Экономика

ЭКОНОМИКА САМАРСКОЙ ОБЛАСТИ В КОНЦЕ XX ВЕКА

На рубеже двух тысячелетий встречает Самарская губерния свой полуторавековой юбилей. За это время она превратилась в один из наиболее развитых районов страны. Многое пережила губерния в своей истории. Но, пожалуй, не ошибусь, если скажу, что в конце XX в. ей приходится испытывать наиболее значимые изменения. Они связаны не только с превращением Самарской области в самостоятельный субъект Российской Федерации, но и с изменением политической ориентации всей нашей страны, переменами в мировом хозяйстве в целом.

Наша задача – увидеть, как функционирует хозяйство области в этих условиях, насколько адекватны общемировым и российским экономическим тенденциям те новшества, что вошли в нашу жизнь совсем недавно. Для этого нам необходимо хотя бы вспомнить главные исторические явления последнего времени, которые вы изучали в других общественных дисциплинах. Мы посмотрим также, какой была экономическая ситуация в Самарской области в 1970 – начале 1980-х гг., какие изменения наблюдались здесь в конце 1980-1990-е гг., и, наконец, обозначим главные итоги развития областного хозяйства к концу XX в.

В последнюю четверть XX столетия в мировом хозяйстве происходили коренные изменения. Индустриальные страны вступали в новую стадию своей истории, где уже обозначился дефицит сырьевых и трудовых ресурсов, где все сильнее стали заявлять о себе экологические проблемы. Под воздействием микроэлектронной революции 1970-х гг. национальные экономики постепенно стали менять структуру хозяйства: сокращалась доля промышленности и сельского хозяйства в валовом внутреннем продукте, ускоренно развивалось наукоемкое производство, росла информационная сфера и сектор услуг. Повсеместное развитие в условиях всеобщей компьютеризации получал мелкий и средний бизнес. Рос образовательный уровень населения. Государственное регулирование в этих странах становилось менее жестким и прямым. Начиналась эпоха постиндустриального развития.

Важная черта мирового хозяйства современного периода – экономическая интеграция различных стран. Она проявлялась и в деятельности международных организаций, отдельных корпораций, и в совместном научно-промышленном сотрудничестве государств, и оформлении региональных экономических интересов.

Экономические успехи развитых стран в 1970–1980-е гг. в основном были достигнуты при господстве частной собственности и умелом ее регулировании со стороны государства.

В Советском Союзе многие новшества современной эпохи либо не проникали в силу политических и идеологических причин, либо развивались однобоко, преимущественно в военной сфере. Сохранялась государственная собственность на средства производства и централизованное планирование экономики и общественных отношений.

Экономическое состояние Самарской области в 1970 – начале 1980-х гг.

За годы Советской власти Самарская (тогда еще Куйбышевская область) из аграрной губернии, вывозившей на внутренний и европейский рынок исключительно зерно и муку, превратилась в один из наиболее развитых промышленных районов страны. В послевоенные годы в области оформилось несколько мощных промышленных узлов, которые были тесно связаны практически со всеми народнохозяйственными центрами Советского Союза, оборонным сектором. В начале 1970-х гг. в городах области насчитывалось 360 промышленных предприятий, более 40 производственных объединений. Крупные предприятия машиностроительной, приборостроительной и металлургической отраслей (заводы: им. Масленникова, металлургический им. В. И. Ленина, два подшипниковых, станкостроительный, агрегатный, автотракторного оборудования и др.) располагались в Самарском промышленном узле. Здесь же были сосредоточены ракетно-авиационное (авиационный завод, «Прогресс», им. М. В. Фрунзе), химическое производства, предприятия деревообрабатывающей и легкой промышленности. Тольяттинский промышленный узел стал центром автомобилестроения (Волжский автомобильный завод) и химической индустрии (Синтезкаучук, Куйбышевазот, Куйбышевфосфор и др.). Сызранский промышленный узел был представлен в основном предприятиями машиностроения, химической и пищевой промышленности. Особое место в областной экономике занимает нефтепереработка – в городах Новокуйбышевск, Отрадный, Сызрань. С начала XX в. в Чапаевске (Иващенково) оформилось химическое производство. Все эти промышленные гиганты расположены на огромных площадях. Человек, создавший их и работающий здесь, кажется песчинкой среди них. Многие предприятия были секретными, так как работали или были тесно связаны с военными заказами. Здесь трудились наиболее квалифицированные, научно подготовленные кадры. Наиболее зримо научно-технические достижения были видны в работе мощного аэрокосмического комплекса (заводы «Прогресс» и авиационный, Куйбышевский авиационный институт, Центральное Конструкторское Бюро), где проектировались и выпускались самолеты Ту-134, Ту-154, ракеты-носители «Протон», «Энергия», ракетно-космические комплексы «Союз-Прогресс» и т. д.

Все названные предприятия, а мы дали далеко не полный перечень, были составными частями единого народнохозяйственного комплекса, четкая и слаженная работа каждого из них зависела от сотен предприятий-поставщиков, разбросанных по всей территории СССР. В стране существовало отраслевое разделение труда, разные регионы имели хозяйственную специализацию. Наша область была промышленным регионом с преобладающим производством средств производства, с высоким уровнем военно-технического развития.

Отрасли легкой и пищевой промышленности занимали второстепенные позиции, но и они были представлены как крупные предприятия, известные всей стране (производственное швейное объединение «Красная Звезда», шоколадная фабрика «Россия»), так и мелкие, которые попадали в разряд местной промышленности (хлебозаводы, мясокомбинаты, Новокуйбышевская фабрика трикотажного полотна, обувная фабрика в Тольятти, кожгалантерея в Куйбышеве и т. д.).

Куйбышевская область была крупным транспортным центром СССР. Основные железнодорожные магистрали, построенные еще в конце XIX – начале XX в. соединяли через г. Куйбышев Европейскую часть страны с Сибирью и Средней Азией. Это создавало базу для активного грузового движения через территорию страны и укрепляло торгово-экономические связи области со всеми районами страны. В годы Советской власти были проложены крупные автомагистрали. Трубопроводы, проходившие через область, использовались для транспортировки нефти и газа в западные страны и Восточную Европу. Город Куйбышев являлся крупной водной пристанью на реке Волга. Разветвленная транспортная система усиливала важное место области в народнохозяйственном комплексе.

Аграрный сектор еще с 1940-х гг. занимал второстепенные позиции в экономике области. Территория губернии представляет собой зону рискованного земледелия. Если в начале XX в. плодородные почвы позволяли получать при хороших погодных условиях значительные урожаи, то во второй половине столетия для этого требовались большие капиталовложения на интенсификацию сельскохозяйственного производства. 4,2 млн. гектаров земельных угодий обрабатывали 277 колхозов и 128 совхозов. Животноводство базировалось на крупных агропромышленных объединениях – Кротовской птицефабрике, Алексеевской свиноводческом комплексе, Клявлинском комплексе по откорму крупного рогатого скота, молочных комплексах в Безенчукском, Большечерниговском, Волжском и других районах области. Животноводство давало 62% валовой продукции сельского хозяйства.

