4.2. Результаты сравнительного анализа поведения четырех групп грызунов в «открытом поле»

Рис. 12. Длина пути, усредненная по группам, в арене «открытого поля» за все 8 минут тестирования. Rat f – самки b rat m – самцы крыс линии Long-Evans, CBA – самцы мышей линии CBA, С57BL/6 - самцы мышей этой линии.

Значимых различий между экспериментальными группами в горизонтальной активности по результатам теста Манна-Уитни, не выявлено.

Рис. 13. Число болюсов, усредненное по группам, в арене «открытого поля» за все 8 минут тестирования. Rat f – самки и rat m – самцы крыс линии Long-Evans, CBA – самцы мышей линии CBA, С57BL/6 - самцы мышей этой линии.

Значимых различий в общем уровне дефекации, по результатам теста Манна-Уитни, не выявлено.

Рис. 14. Средняя скорость, усредненная по группам, в арене «открытого поля» за все 8 минут тестирования. Rat f – самки и rat m – самцы крыс линии Long-Evans, CBA – самцы мышей линии CBA, С57BL/6 - самцы мышей этой линии.

Значимых различий в средней скорости передвижения, по результатам теста Манна-Уитни, не выявлено.

Рис. 15. Общая длительность фризинга, усредненная по группам, в арене «открытого поля» за все 8 минут тестирования. Rat f – самки и rat m – самцы крыс линии Long-Evans, CBA – самцы мышей линии CBA, С57BL/6 - самцы мышей этой линии.

Значимых различий в общей длительности фризинга, по результатам теста Манна-Уитни, не выявлено. Надо отметить, что фризинга практически не наблюдалось, самцы крыс демонтрировали максимальную длительность фризинга: в среднем,14 секунд за 8 минут тестирования.

Рис. 16. Число эпизодов фризинга, усредненное по группам, в арене «открытого поля» за все 8 минут тестирования. Rat f – самки и rat m – самцы крыс линии Long-Evans, CBA – самцы мышей линии CBA, С57BL/6 - самцы мышей этой линии.

Распределение частоты эпизодов фризинга по группам соответсвует распределению общей длительности. Значимых различий в этом показателе, по результатам теста Манна-Уитни, не выявлено.

Рис. 17. Общая длительность груминга, усредненная по группам, в арене «открытого поля» за все 8 минут тестирования. Rat f – самки и rat m – самцы крыс линии Long-Evans, CBA – самцы мышей линии CBA, С57BL/6 - самцы мышей этой линии.

Значимых различий в этом показателе, по результатам теста Манна-Уитни, не выявлено.

Рис. 18. Число эпизодов груминга, усредненная по группам, в арене «открытого поля» за все 8 минут тестирования. Rat f – самки и rat m – самцы крыс линии Long-Evans, CBA – самцы мышей линии CBA, С57BL/6 - самцы мышей этой линии. * - значимое различие в тесте Манна-Уитни (p<0.05).

Самцы крыс совершали меньше актов груминга, чем самки и чем самцы мышей линии С57BL/6.

Рис. 19. Число стоек, усредненное по группам, в арене «открытого поля» за все 8 минут тестирования. Rat f – самки и rat m – самцы крыс линии Long-Evans, CBA – самцы мышей линии CBA, С57BL/6 - самцы мышей этой линии. * - значимое различие в тесте Манна-Уитни (p<0.05).

Мыши линии С57BL/6 совершали больше стоек, чем мыши линии CBA и чем самцы крыс Long-Evans.

5. Обсуждение результатов

В поведении крысы № 5 отчетливо видно столкновение двух мотиваций. Высокая горизонтальная и вертикальная активность и низкий уровень дефекации (табл. 2), т.е. признаки эмоциональной нереактивности, сочетались с низкой активностью в центре арены (рис. 5, 7) и высокой продолжительностью груминга, особенно ко второй половине тестирования (табл. 2, рис. 2,3). Груминг чаще всего интерпретируется как показатель тревожности и, соответсвенно, доминирования пассивно-оборонительной, а не исследовательской, мотивации в тесте. Высокая скорость передвижения в центре (рис. 6) также свидетельствует о высоком уровне тревожности. В целом, временная динамика поведения крысы № 5 в арене «открытоого поля» такова. В первую половину тестирования наблюдалась высокая вертикальная и горизонтальная активность, которая снизилась ко второй половине на фоне появившегося груминга. Это свидетельтсвует о том, что по мере пребывания животного в арене рос его уровень тревожности, и уменьшалась исследовательская мотивация, не приводящая к избавлению от экспериментальной среды. Между тем, признаки тревожности стали проявляться достаточно поздно (груминг - к 5-6 минуте), так что крысу скорее стоит отнести к неэмоциональному типу.

Поведение мыши CBA4 также неоднозначно. Она прошла меньшую дистанция с меньшей скоростью, чем в среднем мыши линии CBA в эксперименте, демонстрируя при этом более низкую вертикальную активность и более высокий уровень дефекации (табл. 1, рис. 12-14, 19). Это свидетельствует о сниженном уровне исследовательской мотивации. Между тем, практически полное отсуствие отсутсвие фризинга и груминга у этой мыши не позволяет судить о повышенной пассивно-оборонительной мотивации. Напротив, крыса не демонстрировала признаков тревожности. Вполне вероятно, что по крайней мере частично снижение горизонтальной и вертикальной активности связано не со снижением исследовательской активности, и с пониженной тревожностью. Временная динамика показателей поведения у обсуждаемой мыши более «ровная», чем у крысы № 5, что опять же говорит о низком уровне тревожности. Часто признаки тревожности проявляются не сразу, а спустя некоторое время тестирования в «открытом поле». В случае с мышью CBA4 этого не наблюдали. Низкая активность в центре (рис. 5, 6, 7), вероятно, связана с более выраженной, чем у крыс, тягой к закрытым неосвещенным пространствам. Принимая во внимание комплекс полученных результатов, можно заключить, что мышь CBA4, скорее всего, относится к неэмоциональному типу. Вполне возможно, также, что отличие поведения мыши CBA4 от среднего по группе связано с тем, что она, в отличие от представителей группы CBA, самка.

Одним из крупных недостатков поведенческих тестов, и «открытое поле» не исключение, является высокая индивидуальная вариабельность показателей поведения. Это сталкивает экспериментатора с проблемой высокой дисперсии, накладывающей на него необходимость проводить опыты на как можно больших группах животных. Вероятно, это послужило причиной скудности достоверных различий, полученных в данном эксперименте. Между тем, самки крыс демонстрировали большее число актов груминга, чем самцы, при равной общей длительности. Таким образом, эти акты груминга были короче у самок, чем у самцов. Возможно, тяга к частому умыванию у самок, обусловлена гормональным фоном. У мышей линии C57BL/6 – на этот раз самцов – частота груминга также выше, чем у самцов крыс Long-Evans. Таким образом, частоту груминга в «открытом поле» необходимо расматривать как видо- и полоспецифичный показатель.

Мыши C57BL/6 демонстрировали самую высокую вертикальную активность среди исследованных групп., достоверно большую, чем у мышей CBA и самцов крыс. Таким образом, вертикальная активность тоже видоспецифична.