Глава 1. Общая характеристика классического направления

1.1. Определение классической политической экономии

Классическая политическая экономия возникла тогда, когда предпринимательская деятельность вслед за сферой торговли, де­нежного обращения и ссудных операций распространилась также на многие отрасли промышленности и сферу производства в це­лом. Поэтому уже в мануфактурный период, который выдвинул на первый план в экономике капитал, занятый в сфере производства, протекционизм меркантилистов уступил свое доминирующее по­ложение новой концепции — концепции экономического либерализ­ма, базирующейся на принципах невмешательства государства в экономические процессы, неограниченной свободы конкуренции предпринимателей.

Указанный период ознаменовал начало действительно новой школы политической экономии, которую классической называют прежде всего за научный характер многих ее теорий и ме­тодологических положений, лежащих и в основе современной эконо­мической науки.

В результате разложения меркантилизма и усиления нарастаю­щей тенденции ограничения прямого государственного контроля над экономической деятельностью «доиндустриальные условия» утратили былую значимость и возобладало «свободное частное предпринимательство». Последнее, по словам П.Самуэльсона, привело «к условиям полного laissez faire (т.е. абсолютного невме­шательства государства в деловую жизнь), события начали при­нимать другой оборот», и только «…с конца XIX в. почти во всех странах происходило неуклонное расширение экономических фун­кций государства».

В действительности принцип «полного laissez faire» стал глав­ным девизом нового направления экономической мысли — классической политической экономии, а ее представители раз­венчали меркантилизм и пропагандируемую им протекциони­стскую политику в экономике, выдвинув альтернативную кон­цепцию экономического либерализма. При этом классики обо­гатили экономическую науку многими фундаментальными по­ложениями, во многом не потерявшими свою актуальность и в настоящее время.

Следует отметить, что впервые термин «классическая полити­ческая экономия» употребил один из ее завершителей К.Маркс для того, чтобы показать ее специфическое место в «буржуазной по­литической экономии». И состоит специфика, по Марксу, в том, что от У.Петти до Д.Рикардо в Англии и от П.Буагильбера до С.Сисмонди во Франции классическая политическая экономия «исследовала действительные производственные отношения буржуазного общества».

В современной зарубежной экономической литературе, отдавая должное достижениям классической политической экономии, не идеализируют их. Одновременно в системе экономического обра­зования большинства стран мира выделение «классической шко­лы» в качестве соответствующего раздела курса истории экономи­ческих учений осуществляется прежде всего с точки зрения при­сущих трудам ее авторов общих характерных признаков и черт. Такая позиция позволяет отнести к числу представителей классической политической экономии целый ряд ученых XIX столетия — пос­ледователей знаменитого А.Смита.

Например, один из ведущих экономистов современности про­фессор Гарвардского университета Дж.К.Гэлбрейт в своей книге «Экономические теории и цели общества» считает, что «идеи А.Смита подверглись дальнейшему развитию Давидом Рикардо, То­масом Мальтусом и в особенности Джоном Стюартом Миллем и получили название классической системы». В широко распростра­ненном во многих странах учебнике «Экономикс» американского ученого, одного из первых лауреатов Нобелевской премии по эко­номике П.Самуэльсона также утверждается, что Д.Рикардо и Дж.С.Милль, являясь «главными представителями классической школы… развили и усовершенствовали идеи Смита».

1.2. Этапы развития классической политической экономии

По общепринятой оценке классическая политическая экономия зародилась в конце XVII — начале XVIII в. в трудах У.Петти (Анг­лия) и П.Буагильбера (Франция). Время ее завершения рассматри­вается с двух теоретико-методологических позиций. Одна из них — марксистская — указывает на период первой четверти XIX в., и завершителями школы считаются английские ученые А.Смит и Д. Рикардо. По другой — наиболее распространенной в научном мире — классики исчерпали себя в последней трети XIX в. труда­ми Дж.С.Милля.