К середине 1980-х гг., по оценкам куйбышевских ученых-экономистов, уровень экономического развития области в 1,5 раза превышал общесоюзный. Область периодически получала переходящее Красное знамя ЦК КПСС, Совета Министров СССР, ВЦСПС и ЦК ВЛКСМ за выполнение пятилетних планов в 1971-1980 гг. Однако далеко не все было гладко и победно, как иногда представлялось в рапортах области к очередному съезду КПСС. Как и по всей стране негативные явления становились все заметнее. Среди них – замедление темпов, и даже стагнация экономического роста, постепенное падение производительности труда на производстве. Стабильный, но практически не повышающийся уровень жизни населения.

В середине 1980-х гг. около 120 предприятий области не выполняли планов по поставкам в другие районы страны. Качество выпускаемой продукции оставляло желать лучшего. Так, производственному объединению «Экран» из 39,5 тыс. выпускаемых телевизоров в год почти половину необходимо было подвергать гарантийному ремонту⁵... Внедряемые на предприятиях научно-технические новинки не всегда приносили ожидаемый эффект. Пресса того времени сообщала: на заводе «Волгоцеммаш» еще в 1977 г. по зарубежной лицензии была установлена новейшая линия для производства цемента сухим способом. Но линию собрали плохо, некачественно, поэтому по-прежнему использовалось устаревшее оборудование, а новая линия бездействовала. Ряд предприятий (Синтезкаучук, Чапаевский завод химических удобрений и др.) работал лишь на 20-30% своей мощности.

В аграрном секторе средняя урожайность составляла 20 центнеров с гектара, тогда как ряд хозяйств достигал гораздо лучших результатов (до 60 ц. с гектара). Государственные планы по заготовке зерна и мяса область выполняла, но картофеля, подсолнечника, овощей сдавала меньше запланированного.

Пожалуй, самым главным было то, что областная экономика имела ту же структуру, что и народное хозяйство страны в целом: сверхразвитый оборонный комплекс в промышленности (и по количеству предприятий, и по уровню научно-технических разработок), незначительный удельный вес отраслей легкой промышленности (чуть более 25% стоимости всей промышленной продукции), убыточное колхозное производство, недостаточно развитый третий сектор (сфера услуг и информации). В условиях перехода национальных экономик ведущих держав мира к ресурсосберегающим, экологически чистым технологиям, к развитию новейших наукоемких производств, массовой автоматизации и компьютеризации производства, экономика одной из супердержав – СССР – продолжала функционировать «по старым, накатанным рельсам», сложившимся еще в 1930-е гг. В главных чертах сохранялось директивное планирование, которое делало участников выполнения народнохозяйственных планов незаинтересованными в результатах своего труда.

Итогом затратного, неэффективного хозяйствования было замедление оборота капиталов, снижение прибыли, а в конечном счете, – выплата заработной платы за нереализованный товар, за новое строительство, еще оправдавшее себя. Скрытая инфляция – практически неизбежный спутник такого положения вещей⁶... Невозможность изменить что-либо на отдельном рабочем месте, предприятии или области порождала настроения равнодушия, социальной апатии среди основного большинства населения области.

Экономика Самарской области в условиях социалистических реформ (1985-1991 гг.)

Коррекция политического курса, направленная на преодоление экономических и социальных проблем в обществе, – перестройка социально-экономических отношений – была начата в 1985 г. Партийным лидерам, да и широким слоям населения, тогда верилось в то, что с помощью гласного обсуждения наших трудностей можно решить любые проблемы. Новый курс мыслился как очищение и обновление социализма, что означало сохранение главных принципов – государственной собственности в производстве и существовавшей централизованной отраслевой системы управления им. Экономические новшества касались соотношения между отраслями «А» и «Б»⁷, т. е. предполагалось провести структурную перестройку в промышленности. А первоначальными шагами правительство считало всемерное развитие научно-технического прогресса, главным образом это должно было проявиться в реконструкции машиностроения. Для экономики области это означало приоритетное финансирование существовавших крупных предприятий. Первоначально казалось, что именно эти преобразования и приведут к преодолению экономической стагнации, повышению темпов роста производства в промышленности и сельском хозяйстве. Как видим, общемировые экономические явления правительство тогда не учитывало. Первые опыты показали, что «ускорения темпов роста» не получилось: реконструкция и модернизация производства требовала времени, больших капиталовложений. А возможности государственного бюджета ограничены⁸. Широкие массы населения, партийные лидеры, хозяйственные работники «взрослели» и избавлялись от иллюзий легкого разрешения всех наших бед одновременно. Становилось ясно, что необходимы не просто реформы в промышленности, но более радикальные меры по уничтожению административного централизованного управления ею. Началась реорганизация и сокращение союзных отраслевых министерств. Одновременно были приняты решения по переходу преимущественно к экономическим методам, а не административным руководством предприятиями. Под этим подразумевалось тогда не столько допущение рыночных методов хозяйствования, сколько развитие материального стимулирования работников, создание условий для качественного, добросовестного труда людей. КПСС заговорила о «человеческом факторе». Не о конкретных людях, работавших на полях и фабриках, а о «факторе». Подобные подходы уже были испробованы в стране в ходе реформы 1965 г. И тогда, как и теперь, говорили о хозяйственном расчете и расширении прав предприятий. Новые корректировки курса (Реформа 1987 г.) были связаны с осуществлением на практике принципа трех «С»: самостоятельность, самоокупаемость, самофинансирование предприятий. Трудовые коллективы получали большие права: избирать руководство предприятия, обсуждать государственный заказ, самим определять размер заработной платы и т. д. Реформы 1987 г. предполагали отказ от централизованного планирования и переход на государственный заказ. Размер его, как и прежде, определялся от достигнутого и составлял от 80 и 110% старого плана. Выполнение заказа считалось обязательным. Такие «перемены» существенно не меняли положения промышленных предприятий и колхозов как подотчетных министерствам и ведомствам объектов. Руководители областных предприятий открыто заявляли, что подобное управление заставляет их скрывать отчетность и доходы. Конфликт центральной власти и местных хозяйственных субъектов усиливался, в разных районах страны все явственнее обозначилось противопоставление «Центра» и «периферии».

В эти годы в области некоторые крупные объединения разделились на отдельные самостоятельные предприятия. Но, как и в 1965 г. экономические реформы 1980-х гг. не затрагивали форм собственности. Переход предприятий на самостоятельные отношения друг с другом фактически знаменовал развал прежних хозяйственных связей, новые выгодные контакты искать надо было долго. Нарушение планов поставки, срыв договорных обязательств – реалии экономики конца 1980 – начала 1990-х гг. Государственные предприятия, поставленные в условия хозрасчета, в первую очередь заботились не об обновлении и реконструкции основных фондов (т. е. оборудования), а о прибыли. Субъективные интересы руководителей предприятий в условиях «министерской чехарды и неразберихи» выражались в стремлении «урвать от государственного народнохозяйственного пирога кусок побольше». Прибыль можно было получить быстро, увеличив цену выпускаемых товаров и сокращая производство дешевого, но увеличивая выпуск дорогого ассортимента. Оплата труда базировалась на старых государственных нормативах, перекрыть их было делом несложным. Это привело к тому, что зарплата стала расти быстрее, чем производство товаров.

