Глава 9

Все четыре луны Юпитера, даже самая большая из них — Каллисто, слишком тусклы, и их невозможно увидеть невооруженным глазом. Зимней январской ночью 1610 года Галилей первым разглядел их, сконструировав телескоп с тридцатидвухкратным увеличением: четыре спутника вращались вокруг Юпитера с периодами от полутора до шестнадцати с половиной дней. Четыре новых мира, не виданные доселе ни древними, ни новыми учеными. Он опубликовал свое открытие в Sidereus nuncius , или «Звездном вестнике», и в течение года его открытия подтвердили астрономы-иезуиты в Риме и Кеплер в Праге. Их также подтвердил германский астроном Симон Мариус, который и дал им имена: Ио, Европа, Ганимед и Каллисто.

Потрясающее открытие Галилея сразу же вызвало множество горячих дискуссий. Мало того что эти четыре новых спутника не согласовались с Писанием — они заставляли усомниться в словах Аристотеля из сочинения De caelo ²¹³ о том, что звезды неподвижны в небесах. И что хуже всего, они противоречили описанию Вселенной, данному в другой славной книге, Птолемеевом «Альмагесте». Главным возражением противников учения Коперника было то, что если Земля не центр Вселенной — почему же вокруг Земли, и только вокруг Земли, вращается Луна? Но вращения лун вокруг Юпитера подвели Галилея к осознанию того, что звезды могут вращаться вокруг планет и одновременно сами планеты — вокруг Солнца. Юпитер и его четыре спутника стали для Галилея моделью Земли и ее собственной Луны. И действительно, в 1613 году он написал в дополнении к своим письмам по поводу солнечных пятен — в которых он полемизирует с астрономом-иезуитом Кристофером Шайнером, — что луны Юпитера, вне всяких сомнений, доказывают правильность теории Коперника.

Но для Галилея эти луны имели также тайное практическое значение, которое он хранил даже под более строгим секретом, чем свою приверженность учению Коперника. Галилей, конечно же, был весьма практичным человеком. Он бросал пушечные ядра с Пизанской башни, чтобы опровергнуть теорию движения Аристотеля, а в Падуе в Auditorium Maximum учил студентов новейшим методам фортификации и конструирования артиллерийских орудий. Итак, он понял, что спутники Юпитера — и, в частности, их затмения, случающиеся, когда они проходят за планетой, — можно использовать для решения древней проблемы нахождения долготы в море; за разрешение этой задачки король Испании посулил вознаграждение в 6 000 дукатов, а Генеральные штаты Нидерландов попытались превзойти его, пообещав 30 000 флоринов. Подписанное в 1609 году перемирие между двумя этими странами вскоре должно было закончиться, конечно если пушки не заговорят до срока. Новая война грезилась и испанцам, и голландцам, сражавшимся не только на старых европейских полях сражений, но и среди островов Тихого океана. Собственно говоря, уже сообщалось о нескольких нападениях голландцев на presidios ²¹⁴ Тьера-Фирме. И вот тогда-то Галилей, истый католик, вычислил таблицу затмений и обратился к Филиппу III через посредство тосканского посла в Мадриде. Эти таблицы — залог испанских удач в Тихом океане — предсказывали время начала и длительность затмений каждого спутника: их затмения, подобно нашим лунным, происходили в одинаковое время в любой точке Земли. В отличие от лунных затмений, однако, они случались гораздо чаще, в случае Ио — почти ежедневно. Поэтому Юпитер и его спутники могли служить своеобразными небесными часами, показывающими разницу времени между любыми двумя точками на Земле любому человеку, способному предсказать их затмения.

— К середине тысяча шестьсот пятнадцатого года агенты «партии войны» и голландской Республики соединенных провинций присылали из Мадрида сообщения о том, что испанские корабли в Тихом океане начали пробные плавания с использованием таблиц Галилея. Эти таблицы, разумеется, были строго секретными. — Алетия шла на два шага впереди меня, показывая путь по затемненному коридору, ковер которого уже пропитался водой. — Галилей никогда не упоминал о них в своих трудах.

— И «Сакра Фамилиа» была одним из таких кораблей?

Она кивнула.

— Сэр Амброз читал все сообщения, поступавшие в Ламбетский дворец, и потому ему сразу вспомнилось название этого корабля, как только он прочел его на доске.

Преследуемые сэром Ричардом, мы выбежали из атриума и, шлепая по лужам и поскальзываясь, влетели в библиотеку, где уже скопилось так много воды на полу, что она наполовину скрывала книги, стоявшие на нижних полках, а множество более высоких полок угрожающе накренилось. Картонные переплеты сморщились, и страницы из тряпичной бумаги распадались на исходные составляющие — лен и пеньку. Я наклонился, надеясь спасти один из томов — тщетная надежда, — но Алетия настояла на продолжении бегства. Мы забрались на библиотечную галерею по приставной лесенке и втянули ее наверх, чтобы наши преследователи не смогли ею воспользоваться. Я уже слышал топот ног по ступеням, когда мы, преодолевая препятствия — обвалившиеся куски штукатурки и досок, — вбежали в лабиринт темных коридоров второго этажа.

— Значит, «Сакра Фамилия» нашла метод определения долготы в море?

— Нет, — сказала она, поспешно продвигаясь вперед. — В море метод Галилея оказался бесполезным. На суше или в обсерватории — да, лучшего метода пока не существует. Но в море он неприменим. Довольно трудно найти некую отдаленную точку отсчета, доступную лишь телескопу, на движущемся корабле, тем более при сильном волнении, которое далеко не редкость в Тихом океане. Юпитер можно наблюдать в течение нескольких секунд, но самое легкое покачивание палубы не позволит увидеть его спутники, даже если в объектив вставлены особые бинокулярные линзы, изобретенные Галилеем.

Как долго они еще будут за нами гоняться? Из-за оштукатуренных стен доносились звуки грома, а возможно, топот ног наших преследователей. Или то были потоки воды, прорывающиеся внутрь здания? Пол, казалось, содрогался у нас под ногами. Прихрамывая от боли, я ковылял за Алетией. Весь промокший и обессиленный, я, однако, не потерял интереса к ее рассказу. По всей вероятности, мне требовалось узнать тайну, из-за которой я чуть не погиб.

— Какое же открытие сделали на «Сакра Фамилиа»?

— Они открыли остров с бамбуком, сандаловыми деревьями и золотом, — пояснила Алетия, когда мы завернули за угол. Она взяла меня за руку. — «Сакра Фамилиа» села на мель возле одного из островов, куда ее занесли юго-восточные пассаты, что дуют между экватором и тропиком Козерога. А точнее, они обнаружили на острове не золото, а светлый плавиковый шпат — такие желтоватые кубические кристаллы, которые мусульманские алхимики называют markasita , их обнаружение всегда свидетельствует о наличии золота. Пинсон понял, что они оказались на том самом острове, что изображен на карте пражского издания Theatrum orbis terrarum . Понимаете, Пинсон прежде уже бывал на этом острове в тысяча пятьсот девяносто пятом году, во время последней экспедиции Менданьи, искавшей Соломоновы острова.

— То есть Менданье не удалось найти Соломоновы острова, зато он открыл Маноа?

— Или, возможно, это и был один из тех легендарных Islas de Solomon . Кто знает? Менданья и Пинсон могли принять этот новый остров, со всеми его сандаловыми деревьями и белыми шпатами, за то место, где находились копи царя Соломона. Но, как и исходные Islas de Solomon , никто не смог, конечно, повторно обнаружить новый остров, хотя его нанесли на карту в пражском издании Theatrum .

Завернув за угол, мы прошли мимо комнат с открытыми нараспашку дверями, за которыми, должно быть, сидели в свое время переписчики рукописей: там стояли двухтумбовые письменные столы со всем необходимым инструментарием. Полы в них также покрывала вода; стенные панели набухли, и потоки воды сбегали вниз по стенам. Затем коридор повернул налево. Куда же мы так бежали?

— Зато теперь можно было определить долготу этого острова, — сообщила мне Алетия, — Исходя из данных таблиц Галилея, определяется точное время, в которое эти затмения можно видеть в Толедо — именно там испанцы располагают нулевой меридиан. А Пинсон, в свою очередь, записал точные времена таких же затмений на этом острове. И вот, когда корабль починили с помощью сандалового дерева, он отправился обратно в Испанию, намереваясь снарядить новую экспедицию, которая должна была, используя соответствующие координаты, определить точное местоположение этого острова. Но конечно, «Сакра Фамилиа» так и не вернулась в Кадис. — Она сильнее сжала мою руку и после очередного поворота добавила: — И даже если бы она дошла до Испании, то ценность привезенных сведений была бы не дороже бумаги, на которой их записали. Всего лишь за год один из самых ценных документов христианского мира превратился в опаснейшую ересь, последователей которой сжигали на кострах.

