9. . Светская медицина: врачеватель армянин, Петр Сириянин.

Вместе с тем церковной монополии на медицинскую помощь на Руси никогда не было. Мудрость предков позволяла развиваться и «частной» – «светской», «мирской» – медицине. Светские лекари в основном тоже выходцы из Византии, хотя были и доморощенные эскулапы. Большой популярностью пользовались Феофил Нонн, Симеон Сыч и другие. В посольстве Святого Владимира находился врач Иоанн Смера.

Были и женщины-целительницы – дочь бортника Феврония, дочь черниговского князя Ефросинья, внучка Владимира Мономаха Евпраксия – фельдшер, акушерка, а «по совместительству» и жена византийского императора. Евпраксия – урожденная княжна Добродей, дочь великого князя Мстислава Владимировича – после того, как вышла замуж за византийского императора Алексея Комнена, получила имя Зоя. В 1902 году в библиотеке Лоренцо Медичи во Флоренции ученый Х. Лопарев обнаружил рукопись «Алимма» (Мазь), написанную Евпраксией на греческом языке в 30-х годах ХII века (В. Чупринин, 1996).

В документах, связанных с расторжением брака Василия III c Соломонией Сабуровой (1525 г.), упоминаются «чародеицы» русского происхождения, осматривавшие великую княгиню с целью излечения ее от бесплодия и дававшие ей лекарственные мази.

Одновременное функционирование «монастырской» и «мирской» систем оказания медицинской помощи свидетельствует о том, что подданные древней Руси уже в то время имели право выбора врача, причем «Русская правда», что весьма знаменательно, отмечает права «мирских лечцов» требовать плату за свою работу.

Кроме бесплатных монастырских врачей, в Киеве трудились также лекари светские. «Русская правда» (вт. половина XI в.), свод древнерусского феодального права, устанавливала, какая причитается «лечьцу мзда». В ту пору в Киеве самым известным врачом-ремесленником считался Армянин, который умел распознавать болезни и предсказывать их исход по пульсу.

В XII веке прославился Петр Сириянин, долгое время бывший лекарем черниговского князя и впоследствии вместе с ним постригшийся в монахи Киево-Печерской лавры.

10. Опыт народной медицины был обобщен в многочисленных травниках и лечебниках, которые в своем большинстве были составлены после принятия на Руси христианства и распространения грамотности. Некоторые, древнерусские мона-стырские больницы являлись также и центрами просвещения: в них обучали медицине, собирали греческие и византийские рукописи.

Аптекарский приказ — первое государственное медицинское учреждение в России — был основан около 1620 г.

В Аптекарском приказе служило 80 человек, среди них 6 докторов, 4 аптекаря, 3 алхимиста, 10 лекарей-иноземцев, 21 русский лекарь, 38 учеников лекарского и костоправного дела.

Первая государственная Лекарская школа в России была открыта в 1654 г. при Аптекарском приказе на средства государственной казны. Принимали в нее детей стрельцов, духовенства и служилых людей. Обучение включало сбор трав, работу в аптеке и практику в полку. Кроме того, ученики изучали анатомию, фармацию, латинский язык, диагностику болезней и способы их лечения. В качестве учебников служили .народные травники и лечебники, а также «докторские сказки» (истории болезней). Во время военных действий функционировали костоправные школы. Преподавание велось у постели больного — в России не было той схоластики, которая господствовала в то время в Западной Европе.

Анатомия в лекарской школе преподавалась наглядно: по костным препаратам и анатомическим рисункам, учебных пособий еще не было.

11. При археологических раскопках древнего Новгорода найдены документы, относящиеся к 1346 г., в которых сообщается о существовании в Новгороде больниц для гражданского населения и о специалистах-алхимиках, занимавшихся приготовлением лекарств.

Самое большое число эпидемий на Руси приходится на период монголо-татарского ига (1240—1480).

Монголо-татарское иго разорило и опустошило русские земли, а также государства Средней Азии и Кавказа. Непрекращающаяся борьба русского народа заставила завоевателей отказаться от идеи создания на Руси своих органов управления. Русь сохранила свою государственность, однако длительное угнетение и разорение страны Золотой Ордой привело к последующему отставанию русских земель в своем развитии от стран Западной Европы.

Завоеватели не трогали уцелевшие монастыри и больничные палаты при них. Монастырские врачи при оказании помощи больным широко пользовались опытом народной медицины. При монастырских больницах полагалось иметь в качестве лекарств различные масла, пластыри, мед, сушеное зелье, сливы, вино и др.