В области была та же картина, что и в стране: в 1989 г. объем промышленного производства по области вырос на 2,8%, а доходы населения на 19%. Правительство вынуждено было напечатать новую партию бумажных денег. В 1985 г. в стране обращалось 100 млрд. рублей, а в 1991 г. – уже 262 млрд. руб. Вы понимаете, о чем свидетельствуют эти цифры. Во-первых, о начале уже галопирующей инфляции, и, во-вторых, об увеличении дефицита на многие товары. Неоплаченный спрос населения осел в Сберегательном банке СССР в виде вкладов. Только в 1985 г. тружениками области в Сбербанк было положено 194,5 млн. руб. А общая сумма вкладов на начало 1990 г. превышала 4 млрд. рублей⁹.

Возможности отложить деньги «на черный день» тоже не у всех были одинаковы. Размер заработной платы на государственных предприятиях стал значительно различаться. 111 заводов области, работавшие с 1988 г. на хозрасчете и выпускавшие 62% продукции области, были в лучшем положении, так как они сами определяли фонд заработной платы. В худшем положении оказались работники сферы культуры, образования, здравоохранения, где хозрасчет невозможен. Такое самофинансирование предприятий было «самофинансированием наизнанку». В этой обстановке экономические трудности только нарастали. Объемы промышленного и сельскохозяйственного производства практически не росли, нехватка потребительских товаров увеличивалась. Полки магазинов пустели «на глазах».

Экономические споры в стране продолжались. Теоретики и практики разрабатывали и обсуждали разные способы хозяйствования (вторая и третья модели хозрасчета). Смысл этих проб – в отдаче государственной собственности в долгосрочную аренду, последующем выпуске ценных бумаг этих предприятий и распродаже их на рынке. Существа проблемы эти опыты на решали.

Особенно необходимы были перемены в сельском хозяйстве. Колхозная форма производства и система управления ею с начала 1980-х гг. были неэффективны, колхозы – в подавляющем большинстве убыточны и дотировались государством. В нашей области таких убыточных хозяйств насчитывалось 38. Теперь и в сельском хозяйстве правительство стало поощрять организацию арендных предприятий и фермерских хозяйств, при сохранении государственной собственности на землю. В 1989 г. в нашей области таких хозяйств было немного: 8 полностью арендных и 250, арендовавших у колхозов отдельные производства. Правовой статус их не был точно определен. Законы «Об аренде», «О земле» долго обсуждались, но не были еще приняты. Постепенно фермерское движение все же росло. В 1991 г. в области был 851 фермер, обрабатывавший в среднем по 36 га земли. Об одном из них газета «Волжская коммуна» рассказывала: М. Н. Моржанов – арендатор земли совхоза имени Куйбышева Красноармейского района. Он один управлялся на пропашном клине в 700-800 га и получал урожай вдвое выше, чем в совхозе. Автор оригинальной технологии М. Н. Моржанов говорил в заметке не столько об успехах, сколько о большом числе трудностей, с которыми он сталкивался в своей работе. И статья в газете называлась: «Освободить крестьянина от пут». Работать фермерам было чрезвычайно тяжело: землю они арендовали у колхозов и совхозов, технику купить или получить под проценты в кредит было чрезвычайно дорого. Вот и сетовали многие земледельцы: землю раздадут, а дальше что? Как жить в условиях сервисного вакуума, без поддержки? Да и психологически не так-то легко преодолеть не всегда доброжелательное отношение к фермерам со стороны колхозников. 1990-1991 годы – тяжелый период для сел области. Дележ земли сам по себе не мог не отразиться на сельскохозяйственном производстве. А если еще учесть, что в это время для колхозников сохранялся государственный заказ, забиравший до 70% и выше прибыли, то вполне понятным и объяснимым станет такой факт: в течение 1991 г. поголовье скота в области сократилось на 8%, уменьшились и сборы хлеба. 1991 г. знаменовал начало длительного спада сельскохозяйственного производства.

Кризисные явления в экономике области становились все заметнее. Но не все было так беспросветно в нашей жизни. На предприятиях области шла конверсия военного производства, был освоен выпуск 200 новых видов товаров: малолитражных автомобилей «Ока», бытовых стиральных машин «Самара», механических сепараторов, различных видов мебели и т. д. Продукцию стали производить кооперативы и люди, занимавшиеся индивидуальной трудовой деятельностью. В 1987 г. в области было зарегистрировано 295 таких человек и 160 кооперативов. Они производили товаров и услуг на сумму в 3 млн. рублей. К 1990 г. число кооперативов возросло более, чем в 10 раз (1700), и давали они продукции и услуг уже на 112,9 млн. руб. Среди первых областных кооперативов – «Эврика» по изготовлению кожгалантереи и бижутерии, «Тольяттинские мастера» – по пошиву детской и молодежной одежды и т. д. Создавались даже школьные кооперативы. Газеты писали об одном из них: учащиеся школы № 22 города Самары организовали кооператив по производству стульев для детских садов, крупногабаритных шахмат, сувениров и т. д. В этом кооперативе было занято 300 школьников.

Но и в кооперативном движении не обошлось без просчетов. Часть из них держалась просто на спекуляции. Пресса рассказывала о деятельности кооператива «Свежесть». В Самарском районе областного центра он скупал у садово-дачных товариществ, отдельных земледельцев овощи, фрукты, а затем, здесь же, перепродавал их по более высокой цене. Промышленные кооперативы тогда создавались на государственных, практически бесплатных площадях и всю полученную от работы выручку переводили на заработную плату. Так шла перекачка безналичных денег в наличные: только в 1989 г. кооперативами области было выдано в виде зарплаты 180,5 млн. рублей, а в бюджет области в виде налогов переведено лишь 16 млн., т. е в десять раз меньше. Кооперативные «перекосы» также усиливали социальное и имущественное расслоение в обществе. По данным областного комитета КПСС за 1990 г 21% городских и 34% сельских семей имели среднедушевой доход менее 100 рублей в месяц при средней зарплате в 232 руб.

«Лакмусовой бумажкой», проявившей неудачи экономических преобразований коммунистического правительства во главе с Н. И. Рыжковым, стало падение в стране промышленного и сельскохозяйственного производства. С конца 1989 г. экономисты стали говорить об экономическом кризисе. Началось абсолютное снижение объемов производства. Каждое четвертое предприятие страны не выполняло договорных обязательств. Дефицит государственного бюджета (т. е. превышение расходов над доходами государства) составил 92 млрд. рублей (или 10% от валового национального продукта). Что несет с собой этот экономический термин – «абсолютное снижение объемов производства»?

Во-первых, сокращение производства означает уменьшение отечественных товаров народного потребления в магазинах и рост количества дефицитных товаров. В городах области в это время нормировано (по талонам) распределялись сливочное масло, крупы, мясные изделия, моющие средства, винно-водочные изделия. Но перечень дефицита возрастал в геометрической прогрессии. Народная присказка «За то, что мы без хлеба и носков, огромное спасибо вам, Рыжков» точно выражала настроение и отношение людей к тому, что происходило в стране.