Ведь если даже спутники Юпитера вызывали бурные споры, то об их затмениях и говорить нечего. Галилей обнаружил их только в 1612 году, через два года после обнаружения самих спутников. Он начал вычислять движения спутников в 1611-м, но сначала вместо таблиц Коперника использовал таблицы Птолемея, составленные на основе того предположения, что Земля — а не Солнце — является центром, вокруг которого вращается Юпитер. Только применив таблицы Коперника и исправив свои вычисления, он обнаружил, что луны попадают в фазу затмения, когда Юпитер заслоняет их от солнечного света. С тех пор предсказание этих затмений стало довольно простой задачей, но такие расчеты нельзя было делать с использованием Птолемеевых таблиц, которые вносили ошибки как в определение времени начала затмений, так и в положения каждого спутника относительно звезд в моменты начала и конца затмений. Следовательно, вычисление этих затмений — путь решения задачи определения долготы — влекло за собой признание учения Коперника, той ереси, за которую Джордано Бруно сожгли в Риме всего лишь двенадцать лет назад.

Последствия этих событий мне были известны достаточно хорошо: печальная история торжества невежества над разумом, традиций и предрассудков над новым открытием. В 1614 году Галилей написал письмо Кристине Лотарингской, пытаясь доказать, что учение Коперника не противоречит Библии. Эта попытка, однако, оказалась бесполезной, так как письмо попало в руки инквизиции, чей тайный механизм привел в действие Папа Павел V. Кардиналы из дворца Сан-Уффицо призвали Галилея в Рим и в результате допроса утвердились во мнении о еретичности учения Коперника. Это произошло зимой 1616 года, вскоре после того, как «Сакра Фамилиа» отправилась в плавание в южные моря. И следовательно, к тому времени, когда потрепанный штормами караван вернулся в Кадис, метод Галилея уже был не только непрактичным: он стал еще и еретическим.

— В другие времена подобную ересь не сочли бы столь катастрофической… Пойдемте, мистер Инчболд.

Мы продвигались уже почти вслепую. Целые стаи крыс шныряли и пищали под нашими ногами.

— Но в тысяча шестьсот шестнадцатом году война между католиками и протестантами уже маячила на горизонте. Рим не мог допустить возникновения новых угроз его ортодоксии, особенно если они исходили от такого выдающегося ученого, как Галилей. Хотя Исаак Казобон и развенчал миф о Гермесе Трисмегисте, но теперь герметические философы ухватились за эти новые и, по мнению папской курии, не менее опасные идеи. Астрономия, заменившая «герметический свод», стала самой большой опасностью для церковной власти. Галилея осудили, а его труды иезуиты включили в «Индекс», поставив их в один ряд с работами таких оккультистов, как Агриппа и Парацельс. Испанцы отказались от его проекта, вычисление долготы в море было запрещено, и поиск этого таинственного острова в Тихом океане прикрыли.

Вот такой конец могла бы иметь эта история, сказала Алетия, если бы весть о том, что не всё находившееся на корабле пропало, когда галеон «Сакра Фамилиа» разбился о рифы, не достигла Лондона. Существовали еще копии его мореходных карт. Сначала эти сообщения казались такими же иллюзорными и не заслуживающими доверия, как те, что касались самого острова, хотя со временем их подтвердили агенты из Мадрида и Севильи. Они утверждали, что «Сакра Фамилиа», покинув Веракрус, встретилась с остальными кораблями мексиканского каравана в Гаване, где капитан, устрашившись надвигающегося шторма, оставил на хранение зашифрованные копии своих карт в иезуитской миссии Сан-Кристобаль — со временем документы доставили в Севилью для надежного хранения в архивах Торговой палаты.

Но не только там нашли приют эти документы. В марте 1617 года, как раз когда флот Рэли готовился отбыть в Гвиану, эрцгерцог Фердинанд Штирийский заключил с королем Испании договор, по условиям которого Филипп признавал Фердинанда преемником императора Маттиаса ²¹⁵ в обмен на германский Эльзас и два императорских анклава в Италии. Принятое соглашение соединило два самых влиятельных рода Европы, два дома Габсбургов, один — испанский, другой — австрийский. Объединившись, две эти великие империи смогут теперь действовать заодно, будут делиться своими армиями и знаниями и, поступая таким образом, разобьют протестантов в Европе раз и навсегда. А их самым могущественным арсеналом являлись, разумеется, библиотеки.

Наверху прогрохотал кусок шифера, падая с крыши. Часть потолка обвалилась, обнажив чердачные балки. Вода, низвергаясь в эту дыру, преграждала нам путь. Откуда-то сзади донесся крик, и тут Алетия схватила меня за руку и протащила под этим водопадом.

— Но этот арсенал в Вене подвергался опасности, — задыхаясь сказал я, когда мы вышли из потока воды.

— Да. В семнадцатом году граф Турн уже стягивал войска протестантов к воротам Вены.

— И тогда эти документы увезли в Богемию?

— Вместе с множеством других сокровищ из Императорской библиотеки Вены. Всё поместили в архивы Испанских залов, которые уже содержали множество астрономических рукописей Тихо Браге наряду с запрещенными книгами Галилея, Коперника и прочих еретиков.

И именно тогда в Лондоне зародился новый заговор: послать сэра Амброза в Пражский замок в свите курфюрста Пфальцского. Перед ним поставили задачу спасти как можно больше книг из Испанских залов, но в первую очередь — найти эти мореходные карты и привезти их в Англию. Тогда, возможно, еще удалось бы выступить с решительными — хотя и несколько запоздалыми — coup de m ain против короля Испании.

— Но их план провалился, — сказал я. — Этот палимпсест так и не доставили в Ламбет-Пэлас.

— Нет, — ответила Алетия. — В последний момент сэр Амброз предал «партию войны».

— Предал? — Мы остановились перед закрытой дверью, которую Алетия попыталась открыть плечом. — Но почему? Не хотите же вы сказать, что сэр Амброз был испанским агентом?

— Нет, сэр Амброз как раз им не был. Но их было полно как в Военном министерстве, так и в Ламбетском дворце. Весть об этом палимпсесте уже достигла и Рима, и Мадрида.

Она сильнее надавила плечом на дверь, которая отказывалась шевелиться. Я услышал, как где-то за нами раздался бой напольных часов, сменившийся отдаленными голосами.

— Ven acqui!

— Vayamos por orto lado! ²¹⁶

Дверь скрипнула и слегка сдвинулась. Я понял, что перед нами та самая дверь, что задержала мой выход со второго этажа в то давнее утро. Решив помочь Алетии, я подался вперед. Дверь скрипнула, приоткрываясь еще немного, изнутри повеял свежий ветерок и послышался ужаснувший меня звон — не шпор, как я подумал сначала, а пузырьков и склянок на полках лаборатории.

— Чудо уже то, что этот палимпсест все-таки сохранился, — сказала Алетия, когда мы чуть позже прорвались внутрь и направились в другой темный коридор. — А в итоге его хотел уничтожить сам сэр Амброз. Его последним желанием было, чтобы эта рукопись сгорела, хотя он рисковал жизнью, спасая ее.

Обломок штукатурки свалился с потолка прямо перед нами, и верхние балки скрипели от какого-то огромного напряжения. С некоторой опаской мы продолжали двигаться по коридору. Впереди, футах в десяти от нас, опять начала падать штукатурка.

— Пуритане хотели раздобыть эти документы, — сказал я, — Стэндфаст Осборн…

— Верно, — согласилась Алетия. — Как и испанцы. И сейчас очевидно, что наш новый министр тоже узнал об их существовании. Сэр Амброз утверждал, что они прокляты, и оказался прав, поскольку десять лет назад его отравили испанские агенты. Они боялись, что он предаст их Кромвелю, поскольку в те годы мы нуждались в деньгах, а пуритане готовились к Священной войне против короля Испании. К тому времени, разумеется, я уже знала, что сэр Амброз мне не родной отец, — понизив голос, добавила она. — Вот кто, конечно же, наши нынешние преследователи: испанские агенты. Именно они убили лорда Марчмонта.