В развитии классической политической экономии с определен­ной условностью можно выделить четыре этапа.

Первый этап охватывает период с конца XVII в. до начала вто­рой половины XVIII в. Это этап существенного расширения сфе­ры рыночных отношений, аргументированных опровержений идей меркантилизма и его полного развенчания. Главные представите­ли начала данного этапа У.Петти и П.Буагильбер безотноситель­но друг от друга первыми в истории экономической мысли выд­винули трудовую теорию стоимости, в соответствии с которой источником и мерилом стоимости является количество затрачен­ного труда на производство той или иной товарной продукции или блага. Осуждая меркантилизм и исходя из причинной зависимос­ти экономических явлений, основу богатства и благосостояния государства они видели не в сфере обращения, а в сфере произ­водства.

Завершила первый этап классической политической экономии так называемая школа физиократов, получившая распространение во Франции в середине и начале второй половины XVIII в. Веду­щие авторы этой школы Ф.Кенэ и А.Тюрго в поисках источника чистого продукта (национального дохода) решающее значение наряду с трудом придавали земле. Критикуя меркантилизм, физи­ократы еще более углубились в анализ сферы производства и ры­ночных отношений, хотя и в основном в области сельского хозяй­ства, неправомерно отдаляясь от анализа сферы обращения.

Второй этап развития классической политической экономии охватывает период последней трети XVIII в. и несомненно связан с именем и трудами А.Смита — центральной фигуры среди всех ее представителей. Его «экономический человек» и «невидимая рука» провидения убедили не одно поколение экономистов о естествен­ном порядке и неотвратимости независимо от воли и сознания людей стихийного действия объективных экономических законов. Во мно­гом благодаря ему вплоть до 30-х гг. XX столетия неопровержимым считалось положение о полном невмешательстве правительствен­ных предписаний в свободную конкуренцию. И это о нем, как правило, говорят, что «…ни один западный студент, ученый не может считать себя экономистом без знания его (А.Смита. — Я.Я.) трудов».

По мнению Н.Кондратьева, под влиянием воззрений А.Смита у классиков все их учение — это проповедь хозяйственного строя, опирающегося на принцип свободы индивидуальной хозяйствен­ной деятельности как идеала». Авторы одной из популярных книг начала XX в. «История экономических учений» Ш. Жид и Ш. Рист отмечали, что главным образом авторитет А.Смита превратил день­ги в «товар, еще менее необходимый, чем всякий другой товар, обременительный товар, которого надо по возможности избегать. Эту тенденцию дискредитировать деньги, проявленную Смитом в борьбе с меркантилизмом, — пишут они, — подхватят потом его последователи, и преувеличив ее, упустят из виду некоторые осо­бенности денежного обращения».. Нечто похожее утверждает Шумпетер, говоря о том, что А.Смит и его последователи «пы­таются доказать, что деньги не имеют важного значения, но в то же время сами не в состоянии последовательно придерживаться этого тезиса». И только некоторое снисхождение этому упуще­нию классиков (прежде всего А.Смиту и Д.Рикардо) делает М.Блауг, полагая, что «…их скептицизм по отношению к денежным панацеям был вполне уместен в условиях экономики, страдающей от недостатка капитала и хронической структурной безработицы».

Следует отметить, что классическими по праву считаются и от­крытые А.Смитом (по материалам анализа булавочной мануфак­туры) законы разделения труда и роста его производительности. На его теоретических изысканиях в значительной мере основыва­ются также современные концепции о товаре и его свойствах, доходах (заработной плате, прибыли), капитале, производитель­ном и непроизводительном труде и другие.

