Прекращение брака

Дохристианский брак не был союзом нерасторжимым. Историки германского права признают, что древний германский брак мог быть расторгнут как в силу односторонней воли мужа, так и по обоюдному соглашению супругов. То же и у нас: церковный Устав Ярослава воспрещает мужу самовольно отпускать жену не потому только, что это воспрещалось правилами греческой церкви, вошедшими в состав наших кормчих, но и потому, что такой способ прекращения брака практиковался у нас с древнейших времен. В статье того же устава: "Аже муж с женой по своей воле распуститься, епископу 12 гривен" (жить по-прежнему, не прибавлено) и в той (8), которая воспрещает жене отпускать мужа по причине слепоты и других болезней, можно видеть указание на развод по соглашению обоих супругов. Рафаил Барберини, иностранный писатель XVI в., приводит и описание порядка прекращения брака по добровольному соглашению. По его словам, муж и жена, желающие прекратить свое брачное сожительство, идут к проточной воде, становятся на противоположных ее берегах и, взяв в руки тонкую ширинку холстины, тянут ее в разные стороны до тех пор, пока не разорвут. Как скоро холстина перервется, брак считается расторгнутым (Снегирев. Русские в своих пословицах. Кн. П. 62). В этом обычае надо видеть след глубокой древности: вода играет роль как при заключении брака, так и при расторжении.

В языческое время в способах прекращения брака встречаемся с весьма характерной особенностью. Смертью мужа брак не прекращался для жены, она должна была следовать за умершим в загробную жизнь. Этот обычай добровольной смерти жены встречается у многих предков современных цивилизованных народов, а также у современных дикарей, и стоит в связи с состоянием религиозных верований и с воззрениями на обязанности жены по отношению к мужу. Первобытный человек иначе смотрит на загробную жизнь, чем мы: он думает, что в загробной жизни ему присущи те же потребности, что и в земной. Вот почему жена и должна была следовать за умершим мужем. У обитателей острова Фиджи и теперь существует обычай сожжения жен. Чем выше стоит лицо в общественном положении, тем большее число жен сжигают после его смерти; кроме жен убивается несколько рабов, лошадей, собак и т.п., а также умершему кладутся все необходимые при жизни вещи в том предположении, что все это нужно будет и за гробом. Есть указание на то, что такой обычай существовал и у предков современных европейских народов, например, у предков дунайских, прибалтийских и русских славян и германцев. Подробности можно найти в сочинении Котляревского: "О погребальных обычаях у древних славян". Жены, обыкновенно, умирают добровольно и даже с охотой, в силу того, во-первых, что со смертью соединялось иногда представление о лучшей участи, и, во-вторых, если бы жена не согласилась последовать за мужем, она оскорбила бы этим всех родных мужа и тем отравила бы свое существование. Относительно русских славян сохранилось свидетельство арабского писателя X в. - Ибн-Фоцлана. Правда, этому писателю пришлось видеть погребение холостого человека, но все то, что говорится о погребении холостого человека, относится, конечно, и к погребению женатого с тем только различием, что при погребении женатого сжигалась жена, тогда как при погребении холостого сопутствовать ему пришлось рабыне. Ибн-Фоцдан рассказывает, что когда умирал русский старшина, то его семья спрашивала рабов и рабынь, кто из них хочет следовать за умершим. В данном случае вызвалась одна из рабынь. Ее отдали на попечение двух девушек, которые кормили и угощали ее. Обреченная на смерть была весела и пела песни. В день, назначенный для погребения, умершего положили в ладью; перед ним поставили кушанья, хлеб, вина и другие припасы. Затем рассекли на две части собаку и положили в ладью, привели лошадей, так же рассекли и положили с умершим. Наконец, привели девушку, которая должна сопутствовать умершему в загробную жизнь. Предварительно ей предложили опьяняющий напиток, она пила и пела прощальные песни, а затем вошла в палатку, поставленную над ладьей, со старухой, которая называлась ангелом смерти. Как только они скрылись в палатке, окружающие подняли шум и крик, чтобы присутствующие не слышали стонов умирающей девушки. Как только окончила старуха свое дело, все было сожжено, чем и заключалась церемония погребения.

Джерело: Сергеевич В.И. Лекции и исследования по древній истории русскаго права. Спб, 1910.

88