На мгновение я усомнился, правильно ли понял ее слова.

— Сэр Амброз не был вашим отцом? Но…

— Да, — ответила она. — Это мой последний обман. Моего настоящего отца тоже убили испанские агенты — если на то пошло, это сделал Генри Монбоддо. Это произошло много лет назад. Понимаете, Генри Монбоддо был не только посредником по приобретению произведений искусства, но также и испанским агентом. Он узнал о существовании палимпсеста от своих шпионов в Праге. Но сэр Амброз уже догадался о его измене после провала Оринокской экспедиции, и поэтому он использовал моего отца как подсадную утку. Моя мать — она бежала из Праги вместе с моим отцом — умерла во время родов, и вскоре после этого…

— Ваша мать?

— …сэр Амброз забрал меня к себе и воспитал как свою дочь. Мне кажется, он считал это своим долгом, может быть искуплением вины за то, что предал моего отца вместе с теми алчными герцогами и епископами «партии войны». Мой родной отец был богемцем, тихим человеком, посвятившим себя книгам и учености. Но сэр Амброз чувствовал, что не может полностью доверять ему, поскольку тот был католиком.

За нами по лабиринту коридоров летело эхо голосов. Алетия ускорила шаги. Переступив через упавший гобелен, мы прошли комнату, за окном которой полыхали молнии. И в их отблесках я увидел вдалеке липовую аллею.

— Caray!

— Por Dios! Las aquas han subido! ²¹⁷

Коридор повернул налево, и мы оказались в просторном, но пустом зале, также залитом водой. Мне показалось, что где-то сзади раздался пистолетный выстрел, сменившийся грохотом ломающейся балки. Посреди зала меня подвела косолапость, и я, поскользнувшись на плитах, шлепнулся в воду. В считанные секунды я вновь вскочил на ноги, уже не сомневаясь, что мы спешим к некой ужасной смерти.

— Я выросла в Понтифик-Холле, — продолжала Алетия, как будто не замечая никаких опасностей, — и именно от сэра Амброза я узнала все то, что знаю. Мы были как Миранда и Просперо на волшебном острове, в ожидании бури, что занесет на их берег захватчиков ²¹⁸. Со временем он рассказал мне даже об этом палимпсесте и его истории. Ему хотелось уничтожить его, как я уже говорила, и мне нравилась эта мысль. Но мой муж, а потом и сэр Ричард — оба они отговаривали меня. Понимаете, такой документ просто необходимо продать. За него дадут десять тысяч фунтов. Сэр Ричард действовал как посредник. Я понятия не имела, кто покупатель, да меня это и не волновало. Я желала только избавиться от этого палимпсеста, вот и все. Я полностью доверяла сэру Ричарду. Мы собирались пожениться. Деньги хотели использовать на восстановление этого дома. Мы могли бы жить здесь вместе. — Она немного помолчала. Голоса и крики раздавались уже ближе. — Но теперь сюда прибыли враги, — произнесла она печально. — И теперь я знаю, что я…

Я не разобрал ее последних слов, поскольку стена рядом с нами начала рушиться и очередной обломок штукатурки, падавший с потолка, слегка ударил меня по плечу. Я отшатнулся и упал плашмя во второй раз. Весь мокрый и задыхающийся, я поднялся на ноги и на ощупь поискал руку Алетии; но к тому моменту она уже исчезла в конце коридора. И где-то в том конце, в лаборатории, множество склянок подавало сигнал тревоги.

И теперь я знаю, что я должна сделать…

Как говорится, от страха у нас порой вырастают крылья. Но он также, по утверждению Ксенофонта ²¹⁹, сильнее любви. Должен признаться, что мысли о судьбе книг и Алетии уже вылетели из моей головы, я думал только о себе, когда бежал по коридору спустя пару секунд. Я отчаянно хромал, неравномерный перестук моих шагов эхом отдавался от промокших оштукатуренных стен, и вот наконец, резко затормозив, я оказался — нет, не в лаборатории, а на верхней площадке лестницы, осознав, что именно она должна вывести меня на верный путь. Увидев, куда попал, я испытал замешательство, сам не веря, что мне удалось так легко выбраться из лабиринта коридоров. Но мраморные ступени коварно скользили, и, когда я начал спускаться, у меня вновь закружилась голова. С верхней площадки я видел почти весь атриум, вся эта внушающая ужас живая картина смерти и разрушения предстала передо мной. Овальное зеркало в атриуме опрокинулось; в его потрескавшемся овале сейчас отражалась брешь в потолке, откуда упала люстра. Тут же лежала и люстра, словно покалеченная бронзовая птица. А потом я увидел Финеаса, он лежал на животе возле двери, широко раскинув руки.

Из лаборатории больше не доносилось ни звука — ни звона склянок, ни криков о помощи. У меня вдруг мелькнула мысль, не стоит ли вернуться за Алетией, но вместо этого я ухватился за перила и продолжил мой осторожный спуск. Я не готов умереть, уговаривал я сам себя, за грехи сэра Амброза Плессингтона. Через открытую дверь я увидел, что дождь наконец прекратился. Ветер утихомирился, и солнце напоминало о своем существовании. Какая насмешка судьбы. Когда я проходил по атриуму, под моими ногами хрустели осколки хрустальной люстры. У меня появилось ощущение какой-то беспомощности и зыбкости, я вдруг осознал, что это пол содрогается у меня под ногами. От распростертого тела Финеаса растекались ручейки крови, словно ветви ярких морских водорослей. Лишь успев обойти эту витиеватую живопись, я услышал крик и увидел одинокую черную фигуру, стоявшую в дверях библиотеки. Мой взгляд напоследок скользнул по рухнувшим полкам, по размокшим книгам, беспорядочно валявшимся на полу, и, не медля больше ни минуты, я выскочил через дверной проем навстречу тусклому дневному свету.

Я бросился к лошадям, которые, напуганные грозой и грохотом, беспокойно вскидывая головы, шарахнулись от меня в сторону. Наполовину затопленный парк разливался передо мной, отражая пылающее небо. Я собирался вскочить в карету и уехать, но не успел. Мой преследователь прокричал что-то по-испански, и его напарник появился из-за угла дома, около аптекарского огорода. Поэтому я побежал не к выходу, а к зеленому лабиринту. Может, я воображал, что смогу увести этих убийц от Алетии — выполнив в последний раз задание, ради которого меня нанимали. Ведь, скорее всего, именно мое поспешное бегство из Лондона и привело их в Понтифик-Холл! То была глупая и странная фантазия: мог ли я, с моей хромотой и одышкой, соперничать с преследователями, одним из которых, как я заметил, оказался сэр Ричард Оверстрит. Но, приблизившись к лабиринту, я отважился бросить беглый взгляд через плечо и увидел глубокую трещину в земле, открывшуюся за мной, — длинная траншея протянулась по парку от пруда с лилиями к запряженной четверкой карете.

Задним числом эта трещина кажется неким катаклизмом, чуть ли не библейским, — возможно, даже чудом, если чудо может быть таким нелепым и трагичным. Первыми погрузились в землю задние колеса кареты. Земля, содрогнувшись под ними, разъехалась, карета начала оседать назад — и наконец рухнула в ров, который мгновенно расширился до шести с лишним футом и заполнился вырвавшимся на свободу подземным потоком. Крупы лошадей на мгновение блеснули в воде — и исчезли из виду. Первый из моих преследователей, мужчина в черном камзоле, резко остановившись, замер на самом краю обрыва. Объятый ужасом, он потрясенно глядел на меня, пока буроватая почва уходила у него из-под ног и пропасть между нами становилась все шире. Его тоже поглотили челюсти обвала.

Я повернулся и продолжал бежать. Воздух пропитался терпким запахом бирючины, и когда я нырнул в этот лабиринт с горчичного цвета изгородями, их разросшиеся ветви оцарапали мне щеки и цеплялись за плечи — но потом я повернул налево, к еще более густому строю мокрых ветвей и острых листьев падуба. Под ногами плескалась вода. Через маленькую брешь в изгороди я увидел сэра Ричарда с пистолетом в руке, он бросился ко входу в лабиринт. Еще развилка. Поворачивая то направо, то налево, я держал путь в глубину, к центру этих извилистых коридоров. В какой-то момент, зацепившись за корень, я едва не упал, но зато обнаружил забытые в траве садовые ножницы. Прихватив их с собой — лезвия заржавели, но были еще достаточно остры, — я вновь бросился бежать.