Во-вторых, спад производства имел и далеко идущие последствия – появление и рост безработицы, неполный рабочий день на предприятиях. В областной экономике, как части единого народнохозяйственного комплекса, отражались все болезненные явления хозяйства страны.

Годы перестройки были годами большой политической активности нашего народа. Каждое экономическое решение правительства находило живой отклик и обсуждение общественности. В области в эти годы проходили многотысячные митинги против консервативного партийного руководства, за возвращение городу Куйбышеву его исторического имени. Мощную волну протеста вызвало начавшееся в городе Чапаевске строительство завода для уничтожения химических снарядов, которые предполагалось свозить со всего Советского Союза. Помимо простого загрязнения окружающей среды (а в области ежегодно выбрасывалось в атмосферу 443,3 тыс. тонн вредоносных веществ), завод мог нарушить экологическое равновесие, которое еще еле-еле удерживалось в городе. В результате активных общественных действий трудящихся строительство этого завода было отменено. Забастовочное движение росло по всей стране. Отдельные республики и регионы стали выступать за политический и экономический суверенитет. Журналисты окрестили это время «парадом суверенитетов». А в правительстве и ЦК КПСС продолжалось обсуждение дальнейшего хода реформ. Заканчивалась 12-я пятилетка. Результаты ее были неутешительны. Всем было ясно, что программа перестройки и ускорения социально-экономического развития страны, официально принятая XXVII съездом КПСС, провалилась. Правительство впервые при обсуждении планов на 13-ю пятилетку выдвинуло идею о допущении в социалистическую (читай государственную) экономику рыночных (читай частных) элементов -идею социалистического рынка. Общество заспорило: на сколько, в каких сферах экономики можно допустить частную собственность. Социологи опрашивали население Спектр мнений был различен – от категорического отрицания до полного одобрения и восторга. И это не случайно, ведь приходилось отказываться от того, на чем держались с 1917 года последние семь десятилетий. Политическая борьба в этих условиях разгоралась, а положение в экономике становилось все хуже, неспособность правительства решать нарастающие трудности становилась очевидной. В этот период наряду с правительственной программой перехода к социалистическому рынку была обнародована и альтернативная программа «500 дней» С. Шаталина и Г. Явлинского, которая предполагала быструю приватизацию государственных предприятий, конверсию военного производства, в сельском хозяйстве – развитие фермерского движения на основе частной собственности на землю. Споры о том, по какой программе осуществлять дальнейшие реформы затягивались.

В регионах и областях заговорили о региональном хозяйственном расчете. Каждая область пыталась лечить общую экономическую болезнь самостоятельно. Одними из первых сторонниками регионального хозрасчета стали самарские экономисты Н. Чуканов, Г. Хасаев и др. Ученые экономического института разработали программу регионального хозяйственного расчета, началось ее претворение в жизнь. Прежде всего в ведение областной администрации перешли некоторые предприятия союзного подчинения, и первым – весь аграрно-промышленный комплекс. Областной бюджет с 1989 по 1990 г. вырос в два раза. Но прямо пропорционально количеству денег в местном бюджете выросло и количество проблем перед администрацией. Прежде всего выяснилось, что почти половина колхозов (40%), которые давали основную часть сельскохозяйственной продукции, не могут жить без дотаций. На фермерские хозяйства рассчитывать не приходилось. Трудным и неопределенным было положение и в промышленности области. Многие законы не действовали, либо противоречили друг другу. В области начался спад производства в нефтедобывающей промышленности, на предприятиях цветной и черной металлургии. В 1991 г. в Самарской области объем промышленного производства составлял 94%, а сельскохозяйственной продукции – 92% от уровня предыдущего года (см. таблицу 1). Сокращалось потребление основных продуктов питания на душу населения.

Перестройка социально-экономических отношений в области и стране всколыхнула общество, принесла много новых явлений в социалистическую экономику. Но зачастую непоследовательность, противоречивость, недостаточная продуманность экономических реформ порождали неожиданные результаты. Перемены «к лучшему» и «к худшему» настолько тесно переплелись, что невозможно было отделить их друг от друга и разобраться в них несведующему человеку. В стране обострялась политическая ситуация. В августе 1991 г. в Москве был совершен государственный переворот. Его ликвидация и арест членов ГКЧП завершил этап социалистической перестройки в СССР. В итоге социалистических реформ 1985–1991 гг. в стране сложился глубочайший системный кризис: структурная перестройка промышленности привела к падению объемов производства, изменение централизованного министерского руководства – к абсолютно неуправляемой экономике, отдельные эксперименты в аграрной сфере – к сокращению сборов зерна, уменьшению продукции животноводства. Всеобщий дефицит товаров «правил бал». В рамках социализма все возможные эксперименты были сделаны, и они оказались неудачными.

Экономика Самарской области в условиях становления рыночного хозяйства (1990-е гг.)

К началу 1992 г. ситуация в стране коренным образом изменилась. Не было уже КПСС, областных и городских комитетов партии. СССР был распущен и образовалось Содружество Независимых Государств. Ответственность за судьбу России и ее дальнейшее экономическое реформирование взяли на себя Президент России Б. Н. Ельцин и правительство во главе с Е. Т. Гайдаром. Новая правительственная «Программа углубления экономических реформ» стала осуществляться с 1 января 1992 г. В основных чертах сложившаяся только недавно, она ставила своей целью стабилизировать экономическую ситуацию в стране и подготовить Россию для «вхождения в мировое хозяйство», т. е. в социально организованную рыночную экономику. Впервые звучала мысль о том, что не только технические, но и организационные, финансовые западные новшества должны дать корни в российской действительности. В наших условиях это означало отказ от централизованного руководства экономикой, ее разгосударствление и регулирование экономики преимущественно через финансовую систему (банки), а не государственный бюджет. Опять-таки и в правительстве, и в значительной части населения жили иллюзии о том, что становление современного рынка в наших условиях всеобщего товарного дефицита при величайшем желании народа жить лучше, при присущем нам энтузиазме – дело, если не легкое, то достаточно быстрое. В течение пяти -шести лет предполагалось преодолеть спад производства, осуществить структурную перестройку промышленности и конверсию военного производства, а • также на основе частной собственности на землю дать размах фермерскому движению. В Программе говорилось о том, что созидание новых экономических отношений должно было сопровождаться активной социальной политикой, поддерживающей людей в это трудное время. Реформы начались с 1 января 1992 г. и шли в трех плоскостях: либерализация оптовых и розничных цен; массовая приватизация государственной собственности; структурная перестройка промышленности и конверсия военного производства. Главным образом эта перестройка должна была идти при минимальной государственной поддержке.

Экономические реформы осуществлялись в условиях нестабильности власти, конфликты между законодательной и исполнительной властью даже приняли форму вооруженного столкновения (октябрь 1993 г.). В 1993-1994 гг. в центре и регионах формировались новые органы государственной власти. На смену Советам народных депутатов пришли губернские, городские и Государственная Думы. В условиях минимального государственного финансирования производства главная ответственность за судьбу реформ, за жизнь людей ложилась на местные администрацию и правительство. Каждый регион стал самостоятельно вырабатывать основы экономической политики, сообразуясь с местными условиями.

