Содержание и форма

§ 133. Устойчивость формы вещи сохраняется тем, что она (форма) неотделима от содержания вещи и переходит в него. – Вот один из немногих параграфов логики Гегеля, который мы можем привести в его собственном изложении. – "Отношение явления с собой, таким образом, вполне определённо имеет форму в самом себе, и так как оно обладает ею в этой тождественности, то оно обладает ею как существенной устойчивостью. Таким образом, форма есть содержание, а в своей развитой определённости она есть закон явлений. В форму же, поскольку она не рефлектирована в самоё себя, входит отрицательный момент явления, несамостоятельное и изменчивое, - она есть равнодушная, внешняя форма.

При рассмотрении противоположности между формой и содержанием существенно важно не упускать из виду, что содержание не бесформенно, а форма в одно и то же время и содержится в самом содержании, и представляет собой нечто внешнее ему. Мы здесь имеем удвоение формы: во-первых, она как рефлектированная в самоё себя есть содержание; во-вторых, она как не рефлектированная в самоё себя есть внешнее, безразличное для содержания существование. В себе здесь дано абсолютное отношение между формой и содержанием, а именно: переход их друг в друга, так, что содержание есть не что иное, как переход формы в содержание, а форма – переход содержания в форму".¹⁰

Форма и содержание вещи составляют её закон. Но форма вещи двояка: есть внешняя форма вещи – её облик и внешний вид. И есть внутренняя, содержательная форма вещи – её внутреннее строение. Внешняя форма вещи равнодушна к содержанию, тогда как внутренняя форма, наоборот, неотделима от содержания и переходит в него. Переходит потому, что строение вещи деятельно и сама вещь есть нечто деятельное.

Содержание также не следует рассматривать как простое кладище содержимого вещи; оно – содержание её строения, содержание её внутренней формы. Поэтому строение вещи обусловлено её содержанием, а содержание – её строением. Форма и содержание при таком их понимании являют нам вещь не как оформленный, но окостеневший сгусток материи, бесхозно затерявшийся на планете, а как деятельную вещь с соответствующим этой деятельности содержанием.

Например, глядя на дерево, мы, конечно, сумеем ответить на вопрос о его строении и содержании его функционирования. Но это знание нам даст не внешняя форма дерева, а наша память, в которой со школьных лет хранится информация о растениях. Внешняя же форма ещё непознанной вещи ничего не говорит о её содержании и в ряде случаев может спровоцировать мозг на предоставление ложной информации. Внутренняя форма дерева состоит из корня, ствола, веток и листьев. Это элементы внутреннего строения дерева. В каждом из этих элементов осуществляется фрагмент его функционирования. Корень впитывает из почвы раствор минеральных солей. По стволу и по веткам этот раствор попадает в листья, в которых происходит фотосинтез органического вещества. В единстве этих фрагментов мы обнаруживаем содержание функционирования дерева – биогенный синтез органического вещества. Строение дерева обуславливает, таким образом, содержание его функционирования, а содержание функционирования – его строение. Лишь функционируя, дерево обладает формой и содержанием. Если же оно перестаёт функционировать, то оно перестаёт быть собственно деревом. Оно становится сухостоем, дровами, строевой или деловой древесиной.

Каждая вещь подобна рассмотренному примеру. Она существует лишь как деятельная вещь и в силу этого она имеет соответствующую форму-строение и содержание. Внешняя форма нужна для отношения с окружающим миром. Внутренняя форма вещи является её собственным законом. Такое понимание сущности вещей, рассматриваемых в их конкретной единичности, позволяет нам избегать как таинства, так и экзотики, и определять их самостоятельную суть, исходя из них самих, из их реального содержания и строения.

§ 134. При таком своём понимании форма и содержание обнаруживают в являющемся нам мире вещей наличие следующих рефлективных отношений:

а) отношение между целостностью вещи и её частями,

б) отношение между силой вещи и её обнаружением,

в) отношение между внутренним содержанием вещи и его внешним проявлением.

Отношение

§ 135. Непосредственное отношение между формой и содержанием выступает как отношение целого и частей. Вещь хотя и подразделяется в себе на свои особенные части и элементы, но она есть нечто изначально целое. Части отличаются друг от друга и обладают некоторой самостоятельностью, но они являются частями лишь постольку, поскольку все вместе составляют вещь в её целостности и подчинены этой целостности.