Должно быть, через минуту или две раздался этот резкий, пронзительный вопль. Я как раз достиг центра лабиринта, крошечного пятачка земли, где стояла прогнившая от дождей деревянная скамья. Сэр Ричард с треском ломился по зеленым коридорам, и я понял, что он, должно быть, идет по моим оставленным в грязи следам. Еще один предательский след, оставленный мною. Вскоре он доберется до меня — если этот лабиринт сначала не уйдет под землю, поскольку она вздрагивала и сотрясалась, как пол в мастерской каменщика. Когда этот резкий крик прорезал воздух, я схватил садовые ножницы за рукоятки и, повернувшись спиной к подрезанным ветвям изгороди, приготовился к схватке. Взглянув поверх брустверов граба и самшита, я заметил в окне второго этажа одинокую фигуру.

Алетия все-таки добралась до лаборатории. Взобравшись на скрипучее сиденье скамьи, я увидел, что она широко распахнула окно и начала отчаянно жестикулировать. Это продолжалось всего лишь мгновение, поскольку едва оконные стекла блеснули в солнечном свете — невероятно, но солнце уже появилось, — как южное крыло дома начало оседать в разверзшийся ров. Со скрежетом искривлялись и ломались балки, следом начала обваливаться кладка из тесаного камня, и из-за них в тумане меловой пыли проступила библиотека, прежде чем она тоже начала оседать в эту необъятную бездну, увлекая за собой множество книг. Второй этаж несколько секунд повисел над провалом и тоже начал тяжело оседать вниз. Часть крыши качнулась вперед, сбрасывая шифер; затем треснули перекрытия, и наконец вся крыша рухнула в реку, подмывшую основы дома.

Оцепенев от страха, я по-прежнему стоял на скамье и смотрел на жуткое зрелище. Я услышал еще один вопль со стороны восточного фасада, который потрескался и обрушился лавиной камней, подняв облака пыли, вздымавшиеся и клубившиеся в воздухе, как дым от пушечного залпа. Это величественное сооружение с его открывшимися ячейками — каждая с мебелью и обоями — сейчас выглядело не более чем кукольным домиком или архитектурным макетом. Передо мной даже промелькнула лаборатория с разбитыми склянками на полках. Но Алетии нигде не было видно, впрочем как и никого другого. Спрыгнув со скамейки, я уже пробирался обратно к выходу из лабиринта, когда пол атриума разъехался и остатки кукольного домика рухнули вниз с таким грохотом, что я даже почувствовал, как эта звуковая волна ударила меня в грудь. Мне показалось, что я слышал еще один крик, но, должно быть, ошибся: это были лишь звуки терзаемого железа и ломающихся балок, последних обломков Понтифик-Холла, обрушивающихся в эти ненасытные воды.

Эпилог

Время закрытия. Темнота сгустилась за окнами и упала на широкий простор Темзы. Пролет древнего разводного моста застонал и поднялся, чтобы пропустить последние продубленные морскими ветрами паруса барок и смэков, идущих вниз по течению к седому взморью. Последние на сегодня экипажи проскрипели по заснеженной мостовой. Вот-вот там начнется тихая суета, свернется навес и захлопнутся ставни. Том Монк со своими тремя детьми суетится внизу, гремя ключами и подсчитывая выручку, а я сижу наверху в своем кабинете, в моем последнем пристанище, и, сжимая гусиное перо подагрическими пальцами, медленно оставляю на бумаге свои следы, выписывая эти строки. Внизу открывается зеленая входная дверь, и моя свеча оплывает от порыва ветра. Я получше пристраиваю очки на носу — мое зрение теперь еще слабее, чем в былые дни, — и с надеждой склоняюсь над столом. В камине посвистывают горящие угли. Наконец мой труд почти завершен. Не знаю, много или мало мне еще надо сказать. Что случилось в Понтифик-Холле в тот последний день, мне кажется, я так никогда до конца и не пойму — хотя я единственный, кто остался в живых, чтобы рассказать эту историю. Мое спасение было делом удачи и случая, а может, милостью святого Иоанна, покровителя и защитника печатников и книготорговцев. В конце концов я убежал от сэра Ричарда, или, вернее, он убежал от меня, бросившись обратно по садовому лабиринту в сторону пропасти, когда дом начал рушиться. Надеялся он спасти Алетию или манускрипт, мне не суждено узнать, поскольку его тоже поглотили воды. Я появился из лабиринта в тот момент, когда могучий поток уносил его прочь. К этому времени дом и все его содержимое утонули без следа, за исключением части крипты. Передо мной развернулась картина полнейшего и ужасного разрушения. Даже обелиск исчез. Не удалось мне также обнаружить никаких признаков Алетии, хотя я больше двух часов разыскивал ее, переворачивая обломки, и даже отважился побродить — почти по пояс в воде — по затопленной крипте. Множество раз ее отчаянный крик о помощи звучал в моих ушах. Однако я не нашел ничего, кроме нескольких книг, которые я старательно спасал, словно верил, что эти промокшие останки могут либо смягчить ее потерю, либо загладить мою вину.

Я брел назад в Крэмптон-Магна вдоль речного потока, что вился между заболоченными полями с маленькими островками деревьев и полузатопленными пшеничными скирдами. В общей сложности дорога заняла у меня несколько часов. Среди проплывающих мимо обломков Понтифик-Холла я увидел еще несколько книг из погибшей библиотеки, по большей части так сильно пострадавших, что я едва мог прочесть их названия. Но им я тоже не дал пропасть без следа и вытащил на сушу. Уже в темноте я добрел до «Прибежища пахаря» со своей промокшей насквозь ношей, завязанной в плащ, и поставил эти книги — всего семь штук — сушиться у огня в моей комнате. Много часов я провел без сна на лежанке, чувствуя себя как выживший после кораблекрушения человек, который выбрался на полоску берега и все еще лежит среди морских водорослей и обломков корабля, осторожно проверяя состояние своих членов и карманов, прежде чем встать на ноги и сделать первую вылазку в тот странный новый мир, куда его забросила судьба.

А мир, в который я отважился вступить, действительно был странным. Когда спустя четыре дня я доехал-таки до Лондона, то моя «Редкая Книга» показалась мне совсем чужой, изменившейся почти до неузнаваемости. Все было на своих местах, включая Монка, но сама лавка неуловимо изменилась, будто на каком-то атомном уровне. Даже привычные дела не в силах были рассеять это наваждение. Я нашел утешение — слабое, но и на том спасибо — в моих книгах. В те первые недели после моего возвращения я чаще всего изучал тома, спасенные из Понтифик-Холла, словно искал в их покоробленных, распухших страницах какую-то разгадку всей этой трагедии. Их шрифт стал тусклым, и поистерлась позолота на переплетах; даже экслибрис стал почти незаметным. Они по-прежнему стоят вместе на полке над моим столом, и из всех томов, имеющихся в «Редкой Книге», лишь эти семь экземпляров не продаются.

Но одна из спасенных книг имела особое значение. Экземпляр Anthologia Graeca — представлявший собой сборник отрывков греческих авторов, составленный в Константинополе Кефаласом и спустя несколько веков обнаруженный среди манускриптов Пфальцской библиотеки в Гейдельберге. Экслибрис отсутствовал, однако на форзаце было написано «Эмилия Молинекс», а среди страниц обнаружились подорожная и удостоверение о состоянии здоровья — оба документа на имя Сайласа Кобба, оба с печатями, проставленными в Праге в 1620 году. Поначалу эти имена невозможно было разобрать. Только со временем они проявились: буквы-"призраки", как Алетия назвала их, словно благодаря некой загадочной химической реакции, произведенной танинами и солями железа, проступили обратно на поверхность этих пергаментов. И именно из-за этих листков бумаги, нескольких нацарапанных слов в палимпсесте, я занялся кропотливым воссозданием событий.

Некоторые части этой загадочной истории складывались довольно легко, в отличие от других. О ней упомянули даже в большинстве «Ведомостей», которые сообщали о смерти сэра Ричарда Оверстрита, известного дипломата и землевладельца, недавно вернувшегося из изгнания во Франции. Его тело обнаружили спустя несколько дней в нескольких милях от Понтифик-Холла. Но нигде не упоминалось ни об Алетии, ни о трех испанцах. Их тела, я полагаю, так и не нашли; насколько мне известно, пропал также и злополучный палимпсест вместе с тысячами книг сэра Амброза.