Наша область имела более весомый и разнообразный промышленный потенциал, чем в среднем по России, здесь пересекались многие транспортные магистрали, здесь была сосредоточена мощная научная и технологическая база. Все это создавало достаточно благоприятные условия для перехода экономики области на новые способы хозяйствования. В то же время узкая специализация, военное или просто монопрофильное производство губернских городов значительно усложняли переход на рыночные рельсы предприятий, чья продукция не имела потребительского спроса. Экономический успех или поражение зависели теперь от умелого местного регулирования производства и социальной сферы, с одной стороны, общероссийской экономической ситуации, с другой.

Отметим основные вехи реформ в областной экономике в 1990-е гг.

Создание рыночной среды началось с «освобождения» оптовых и розничных цен с 1 января 1992 г. Это означало, что цены на выпускаемые товары назначает производитель и продавец, а потребитель (покупая или, наоборот, не покупая их) регулирует размер цены. Одновременно легализировалась частная и индивидуальная торговля.

Газеты января-февраля 1992 г. запестрели заголовками: «Цены есть, а товаров нет», «Кому шок, кому терапия», «Приготовьтесь к либерализации» и т. д. Либерализация торговли привела к колоссальному скачку цен: в течение 1992 г. потребительские цены в области выросли в 25,9 раза, в 1993 – в 11,2 раза, в 1994 – в 4,9 раза. Первое время областная администрация ограничивала цены на хлебную и молочную продукцию, но в 1994 г. вынуждена была отказаться от этого. Правительство предупреждало население о предстоящем увеличении цен, но никто не ожидал такого громадного роста. Рыночное регулирование само по себе в российских условиях не действовало. Огромное число посредников в цепочке производитель – потребитель способствовало росту цен, разница в региональных ценах также на первых порах давала колоссальные прибыли скупщикам продукции. Мгновенный рост цен вынудил население уменьшить потребление мяса, молока, рыбы, овощей и т. д. В большинстве семей расходы на питание выросли и составляли теперь 60-70% их бюджета. Новый толчок инфляции дало освобождение цен на энергоносители с лета 1992 г. Галопирующая инфляция перестроечных времен переросла в гиперинфляцию. По некоторым данным с июля 1992 по январь 1993 г. было напечатано денег в четыре раза больше, чем их было в обращении до этого.

Либерализация цен сопровождалась большим притоком на внутренний рынок импортных товаров. Они мгновенно насытили потребительский рынок страны, области в том числе, но практически не оставили шансов отечественному производителю выдерживать с ними конкуренцию. Итог либерализации цен – насыщение внутреннего рынка и неуклонный рост цен. Предотвратить инфляцию для правительства становилось главной задачей.

В течение осени 1992-1993 г. прошел первый этап передачи государственных предприятий в частную собственность (приватизация). Граждане России получили бесплатно ваучеры – ценные бумаги, подтверждающие право их владельцев на покупку государственной собственности в размере 10 тыс. рублей. Эти ваучеры в течение 1993 г. можно было обменять на акции приватизируемых предприятий, сдать в чековый инвестиционный фонд, который приобретал акции по поручению вкладчиков, или просто продать. Акционерными стали предприятия «Авиакор», «Самеко», «Самаранефтегаз», «Строммашина», производственное объединение «Красная звезда» и многие другие. Совокупный объем акций, выпущенный приватизированными предприятиями составил более 1482,2 млрд. руб. на конец 1996 г.¹⁰.

Второй денежный этап приватизации начался в 1994 г., когда акции приватизируемых предприятий стали продаваться на аукционах, появлялись реальные их собственники – в лице отечественных и иностранных предпринимателей. Например, в 1994 г. широко известная швейцарская фирма «N68116 8. А.» стала обладателем 15,7% акций Самарского Акционерного Общества «Шоколадная фабрика Россия». Так как оценка основных фондов была проведена по заниженной стоимости (ценам 1991 г.), скупить большие пакеты акций не одного, а нескольких предприятий богатым гражданам страны, банкам было достаточно несложно. Основная масса населения, лишившись в одночасье своих вкладов в Сбербанке из-за либерализации цен, в аукционах не участвовала. В ходе денежной приватизации большая часть акционеров – работников предприятий продала свои акции и оказалась вне финансового рынка. Началось формирование крупных финансово-промышленных групп и холдингов (держательских компаний, имевших значительный пакет акций предприятий), а затем и распределение между ними сфер влияния. В этой борьбе не обошлось без преступлений, физической расправы противоборствующих сторон. Так, в декабре 1991 г. был убит директор Новокуйбышевского перерабатывающего завода И. А. Дик. Чуть позже завод вошел в состав крупнейшей нефтяной компании ЮКОС¹¹. В нашей области к началу 1995 г. было приватизировано около 60% предприятий, где было занято более половины всего трудоспособного населения области (590 тыс. чел.). По данным на 1 июля 1997 г. 85% предприятий области находится в частном владении (в России -71,8%)¹². Итак, промышленные предприятия стали объектом купли-продажи на фондовом рынке. Одновременно в области, как и в стране, проводилась малая приватизация, когда в частную собственность распродавались магазины, предприятия общественного питания, сферы услуг. Началась приватизация жилья.

В годы экономических реформ появились специализированные предприятия оптовой торговли – биржи. Сначала их было много (в 1993 г. – 6), на фоне либерализации цен прибыль бирж формировалась преимущественно за счет спекулятивной деятельности, хотя реальные объемы товарооборота области уменьшались. Сейчас в области действуют три биржи – Самарская фондовая региональная, Самарская валютная межбанковская биржа, Тольяттинская универсальная биржа. Как видите, работают они преимущественно на фондовом рынке.

Важное место в рыночной инфраструктуре заняли коммерческие банки и другие финансовые учреждения. Первыми коммерческими банками в области стали появившиеся в 1989 г. – Автовазбанк и Волгоинкомбанк. В 1994 г. в области работало уже более 25 самостоятельных и отделений центральных коммерческих банков. Из местных самыми крупными были Автовазбанк, Средневолжский коммерческий (СВКБ), Ладабанк и Самараагробанк, которые по рейтингу 1994 г. входили в 100 крупнейших банков страны. Начинали они работу на свой страх и риск, привлекая средства предприятий и населения за большие проценты. Сформировав таким образом капитал, или используя часть средств бывших государственных банков, новые коммерческие учреждения, часто в условиях правового вакуума, стали вести спекулятивные операции с валютой. В условиях гиперинфляции это давало им чрезвычайно высокие доходы. Полученные средства они инвестировали в добычу и продажу природного сырья, энергоносителей. Естественно это не могло не привести к столкновению банковских интересов, конкуренции и разорению многих из них. Не обошлось и без прямых махинаций, обманов и использования доверчивости несведущих граждан фиктивными финансовыми пирамидами, типа «МММ», «Русская недвижимость», «Русский Дом Селенга» и др. Сюда население области внесло значительные средства, по размерам своим значительно превышающие вклады в Сбербанк России. Мгновенное исчезновение этих финансовых пирамид с российского рынка породило целую армию обманутых вкладчиков. «Свободный Рынок» показывал многим гражданам свое «нечеловеческое лицо».

