Вершина раннего оперного творчества – “Идоменей”.

С огромным воодушевлением взялся Моцарт за перо, когда в 1780 году ему наконец-то поручили написать для Мюнхенского придворного театра оперу-сериа “Идоменей” (премьера состоялась в начале 1781 года). Это произведение стало вершиной раннего театрального творчества Моцарта. И хотя по стилю оно несколько отличается от его опер, написанных позднее, по драматической силе “Идоменей” даже превосходит многие из них. Нигде, вплоть до “Дон Жуана”, Моцарт не достигает такой серьезности и такого трагизма.

Сюжет оперы довольно мрачен. Древний царь Крита, Идоменей, принимал участие в войне греков против Трои. Возвращаясь на родину и попав в страшную бурю, Идоменей дал клятву, что принесет в жертву морскому богу Нептуну первое живое существо, которое попадется ему на берегу. Но, к ужасу царя, этим существом оказался его единственный сын Идамант. Между тем в царском дворце разыгрывается любовная драма. Царевич Идамант любит пленницу – троянскую царевну Илию. Илия тоже любит Идаманта, но ничем не выдает своих чувств, полагая, что преступно питать нежность к врагу своей родины. За сердце Идаманта готова любыми способами сражаться его невеста, гордая и мстительная царевна Электра. Вернувшийся на Крит царь Идоменей сочувствует страданиям Илии, но, чтобы спасти своего сына, приказывает ему покинуть остров вместе с Электрой. Однако, не успевает корабль отойти от пристани, как небо темнеет, и из бурного моря показывается жуткое кровожадное чудовище, посланное разгневанным Нептуном. Чудовище начинает пожирать критян. Идоменей вынужден признаться подданным в нарушении своей клятвы. А его сын, в свою очередь, решает выйти на бой против монстра, чтобы спасти невинных людей. Только накануне поединка, зная, что Идамант может погибнуть, Илия говорит, что давно уже любит его. Убив чудовище, Идамант добровольно является в храм Нептуна, где все уже готово к жертвоприношению. Он сам умоляет отца не затягивать мучительного прощания и поскорее опустить секиру. Но в последний момент между отцом и сыном бросается Илия, предлагая в жертву себя – ведь жизнь на чужбине без любимого Идаманта для нее хуже смерти. Бог Нептун изрекает свою окончательную волю: Идоменей должен отречься от власти; царем отныне будет Идамант, а его женой – Илия. Все довольны таким решением, кроме Электры, покидающей Крит в гневном отчаянии.

С первых тактов оперы и до последней сцены в храме Нептуна в музыке господствует грозно-тревожное настроение. После замечательной увертюры с ее резкими тематическими и ладовыми контрастами, сразу погружающими слушателя в атмосферу предстоящих бурных событий, следует драматический речитатив и ария Илии g-moll – такое начало не очень типично для оперы-сериа XVIII века, где обычно конфликты назревали постепенно. Одна кульминация перетекает в другую. Так, яростная ария Электры d-moll (№ 4) без какой-либо паузы переходит в хор, изображающий гибель корабля Идоменея в бушующем море. В конце второго акта Моцарт рисует еще более жуткую картину. Конечно, создать в звуках образ омерзительного чудовища композитор не пытался, но он смог мастерски передать чувства людей, словно окаменевших от страха и лишь твердящих друг другу: “Бежим скорее, бежим”... Однако самая величественная и страшная музыка звучит в третьем акте, в сцене жертвоприношения: это и экспрессивный речитатив верховного жреца, сопровождаемый “всплесками” оркестра; это и траурный хор с-moll с литаврами и остинатной фигурой трубы; это и нечеловеческий по своей отрешенности мажор марша жрецов и молитвенное ариозо Идоменея с секирой в руках. Напряжение не спадает до самого конца. Во второй редакции “Идоменея”, созданной для постановки в Вене, Моцарт, помимо некоторых других изменений, добавил в финале, уже после развязки, еще одну арию неистовой Электры (с-moll), которую в наши дни обычно включают в оперу, даже если ставят первую, мюнхенскую редакцию.

В “Идоменее” очень большую роль играет хор, что также необычно для итальянской оперы-сериа, зачастую обходившейся только певцами-солистами. Однако Моцарт писал свою оперу для придворного театра, в штат которого входили также и хористы. Кроме того, именно в этом произведении Моцарта, ощущается воздействие реформаторских опер Глюка (в первую очередь, “Альцесты”). Интересно отметить, что Моцарт не просто принял во внимание достижения Глюка в сфере музыкальной драматургии, но и вступил в творческий спор с великим реформатором. В отличие от Глюка, Моцарт никогда не считал, что какой-либо оперный жанр (включая оперу-сериа) может быть негодным или устаревшим сам по себе. “Идоменей” словно бы доказывал, что опера-сериа тоже может быть захватывающе драматичной и наполненной глубоким психологизмом.

Судьба этой оперы сложилась довольно причудливо. Венская постановка не имела того же успеха, что мюнхенская. В XIX веке жанр оперы-сериа вообще исчез из живой музыкальной практики, и почти до середины ХХ века считалось, что гениальную партитуру “Идоменея” невозможно вернуть к сценической жизни. Однако во второй половине ХХ века, когда были пересмотрены многие взгляды на театральное искусство, “Идоменей” стал одной из наиболее репертуарных опер Моцарта и в настоящее время звучит и ставится довольно часто.