§ 136. Вещь, однако, не следует рассматривать как целое лишь по форме или, иначе говоря, лишь как формальную целостность. Вещь надо понимать как реальную целостность в том смысле, который вытекает из этимологического созвучия слов: цело и тело, цельность и тельность, целостность и телес(т)ность. Как имеющая определённое строение и переходящее в него содержание, вещь потенциально способна к действию и предназначена для какого-то действия. Вот эта потенциальная способность вещи к действию выступает через определения силы и её обнаружения.

§ 137. Сила вещи обнаруживает себя вовне. Лишь через своё обнаружение она становится собственно силой. Отношение силы и её обнаружения переходит поэтому в отношение внешнего и внутреннего.

§ 138-139. Внутренним в вещах является её внутренняя, содержательная форма, иначе называемая строением вещи. Внешним – внешняя форма вещи, её облик. Внешняя и внутренняя форма подчинены одному содержанию и выражают его. То, что является внутренним, есть также и внешнее, а то, что мы имеем во внешнем, то столь же является внутренним. Если мы, например, сравним корову, как травоядное животное, и волка, как хищное животное, то найдём, что они отличаются друг от друга не только внешне, но и внутренне: по особенностям челюстей, конечностей, опорно-двигательной системы, пищеварительного тракта, психики. Точно так же и на примере людей. Внешний вид и профессия человека соответствуют и его внутреннему миру: его знаниям, навыкам, опыту.

§ 140. Внутреннее и внешнее, как различные определения формы, совершенно противоположны, т.к. одно есть тождество с содержанием самой вещи, а другое – тождество с содержанием окружающего её мира. Но так как и внешнее, и внутреннее являются моментами единой вещи, то при всём своём различии они едины и выражают одно и то же содержание. Например, каков человек внешне, в своих делах и поступках, таков он и внутренне. Всё то, что человек думает о самом себе, какие бы геройские поступки он не совершал в своём воображении и сколько бы благих намерений не переполняло его душу, но если всё это не переходит во внешнее существование, в его конкретные дела, то грош цена всему этому самомнению. Лишь только то внутреннее, которое получает свою реализации через внешнее, становится существующим. И человек таков, каков он в своих реальных делах и поступках. Как сказано в священном писании: "По плодам моим узнаете меня".

§ 141. Указанные отношения в своей противоположности снимают себя при непосредственном переходе одной в другую. Через обнаружение силы внутреннее становится внешним и полагается в своём существовании. Только во внешнем проявлении вещь раскрывает свою внутреннюю суть и действует сообразно этой сути. Существование вещи в единстве и противоположности её целостности и частей, её внешнего и внутреннего, её силы и обнаружения делает её действительной вещью.

Итак, логическая последовательность рефлективных определений сущности приводит нас к следующему выводу. Во-первых, существование любой вещи обосновано существованием других вещей, общим основанием существования которых является сущность той целокупности, которой они принадлежат. Во-вторых, чтобы существовать на собственной основе, необходимо, чтобы вещь находилась в своём развитом состоянии, состоянии для себя. В-третьих, вещь должна действительно действовать сообразно своему предназначению, вытекающему из обусловленности её существования как её внешним окружением, так и её собственным основанием. Единство этих определений даёт нам переход на ступень определений действительности

Действительность – это то, что действует.

Действительность

Категория действительности представляет собой единство определений сущности и явления. В отличие от сущности, принимаемой в её голой абстракции, говоря о действительности, мы уже имеем принципиальное понимание того, что в предметах является существенным и посредством каких определений его следует постигать. Иначе говоря, если после обнаружения меры наличного бытия нечто мы ставим вопрос о необходимости познания его сущности, то на том этапе познания сущность ещё остаётся для нас логически неопределённой. Но, проделав необходимую работу – пройдя по "дальнейшим околичностям" – мы опосредствовали своё понимание сущности последовательным рядом её определений. Благодаря этому мы получили принципиальное понимание того, что именно является существенным в вещах. "Истинное и сущность не одно и то же: истинное есть мыслимая сущность, сущность же есть простое в себе".¹¹ Вот эта логически опосредованная категория сущности и даёт в итоге переход к категории действительность. "Наличный мир, рассматриваемый в его истине, а не так, как его встречает своими органами чувств слышащий, видящий и т.п. человек, - вот этот мир и есть действительность".¹²