Со второй половины 1990-х гг. все больше наблюдалась концентрация банковского капитала, поглощение местных банков крупными столичными. Только в течение 1996 г. в Самарской области число действующих банков уменьшилось с 36 до 27. На территории области работают филиалы и отделения 27 иногородних банков¹³. Из ныне действующих самарских банков ведущие позиции занимает «Росэстбанк», занимающий 33 место в рейтинге российских банков. Он тесно работает с западными финансовыми структурами, имеет представительства в Женеве и Лондоне. Подавляющая часть других местных банков – мелкие и средние. В основном они занимаются выдачей краткосрочных кредитов населению и предприятиям, что, конечно, не создает условий для роста производства.

Ныне укрепившиеся на финансовом рынке банки стали заниматься преимущественно операциями с ценными бумагами, государственными краткосрочными обязательствами, акциями приватизированных предприятий. В условиях спада промышленного производства, нестабильной политической ситуации в стране, игра на фондовом рынке была более надежным и прибыльным делом, нежели инвестирование промышленного и сельскохозяйственного производства. Объем кредитных вложений банков в промышленность области сократились почти на половину (40,6%) в 1996 г. по сравнению с предыдущим годом¹⁴.

Итак, на протяжении первой половины 1990-х гг. в Самарской области сложилась рыночная среда: оформился свободный рынок товаров и услуг, рынок средств производства, возник фондовый рынок и определились его главные участники. Государственное регулирование этих процессов не было последовательным, но, видимо, можно говорить о его «нейтралитете», «невмешательстве» в становление «свободного рынка».

Эти перемены в жизни общества однако не привели к ликвидации экономического кризиса в стране и области. Возрождение хозяйства, поддержка населения в этих условиях теперь становились главными.

Состояние промышленности. Экономический кризис, начавшийся еще в советские годы, пока продолжается. Объем промышленного производства области в 1996 г. составил 58,3% от уровня 1990 г. Особенно быстрым снижением объемов производства было в 1992-1994 гг. в цветной металлургии, химической, нефтедобыче и нефтепереработке, машиностроении, легкой промышленности. Во второй половине 1990-х гг. наибольший спад пришелся на легкую, деревообрабатывающую, целлюлознобумажную отрасли. На 1 января 1997 г. 44% промышленных предприятий области относились к убыточным.

В 1996-1997 гг. наметились первые положительные изменения в промышленности области. В 1996 г. наблюдался рост производственных инвестиций (107% по сравнению с предыдущем годом). Самарская область по рейтингу инвестиционной привлекательности заняла пятое место среди регионов России¹⁵. В 1997 г. впервые за десять последних лет был достигнут рост объемов промышленного производства (107,8% за девять месяцев 1997 г. по сравнению с аналогичным показателем за 1996 год)¹⁶. Появились первые надежды на улучшение экономической ситуации и выход из кризиса. Однако только последующие события позволят нам увидеть, насколько устойчивы первые положительные признаки.

Экологическое состояние области в значительной степени зависит от состояния промышленного производства. Самарская область входит в число территорий с «устойчивой плотностью экологически опасной аварийности». По территории области проходит более 40 тыс. км продуктопроводов, газо- и нефтепроводов, аммиакопровод. Загрязнение близлежащей территории, крайняя изношенность магистралей, утечка нефти и газа, – все это реалии нынешней ситуации в области. Многие реки загрязнены водными отходами, особенно реки Чапаевка, Криуша, Крымза, Съезжая (устье) и особенно Падовая¹⁷.

В малых городах области (Похвистнево, Жигулевск, Чапаевск), где тяжелая экологическая обстановка, где спад производства на бывших военных предприятиях особенно велик, а рыночная инфраструктура не развита, правительство области предполагает создать особые экономические зоны (привлечение сюда инвестиций извне, налоговые льготы частным предпринимателям, широкая система обучения малому бизнесу).

Организация и управление промышленными предприятиями также вступило в другую стадию. В годы приватизации практически все промышленные гиганты области стали акционерными предприятиями, действующими на рынке самостоятельно, практически без государственного вмешательства. Лишь размер отчислений от прибыли, доля косвенных налогов, которые поступают в федеральный и местный бюджеты являются главным рычагом государственного регулирования промышленного производства.

Последнее десятилетие – время роста мелкого бизнеса и предпринимательства в стране и ее регионах. На сегодняшний день их в области более 50 тысяч. Действует областная программа поддержки мелкого бизнеса со стороны Администрации (с помощью льготных кредитов, например).«Однако многие промышленные предприятия, крупные и мелкие, работают не в полную мощность, со значительными убытками. Это связано с возросшей стоимостью сырья, отсутствием свободных денежных средств для оборота. Сказывается значительный износ оборудования. Более 70% производственных мощностей требует срочной замены. Для этого нужны значительные инвестиции. Банковским структурам в современных условиях инвестированием производства заниматься невыгодно. Иностранным инвесторам необходима прежде всего политическая стабильность в России, а также значительные прибыли, которые можно получить только на современном производстве. Иностранные капиталовложения в экономику области на начало 1996 г. составили 42089,8 тыс. долларов США¹⁸.

Создание рыночной экономики сопровождалось ростом теневой экономики, укрывающейся от налогообложения. В России, по данным Министерства внутренних дел, здесь производится до 40% валового внутреннего продукта, а получаемая прибыль распределяется келейно. Данными о масштабах теневой экономики по области мы не располагаем, однако, заявление начальника областной налоговой инспекции о том, что из 50 тыс. предприятий области «едва ли 10% работают нормально», дает основания предполагать значительный размах ее не только в стране, но и в нашей области¹⁹. Твердый государственный контроль за «свободной рыночной деятельностью предприятий» – единственное средство наведения порядка.

Сельское хозяйство. Сельскохозяйственное производство в настоящее время продолжает находиться в кризисе. Объемы производства падают с 1989 г. В 1995 г. валовая стоимость сельхозпродукции составляла 69% от уровня 1991 г.

Отдельные успехи связаны с внедрением в некоторых хозяйствах новых западных технологий. Так, с участием Администрации г. Тольятти, АО «АвтоВАЗ», АО «Инвестиции» была построена молочная ферма в с. Хрящевка Ставропольского района. Надои от одной коровы доходят здесь до 36 л в день с жирностью 4,5%, тогда как средний надой по области – 6 л от одной коровы²⁰.

В сельском хозяйстве много проблем, может быть, больше, чем в промышленности – диспропорция в ценах промышленных и сельскохозяйственных товаров, высокие ставки за банковский кредит, старение машинно-тракторного парка, необходимость улучшения структуры земельных угодий. Значимость решения всех этих проблем осознается местными властями. Аграрная политика Администрации области направлена на поддержку аграрно-промышленных комплексов, на внедрение здесь современных технологий, в том числе западных.