И конечно же, сам сэр Амброз остается для меня такой же великой загадкой, как и прежде. Я частенько размышлял с тех пор, почему он решил предать своих союзников и спрятать палимпсест в Понтифик-Холле. Да, он был идеалистом; он верил в реформацию и распространение знаний, в то сообщество ученых, которое описывали розенкрейцеры в своих манифестах или Фрэнсис Бэкон в «Новой Атлантиде», поведавшей, как естественные науки вернут нас в Золотой век, к тому совершенству, что царило в мире до изгнания человека из Эдема. По своем возвращении в Англию сэр Амброз, должно быть, сильно разочаровался. Он обнаружил среди приверженцев «партии войны» не тех просвещенных ученых, которыми славились академия Платона или лицей Аристотеля, а скорее воров и убийц, таких же невежественных и порочных, как римские или мадридские. Европа балансировала на краю пропасти, а изучение природы вещей и поиск истины подменялись вульгарным соперничеством между протестантами и католиками, стремившимися одолеть друг друга. Наука больше не заботилась о совершенствовании мира: она стала служанкой предрассудков и святошества, а предрассудки и святошество служили грабежу и убийству. Видимо, сэр Амброз не захотел участвовать в этой грязной игре. Пусть таинственный остров и его богатства, если они существуют, лучше остаются неоткрытыми до тех времен, пока мир не станет достойным таких сокровищ: так, должно быть, решил он.

Однако не о сэре Амброзе и его книгах — и даже не о «Лабиринте мира» — больше всего мне думалось в те дни. Поскольку я осознал, что печалит меня именно судьба Алетии. Временами я позволял себе верить, что ей каким-то образом удалось спастись из-под развалин. Годы спустя я буду часто замечать за окном «Редкой Книги» знакомую женскую походку или осанку, женщину с узнаваемыми жестами или профилем, и испытывать на мгновение острое потрясение — а потом неизбежно разочарование и грусть. Алетия, как и Арабелла, вновь и вновь отступает в мир призрачных воспоминаний, все больше отдаляется и походит на плод воображения, как те затерянные в Тихом океане острова, которые даже сейчас, в 1700 году от Рождества Христова, никто еще так и не обнаружил. Со временем за моим окном перестали мелькать даже эти мимолетные напоминания, и теперь я вижу ее, если повезет, только в снах.

1 Изготовитель перьев для шляп (фр.).

2 Канцелярская гильдия — торговый союз, или гильдия, основанный в Лондоне в 1557 г., включавший в себя книготорговцев, печатников и изготовителей канцелярских товаров.

3 Лига — 4,83 км.

4 Комениус — Коменский, Ян Амос (1592-1670), великий чешский (моравский) реформатор образовательной системы, епископ.

5 Боэций, Аниций (480-524) — римский философ-неоплатоник, математик и теоретик музыки, переводчик и комментатор сочинений Аристотеля по логике.

6 Карл II (1630-1685) — английский король с 1660 г.

7 Кромвель, Оливер (1599-1658) вождь английской революции 1640-1660 гг., лорд-протектор Англии с 1649 г.

8 Карл I (1600-1649) — король Англии с 1625 г., свергнутый и обезглавленный в ходе революции.

9 Хай-Холборн — улица в центре Лондона.

10 Смэк — одномачтовое рыболовное судно.

11 Пинк, или пинка — небольшое промысловое и торговое судно с узкой кормой XVI — XVII вв.

12 Тод — мера веса шерсти, равная 28 фунтам.

13 Написанное остается (лат.).

14 Новостные листки — еженедельные письма с новостями, рассылавшиеся по подписке в XVI — XVII вв.

15 Все труды Платона (лат.).

16 Марсилио Фичино (1433 — 1499) — итальянский философ-гуманист, писатель, священник, глава Платоновской академии во Флоренции, автор первого перевода Corpus hermeticum («герметического свода») на латинский язык (1463).

17 Козимо Медичи, Старший (1389-1464) — итальянский банкир, государственный деятель и покровитель искусств и литературы.

18 Анри Этьен (ум. 1520) — владелец женевского издательства, происходил из семьи потомственных французских книгоиздателей и ученых.

19 Труды Аристотеля (лат.).

20 Исаак Казобон (1559 — 1614) — французский филолог и ученый.

21 Naturalis Historia Плиния — Плиний Старший (23 — 79) — древнеримский ученый, энциклопедист и писатель; имеется в виду его труд «Естественная история» в 37 книгах — своего рода энциклопедия-древнеримской жизни.

22 …изданные Мануцием труды Ливия… — Речь идет о венецианском издательстве, существовавшем в 1490-1597 гг.; Альдо, или Альд, Мануций — латинизированная фамилия Теобальда Манучи (1450 — 1515), основателя издательской фирмы и филолога, создавшего тип портативных книг для издания классических авторов. Из его типографии выходили шедевры книжного дела, знаменитые «альдины».

23 Ливий, Тит (59 до н. э. — 17 н. э.) — римский историк; его труд «Римская история от основания города» в 142 книгах (до нас дошли 1 — 10 и 21 — 45 книги) представляет собой один из источников по истории Древнего Рима.

24 Тацит, Корнелий (ок. 55 — ок. 120) — древнеримский историк. Главные труды — «Истории», «Анналы» (охватывающие события времен ранней империи) и «Германия» — один из важнейших источников по истории социального и общественного строя древних германцев.

25 …базельское издание Цицерона De nature deorum… — Марк Тулий Цицерон (106-43 до н. э.), выдающийся оратор, писатель и политический деятель Древнего Рима.

26 «О природе богов» (лат.) — одно из его многочисленных сочинений.

27 De rerum natura — «О природе вещей» (лат.), поэма древнеримского поэта Лукреция (99 — 55 до н. э.).

28 Какстон, Уильям (1422? — 1491) — английский первопечатник, издатель и переводчик, основал типографию в Вестминстере.

29 Confessiones Святого Августина — Августин Аврелий (354-430) — христианский теолог и философ; «Исповедь» — автобиографичное произведение (ок. 400), где прослеживается процесс становления личности во всей ее противоречивости.

30 …толкование Порфирием — Горация, Фичино — Плотина, Донатом — Вергилия, Проклом — «Государства» Платона… — Порфирий Финикийский (223 — 304), Плотин (204 — 270), Прокл (410 — 485) — древнегреческие философы, представители неоплатонизма. Гораций Флакк, Квинт (65 до н.э. — 8 н. э.) — крупнейший римский поэт. Платон (427 — 347 до н. э.) — древнегреческий философ.

31 Новелл (фр.)

32 …изданных в формате ин-кварто… — На протяжении всей книги не раз встречаются типографские термины латинского происхождения, определяющие формат книги: ин-фолио — размер издания (книги или журнала) в 1/2 бумажного листа; ин-кварто — в 1/4 листа; ин-октаво — в 1/8 листа, следующий формат в 1/16 листа.

33 Теофраст (или Феофраст; 372 — 287 до н. э.) — древнегреческий философ и естествоиспытатель, крупнейший ботаник древности, среди его трудов — упомянутая «История растений» (9 книг).

34 Агрикола (латинизированное имя Георга Бауэра; 1494 — 1555) — немецкий врач, минеролог и металлург. В 1527 — 1531 гг. был городским врачом в Чехии, среди его трудов — упомянутый «Медицинский гербарий».

35 Pirotechnia Бирингуччо — Бирингуччо Ванноччо (1480 — 1539) — итальянский инженер и ученый, написал своего рода первую энциклопедию по прикладной химии «О пиротехнике».

36 Якоб Бёме (1575 — 1624) — немецкий философ-мистик. Роджер Бэкон (12147-1294?) — оксфордский профессор, философ и ученый, за которым укрепилась репутация мага и волшебника.

37 Корнелий Агриппа (1486 — 1535) — немецкий философ, врач и алхимик; автор знаменитого труда «Об оккультной философии». Легенды о нем послужили темой для романа Валерия Брюсова «Огненный ангел».

38 «Поймандр» («Пемандр») — «Пастырь мужей» (греч.).

39 Михаил Пселл (1018 — 1078) — византийский философ.

40 Эдуард VI (1537 — 1553) — английский король с 1547 г. При нем регентами продолжалась политика реформации, начатая его отцом Генрихом VIII. При Марии I, правившей в 1553-1558 гг., настал черед контрреформации. Оба процесса сопровождались уничтожением книг, признанных еретическими.

Великий Юстиниан… — Юстиниан I (483 — 565), византийский император с 527 г.

