам, ценой натяжек собрать некое подобие зарождающейся русской школы в искусстве. Это видно из его тенденциозных и лишь местами справедливых разборов произведений разных видов искусств: оперы Глинки «Жизнь за царя» («Иван Сусанин»), картины А. Иванова «Явление Христа народу», отзывов о Гоголе, Веневитинове, С. Аксакове, Л. Толстом. С пафосом Хомяков утверждал, что для подлинно русских художников обязательно быть «вполне русским» и «жить вполне русской жизнью». Хомякова прельщает патетический финал оперы Глинки, «медью колоколов с сорока сороков» славящий единство русской земли, как благовест будущего всечеловеческого братства. Далекий план, на котором у Иванова поставлена фигура Христа,- проявление чисто византийско-русской плоскостной иконописи, избегавшей объемной чувственности католического искусства. «Никогда вещественный образ,- говорит Хомяков о картине Иванова,- не облекал так прозрачно тайну мысли христианской...» Естественно, что Хомяков не был согласен с теорией «чистого искусства», он стоял за тенденциозное искусство в духе славянофилов и поэтому казнил односторонне-отрицательную по своему духу драму Писемского «Горькая судьбина», отвергал традиционные похвалы критиков С. Т. Аксакову за «объективность» его творчества. Сущность этого писателя, разъяснял Хомяков, вовсе не в объективности, вообще «недоступной человеку». Сущность аксаковского творчества в том, что «он первый из наших литераторов взглянул на нашу жизнь с положительной, а не с отрицательной точки зрения». Положительность, по Хомякову, характеризуется отсутствием сатиры. В этом и заключается сущность «русской» школы в искусстве. Хомяков признавал право искусства на социальное обличение, но ограничивал его только сатирой на «типы пороков», а не на «частные лица». В этом смысле он хвалил обличительный дух рассказа Л. Толстого «Три смерти». Здравая идея о «русской школе» в искусстве искажалась Хомяковым до абсурда и погибала, не найдя своего прогрессивного обоснования. А ведь школа в действительности была - школа реализма, но она вызывала неприязнь у Хомякова.
24.Критика Анненкова (1813-1887) Входил в состав предстовителей «чистого искусства». А. лишь с некоторыми отклонениями, служил тем принципам, которые у него сложились в 40—50-е годы. А. много лет провел за границей: в Германии, Австрии, Италии, Швейцарии, Франции. Летом 1841 года в Риме Анненков под диктовку Гоголя переписывал начисто первый том «Мертвых душ». В «Отечественных записках» и «Современнике» печатались его «Письма из-за границы» (1841 —1843) и «Парижские письма» (1846—1847). Он сделал живые зарисовки университетской жизни Германии (лекции Шеллинга, Вердера), журнальной борьбы во Франции (дебютов левосоциалистического журнала «Независимое обозрение», издававшегося П. Леру, Ж. Санд и Л. Виардо), первых успехов натуралистических «Физиологии», возбуждения, вызванного выходом романа Э. Сю «Парижские тайны». А. следил за развитием духовных интересов русских передовых людей. Он оказался в атмосфере страстных философских, политических споров вокруг Гоголя и «натуральной школы», между западниками и славянофилами. В воспоминаниях А. нарисовал портреты многих современников, с которыми он поддерживал связи и переписку (Бакунин, Гоголь, Боткин, Кудрявцев). К концу «страшного семилетия» Анненков начал выступать в качестве литературного критика, порвал с «Современником» и перешел в дружининскую «Библиотеку для чтения». Войдя в «эстетический триумвират», он стал активно проповедовать теорию «чистого искусства». В 1857—1861 годах Анненков — типичный представитель половинчатой, соглашательской либеральной партии. Он приветствовал царскую реформу. Важной литературно-критической статьей Анненкова являются «Заметки о русской литературе 1848 года» (первый обзор литературы в «Современнике» после смерти Белинского, как бы поддерживавший его традицию). Явная ревизия «заветов» великого критика отчетливо наметилась в статье А. «Старая и новая критика» (первоначально называлась «О значении художественного произведения для общества», 1856). Разбирая роман Григоровича «Рыбаки» и рассказы Писемского «Леший», «Питерщик», А отказывался от критериев «натуральной школы», допускал изображение конфликтов лишь при условии их последующего примирения («Романы и рассказы из простонародного быта в 1853 году», 1854). В статье «Литературный тип слабого человека» (1858), содержащей оценку повести Тургенева «Ася», А вступил в открытую полемику с Чернышевским, как автором статьи «Русский человек на rendez-vous». Считая отошедшим в прошлое рефлектирующего героя-интеллигента и якобы не свойственный русской жизни «героический элемент», Анненков предпочитал тихое процветание того порядка, который укреплялся в России накануне и особенно после реформы. А. недоумевал, почему Щедрин и после 1861 года все еще возвращается к критике крепостного права, отыскивает его следы в настоящем («Русская беллетристика и г-н Щедрин», 1863).