Одним из центров русской медицины того времени был Кирилло-Бело-зерский монастырь, основанный в 1397 г. и не подвергавшийся вражескому нашествию. В стенах монастыря в начале XV в. монах Кирилл Белозерский (1337—1427) перевел с греческого «Галиново на Иппократа» (комментарии Галена к «Гиппократову сборнику»). При монастыре было несколько больниц. Одна из них в настоящее время реставрирована и охраняется государством как памятник архитектуры.

В XIII—XIV вв. в русских землях окрепли новые города: Тверь, Нижний Новгород, Москва, Коломна, Кострома и др. Во главе объединения русских земель встала Москва

12. В лечебниках этого периода значительное место отводилось хирургии (резанию). Среди резалников были костоправы, щювотгуски, з^боволота. На Руси проводились операции чере-посверления, чревосечения, ампутации. Усыпляли больного при помощи мандрагоры, мака и вина. Инструменты (пилки, ножницы, долота, топоры, щупы) проводили через огонь. Раны обрабатывали березовой водой, вином и золой, а зашивали волокнами льна, конопли или тонкими кишками животных. Для извлечения металлических осколков стрел применяли магнитный железняк. Славились на Руси и оригинальные конструкции протезов для нижних конечностей.

Заморская торговля с другими государствами имела свою оборотную сторону.. На Руси крупными воротами для торговли были города Псков и Новгород: источники сообшдют о 12 эпидемиях, разразившихся в них за короткий период XIV—XV вв.

Мысль о «прилипчивости» заразы привела к введению предохранительных мер. Сначала это выразилось в изоляции больных и оцеплении неблагополучных мест: умерших погребали «в тех же дворах, в которых кто умрет, во всем платье и на чем кто умрет». Общение с зачумленными домами прекращалось, их жителей кормили с улицы через ворота. Во время эпидемии чумы 1521 г. в г. Пскове князь Михаиле Кислица «велел... улицу Петровскую заперети с обою концов».

В конце XVI — начале XVII в. карантинные меры стали приобретать государственный характер. С 1654 по 1665 г. в России было издано более 10 царских указов «о предосторожности от морового поветрия

13. К середине XVII столетия число городов возросло до 254, завершился процесс централизации Московского государства. Наступил «новый период в русской исто¬рии». Произошли сдвиги не только в общественно-экономическом развитии, но и в росте самобытной куль¬туры.

Потребности экономического развития страны, посто¬янная угроза военного нападения извне способствовали возникновению зачатков государственной медицины. В связи с этим в 1620 г. был создан Аптекарский при¬каз, ставший высшим органом медицинского управле¬ния в Московском государстве.

Аптекарский приказ на первом этапе своей деятель¬ности являлся придворным медицинским учреждением, управлял царской аптекой, ведал медицинским персона-лом. В обязанности этого приказа входило лечение ца¬ря, его семьи и приближенных. При этом для царя из¬готовленные «отборочные врачебные средства» храни¬лись в особой комнате («казенке») за печатью дьяка Аптекарского приказа. Выписывание лекарства и его приготовление было обусловлено большими строгостя¬ми. «Приготовленное для дворца лекарство отведыва¬лось докторами, его прописавшими, аптекарями его приготовившими, и, наконец, которому оно сдавалось для передачи "на верх"». В 1631 г. штат Аптекарского приказа был небольшим: два врача, пять лекарей, один аптекарь, один окулист, два переводчика и один подья¬чий. Военные события поставили перед Аптекарским при¬казом еще одну проблему — создание медицинской службы в русской армии. В связи с этим дополнительные функции: назначение в войска лекарей и подлекарей, снабжение лекарствами полковых аптек, организация временных военных госпиталей, освиде¬тельствование солдат о пригодности их к несению воен¬ной службы. В 1690 г. был издан указ царей Ивана и Петра Алексеевичей «Об улучшении постановки аптечного и медицинского дела в Аптекарском приказе». В нем отмечалось, что доктора и аптекари не имеют между собой доброго согласия, «безо всякой причины» между ними наблюдаются часто «вражда, ссора, клевета и нелюбовь». Отсюда у младших чинов к докторам и аптекарям «непослушание», в делах «нерадение». В указе отмечено, что при таком положении изготовленные лекарства вместо пользы могут причинить людям страдание. Для Наведения должного порядка в медицинском деле и в аптеках указ предписывал каждому доктору и аптекарю принимать присягу и клятву. В XVII в. в русской медицине произошли некоторые качественные и количественные сдвиги. Школа русских лекарей давала обширные знания. Лекари состояли на государственной службе, пользовались «лечебниками» и «травниками». Советские историки медицины установили, что таких лечебников было не менее 300. Среди медиков пользовалась успехом книга «Тайная тайных, или Аристотелевы врата», в которой были изложены не только врачебные знания, но и вопросы этики. В Московском государстве врачами была сделана попытка найти способ борьбы с алкоголизмом. С этой целью рекомендовался весьма простой способ лечения: «Чтоб человек не пил ни пива, ни вина, возьми губу осиновую и березовую кору... истолкити да смешай, дай ему пить дваж или триж, не станет пити и до смерти». В Московском государстве неоднократно возникали «повальные болезни», «моровая язва» (чума, холера). Для борьбы с указанными болезнями применялись «крепкие заставы» на пути в город, «засеки» вдоль границ государства. Первыми докторами медицины из числа «природных россиян» в конце XV в. стали Юрий Дрогобычский и Георгий Скорина. Они же являются авторами первых отечественных научных работ по медицине. На основе изучения архивных и литературных источников стали известны имена новых докторов наук, также получивших ученую степень в области медицины в XVII в.