41 Ши-хуанди — Цинь Ши-хуанди (259 — 210 до н. э.), основатель древней китайской империи Цинь.

42 Подземный мир (лат.).

43 Предметы искусств (фр.).

44 Художественный шкаф (нем.).

45 Римский император Рудольф II Верховный самодержец Империи: царь ПРИВЕТСТВУЕТ НАРОД (лат.)

46 Каролинум — самое старинное здание и центр Карлова университета с момента его учреждения. Основанием для него послужил дом монетчика Ротглева, купленный в 1383 г. Вацлавом IV и подаренный им коллегиуму при Карловом университете.

47 Рудольф II (1552 — 1612) — император Священной Римской империи с 1576 г.

48 Филип Сидни (1554 — 1586) — английский поэт, дипломат и политик, эталон елизаветинского рыцаря.

49 Уолтер Рэли (1552 — 1618) — мореплаватель, государственный деятель и поэт. Совершил несколько экспедиций к американскому континенту. В последнее время в отечественной академической традиции начинает приживаться другое написание его фамилии — Роули.

50 Придворный библиотекарь (нем.).

51 Фридрих V (1596 — 1632) — курфюрст Пфальцский, король Богемии; Елизавета (1596 — 1662) — его жена, дочь Иакова I Стюарта (1566 — 1625), короля Англии с 1603 г., короля Шотландии (под именем Иаков VI) с 1567 г. Прямые потомки Фридриха и Елизаветы занимают британский престол с 1714 г. до сего дня.

52 Фердинанд II (1578-1637) — император Священной Римской империи с 1619 г., участник Тридцатилетней войны, рьяный католик.

53 Злата уличка (или Золотая улица) — улица с миниатюрными домиками, где в XVI в. жили чеканщики по золоту Рудольфа II.

54 «Пикатрикс» — средневековый арабский учебник магии.

55 Магический труд (нем.).

56 Родовое поместье (нем.).

57 Вольный торговый (имперский) город (нем.).

58 Клементинум — иезуитский коллегиум, самый старый в Праге, строился со времен прихода иезуитов в Прагу (1556) на месте 32 разрушенных городских домов вплоть до XVIII столетия. Клементинум представляет собой обширный ансамбль зданий, состоящий из бывшего монастыря, двух садов и трех храмов.

59 Холиншед, Рафаэль (ум. 1580) — английский историк и летописец; его «Хроники» послужили источником для многих пьес Шекспира.

60 Джордж Вильерс, герцог Бекингем (1592— 1628) — лорд-адмирал, фаворит Якова I и Карла I. Известен широкому читателю по исторически недостоверному изображению в романе «Три мушкетера» А. Дюма.

61 Стиликон — Флавий Стилико (359? — 408), римский полководец и государственный деятель.

62 Происходит прискорбное отделение богов от людей, остаются одни грешные ангелы (лат.).

63 Перечислены рыцарские романы, составлявшие круг чтения Дон Кихота. Особенно знаменит «Амадис Галльский» — испанский роман второй половины XV в., предположительно написанный Гарсией де Монталво; основан на португальских и французских источниках позднего Средневековья.

64 Гермес Трисмегист («трижды величайший», греч.) — мифологический персонаж и основатель герметического искусства; алхимики считали его отцом своей науки.

65 Эликсира жизни (лат.).

66 «Атлас земного шара» (лат.), изданный Абрахамом Ортелием (1527 — 1598), фламандским картографом.

67 История нового мира (ит.).

68 Подчеркнутая любезность, экспансивная сердечность (фр.).

69 Скрипторий — помещение для переписки рукописей в средневековых монастырях.

70 Кабот — мореплаватели XV — XVI вв., отец и сын. Джон (Джованни) Кабот (ок. 1450 — 1499) — генуэзец, с 1490 г. на английской службе. В 1497 — 1498 гг. совершил два плавания в Америку, открыл Ньюфаундленд. Его сын Себастьян Кабот (1475 — 1557) участвовал в экспедициях отца, затем переселился в Испанию, где назначен главным кормчим (1518), совершил несколько экспедиций в Южную Америку. Вернувшись в Англию при Марии Кровавой, стал королевским советником по морским делам.

71 Горгулья — рыльце водосточной трубы с фантастической фигурой.

72 Максимилиан I (1459 — 1519) — австрийский эрцгерцог, император Священной Римской империи с 1493 г., из династии Габсбургов. В 1477 г., женившись на Марии Бургундской, присоединил к владениям Габсбургов Нидерланды и Франш-Конте.

73 Магия природы, или естественная магия (лат.).

74 О шифрах (ит.).

75 Леон Альберти — Альберта Леон Баггиста (1404 — 1472), итальянский ученый, теоретик искусства эпохи Возрождения, живописец, архитектор, музыкант, поэт; родился во Флоренции.

76 Шифровальные трактаты, где описываются способы тайнописи (фр.).

77 Система Виженера (фр.).

78 Статс-дама (фр.).

79 Кардинал Бароний — Чезаре Бароний (1538 — 1607), хранитель Ватиканского и других архивов, выпустил «Церковные анналы» в 12 книгах, содержащие богатейший исторический материал.

80 Название лондонского мясного рынка.

81 «Под фиговым деревом лежит золото…» (англ.).

82 Кеплер, Иоганн (1571 — 1630) — выдающийся немецкий астроном, завершивший дело Коперника.

83 Тихо Браге (1546 — 1601) — датский астроном, превзошел по точности измерений своих предшественников и современников, что позволило Кеплеру открыть законы движения планет.

84 Под фиговым деревом рог сокрыт золотой

Нерожденной и тайной материи строй

Он памятник на постамент вернет

И в лабиринте мира путь найдет (англ.).

85 Страбон (ок. 63 до н. э. — ок. 20 н.э.) — древнегреческий географ и историк. Путешествовал по Греции, Малой Азии, Италии и Египту; автор многотомного труда по истории и географии.

86 Плантен, Кристоф — голландский книгопечатник, его печатня в Антверпене прославилась в конце XVI в.

87 Птолемей, Клавдий (ок. 90 — 160) — древнегреческий астроном, географ и картограф, автор «Альмагеста» (изд. 1538), служившего энциклопедией астрономических знаний свыше тысячи лет; разработал т. н. геоцентрическую систему мира; написал труд «География» (изд. 1533), в котором дал свод географических знаний своего времени.

88 Меркатор (Герхард Кремер, 1512 — 1594) — выдающийся картограф из Фландрии, изобрел технику проецирования географической долготы и широты.

89 Новый Свет (лат.).

90 Профессией (фр.).

91 Локсодромия, пли локсодрома (от греч. loxos — косой и dromos — бег, путь) — линия на земной поверхности, пересекающая все меридианы под одним и тем же углом, то есть это спираль, приближающаяся с каждым оборотом к полюсу. На морских картах, составленных в проекции Меркатора, локсодромия изображается прямой линией, в отличие от ортодромии (прямой путь), которая является дугой большого круга, проходящей через две точки на поверхности земного шара, и одновременно кратчайшим расстоянием между ними (в проекции Меркатора — кривая линия). Плавание по ортодромии дает существенный выигрыш в расстоянии между двумя точками на земле, если его сопоставить с плаванием между этими же точками постоянным курсом (по локсодромии). При этом выигрыш тем больше, чем больше широты исходных точек.

92 Неизвестная южная земля (лат.).

93 Чаринг-кросс — один из старейших районов Лондона, его название происходит из двух источников: с одной стороны — от названия деревушки, жители которой обжигали дрова, изготавливая уголь (char — обжигать), а с другой стороны — от креста (сгосс), воздвигнутого в ней в 1291 г. на последнем этапе похоронной процессии, шествовавшей в Вестминстерское аббатство для захоронения тела усопшей королевы Элеоноры.

94 Уайтфрайерс — Whitefriars (Кармелиты) — район в центре Лондона, прежде называвшийся Эльзасом.

95 Тюрьма стала называться Бридуэлл после 1555 г., получив такое название от исправительного дома, располагавшегося в 1545-1555 гг. рядом с церковью Святой Бриды, или Бригитты.

96 Эдуард Исповедник — Эдуард III Исповедник (1003-1066), англосаксонский король (с 1042 г.). Канонизирован.

97 Вильгельм Рыжий — Вильгельм II Рыжий (1060 — 1100), английский король (с 1087 г.), сын Вильгельма Завоевателя. Убит случайным выстрелом на охоте.

98 Материал для компактной укладки груза.