Он нападал на недочеты «романического развития», передачи «духа времени», исторической и бытовой правды в толстовской эпопее «Война и мир» («Исторические и эстетические вопросы в романе Л. Н. Толстого «Война и мир», 1868). Он явно судил об этом романе с позиций традиционного, узкого, семейного романа и не понимал глубокого новаторства Толстого.
Но не следует целиком отождествлять Анненкова с другими теоретиками «чистого искусства». Он никогда не расставался с общественно-историческим критерием в искусстве. Он продолжал требовать от литературы постановки «нравственных» вопросов, оставался чутким к реалистическим исканиям. Анненков впервые ввел термин «реализм», хотя и в несколько ограниченном толковании, как отображение бытовой правды, в упоминавшейся статье «Заметки о русской литературе 1848 года» («Современник», 1849, № 1). Он не приписывал себе приоритета, а ссылался на разработанное уже Белинским понятие «реализм». «Появление реализма в нашей литературе,— писал Анненков, имея в виду появление «натуральной школы»,— произвело сильное недоразумение, которое уже пора объяснить. Некоторая часть наших писателей поняла реализм в таком ограниченном смысле, какой не заключала ни одна статья, писанная по этому предмету в петербургских журналах. Чувство справедливости и уважения к критическим статьям их понуждает нас защитить их от упреков, обыкновенно падающих на это направление (т. е. на «натуральную школу».— В. К.).
А. выступал против натурализма, штампов, мелкотемья, которыми начинали увлекаться некоторые писатели «натуральной школы» и бросать тем самым тень на главный метод в творчестве всей школы. В статьях Белинского, действительно, имеется много предупреждений о том, что у писателей «натуральной школы» есть произведения посредственные и есть подлинно художественные, широкие по охвату жизни. Но, за неимением терминов, все они назывались Белинским «натуральным изображением жизни» и входили в «натуральную школу». А. обращает внимание на это важное разграничение. Он употребляет термин с курсивом, но как бы не придает значения своему новшеству, так как вводит его лишь взамен давнего термина «натуральность изображения». Он употребляет термин «реализм» в прежнем, всеобщем значении, ссылаясь на «петербургские журналы», т. е. на Белинского, и хочет, собственно, отделить реализм от натурализма. Но разграничения терминов «реализм» и «натурализм» Анненков не провел.