14. .Как уже отмечалось, основоположником научной анатомии является Андреас Везалий, который не только исправил ошибки своих предшественников и значительно расширил анатомические знания, но обобщил и систематизировал их.

В XVII в. центр анатомических исследовании из Италии переместился во Францию, Англию и особенно Нидерланды.

Крупнейшая анатомическая школа того времени сформировалась в стенах Лейденского университета.В стенах Лейденского университета получил медицинское образование один из крупнейших анатомов того времени голландец Фредерик Рюйш (Ruysch, Frederik, 1638-1731) - убежденный последователь Везалия.

В России начало анатомических исследований связано с эпохой Петра I (1682-1725), который проявлял большой интерес к медицине и развитию медицинского дела. Будучи в Амстердаме (в 1698 и 1717 гг.), Петр I посещал лекции и анатомический музей Ф.Рюйша, присутствовал на операциях и анатомических вскрытиях: "... о каждом случае вскрытия Петр I получал специальное извещение через посредничество Рюйша.

Знакомство русского царя с работами Ф.Рюйша оказало плодотворное влияние на развитие анатомии в России. В 1717 г. Петр I приобрел анатомическую коллекцию Рюиша (около 2 тыс. экспонатов) за 30 тыс. голландских гульденов. Препараты Ф.Рюйша положили начало фондам первого русского музея - Кунсткамеры (нем. Kunstkamera; от Kunst - искусство), основанного Петром I - своеобразного Петровского музея редкостей (ныне Музей антропологии и этнографии РАН в Санкт-Петербурге). По указу царя (1718) эта коллекция стала расширяться и пополняться благодаря трудам российских ученых.

В начале XVIII в. специально для Петра I был переведен на русский язык знаменитый в то время анатомический атлас Готфрида Бидлоо "Анатомия человеческого тела в 105 таблицах" ("Anatomia humani corporis..."), вышедший в свет в 1685 г. в Амстердаме. В 1729 г. эта книга была переведена повторно, но, как и в первый раз, на русском языке не издавалась и существовала только в рукописном варианте.

Племянник Г. Бидлоо - Николай Л. Бидлоо (1670-1735), приглашенный в Россию в 1702 г. в качестве "ближнего доктора" Петра I и основавший первую госпитальную школу в Москве, составил весьма ценное рукописное руководство "Наставление для изучающих хирургию в анатомическом театре", по которому учились первые ученики госпитальной школы (впервые издано в 1979 г. по инициативе Н.А. Оборина).

Занимаясь переводами на русский язык анатомических и медицинских терминов, М.И. Шеин заложил основы русской научной медицинской терминологии, которая до него не существовала. Он верил в будущее отечественной науки: "География, навигация, архитектура, медицина и прочие знания, которые прежде всего в России мало известны были, ныне столько нам открыты, что уже имеем пригодных российских географов, мореплавателей, архитекторов и медиков и, может быть, в краткое время потомки наши увидят все оное в гораздо большем совершенстве..." - писал М.И.Шеин в предисловии к своему переводу.

Несмотря на враждебное отношение, которое испытывала молодая российская наука в период своего становления со стороны некоторых ученых-иностранцев, Россия в короткий срок стала родиной выдающихся ученых-анатомов. Среди них К.И. Щепин (1728- 1770) - первый русский по национальности профессор анатомии, начавший преподавание медицины на русском языке, и А.П. Протасов (1724-1796) - первый русский анатом-академик (1771), ученик М.В. Ломоносова.

