Татлин Владимир Евграфович.

Татлин Владимир Евграфович (1885-1953) российский художник, дизайнер, сценограф, один из крупнейших представителей нового движения в искусстве XX в., родоначальник художественного конструктивизма. Самыми значительными работами стали холсты «Матрос(Автопортрет)»(1911, Русский музей), «Продавец рыб» (1911, Третьяковская галерея). Татлин быстро выдвинулся в среде русских авангардистов; участвовал в иллюстрировании футуристических книг, в 1912 году организовал в Москве собственную студию, в которой занимались живописью многие «левые художники», ведя аналитические исследования формы. С этого времени и до конца 1920-х гг. Татлин был одной из двух центральных фигур русского авангарда, наряду с Малевичем, в соперничестве с которым развивал свои художественные открытия, легшие в основу будущего движения конструктивистов.

В искусстве рубежа XIX-XX вв. зрели предпосылки для становления многих, крупных «измов» последующих десятилетий, для фовизма, экспрессионизма, кубизма, абстрактного искусства и сюрреализма.

Отчет новых направлений в русской живописи начинается с группировки «Голубая роза». Программа входивших в нее мастеров определилась идеями символизма. М.С. Сарьян нашел свою «землю обетованную», путешествуя по странам Ближнего Востока. Характерный представитель московского символизма, Н.Д. Милиоти тяготел к музыкальному звучанию колорита, С.Ю.Судейкиным было написано немало натюрмортов, картин на мотивы эпохи романтизма, исполненных в стилистике «лубочного гротеска».

Свои особенные краски внес в русский живописный символизм В.И. Денисов. Мастера «Бубнового валета» (И. Машков, П. Кончаловский, А. Лентулов, В. Рождественский, А. Куприн), их друзья и оппоненты М. Ларионов и Н. Гончарова сделали следующий шаг к созданию поэтики искусства нового времени. В своем творчестве они ориентировались с одной стороны на творчество французских мастеров: П. Сезанна, фовистов, с другой - на российский городской фольклор: городская вывеска, народная игрушка.

  В.Е. Татлин учился в Московском училище живописи ваяния и зодчества (МУЖВЗ) с перерывами с 1902 по 1910 у В.А. Серова и К.А. Коровина. В это же время он устроился работать матросом и побывал в Средиземноморье и на Ближнем Востоке. Пять лет он также проучился в Пензенском художественном училище (1905-1910), а в 1911 занимался в студии И.И. Машкова. В 1908-1909 гг. Татлин дебютировал на выставках с импрессионистическими пейзажами и портретами, в которых основное внимание уделял цвету и пространственной характеристике предметов, что было необычно для русского искусства 1910-х («ОГОРОД», 1908— 1909; «Цветы пижмы», 1908-1909; «Гвоздика», 1908-1909; «Листья ландыша в кувшине», около 1910).

В 1908 году Татлин познакомился и подружился с М.Ф. Ларионовым и вошел в его круг. Под влиянием этого окружения Татлин обратился к примитивизму, писал картины и делал рисунки на темы жизни моряков и рыбаков Одессы — народной среды, которую хорошо знал («Матрос автопортрет», 1911). Живописные и графические работы Татлина начала 1910-х отражают особый художественный язык мастера, который сохранится на долгие годы в его творчестве. Татлин высоко оценивал значение рисунка для живописи, штриха, обобщающего контура («Лежащяя натурщица», 1911). Неслучайно он всегда интересовался творчеством П. Пикассо, П. Сезанна и А. Матисса, с произведениями которых познакомился в московском собрании С.И. Щукина.