99 <Труд> Фичино; Поймандр Меркурия Трисмегиста (лат.).

100 Мусей — мифический автор ранней космогонической поэзии; под именем Мусея писали разные древнегреческие мыслители предфилософской традиции.

101 Каллимах (310-240 до н. э.) — древнегреческий поэт, филолог и критик, итогом историко-литературных изысканий Каллимаха были так называемые «Таблицы» — энциклопедический свод сведений о греческих писателях; из множества его сочинений лучше всего сохранились гимны и эпиграммы.

102 Диоген Лаэртский (II в. н. э.) — составитель обзора древнегреческих философских учений «Жизнь и учения людей, прославившихся в философии».

103 Гелиодор (III в.) — древнегреческий писатель, автор упомянутой «Стихии мистической философии».

104 Константин VII Багрянородный (905 — 959) — византийский император с 913 г.

105 Госпожа (обращение к незамужней женщине) (нем.).

106 Мой господин (нем.).

107 Птолемей II (ок. 309 — ок. 247 до н. э.) — египетский царь династии Птолемеев, сын Птолемея I.

108 …среди сабеев… — Сабеизм (от названия племени — сабеи) — языческое религиозное учение, существовавшее до XI века, его последователи поклонялись звездам. В книге «Гермес Трисмегист, герметическая традиция Востока и Запада» (перевод К. Богуцкого, изд. «Алетейа», 2001) используется название савеи; в статье Луи Массиньона упоминается лишь Рази — великий врач и алхимик.

109 Климент Александрийский (Тит Флавий Климент, ум. ок. 215) — наставник христианской школы в Александрии, пытавшийся объединить веру и знание; его сочинения — один из источников знаний об античной философии.

110 Волосы, растущие на лбу треугольником (примета, якобы предвещающая раннее вдовство).

111 Во время католической мессы для привлечения внимания прихожан к наиболее важным местам используется специальный «напоминательный» колокольчик.

112 Подкладка (фр.) — шелк, кожа и т. п., наклеиваемые на внутреннюю сторону переплета.

113 «Альдины» и «плантены» — Книги, изданные знаменитыми книгопечатниками XVI века: итальянцем Альдо Мануцием и французом Кристофом Плантеном.

114 Об оккультной философии (лат.).

115 Надежда ждет (лат.).

116 Кристина Августа (1626 — 1689), королева Швеции в 1632 — 1654 гг., любительница философии, ученица Декарта. Отреклась от престола, приняв католическую веру.

117 …приятель как Эразма, так и Меланхтона, секретарь императора Максимилиана, а позднее врач и астролог при дворе Франциска I… — Эразм Роттердамский (1466? — 1536) — голландский философ, ученый и писатель; Филип Меланхтон (1497-1560) — деятель Реформации в Германии; Франциск I (1494 — 1547) — французский король с 1515 г.

118 Выморочное право (фр., юр.).

119 Калюмет — курительная трубка североамериканских индейцев.

120 Церковные анналы (лат.).

121 Дюплесси-Морне, Филипп (1549-1623) — активный гугенот, сподвижник Генриха Наваррского, публицист и мемуарист.

122 Об истине христианской религии (фр.).

123 Везем библиотеку правителя Палатината (т.е. Пфальца) (лат.).

124 Равальяк (1578 — 1610) — католик-фанатик, убил Генриха IV Наваррского (1553-1610), короля Франции с 1589 г.

125 Лаймхаус — портовый район в восточной части Лондона

126 Мартынов день — церковный праздник 11 ноября в честь святого Мартина.

127 Флейт — голландский торговый корабль (XVII в.) высокой грузоподъемности и малой осадки.

128 Шкафут — часть верхней палубы на носу.

129 …висмарского пива… — Висмар — морской порт на севере Германии, на Балтике.

130 Ласт — мера, различная для разного товара: 80 бушелей зерна, 12 мешков шерсти, 24 бочонка пороха и т. п.

131 Грейвзенд — морской порт на северо-западе Кента.

132 Скорбный путь (лат.), путь Христа на Голгофу.

133 Гостиница (голл., нем.).

134 Об обращении небесных сфер (лат.).

135 Стрихнин (лат.).

136 Господу Единому хвала и слава в веках (лат.).

137 Дрейк, Фрэнсис (ок. 1545-1596) — знаменитый мореплаватель и пират.

138 Destiny (англ.) — богиня судьбы, парка.

139 Bloody Tower (англ.) — Кровавая башня.

140 Фатом — морская сажень (мера длины, преимущественно для измерения глубины воды; равна примерно 1,83 м).

141 Серпантина — полуфунтовая пушка.

142 Пул (Pool of London) — участок Темзы ниже Лондонского моста (доел, лондонская заводь); выше по Темзе морские суда не поднимались.

143 Вулидж — часть Большого Лондона.

144 Lion's Whelp (англ.) — молодой лев или детеныш льва.

145 Изгнание торжествующего зверя (итал.).

146 Джон Нейпир (1550 — 1617) — шотландский математик, изобретатель логарифмов.

147 Джон Вебстер (1580 — 1625?), Томас Кид (1558-1594) — английские драматурги.

148 Имеется в виду Генрих VIII (1491 — 1547), король с 1509 г.

149 Ламбетский дворец — резиденция архиепископа Кентерберийского в Ламбете.

150 Ротерхайт — портовый район Лондона, через Темзу напротив Уоппинга.

151 Богоматерь (исп.).

152 «Голден Хайнд» — Golden Hind — «Золотая лань» (англ.), корабль, на котором Ф. Дрейк в 1580 г. обошел вокруг света.

153 Агенты-провокаторы (фр.).

154 Благонамеренные (исп.).

155 Sacra Familia" (исп.) — «Святое семейство».

156 Менданья последний раз отправился на поиски Соломоновых островов в тысяча пятьсот девяносто пятом, затем последовали путешествия Кироса и Торреса в тысяча шестьсот шестом. — Альваро Менданья де Нейра, испанский мореплаватель, совершил два плавания по Тихому океану, чтобы разведать новые судоходные пути к Филиппинам и разыскать легендарную «Южную Землю». Во время первого плавания открыл южные Соломоновы острова, кроме острова Бугенвиль, а на обратном пути — атолл в Маршалловых островах и остров Уэйк. В ходе второго плавания открыл четыре острова в группе Маркизовых островов и острова Санта-Крус, в том числе остров Ндени, где и умер. Педро Фернандес Кирос (1560? — 1614?) — испанский мореплаватель, по происхождению португалец. В 1595 г. в качестве главного кормчего участвовал в экспедиции Менданьи. В 1605 — 1606 гг. возглавил экспедицию из трех судов, отправившуюся на поиски мифической «Южной Земли» в Тихом океане. В ходе плавания открыл атоллы из архипелага Туамоту, острова Дафф и Банкс, остров Эспириту-Санто (Новые Гебриды), который принял за часть «Южной Земли», а также пролив между Австралией и Новой Гвинеей. Архивы экспедиции Кироса долгие годы хранились в Маниле (Филиппины). В 1762 г. они были захвачены англичанами, создавшими на их основе свои лоции. Педро Кироса часто называют Колумбом Австралии; возможно, это справедливо — ведь всю свою жизнь он пытался доказать существование южного материка. По иронии судьбы спутник Кироса — Луис Ваэс де Торрес всего через месяц впервые прошел проливом, который носит теперь имя Торресов, и доказал, что Новая Гвинея — остров, а отнюдь не «выступ» южного материка.

157 Греческая антология.

158 Вольфрам фон Эшенбах (1178 — 1220) — германский поэт, автор монументального романа «Парцифаль», написанного в первом десятилетии XIII в. Сохранившийся в нескольких рукописях, он был напечатан в 1477 г.

159 Мизерере — церковный псалом: «Помилуй мя, Боже».

160 Блэкфрайерс — Blackfriars (Доминиканцы) — район в центре Лондона. («Черными монахами» доминиканцы были прозваны из-за черных плащей с капюшонами; ср. с кармелитами, которые носили белые плащи и были прозваны whitefriars.)

161 Принц Чарльз — будущий король Карл I.

162 Фелипе — старинная испанская монета.

163 «Асклепий» — «Священная книга Гермеса Триждывеличайшего, обращенная к Асклепию».

164 Франческо Патрицци — Франческо Патриции да Керсо (1529 — 1597), итальянский философ.

Парацельс (1493 — 1541) — немецкий врач и алхимик, с именем которого связано множество легенд.