Первая в России научная анатомическая школа сложилась в Петербургской медико-хирургической академии под руководством академика П.А. Загорского (1764-1846). Продолжая дело, начатое М.И. Шеиным, А.П. Протасовым и Н.М.Максимовичем-Амбодиком, П.А.Загорский утверждал русскую анатомическую терминологию взамен латинской. Он создал первое в России оригинальное отечественное руководство по анатомии "Сокращенная анатомия..." в двух книгах (1802), которое переиздавалось пять раз.

Здесь важно отметить, что анатомия как наука и предмет преподавания не выделялась в самостоятельную дисциплину вплоть до начала XIX в. Она объединялась с физиологией, патологией, и позднее и патологической физиологией и изучалась в тесной связи с хирургией. Таким образом, выдающиеся анатомы того времени были одновременно и блистательными хирургами, терапевтами, физиологами. Среди них С.Г. Зыбелин (1735-1802) - первый русский профессор Московского университета, А.М. Шумлянский (1748-1795), защитивший диссертацию "О строении почек", К.О.Мухин (1766-1850) - преподаватель Московского университета, автор "Курса анатомии", и многие другие.

Глубокий след в российской и мировой анатомии оставил академик Илья Васильевич Буяльский (1798-1866) - ученик П.А. Загорского и его преемник по кафедре анатомии Петербургской медико-хирургической академии (1833).

В 1828г. И.В. Буяльский опубликовал "Анатомико-хирургические таблицы", сразу получившие мировую известность. Они состояли из 36 рисунков и 14 таблиц, изображавших органы в натуральную величину. Их ценность определялась также и тем, что существовавшие в то время учебник анатомии П.А.Загорского и учебник хирургии И.Ф. Буша иллюстраций не имели. Таблицы И.В. Буяльского объединили в себе данные топографической анатомии и оперативной хирургии и явились первым в истории России отечественным атласом по оперативной хирургии. "Издание сие можно назвать великолепным и оно делает честь не только сочинителю, но и всей Российской хирургии,"- писал о "Таблицах" Буяльского "Военно-медицинский журнал" в 1828 г.

И.В. Буяльский был искусным анатомом и блестящим хирургом. Он много сделал для создания новых хирургических инструментов, разработал методы бальзамирования трупов, предложил новые способы изготовления тонких коррозионных анатомических препаратов. Изготовленные им коррозионные препараты почек (1863) сохранились до наших дней.

В числе первых русских хирургов И.В. Буяльский применил наркоз, крахмальную повязку и средства антисептики. Им разработан ряд новых хирургических операций (на верхней челюсти, кровеносных сосудах и др.). Его перу принадлежат крупные монографии "Краткая общая анатомия тела человеческого" (1844), "Анатомические записки для обучающихся живописи и скульптуре в императорской академии художеств" (1860). В 1866 г. в честь И.В. Буяльского была отлита памятная золотая медаль.

Наивысший расцвет хирургической анатомии связан с деятельностью Николая Ивановича Пирогова - великого анатома и хирурга, создателя топографической анатомии как самостоятельной науки, новатора методов "ледяной" анатомии и распилов замороженных трупов. Его основополагающие научные труды блистательно доказали важность практического значения анатомии для клинической медицины.

В конце XIX в. в ведущих научных центрах России сформировались крупные научные анатомические школы: в Московском университете - школа Д.Н. Зернова (1834-1917), который внес большой вклад в изучение анатомии центральной нервной системы; в Киевском университете - школа В.А. Беца (1834-1894) - создателя учения об архитектонике коры головного мозга.

В Петербурге функциональное направление в медицине развивал Петр Францевич Лесгафт (1838-1909) - основоположник теоретической анатомии и зачинатель отечественной науки о физическом воспитании. К оценке физического воспитания он пришел от анатомии: по Лесгафту, форма непрерывно изменяется под влиянием функций и условий питания, следовательно, совершенная форма здорового организма находится в прямой зависимости от активного воздействия на него упражнений, разработанных на научной основе. Таким образом, П.Ф. Лесгафт впервые проложил мост между анатомией и физическим воспитанием и образованием людей.

Внедрение новых методов исследования расширило возможности научной анатомии и еще более приблизило ее к клинической медицине. Так, открытие лучей Рентгена и создание рентгеноанатомии сделало возможным применение метода рентгенодиагностики в клинике. Значение анатомии для врача любой специализации трудно переоценить, ибо "врач не анатом не только бесполезен, но и вреден" (эпиграф к учебнику Е.О. Мухина "Курс анатомии").