  В 1912-м, после выставки «Ослиный хвост», пути Татлина и Ларионова резко разошлись. Татлин очень переживал по этому поводу, опасался изоляции, но вышел из сложившегося положения и уже в середине 1912 года организовал в Грибоедовском переулке собственную мастерскую, в которой собрал молодых друзей-художников. Среди них были братья Веснины и В. Ходасевич. Позднее к ним присоединились Л. С. Попова и Н. А. Удальцова. Кроме того, Татлин активно участвовал в художественной жизни Москвы и Петербурга, экспонировался на выставках объединений «Бубновый валет» и «Союз молодежи». В это время он много работал над обнаженной натурой и создал большое количество живописных и графических этюдов натурщиц, в которых оттачивал свой уникальный художественный язык. Татлин стремился к обобщенности и почти знаковой выразительности изображения, поэтому очень точно и упрощенно описывал фигуру контуром. Неслучайно свою работу «Натурщица» (1913), которую считал программной, он назвал также «Композиция из обнаженной натуры». Под влиянием своих учеников Татлин в этот же период обратился к кубизму, но это обращение носило в большей степени внешний характер, и в «кубистических» работах мастера все же господствовал его индивидуальный стиль («Портрет художника. Автопортрет», 1912).

В 1913-м Татлин решительно прекратил заниматься живописью и на протяжении двух последующих лет работал над созданием своих знаменитых контррельефов, выставку которых он провел у себя в мастерской в мае 1914 года. Для создания этих произведений художник часто использовал вполне обыденные предметы: куски обработанного дерева, проволоку, гвозди, обои и т.п. и называл их «материальными подборами». Они ничего не изображали и являлись как бы самодостаточными беспредметными произведениями. Поиски Татлина были очень близки поискам К.С. Малевича. Оба художника работали над своими экспериментами в одно и то же время и очень ревниво следили за творчеством друг друга. Татлин даже не поднимал штор в своей мастерской — боялся, что Малевич пройдет по Грибоедовскому переулку и в окно увидит его работы.

В 1915-м году художник обратился к сценографии. Он по собственной инициативе и без заказа какого-либо театра оформил оперы «Летучий Голландец» (1913) и «Жизнь за царя» (1915). С этими эскизами Татлина пригласили принять участие в выставке объединения «Мир искусства». Он был очень близок театру, считался блестящим рассказчиком, чтецом, играл на бандуре, гитаре и фисгармонии, исполнял старинные песни, украинские «думы» и «городские» романсы. Именно как бандурист он в составе оркестра выставки русского народного искусства побывал в 1914 году в Париже, где познакомился с П. Пикассо и посетил его мастерскую. А в 1923 году Татлин выступил режиссером и исполнителем главной роли в спектакле по драме В. Хлебникова «Зангези».

В революционные годы Татлин активно занимался общественной деятельностью. После Февральской революции он стал председателем «Молодой федерации» Профсоюза художников. В 1918 году художник возглавил (до 1919) Московский отдел ИЗО Наркомпроса, много занимался вопросами охраны памятников и монументальной пропаганды, некоторое время возглавлял закупочный отдел комиссии Музейного бюро и осуществлял первые закупки произведений современного искусства для будущего Музея живописной культуры. В 1919 году Татлин создал модель памятника III Интернационалу (железо, стекло, дерево), а в 1923-м начал работать над летающей конструкцией, которую назвал «Летатлин».  В 1918-1921 гг. и в 1927-1930 гг. он преподавал в Московском Вхутемасе-Вхутеине, в 1920-х заведовал отделом материальной культуры Института художественной культуры (Инхука), много работал над проблемой материала в искусстве, создавал новые типы одежды, обуви, мебели. Революционный лозунг «Искусство в жизнь» он понимал как требование предоставить искусству место в практическом строительстве новой жизни: политике, экономике, технике, науке. 

Татлин всегда был сторонником независимого от властей искусства, что не совпадало с официальной политикой в области культуры, поэтому ни один свой проект художник не имел возможности довести до конца. Отношения с искусством социалистического реализма у него также не сложились.

В начале 1930-х Татлин вернулся к занятиям живописью. Это были подчеркнуто простые пейзажи («Тополя плес», ок. 1946) и натюрморты («Садовые цветы», 1938; «Ветки», 1946; «Ветки рябины в глиняном кувшине», 1948-1951; «Лук», 1949). Внутренняя значимость незатейливых мотивов этих натюрмортов роднит их с голландскими натюрмортами   XVII   в., а в некоторых произведениях художник приближается к символической насыщенности сюжетов «Суета сует», которые отражали тщетность всего земного («Череп на раскрытой книге», 1948-1953; «Мясо», 1947). Характерно, что многие из этих работ художник писал па старых досках тончайшей живописной техникой лессировок, которой славилось голландское искусство.