§ 142. Действительность, как единство сущности и явления, это, во-первых, та вещь, существование которой обусловлено существованием других вещей. Это, во-вторых, та вещь, которая в своём развитии вышла из незрелого состояния (состояния в себе) и достигла развитого состояния (состояния для себя). То, что есть "в себе", ещё не есть в своей действительности. Это, следовательно, уже не "гадкий утёнок", а взрослый лебедь; это уже не глупое дитя, а зрелый человек; это уже не первобытное племя, а современное общество людей. В-третьих, это та вещь, которая действительно действует сообразно своей внутренней природе, сообразно своему содержанию и строению. Это, следовательно, не тот микроскоп, которым забивают гвозди и который в этой роли является, по сути, плохим молотком, а это действительный микроскоп, которым действуют сообразно его предназначению. Это, следовательно, не псевдоутёнок, которого заклевали обычные утята, поскольку среди них ему нечего было делать, а действительный лебедь, выступающий в своём натуральном значении. Это, наконец, не тоталитарные религиозные секты и не поселения хиппи начала 70-х годов, а вполне нормальное действительное общество людей.

Конечно, в жизни имеют место быть и микроскопы, которыми забивают гвозди, и люди-маугли, сформировавшиеся в волчьей стае, которые уже никогда не станут действительными людьми, и различные секты и объединения людей, принципы существования которых несовместимы с принципами жизни нормального общества, но все эти вещи являются исключением из общего правила. Они возникают и существуют по тому же принципу, по которому существуют паразиты на здоровом теле животного. Не будь действительных микроскопов, действительных людей, действительного общества, не было бы и таких их аномальных проявлений.

§ 142а. Обнаружение действительности есть сама действительность как проявление самой себя в самой себе. Когда по поводу того или иного персонажа нашей жизни говорят, что это действительный спортсмен или действительный учёный, то при этом как раз имеют в виду соответствие действительности того или иного человека всем его реальным действиям и его действительным достижениям как спортсмена или как учёного.

К этому пункту логики относится знаменитое высказывание Гегеля: то, что действительно, то разумно, а что разумно, то действительно. Если мы имеем перед собой вещь, которая находится в развитом состоянии и которая функционирует в соответствии со своей внутренней природой, то такая вещь является действительной вещью. Ну а коль скоро она действительна, то это означает, что она может быть познана в своей истине. А познание вещей в их истине достижимо только на ступени разумного мышления. Находясь на ступени чувственного сознания или рассудочной рефлексии, мышление ещё не может позволить себе этого. И лишь взойдя на ступень определений действительности, оно становится разумным. Поэтому то, что действительно, то разумно.

И наоборот, наличие разумных определений у реальных вещей говорит нам о том, что эти вещи являются действительными. Разумные определения – это те определения, которые использует разум и которые в логике соответствуют ступени определений действительности. Если в творчестве того или иного поэта или в деятельности какого-либо слесаря мы не находим ничего разумного, то такого человека мы не можем признать ни действительным поэтом, ни действительным слесарем. В таких случаях говорят: какой же он поэт, если двух слов связать не может? Или: какой же он слесарь, если простой замок не смог перебрать? И, наоборот, если человек демонстрирует прекрасные спортивные результаты или высказывает разумные научные положения, то такого человека называют действительным спортсменом или действительным учёным, даже невзирая на то, что у него нет соответствующих дипломов и званий. Поэтому то, что разумно, только то и действительно.

§ 143. Для того чтобы стать действительной, вещь должна реально действовать сообразно своему предназначению, определяемому как её внутренней природой, так и её внешней обусловленностью. Поэтому определение действительности содержит в себе определение возможности. Возможность есть то, без чего вещь нельзя признать за действительную вещь. Чтобы стать действительной, вещь должна иметь возможность для своего действования. В таких случаях говорят: "Если Вы хотите, чтобы я действительно обучал ваших детей музыке, то дайте мне эту возможность". Или: "Наконец-то появилась возможность показать себя в действительности, на деле". Или когда вас принимают на работу с испытательным сроком, то тем самым Вам предоставляют возможность показать свою действительность.

