Географический критерий расовой изменчивости

Многообразные типы внутри человечества, выделяемые цо мор­фофизиологическим вариациям, было трудно достаточно четко разграничить до появления фундаментальных работ В. В. Бунака, убедительно показавшего, что единственными существенными критериями их разграничения являются характер связи между признаками, по которым выделяются типы, и закономерности их географической изменчивости. Комплексы тесно связанных меж­ду собой морфофизиологических признаков, выражающих общие тенденции интеграции человеческого организма, лежат в основе выделения конституциональных габитусов ¹ . Такие признаки не имеют, как правило, закономерного географического распростра­нения, варьируют более или менее мозаично. Независимые или слабо зависимые друг от друга в морфофизиологическом отно­шении признаки, но, наоборот, закономерно варьирующие гео­графически, в комплексах образуют расы. Поэтому конституцио­нальный габитус — в большей мере морфофизиологическое, нежели географическое понятие, географический момент играет в характеристике конституции подчиненную роль, раса — в первую очередь географическое понятие. В этом кардинальное и основное различие конституционального габитуса и расы. Этим же опреде­ляется преимущественное внимание, уделяемое расовому мо­менту в исторической антропологии, так как именно раса в своем развитии наиболее тесно связана с историей' и географией чело­вечества. В общей биологии давно идет жаркий спор о том, каким процессом нужно считать видообразование и формирование внутри вида низших таксономических категорий — аллопатрическим (дифференциация популяций только на географической основе),быть установлено не при парном сопоставлении групп из тропи­ческой и, скажем, умеренной зон, а лишь на большом материале, отражающем изменчивость пигментации в десятках популяций) легко объяснить поздними переселениями людей из другой клима­тической и ландшафтной зоны (эскимосы в Гренландии и на Аляс­ке, лопари в Скандинавии и т. д.). Любопытно отметить, что наиболее тесна связь пигментации с климатическими факторами в зависимости от широтной зональности па территории Европы и Америки, где эта зональность носит наиболее закономерный ха­рактер и где современное расселение народов в наибольшей ме­ре отражает этапы первоначального заселения территории совре­менным человеком.

Специально установленное для человека правило А. Томсона и JI. Бакстона привлекает особое внимание потому, что оно фикси­рует зависимость от климата такой особенности, которая прак­тически слабо развита у животных и составляет отличительную принадлежность человеческого лица, истинно человеческий приз­нак. Зависимость ширины носа от среднегодовой температуры и солнечной радиации, от географической широты местности опять статистическая, как и во всех предыдущих случаях. Максималь­ная ширина носа в среднем характеризует те группы человечества, которые расселены в тропическом поясе, минимальные величины зафиксированы у населения Скандинавии, северо-восточной око­нечности азиатского материка, Аляски, Гренландии и Огненной Земли. Наиболее четко эта зависимость представлена, как и в слу­чае с пигментацией, на территории американского континента.

Географическая изменчивость с относительно строгой кон­центрацией однородных вариаций в определенных зонах выявле­на и для многих других расовых признаков — размеров головы и лица, интенсивности развития и формы волосяного покрова, групповых факторов крови, белковых фракций сыворотки, вкусо­вой чувствительности к фенилтиокарбамиду, вариаций ладонных линий и пальцевых узоров. Географические закономерности рас­пространения каждой из этих групп признаков специфичны и час­то не совпадают друг с другом не только в крайних вариантах, но и в границах концентрации тех или иных вариаций. Этим в значительной степени объясняется нигилизм по отношению к мор­фологическим признакам после развития физиологической антро­пологии и выявления признаков с точно фиксированными закона­ми наследственной передачи, а заодно и к выделенным с помощью этих признаков расовым категориям, нигилизм в рядах генети­ков — крайних сторонников популяционной концепции расы, от­рицающих вообще ее реальное существование (о неправомер­ности такой точки зрения.только что говорилось). Однако такая несопоставимость не снимает основного значения географичес­кого критерия для расовой изменчивости, она только свидетель­ствует о значительно более дробной дифференциации челове-