Мемуары А. в своеобразной форме «дублировали» «Былое и думы» Герцена. Они параллельно охватывали почти тот же исторический процесс духовной жизни России и Западной Европы, но придавали ему либеральное истолкование. А. рецензировал почти те же главные произведения эпохи, что и критики-демократы. Несмотря на всю невыгодность такой конкуренции и несколько вялый стиль, можно говорить об известной эстетической проницательности Анненкова, его мастерстве как критика. Он выступал в защиту «Грозы» Островского от нападок суворинского «Нового времени», подметил характерные детали в творчестве Помяловского. Но особенно много ценных наблюдений он сделал над произведениями Тургенева, общая гражданская и эстетическая направленность творчества которого глубоко импонировала А. Его интересовал сопоставительный анализ различных реалистических приемов, он провел тонкий разбор творчества Тургенева и Л. Толстого в статье, первоначально называвшейся «О смысле в произведениях изящной словесности» (1854), позднее озаглавленной «Характеристики: И. С. Тургенев и Л. Н. Толстой». По глубине проникновения а психологию творчества писателя замечательны также воспоминания Анненкова о почти забытом тогда А. Ф. Писемском («Художник и простой человек», 1882).
4. Критика И.А.Крылова (1769-1844).
●Сатирико-просветительский характер критики. Расшатывал теорию 3х штилей; от авторов требовал простоты. По своим взглядам отличался от сентименталистов, пародировал их стиль. Кр. боролся за приближение искусства к жизненной правде, к рус.действ-ти.
●1792 г. «Каиб»: высмеиваются классицистические высокопарные оды и сентиментальные идиллии. Высмеивал лит.противников, противопоставлял жизнь простого народа и его нравственность жизни двора, полной безнравственности.
●«Ночи»: пародируются «Ночные думы» предромантика Юнга (перевод Карамзина), а также авантюрно-плутовские новеллы. ●Сатирик Крылов не был удовлетворён ни одним из существовавших лит.направлений, но окончательно не нашёл своего. Его «Речи» («Речь, говоренная повесою в собрании дураков», «Похвальная речь науке убивать время», «Похвальная речь Ермалафиду») в пародийной форме высмеивают сент-зм. Крылов придумал «клички» своим лит.противникам: под Ермалафидом, как полагают, выведен Карамзин («ермалафия» по-греч. – многословн. болтовня). «Похвальная речь в память моему дедушке» (1792) продолжает традицию новиковской сатиры, «Письмо уездного дворянина к своему сыну Фалалею» — фонвизинские образы.
●«Почта духов» (1789-1790) – лит.сатирический журнал Кр. По форме - собрание писем, посланных арабскому философу разными духами. Письма были связаны единым фантастическим сюжетом -> цельное произведение. Бытовые зарисовки чередовались с морально-философскими рассуждениями. Журнал имел смелую полит.направленность, обличал не только нравственные пороки, но и общ.порядки самодержавно-крепостнической России. Кр. также высмеивал грубые, извращенные вкусы, придворную развлекательную оперу.
●В рецензии на комедию А. Клушина «Смех и горе» (1793) Крылов довольно подробно изложил свою концепцию драматургии и театр.представления. В комедии критик естественно порицал недостатки в завязке и развязке, ибо «автор не должен казаться чудотворцем, но подражателем природы». Драматическая теория Крылова была явно выше тех правил, на которых построена комедия Клушина. Эта теория подходила к позднее написанным самим Крыловым комедиям «Урок дочкам» и «Модная лавка», чрезвычайно близким к манере Фонвизина и отчасти раннего Грибоедова. ●Всякому критику он предъявляет следующее требование: быть беспристрастным, не огорчать ни бранью, ни грубостями, а поступать так, как сам желал бы, чтобы с тобой поступали. ●Реалистичность критики Кр.: нельзя отождествлять дея-ть Кр. в 18в. с представлениями Кр.-баснописца 19 в., когда он уже стал великим реалистом. Сжатый до лаконизма «роман воспитания» в «Похвальном слове в память моему дедушке» или «роман путешествий» в «Каибе» еще не имеют развернутой системы «просветительского» романа.
●Кр. упрекал сентименталистов в том, что они слишком далеко заходят в своей вольности и нарушают старые каноны. Крылов-критик был сатирическим реалистом, допускавшим все большее и большее вторжение социального элемента в искусство. Но еще сильна у него была оглядка на классицизм.