1515. Большое значение для

развития фармакологии в 1

XIX веке имели работы

микробиологов, физиологов и клиницистов. Исследования микробиологов

Пастера (1822 — 1895),

И, И- Мечникова (1845 —lgl6), Коха (1843—1910)послужили толчком к поискам противомикробных веществ. Работы русского

физиолога А. М. Филомафитского (1807 — 1849),

изучавшего в эксперименте действие эфира и хлороформа, исследования великого русского физиолога

И.М.Сеченова .(1829—1905) в области больших

полушарий коры головного мозга сыграли значительную роль в развитии экспериментальных методов исследования в фармакологии.

Большое влияние на развитие фармакологии и фармации в XIX веке оказали выдающиеся русские клиницисты Н. И. Пирогов и С. П. Боткин. Н. И. Пирогов (1810—1881) исследовал действие эфира на центральную нервную систему и применил его впервые в массовом масштабе у раненых для обезболивания при хирургических операциях. С. П. Боткин (1832 —1889) — основоположник метода экспериментально-клинического изучения действия лекарственных веществ. В своей клинике он основал лабораторию, в которой изучалось влияние лекарств на животных в эксперименте. В этой же лаборатории некоторое время работал великий русский физиолог И. П. Павлов (1849—1936). Под его руководством были исследованы свойства горицвета, ландыша и других растений. И. П. Павлов в течение 5 лет руководил кафедрой фармакологии в Военно-медицинской академии, где было опубликовано за это время 12 научных работ по фармакологии. Работы И. П. Павлова в области сердечно-сосудистой и нервной систем, а также пищеварения обогатили современную фармакологию точными сведениями о действии лекарственных веществ на организм.

Кафедрой фармакологии после И. П. Павлова в

2

течение 25 лет руководил Н. П. Кравков (1865— 1924). В лаборатории, руководимой Н. П. Кравковым, впервые начали изучать действие лекарственных веществ в условиях экспериментально вызванных ' патологические состояний. Там же был разрешен ряд проблем общей фармакологии. Под руководством Н. П. Кравкова были достигнуты крупные успехи в изучении действия лекарственных веществ на железы внутренней секреции, что способствовало развитию отечественной эндокринологии. Н. П. Кравков составил «Руководство по фармакологии», которое переиздавалось 14 раз. Значение работ И. П. Павлова и Н. П. Кравкова настолько велико, что их считают основоположниками отечественной фармакологии.

Ученик и последователь Н. П. Кравкова М. П. Николаев (1893 —1949) продолжил изучение действия лекарственных веществ в условиях патологического состояния организма. Он провел ряд исследований о влиянии лекарственных веществ на эндокринные железы и аппарат кровообращения. Им были достигнуты большие успехи в изучении методов количественного учета действия лекарственных средств на животных. Развитию отечественной фармакологии в значительной степени способствовали исследования В. В. Савича (1874—1936), изучавшего действие снотворных и наркотических веществ на центральную нервную систему, а также влияние лекарственных веществ на железы внутренней секреции.

Современник Н. П. Кравкова А. А. Лихачев (1866—1942) получил ценные данные при исследовании действия на организм ядовитых паров и газов. Он был выдающимся педагогом своего времени и много сделал для улучшения преподавания фармакологии. А. А. Лихачев более 40 лет руководил кафедрой фармакологии в Петербургском женском медицинском, а затем в I Ленинградском медицинском институте.

Профессору Томского медицинского института Н. Н. Вершинину принадлежит заслуга в получении высокоактивных лекарственных веществ из отечественного сырья, что позволило заменить ряд импортных препаратов.

Великая Октябрьская социалистическая революция открыла большие перспективы и создала условия для развития отечественной фармации и фармакологии. В Москве в 1920 г. был организован Всесоюзный научно-исследовательский химико-фармацевтический институт (ВНИХФИ), занимающийся синтезом лекарственных препаратов и выделением биологически активных веществ из природного сырья. Он сыграл большую роль в развитии советской химико-фармацевтической промышленности и фармакологии. Для изучения лекарственной флоры и получения лекарственных препаратов из отечественного растительного сырья в 1930 г. открывается Всесоюзный институт лекарственных и ароматических растений (ВИЛАР). Впоследствии он был переименован во Всесоюзный институт лекарственных растений (ВИЛР). В 1954 г. в Москве организуется Научно-исследовательский институт фармакологии и химиотерапии АМН СССР. За годы Советской власти в различных городах и научных центрах страны был создан ряд научных институтов, лабораторий и кафедр фармакологии. Советский Союз располагает в настоящее время развитой химико-фармацевтической промышленностью и большой армией ученых-фармакологов.