На первый взгляд определение возможности представляется более богатым, чем определение действительности. Но с логической точки зрения действительность является более широким определением, ибо именно она содержит в себе возможность. Например, моя действительность как человека, имеющего музыкальное образование, содержит в себе возможность моей работы в качестве учителя музыки, или в качестве музыканта в оркестре, или композитора, или в качестве ещё кого-либо. Понимание этого мы встречаем и в обыденном сознании, когда говорим, что "всё возможно, но не всё действительно".

§ 144. Но если бы возможность всегда оставалась только возможностью, то она уподобилась бы кантовской вещи в себе и говорить о ней не имело бы смысла. Если бы я всегда лишь только имел возможность работать учителем, но всерьёз даже никогда и не задумывался над этим, то об этой возможности следовало бы забыть, поскольку такая возможность есть лишь пустое ёрничество мысли, за которым не стоит ничего, кроме этой абстрактной возможности. Реальная возможность переходит в действительное существование, где она становится реализованной возможностью.

§ 145. В действительности реализованная возможность обнаруживает себя как случайность. Так, например, в своей жизни я мог бы стать учителем музыки, или музыкантом в оркестре, или композитором, или дворником, наконец, но я стал учителем. С точки зрения существовавших возможностей мой выбор оказался случайным. Своё решение я принял, исходя из знания своих склонностей и возможностей выбора. Обществу же безразлично, кто именно из миллионов сограждан будет выполнять ту или иную функцию, лишь бы она действительно выполнялась. Поэтому возможность реализует себя в действительности в форме случайного выбора, хотя и то, и другое – реальная возможность и случайность выбора – в конечном счёте зависит от содержания действительности.

§ 146. Но поскольку я стал учителем музыки, а не музыкантом в оркестре, постольку другой человек получил возможность стать музыкантом. Случайность моего выбора обернулась возможностью для другого человека занять оставшееся не занятым мною место. Таким образом, определение случайности переходит в определение условия. Случайность, как реализованная возможность, становится условием для вхождения в действительность других вещей.

Например, если водитель занимает своё место в автомобиле, а я занимаю переднее пассажирское место, то третьему человеку остаётся возможность занять лишь только место на заднем сиденье автомобиля. То, что я занял переднее место, обернулось условием того, что третий человек имеет возможность занять лишь только те места, которые остались свободными. Изречение древних: "Хочешь жить сам, давай возможность жить другим" – как раз относится к данному пункту логики. Но здесь оно может быть прочитано в несколько преобразованном виде: "Хочешь иметь условия для своей жизни, будь условием (создавай условия) для жизни других людей".

Когда мы говорим о действительности какой-либо вещи, то имеем в виду два момента: а) наличие самой вещи и б) её назначение служить условием существования другой вещи. При этом условия представляются нам обычно чем-то совершенно невинным в отношении действительного существования вещей. На деле же такие невинные условия становятся своего рода материнским лоном для появления какой-то новой вещи. Сначала эта новая вещь есть только в возможности, но затем она приходит к действительному существованию. Так, например, если во вновь образованном населённом пункте находятся желающие получать музыкальное образование, если закупаются инструменты, если оборудуется помещение для занятий, то всё это в итоге становится условием для появления в этом посёлке учителя музыки. Как говорят в таких случаях: "На ловца и зверь бежит".

§ 147. Когда все условия имеются налицо, тогда предмет необходимо должен стать действительным. Тем самым от определения условия мы переходим к определению предмета. При этом именно условия существования в их целокупности определяют необходимое содержание самого предмета. Другими словами, действительный предмет должен соответствовать предъявляемым к нему со стороны условий требованиям. Всем знакомы объявления типа: "Требуются молодые мужчины, до 40 лет, с таким-то образованием, со знанием языков, внешностью ..." и т.д. В других ситуациях говорят так, что "работать в таких условиях другой бы человек просто не смог". Когда же такое соответствие есть, тогда предмет необходимо становится действующим.

§ 147а. Единство предмета с условиями его существования даёт нам определение деятельности. Раз все условия имеются налицо, то предмет должен действовать сообразно своему предназначению. В своей деятельности предмет реализует себя согласно своей природе. Действуя, предмет переводит себя в условия, а условия в себя. Лишь только посредством своей деятельности предмет сообщает условиям их действительное существование в качестве условий, а себе действительное существование в качестве предмета. Например: наличие помещения, музыкальных инструментов и учеников позволяет учителю музыки действительно осуществлять свою деятельность. И без такой действительной деятельности не бывает ни самого действительного учителя музыки, ни действительных учеников, ни действительной музыкальной школы, ни действительных инструментов.