Однако в стране не решен аграрный вопрос. Как вы помните из истории, именно он являлся часто главной причиной активных революционных потрясений в Российском обществе начала XX в. Сегодня, думается, дело не столько в том существует частная собственность на землю или нет. Проблема – в неопределенности, даже на небольшую перспективу. Реальный пользователь земли не знает своих прав. Вопрос о земельной собственности – самый главный, самый сложный, а потому самый дебатируемый вопрос в правительстве и в регионах. Правительство Самарской области исходит из того, что аграрный вопрос необходимо решать поэтапно, с постепенным введением принципа частной собственности на землю.

Земельный вопрос еще не решен, но некоторая динамика отношений все-таки просматривается: в 1994 г. в области было 5099 фермерских хозяйств (в среднем по 44 га на каждое), 17 сельскохозяйственных кооперативов, 41 ассоциация крестьянских хозяйств, 177 акционерных обществ, созданных на базе бывших колхозов и совхозов. Через три года производят сельхозпродукцию 3650 фермерских хозяйств, 188 акционерных товариществ и кооперативов, 249 колхозов и совхозов²¹. Как видим, преимущественно растет число не индивидуальных хозяйств, а кооперированных, объединенных. Государственный сектор (колхозы и совхозы) давал менее 10% сельхозпродукции.

Большинство сельхозпредприятий области (70%), и коллективной и частной форм собственности, сегодня убыточно. Здесь, видимо, сказывается то, что способы экономических связей города и деревни, формы сбыта сельскохозяйственной товарной продукции государству и частному потребителю переживают вид бартерного обмена, по типу «промышленного натурального обмена» перестроечных времен. Новые экономические контакты не нашли еще своей оптимальной формы.

Социальная структура рыночного общества сложна и многообразна. Работники государственных учреждений, служащие банков и частных фирм, свободные предприниматели и торговцы («челноки»), лица индивидуального труда, безработные, пенсионеры, дети и инвалиды – все эти социальные группы оказываются в неравных стартовых условиях в ходе экономических реформ последнего десятилетия. Взгляды экономического романтизма, когда верилось, что все образуется само собой, на основе равновесия между спросом и предложением, не выдерживали критики. Для многих граждан и политиков становилось ясным, что «свободный рынок жесток и безжалостен», и он обязательно должен регулироваться правительством. Для конкуренции на рынке должны быть созданы равные условия для всех. Государственная поддержка престарелых граждан в виде пенсий (постоянно индексируемых), пособий – одна из главных форм создания «общества равных возможностей». Во второй половине 1990-х гг. она стала активней.

В конце 1980 – начале 1990 гг. в области оформилась значительная группа свободных предпринимателей (по данным официальной статистики в области в 1994 г. их было 106 тыс. чел., или 7,7% занятого населения). В основном это лица, занимающиеся в сфере мелкого промышленного производства, торговли, сервиса, информации. Свободные предприниматели вместе с директорами акционерных промышленных предприятий, банкирами составляют прослойку наиболее обеспеченных граждан.

Другой полюс в социальной структуре представляют безработные. В начале рыночных реформ на биржах труда области было зарегистрировано 1,2% трудоспособного населения, ищущего работы, а скрытая безработица составляла около 9-10%. Нарастающий спад производства, закрытие предприятий, конечно, вело к дальнейшему росту безработицы. Официальная статистика свидетельствует о том, что в 1996 г. уже 3,4% трудоспособного населения области искало и не находило работы. Цифры вроде бы не очень значительны, хотя за ними стоят жизни и судьбы людей. Самое тревожное то, что более 30% пока еще занятых на производстве людей либо отправлены в неоплачиваемые отпуска, либо трудятся на производстве не полный рабочий день. Эта скрытая безработица – очень серьезный показатель глубокого кризиса областной экономики. В небольших городах (Похвистнево, Чапаевск, Жигулевск), где было монопрофильное, военное производство, в сельских районах (Борский, Челно-Вершинский, Богатовский районы) ситуация с занятостью на грани критической. Официальная безработица здесь составляет от 7 до 10%, растет смертность и болезни²². Думаю именно поэтому, при социологическом опросе населения области практически все поколения, главной экономической проблемой назвали безработицу²³.

Экономическая теория считает, что становление рыночного общества сопровождается увеличением общего уровня жизни населения с одновременным ростом различий в уровнях доходов граждан. Посмотрим, насколько практика и теория совпадают. Семья – маленькое зеркало большого общества. Именно здесь ощущаются все последствия социально-экономических новшеств. Я уверена, что каждый из вас дома с родителями обсуждает многие важные проблемы общества, анализирует материальное состояние вашей семьи. Если говорить об изменениях в уровне жизни среднестатистического гражданина нашей страны, то покупательная способность его упала (см. таблицу 2.)

В области 29,9% населения имеет доходы меньше прожиточного минимума²⁴. Прожиточный минимум определяется как стоимость набора 19 продуктов питания, необходимых человеку в месяц. В 1996 г. прожиточный минимум в регионе составлял 353,6 тыс. руб.²⁵. По данным областной статистики в семьях из 4-х чел., где родители работают, доходы на 81,9% складывались из зарплаты, 7,9% – из всевозможных социальных выплат, 4,9% – от подсобного хозяйства, 5,3% – из других источников. А расходы, в основном, уходили на покупку продовольствия (44,9%), непродовольственных товаров (38,4%), трат на услуги (14,1%), алкоголь (2,6%)²⁶. Около трети молодежи (31%), опрошенной самарскими социологами, отметили ухудшение их семейного бюджета за последнее время. Но интересно то, что пессимизм самарцев в отношении перспектив экономического развития страны выше, чем в отношении перспектив их собственной семьи

Областные реалии демонстрируют также увеличение разрыва в уровне доходов предпринимателей, банкиров, с одной стороны, и рабочих, врачей, учителей, с другой. По официальным данным доходы богатых жителей области почти в 15 раз превышали доходы наименее обеспеченных²⁷.

Расслоение общества довольно болезненно воспринимается жителями области. Часто большая разница в доходах разделила на противоположные стороны родственные семьи, друзей и т д. К этому привыкнуть и смириться с этим довольно сложно, для некоторых и вовсе невозможно. Рыночные реалии прививаются в нашем обществе, хотя и с большим трудом. Может быть поэтому большинство жителей 14-45 лет (58-72%) считает, что небольшая, но гарантированная заработная плата гораздо предпочтительнее больших, но не гарантированных заработков²⁸.

