1. Портрет Петра I - первая половина 1720-х гг.

Художник избежал в портрете каких-либо аксессуаров, ни одна внешняя примета не говорит о том, что изображен именно царь – изображен незаурядный человек — гордый, сильный, с непреклонной волей. При этом, художник раскрывает в портрете следы тяжких государственных трудов, нелегкой жизненной борьбы Петра I, грусть и усталость в глазах стареющего уже человека.

2. Портрет канцлера г.И.Головкина – 1720 г.

Г. А. Головкин занимал высшие государственные посты в империи. Он начальник Посольской канцелярии, затем Посольского приказа, государственный канцлер (1709), граф (1710), сенатор (1717), президент Коллегии иностранных дел (1718), член Верховного тайного совета. Позднее — верный слуга императрицы Анны Иоанновны и член ее Кабинета.

Данный портрет - лучшая работа художника, созданная после его возвращения из пенсионерской поездки.

Никитин легко лепит форму, уверенно создает иллюзию пространства вокруг фигуры канцлера. Портрет параден, особое внимание в нем уделено регалиям: Андреевской ленте, голубому банту ордена Белого Орла. Все фактурно осязаемо: светло-коричневый кафтан на сиреневой подкладке, золотой позумент, шейный платок, длинные локоны роскошного парика. Для живописца главным остается лицо — с внимательным взором, немолодое, усталое, лицо человека, познавшего все тайны двора.

Портрет вполне отвечает характеристике, которую давали высокопоставленному сановнику современники: «Граф Головкин, государственный канцлер, старец почтенный во всех отношениях, осторожный и скромный: с образованностью и здравым рассудком соединял он в себе хорошие способности. Он любил свое отечество, и хотя был привязан к старине, не отвергал и введения новых обычаев, если видел, что они полезны. Его подкупить было невозможно: посему-то он держался при всех Государях и в самых затруднительных обстоятельствах, так как упрекнуть его нельзя было ни в чем».

3. «Петр I на смертном ложе» - 28 января 1725 г.

Лежащий царь, прикрытый горностаевой мантией, увиден с необычной точки зрения - сверху, в сложном освещении от горящих свечей, дрожью пламени вносящих жизнь в мертвое тело. Реквием Петру, написанный близким человеком, единомышленником, ошеломленным величиной утраты.

4. Портрет напольного гетмана – 1725 г.

В творчестве Никитина портрет напольного гетмана занимает едва ли не самое значительное место. Из блестящего мастера парадного портрета, Никитин превращается в художника, читающего в душах, создает трагический образ сильного, много перенесшего на своем веку и исполненного скорби старика. В этой работе, наиболее зрелой и совершенной среди всего созданного Никитиным, как бы подведены итоги творческого развития художника.

Портрет воспринимается как обобщенный образ человека Петровской эпохи, участника ее событий, свидетеля ее конца. Портрет написан в коричнево-красной гамме, в которую введены золотистые, бледно-розовые и голубые тона. В контрасте с этой о приглушенной гаммой выделено лицо напольного гетмана, залитое ровным, не очень ярким светом, не нарушающим общей живописной гармонии целого. Поза гетмана спокойна, верхняя одежда по-домашнему расстегнута, он погружен в себя. С большим вниманием обращается Никитин к внутренней характеристике своего героя, к раскрытию его душевного мира.

Лицо гетмана резко отличается от холеных аристократических лиц, типичных для портретной живописи XVIII века. Долгая, трудная, суровая жизнь, полная военных забот, оставила неизгладимые следы на этом волевом и мужественном лице. Воспаленные, слегка сощуренные глаза с их пристальным взглядом выражают острый ум и спокойную решительность. Во всем облике гетмана ощущаются внутренняя сила и глубокое сознание своего достоинства, свойственные выдающимся людям.

Никитин изобразил одного из тех своих современников, которые выдвинулись не благодаря своему «высокому» происхождению и не знатностью своего рода, а собственным трудом и талантом.

После смерти Петра I, Никитина тяготит засилье иностранных временщиков, отказ от петровской политики. Он не умеет скрывать своих взглядов, хранит дома пасквиль с обвинениями вице-президенту Синода Феофану Прокоповичу, а косвенно - правящему режиму, и в августе 1732 года художника арестовывают. Пять лет допросов и пыток в казематах Петропавловской крепости. Только в ноябре 1737 года Кабинет министров утверждает приговор: «Учинить наказание - бить плетьми и сослать в Сибирь на житье вечно под караулом». Четыре года провел художник в Тобольске. Написал иконостас для восстанавливаемого после пожара Софийского собора, портрет митрополита Антония. Только в 1742 году, освобожденный по указу вступившей на престол Елизаветы, выехал Никитин в Москву. Но ссылка отняла у мастера не только духовные, но и физические силы, и в дороге он умирает.

• Андрей Матвеевич (?) Матвеев

Родился между 1701 и 1704 годами. Его отчество точно не известно, а биография художника изобилует пробелами и неясностями.

В 1716 году по указу Петра I талантливый мальчик недворянского происхождения был послан для обучения живописи в Голландию. (1716 – 1727 гг.)

Начинающий живописец провел в Голландии и Фландрии одиннадцать лет.

Он первым из русских мастеров получил полноценное западноевропейское художественное образование.

В Россию молодой художник вернулся уже после смерти своих царственных покровителей — Петра I и Екатерины I, в 1727 г. Матвеева зачислили в штат Канцелярии от строений.

В 1731 году он получил звание мастера и возглавил живописную команду Канцелярии, главного государственного учреждения, в ведении которого находились архитектурные и живописные работы в стране.

Матвеев писал батальные картины для Летнего дома, живописные работы для Петергофа, оформлял Аничковские и Адмиралтейские триумфальные ворота.

Художник участвовал в росписи Петропавловского собора, царских резиденций в Петербурге, до конца своих дней он писал иконы для церкви святых Симеона и Анны.

Самое интересное из оставшегося наследия Андрея Матвеева — это его портреты. Их дошло до наших времен очень немного, среди них: портрет Петра I (середина 1720-х гг.), «Парные портреты князей Голицыных» (1728 г.), «Автопортрет с женой» (1729 г.).

Умер Андрей Матвеев, как и многие отечественные художники, в нищете, в апреле 1739 г. в возрасте 37 лет.