Иоганн Валентин Андреа — философ и писатель, находившийся под влиянием Кампанеллы и Бэкона, автор знаменитой «Химической женитьбы Христиана Розенкрейца» и «Христианополиса», утопии всеобщего труда, «единой мастерской», где существует коллективная собственность и жизнь строится по заветам Евангелия.

165 …наваррский король, на которого возлагались все их надежды, был убит в Париже. — Генрих IV, с 1571 г. занимавший наваррский престол, был вождем гугенотов. Став королем Франции, в 1593 г. перешел в католичество, в 1598 г. издал Нантский эдикт, провозглашавший свободу вероисповедания и положивший конец религиозным войнам.

166 …с гадателями по Гиадам… — Имеются в виду Гиады, нимфы, превращенные Зевсом в звездное скопление, напоминавшее гроздь в созвездии Тельца; по представлениям древних астрономов, их появление на небе Греции предвещало дождь (имя Гиады восходит к греческому «дождь», «идет дождь»).

167 О шестнадцати загадках священных и проповеднических упражнений (лат.).

168 Epping Forest (Звенящий лес) — парк в Восточной Англии, к северо-востоку от Лондона, бывший королевский лес.

169 Чансери-лейн — одна из улиц Лондона, пересекающаяся с Хай-Холборн-роуд.

170 Незримые братья Розы и Креста — розенкрейцеры — члены одного из тайных религиозно-мистических обществ в Германии, Нидерландах и ряде других стран (XVII-XVIII вв.); название, возможно, происходит от легендарного основателя этого общества Христиана Розенкрейца, якобы жившего в XIV-XV вв., либо от избранной ими эмблемы — роза и крест.

171 Книга о жизни (лат.).

172 Кампанелла, Томмазо (1568 — 1639) — итальянский монах и философ-утопист, возглавивший в Калабрии заговор с целью свержения испанского ига; в результате предательства заговор был раскрыт, и Кампанелла 27 лет отсидел в тюрьме, где написал свою знаменитую утопию «Город солнца».

173 Вильгельм Молчаливый — принц Вильгельм Оранский I (1533 — 1584), статхаудер Республики объединенных провинций (Нидерланды); ловкий политик и дипломат, велеречивый оратор, умевший столь искусно маскировать свои цели, что получил прозвище Молчаливый.

174 Клементс-Инн. — В Англии того времени существовали так называемые «Судебные инны» (Inns of Court) — четыре корпорации барристеров; они возникли в XIV в. первоначально как гильдии опытных юристов, у которых обучались ученики-подмастерья; после сдачи соответствующих экзаменов им присваивалось звание барристера, или адвоката. Иннами также назывались любые здания и учреждения, принадлежащие этим судебным корпорациям.

175 West (англ.) — запад.

176 Тиресий — в греческой мифологии сын нимфы Харикло, фиванский прорицатель. По одной из версий, изложенной в гимне Каллимаха «На омовение Паллады», Тиресий, будучи юношей, случайно увидел Афину обнаженной во время ее купания и был за это ослеплен богиней, но затем по просьбе Харикло Афина возместила Тересию потерю зрения даром прорицания.

177 Корвин — Матиаш Хуньяди (1443 — 1490), король Венгрии с 1458 г.

178 Ничего подобного народ не видел со времен королевы Марии, повелевшей предать протестантов мученической смерти на рынке Смитфилд, или королевы Елизаветы, расправившейся с иезуитами в Тайберне. — Мария I Кровавая (1516 — 1558) — королева с 1553 г., ярая католичка, преследовавшая деятелей Реформации — сподвижников ее отца Генриха VIII. Ее сестра и преемница Елизавета I (1533 — 1603) вернулась к протестантизму и, в свою очередь, преследовала католиков. Тайберн — место казни в Лондоне.

179 Способ или образ действия, план (лат.).

180 Скафиринх — американский лопатонос, рыба с плоским и широким носом.

181 Мертвой головой (лат.).

182 Гнев есть безумие на миг (лат.), пер. С. Гинцбурга.

183 Смесь, здесь: мешанина (фр.).

184 …острословие Петрония перемежало серьезнейший стоицизм Эпиктета, а непристойные вирши «приапеи» незаметно вкрадывались между строк посланий апостола Павла. — Петроний, Гай по прозвищу Арбитр (ум. 66) — римский писатель-сатирик, автор романа «Сатирикон». Эпиктет (ок. 60-120), римский философ и учитель, представитель позднего стоицизма. Приапики — приапея — жанр настенной и книжной поэзии, обязанный своим названием божеству производительных сил природы из античной мифологии (изначально собственно фаллос); в римскую эпоху культ Приапа достигает наивысшего расцвета, известными представителями приапиков были Катулл, Гораций, Вергилий, Марциал.

185 Аристотель (384 — 322 до н. э.) — древнегреческий мыслитель.

186 Аристофан Византийский (250 — 180 до н. э.) — директор Александрийской библиотеки, комментатор Гомера.

187 Франсиско Писарро (1470 — 1541) — полуграмотный идальго из Эстремадуры, испанский мореплаватель, завоевавший Перу, государство инков, в 1531 — 1533 гг., основал город Лиму в 1535 г.

188 Золотой индеец (исп.).

189 Карл V (1500 — 1558) — германский король и император Священной Римской империи (1519 — 1556), испанский король (под именем Карл I, 1516 — 1556).

190 Монтесума (1466 — 1520) — последний король ацтеков. Убит испанскими завоевателями.

191 Теночтитлан — столица Древней Мексики.

192 Всеобщая космография (лат.).

193 Выходные сведения о книге в старинных изданиях.

194 Тихое море (лат.); на картах XVI в. так назывался Тихий океан.

195 «Америка, или Новый Свет, новое описание» (лат.).

196 «Соломоновы острова» (лат.).

197 Соломоновы острова (исп.).

198 …Кирос открыл некую большую землю — в сущности, всего лишь острова, — которую назвал Australia del Espirito Santo. — Открыв остров Эспириту-Санто в архипелаге Новые Гебриды, Кирос уверовал, что его мечта осуществилась. Он дал стране звучное название Южная земля Святого Духа (Australia del Espirito Santo) и заложил там Новый Иерусалим — столицу «огромного» материка (хотя островок этот в двадцать раз меньше Сицилии).

199 Гиппарх (до 190-125 г. до н. э.) — древнегреческий ученый, один из основоположников астрономии. В географии Гиппарх ввел определение положения точки на земной поверхности с помощью широты и долготы, составил таблицы местоположений известных населенных пунктов.

200 Бартоломе де Лас Касас (1474-1566) — доминиканец, известный как Индейский Проповедник. Участник завоевания Мексики, ставший впоследствии миссионером, он выступил в защиту коренного населения, описав в своей книге «Правдивая история разорения Индий» и других произведениях насилия и жестокости, чинимые конкистадорами.

201 «Рассказы», или «Сообщения» (исп.).

202 Мориски — испанские мавры, потомки завоевателей, владевших страной в VIII-XIV вв. В 1615 г. изгнаны из Испании.

203 Внезапного нападения (фр.).

204 Торговым людям (исп.).

205 Ураган (исп.).

206 Тропик Рака — северный тропик (тропик Козерога — южный тропик).

207 Испаньола — прежнее название Гаити; Колумб открыл этот остров в 1492 г. и дал ему название Espanola.

208 Охранная эскадра, конвой (исп.).

209 Картридж — зарядный картуз.

210 …человека по фамилии Пинсон. — Вероятно, потомок одного из братьев Пинсонов, плававших вместе с Колумбом.

211 Толедо, долгота, Юпитер (исп.).

212 Альманах — здесь: морской календарь с таблицами приливов и отливов.

213 «О небе» (лат.).

214 Крепости (исп.).

215 Маттиас (Матвей) (1557 — 1619) — император Священной Римской империи с 1612 г., брат Рудольфа II, дядя Фердинанда II.

216 — Иди сюда! (исп.).

— Пошли в другую сторону! (исп.).

217 — Черт возьми! (исп.).

— Бог мой! Вода все прибывает! (исп.).

218 Мы были как Миранда и Просперо на волшебном острове, в ожидании бури, что занесет на их берег захватчиков. — Имеются в виду герои пьесы Шекспира «Буря», бывший неаполитанский герцог Просперо и его дочь Миранда.

219 Ксенофонт (ок. 430-355 до н. э.) — древнегреческий историк, полководец и писатель, поклонник аристократической Спарты.