Государственное регулирование экономики области. В 1993-1995 гг. была проведена реорганизация управленческого аппарата области. Сформировано Правительство, принят Устав (Основной Закон) Самарской области. Было проведено четкое разграничение функций исполнительной (Администрация области), законодательной (Губернская Дума) власти. В Администрации области ряд комитетов отвечает за социально-экономическое развитие региона Это Комитет по экономике и финансам, который занимается вопросами прогнозирования социально-экономического развития и разработкой экономической политики области; Финансовое управление (вопросы текущего финансового обеспечения экономической деятельности); Комитет по социальным вопросам, Департамент по строительству, архитектуре, жилищно-коммунальному и дорожному хозяйству; Комитет по топливу, энергетике и транспорту; Управление сельского хозяйства и продовольствия; Комитет по управлению имуществом Самарской области; Главное управление труда. Помимо этих специальных подразделений Администрации отдельные направления социально-экономического регулирования осуществляют Главное управление социальной защиты населения, Управление ценовой политики, Департамент поддержки предпринимательства и малого бизнеса, Финансово-хозяйственное управление, Управление международных и внешнеэкономических связей. Помимо местных органов власти действуют в области и представители федеральной власти (комитет госстатистики, облуправление федерального казначейства, Миграционная служба, Департамент Федеральной госслужбы занятости, налоговое управление и др.). Это лишь небольшая часть управленческого аппарата области. По общероссийским данным 15% чиновников федерального уровня получили в 1997 г. 37% федерального фонда оплаты труда, в Самарской области на содержание управленческого аппарата уходит 8% расходов областного бюджета²⁹. Множественность управленческого аппарата порождает и проблему согласования действий разных ведомств, и подкупа государственных чиновников и т. д.

Деятельность администрации строится на основе долгосрочного прогнозирования регионального развития (компьютерные, многофакторные модели), оценки вариантов экономического развития в будущем³⁰. В условиях глубокого экономического кризиса местные власти главное внимание уделяли способам социальной поддержки населения, сохранению научного и культурно-образовательного потенциала области (более 50% расходов областного бюджета в 1997 г.)³¹. Рост уровня и качества жизни населения Администрация Самарской области считает главным в своей практической деятельности³².

Отдельная страница истории – это взаимоотношения местных и центральных органов власти в социально-экономической сфере. Областное правительство и Администрация настойчиво отстаивают идею финансовой самостоятельности. «Бюджетная война» ведется за оставление в регионе доходов (на уровне 60-70%) областных промышленных предприятий, за упрощение денежных расчетов с предприятиями и учреждениями федерального уровня, расположенными на территории области и т. д. «Отсутствие конкретности и стабильности закрепления расходных функций приведет к тому, что Правительство (Российской Федерации – Т. Н.) невольно будет способствовать активизации центробежных тенденций»³³, – неоднократно подчеркивал губернатор области К. А. Титов.

Область в системе российского и мирового рынка является одним из важных участников. Подавляющую часть внешнеторгового оборота (84%) она осуществляет со странами дальнего зарубежья, 16% – со странами СНГ. По объему экспорта Самарская область занимает сегодня седьмое место среди российских регионов, шестое – по импорту. На душу населения области сумма годового экспорта составляет 540 долларов США, сумма импорта – 308³⁴. Крупнейшими экспортерами в области являются «Самаранефтегаз», Тольятти-азот, Куйбышевазот, Куйбышевский нефтеперерабатывающий завод. Основными партнерами этих предприятий являются США (покупают алюминиевый прокат, химические кислоты, технический спирт), Финляндия (нефть, минеральное топливо), Китай (азотные удобрения)³⁵.

В область завозятся продукция машиностроения, оборудование (32% стоимости импорта), металлические изделия (20%), каучук, технические изделия, пластические массы (9,8%), средства наземного транспорта (5,4%). Основные страны-поставщики – Германия (20,6%), Украина (18,7%), Словакия (5%), Япония (4,4%) и др.³⁶

В области действуют более 300 совместных и иностранных предприятий, в создании которых принимали участие фирмы 56 стран мира. Наибольшее их число учреждено совместно с Германией, США, Украиной, Китаем, Италией и Болгарией³⁷. Большей частью иностранные фирмы ввозят в область товары и услуги, расширяя для себя рынок сбыта товаров. Более 20% импортных международных услуг приходится на строительные работы. Например, здание Центробанка в областном центре построила российско-турецкая фирма «Илькумут», онкологического центра – российско-канадская фирма «Десам» и т. д. Вложения иностранного капитала в экономику области пока незначительны

В 1990-е гг. начата складываться экономическая интеграция волжских территорий. Корни ее уходят еще в советский период, когда рухнули прежние связи, а возможности бартерного обмена – уменьшались. Современное крупное производство не может существовать изолированно. Тогда и родилась идея экономического союза волжских областей. С 10 июля 1991 г. распоряжением председателя Верховного Совета РСФСР была образована Ассоциация «Большая Волга» (сокращено АБВ) по экономическому взаимодействию республик и областей Поволжья с центром в г. Самаре. За это время изменилось многое в России – нет Верховного Совета, утвердившего документ об образовании такой организации, страна изменила политические приоритеты, а «Большая Волга» существует. В ее состав входят республики Марий Эл, Мордовия, Чувашия, Калмыкия, Татарстан, а также области – Нижегородская, Астраханская, Волгоградская, Пензенская, Самарская, Саратовская и Ульяновская. Экономический потенциал их очень различен Так, в Самарской области он в 32,6 раза выше, чем в Калмыкии и в 9,3 раза выше, чем в Астраханской губернии. Это обстоятельство ставит большие проблемы и трудности перед АБВ. Тем не менее АБВ на первых порах пытались совместно решить вопросы снабжения населения Ассоциации продовольствием, потребительскими товарами, обеспечить социальную защиту людей. Теперь АБВ совместно разрабатывает проекты улучшения экологического состояния Волжского бассейна, распространяет опыт отдельных предприятий по выходу промышленности и сельского хозяйства волжских территорий из экономического кризиса.

Итоги развития хозяйства области к концу XX в. Заканчивается XX столетие. Самарская губерния встречает новый век и новое тысячелетие в преображенном виде. В начале XX в. Самара только стала одним из главных зернопроизводящих регионов Российской империи. Рыночная инфраструктура в лице банков, иностранных и отечественных коммерческих фирм обслуживала тогда преимущественно хлебную торговлю. Теперь, пройдя сквозь период становления и развития крупного промышленного производства, область вступает в новый век, совершенно иначе осознавая свое место в мире, России. За последние десять лет уходящего столетия Самарская область прочно встала на «рыночные рельсы», сохранив при этом социальную стабильность. Она стала самостоятельным экономическим субъектом Российской Федерации. Благоприятное геополитическое положение делает губернию привлекательной для международного, межгосударственного и российского экономического сотрудничества.

Структура областной экономики постепенно приобретает вид, соответствующий мировой структуре. В валовом внутреннем продукте региона торговля и услуги дают 52,1%, производство товаров – 41,6%. Нематериальное производство становится ведущим. Практически все мировые и российские экономические реалии последней четверти XX в. мы увидели и испытали. Эти перемены нельзя оценить однозначно, как нельзя на сложные вопросы дать простые ответы. Каждый из нас имеет собственное суждение о времени, в котором мы живем. Так и должно быть. Но в чем мы все практически единодушны, так это в нашей любви к родине – Самарской области. Желание остаться навсегда и работать в родном городе и селе высказывает подавляющее большинство жителей области (84% жителей Самары, 78% – Тольятти, 65% – население других городов области и 61% жителей села)³⁸.

Р аздел IV