18.Аптекарской палаты, переименованной в XVII веке в Аптекарский приказ. В то время как в странах Западной Европы медицинское дело находилось целиком в ведении монастырей и других религиозных установлений, в Московском государстве XVII века управление всеми медицинскими делами было поручено светскому органу — Аптекарскому приказу. Аптекарский приказ, наряду с другими приказами (Посольский, Большая Казна, Иноземский, Сибирский, Стрелецкий и т. д.) представлял собой часть государственного аппарата Московской Руси и существовал в течение всего XVII века.

Функции Аптекарского приказа постепенно усложнялись и расширялись. Аптекарский приказ был обязан наблюдать за аптеками, за врачами, за призрением больных и «прилагать старание о всеобщем здравии сограждан, о воспрепятствии распространению прилипчивых болезней».

Аптекарский приказ ведал царской аптекой, сбором и разведением лекарственных растений, покупкой их в других странах, наблюдал за придворными врачами, обслуживающими царскую семью и приближенных к царю бояр, контролировал врачевание, приглашение иностранных врачей, проверял знания этих врачей при поступлении на русскую службу, назначал врачей в полки, обеспечивал полковые аптеки (Медикаментами и проводил судебномедицинскую экспертизу («отчего смерть приключилась») и вообще врачебную экспертизу.

Аптекарский приказ осуществлял собирание дикорастущих лекарственных растений в различных частях страны. В его ведении находились сборщики лекарственных растений—помясы. Списки растений, подлежащих сбору, составлялись Аптекарским приказом. Руководили помясами при сборе лекари и лекарские ученики. Лекарственные растения разводились «знатцами» для продажи Аптекарскому приказу, лучшие «знатцы» включались в списки служащих Аптекарского приказа.

В Москве было две аптеки:

1) старая, основанная в 1581 г. в Кремле, против Чудова монастыря, и

2) новая,— с 1673 г., в Новом гостином дворе «а Ильинке, против Посольского двора.

Новая аптека снабжала войска; из нее же лекарства продавались «всякого чина людям» ио цене, имеющейся в «указной книге». К новой аптеке было приписано несколько аптечных огородов, где разводились и культивировались лекарственные растения.

16.Борьба с эпидемиями

Однако заморская торговля имела и свою оборотную сторону. В средние века торговые ворота страны открывали крупные торговые города Псков и Новгород: и летописи сообшают о 12 эпидемиях, разразившихся в них за короткий период XIV—XV вв.

Мысль о "прилипчивости" заразы привела к введению предохранительных мер. Сначала это выразилось в изоляции больных и оцеплении неблагополучных мест: умерших погребали "в тех же дворах, в которых кто умрет, во всем платье и на чем кто умрет".

Общение с зачумленными домами прекращалось, их жителей кормили с улицы через ворота. Во время эпидемии чумы 1521 г. в г. Пскове князь Михаиле Кислица "велел... улицу Петровскую заперети с обою концов".

В конце XVI — начале XVII в. карантинные меры стали приобретать государственный характер. С 1654 по 1665 г. в России было издано более 10 царских указов "о предосторожности от морового поветрия".

Во время чумы 1654—55 гг. на дорогах были установлены заставы и засеки, через которые никого не разрешалось пропускать под страхом смертной казни, невзирая на чины и звания. Все зараженные предметы сжигались на кострах.

Письма по пути их следования многократно переписывали, а подлинники сжигали. Деньги перемывали в уксусе. Умерших погребали за чертой города. Священникам под страхом смертной казни запрещалось отпевать умерших. Лечцов к заразным не допускали. Если же кто-либо из них случайно посещал "прилипчивого" больного, он был обязан известить об этом самого государя и сидеть дома "впредь до царского разрешения".

Прекращались ввоз и вывоз всех товаров, а также работы на полях. Все это вело к неурожаям и голоду, который всегда шел вслед за эпидемией. Появлялись цинга и другие болезни, которые вместе с голодом давали новую волну смертности.

Медицина того времени была бессильна перед эпидемиями, и тем большее значение имела система государственных карантинных мероприятий, разработанная в то время в Московском государстве. Важное значение в борьбе-с эпидемиями имело создание Аптекарского приказа.