Швейцария

Швейцарское кооперативное движение представляет собой пример "неклассического" развития потребительской кооперации.

Законодательно воспрепятствовав открытию новых филиалов, движение расширялось путем открытия новых магазинов и системы самообслуживания.

К началу 60-х годов насчитывалось 468 основных обществ, объединяющих свыше 4 млн. членов и владеющих более 2 тыс. магазинов.

В 70-х годах швейцарские кооператоры (как и кооператоры большинства европейских стран) отказались от получения дивидендов и перешли на политику низких цен. Был взят курс на укрупнение потребительских обществ и к 1983 г. их число сократилось до 41.

Как же было достигнуто единство кооперативного движения?

Основные факторы:

аполитичность кооперации;

юридически независимые кооперативы неформально зависели от центрального союза швейцарских кооперативов "Швейцарский кооператив" и уже формально исключались из кооперативного движения в случае невыполнения ими общепринятых кооперативных принципов.

Концентрация и укрупнение выражается в слиянии различных видов и отраслей кооперативов с перспективой создания единых целевых организаций. Вертикальная и горизонтальная интеграции сопровождаются сокращением абсолютного числа кооперативных организаций с целью концентрация экономических возможностей.

В результате укрупнения оборот швейцарских кооперативов в расчете на 1 магазин возрос на 45%.

Наиболее полное представление о кооперации Швейцарии можно частично получить, рассмотрев единственный фактор - конкуренция.

Основатель швейцарской потребительской кооперации Г. Датвейлер начал свою деятельность с сети передвижных магазинов. Используя агрессивную политику и рекламу, он выстроил большую розничную сеть и начал производство собственной продукции: фруктовых напитков, йогуртов, кексов и т.п., причем использовал свою торговую марку.

Уйдя в политику, он передал руководство возглавляемой им компании "Миграс" своему сыну.

М. Датвейлер, сам являясь крупным капиталистом, фанатически верил в принципы рочдельских пионеров и преобразовал компанию в потребительский кооператив, и если быть более точным, в 12 региональных кооперативов.

Не связанный традициями старого кооперативного движения, имея мощный капитал (13,5 млн. франков) и используя предпринимательские методы, кооператив стал быстро развиваться.

К 70-м годам кооператив имел свой банк, 20 заводов (в том числе свой нефтеперерабатывающий завод и сеть заправочных станций), число служащих увеличилось до 29 тыс. человек.

Потребители достаточно легко могли стать пайщиками - цена акции была лишь 10 франков. Более того, пайщики получали право открывать свой магазин. Поэтому очень быстро число пайщиков достигло 872 тыс. человек, а "Миграс" имел 9,4% доли рынка.

С 1971 г. участие работников в управлении кооперативом поддерживалось через выпуск "М - акции участия", которые должны быть выплачены в случае увольнения или ухода на пенсию. С 1977 г. работники в обязательном порядке включались в руководящие органы кооператива.

Не являясь членом МКА, "Миграс" выполняет все его принципы, размещая 1% оборота на культурные и общественные цели, субсидируя до 30% оплаты своих студентов.

Выполняя кооперативные принципы заботы об обществе, "Миграс" остановил продажу неперерабатываемых бутылок, прекратил использование нитратов и пестицидов в производстве своих продуктов, наладил выпуск менее вредного бензина, исключил использование пластиковых сумок и т.п.

Читая удручающую историю многих стареющих кооперативных движений можно сделать вывод, что настоящий успех - это кооперация между мелкими предприятиями.

Мощь потребительской кооперации - это преданность пайщиков на местах, небольшие, но удобные магазины, внимание к общественному мнению. Эти факторы гораздо более важны, чем прибыль.

Пример Италии показывает, что, имея время и хоть какое-либо убежище от конкуренции, даже самое старое кооперативное движение может стать более современным и отстаивать свою уместность.

Пример Швеции показывает, что даже столкнувшись с эффективной конкуренцией, кооперативное движение может ответить на вызов.

Пример "Мигроса" показывает, как потребительская кооперация не препятствует росту динамизма ориентированных на потребителя отдельных обществ и, как многие кооперативные движения, самостоятельно перерастают в процветающие современные предприятия.

В то же время пример национальных потребительских коопераций Австрии, Нидерландов или Бельгии демонстрируют опасность: они не смогли устоять перед натиском предпринимателей, были поглощены ими и фактически перестали существовать в прежнем виде. Сегодня они представляют скорее акционерные общества, чем истинные кооперативы.