§ 147б. Деятельность предмета, таким образом, всегда обусловлена определённым кругом условий. Деятельность самих условий, как предметов, обусловлена, в свою очередь, другими условиями и их деятельностью, и т.д. вплоть до пределов той тотальности, которой все эти предметы принадлежат. Такой круг (целокупность) определённых условий, предметов и деятельностей даёт нам определение необходимости.

§ 148. Действительность, раскрывающаяся через единство определений условия, предмет и деятельность, даёт нам определение необходимости. Множество существующих вещей, мыслимых через противоположность определений материи и формы, дало нам ранее определение мира явлений. Действительность, распадающаяся в себе на множество предметов, которые взаимно обуславливают своё существование в качестве условий и своей деятельностью переводят себя в условия, а условия – в предметы, даёт нам определение круга необходимости.

Для существования любого реального предмета необходим определённый круг соответствующих ему условий. Человек, чтобы жить, должен иметь круг необходимых ему условий: дом, газеты, завтраки и обеды, родственников, друзей, коллег, работу, отдых, спорт и прочее. Как ни удачно складывалась жизнь Робинзона Крузо на его острове, он всё равно стремился вернуться к людям, в свой круг необходимости. Северному оленю нужна тундра. Его не заманишь в пойменные волжские луга. Сочные травы и душистое сено – это не его хлеб. Ему необходим невзрачный мох ягель. И сколько, говорят, волка ни корми, он всё равно в лес смотрит, поскольку только в лесу он найдет свой круг необходимых ему условий. Вне, помимо такого круга условий, предмет не может обрести свою действительность, поэтому действительность того или иного предмета предстаёт как круг необходимых ему условий, а говоря короче, как круг необходимости.

С другой стороны, ничейных, бесхозных предметов в этом мире не существует. Все вещи принадлежат своему кругу необходимости. И в этом смысле можно сказать, что кругом необходимости для всех людей является всё действительное человечество. Кругом необходимости для всех живых организмов является вся действительная биосфера нашей планеты. А кругом необходимости для небесных тел – вся вселенная, взятая в её тотальности.

§ 149. Именно круг необходимости определяет собой содержание действительного мира. Содержание действительного мира таково, потому что таковы обстоятельства круга необходимости, и в то же время оно таково само по себе, согласно своему собственному основанию.

Небесные тела имеют необходимым условием своего существования друг друга. Они тяготеют в направлении друг друга, и это служит условием их свободного движения по своим орбитам. Ни одна звезда не сходит со своей орбиты. Необходимость так же гонит человека в соответствующую ему сферу жизнедеятельности общества, где он сможет найти нужные ему условия для своей самореализации. Конечно, и здесь бывают отклонения, про которые говорят: свой среди чужих, чужой среди своих, но и они, как правило, обусловлены всё тем же кругом необходимости.

§ 149а. Положительным результатом наличия круга необходимости является свобода. Наличие необходимых условий даёт предметам свободу их действия. Но не как свободу отрицания (погубления) других предметов и условий, а как конкретную и положительную свободу действования, сообразно существующим условиям. Круг необходимости обнаруживает, что связанные друг с другом предметы и условия на деле не чужды друг другу. Они представляют собой моменты единой целостности, каждый из которых в соединении с другим остаётся у самого себя, в отношении с самим собой. Так необходимость превращается в свободу.

Отсюда можно увидеть, насколько превратно понимание свободы и необходимости как взаимно исключающих друг друга определений. Конечно, необходимость как таковая ещё не есть свобода, но свобода имеет своей предпосылкой необходимость и содержит её в себе как снятую. Если человек, например, сознаёт содержание своей деятельности чем-то необходимым, то этим нисколько не наносится ущерб его свободе. Наоборот, лишь благодаря осознанию такой необходимости его свобода становится действительной свободой, в отличие, скажем, от произвола, который является лишь только возможностью свободы.

§ 149б. Необходимость как полный круг специфических условий, предметов и деятельностей даёт нам в итоге мир тотальностей: вселенную, биосферу и человечество. Каждая из них представляет собой свой круг необходимости. Каждый круг необходимости содержит в себе три отношения:

а) субстанциальное отношение,

б) причинное отношение и

в) отношение взаимодействия.