Третий этап эволюции классической школы политической эко­номии приходится на первую половину XIX в., когда в ряде раз­витых стран завершился промышленный переворот. В течение это­го периода последователи и в том числе ученики А.Смита (так называли себя многие из них) подвергли углубленной проработ­ке и переосмыслению основные идеи и концепции своего куми­ра, обогатили школу принципиально новыми и значимыми тео­ретическими положениями. В числе представителей данного этапа следует особо выделить французов Ж.Б.Сэя и Ф.Бастиа, англичан Д.Рикардо, Т.Мальтуса и Н.Сениора, американца Г.Кэри и др. Хотя эти авторы, следуя, как они утверждали, А.Смиту, происхожде­ние стоимости товаров и услуг видели либо в количестве затрачен­ного труда либо в издержках производства (но такого рода затратный подход в действительности оставался недоказательным), все же каждый из них оставил в истории экономической мысли и ста­новления рыночных отношений довольно заметный след.

Так, Ж.Б.Сэй в своем догматичном с позиций современной экономической теории «законе рынков» впервые ввел в рамки экономического исследования проблематику равновесия между спросом и предложением, реализации совокупного общественно­го продукта в зависимости от конъюнктуры рынка. В основу этого «закона», как очевидно, и Ж.Б.Сэй, и другие классики вкладыва­ли положение о том, что при гибкой заработной плате и подвиж­ных ценах процентная ставка будет уравновешивать спрос и пред­ложение, сбережения и инвестиции при полной занятости.

Д.Рикардо более других своих современников полемизировал с А.Смитом. Но, разделяя всецело взгляды последнего о доходах «главных классов общества», он впервые выявил закономерность имеющей место тенденции нормы прибыли к понижению, разра­ботал законченную теорию о формах земельной ренты. К его зас­лугам необходимо отнести также одно из лучших обоснований закономерности изменения стоимости денег как товаров в зави­симости от их количества в обращении.

Четвертый этап развития классической полити­ческой экономии охватывает период второй половины XIX в., в течение которого упомянутые выше Дж.С.Милль и К.Маркс обоб­щили лучшие достижения школы, С другой стороны, к этому вре­мени уже обретали самостоятельное значение новые, более про­грессивные направления экономической мысли, получившие впос­ледствии названия «маржинализм» (конец XIX в.). Что касается новаторства идей англича­нина Дж.С.Милля и К.Маркса, писавшего свои труды в изгнании из родной Германии, то эти авторы классической школы, будучи строго привержены положению об эффективности ценообразования в условиях конкуренции и осуждая классовую тенденциозность и вульгарную апологетику в экономической мысли, все же сим­патизировали рабочему классу, были обращены «к социализму и реформам». К.Маркс, кроме того, особо подчеркивал усиливающуюся эксплуатацию труда капиталом, которая, обостряя классовую борьбу, должна, на его взгляд, неизбежно привести к диктатуре пролетариата, «отмиранию государства» и равновесной экономике бесклассового общества.

1.3. Особенности предмета и метода изучения классической политической экономии

Изучая общую характеристику исто­рии классической политической экономии, необходимо выделить ее единые признаки, подходы и тенденции в части предмета и метода изучения и дать им оценку.

Во-первых, преимущественный анализ проблем сферы производства в отрыве от сферы обращения, выработка и приме­нение прогрессивных методологических приемов исследования, включая причинно-следственный, дедуктивный и индуктивный, логическую абстракцию. Одновременно подход с классовых позиций на наблюдаемые «законы производства» и «про­изводительный труд» снимал любые сомнения по поводу того, что полученные с помощью логической абстракции и дедукции пред­сказания следовало бы подвергнуть опытной проверке. В результа­те свойственное классикам противопоставление друг другу сфер производства и обращения, производительного и непроизводитель­ного труда стало причиной недооценки закономерной взаимосвя­зи хозяйствующих субъектов этих сфер («человеческого фактора»), обратного влияния на сферу производства денежных, кредитных и финансовых факторов и других элементов сферы обращения.

Классики при решении практических задач ответы на основные вопросы давали, ставя эти вопросы, как выразился Н.Кондратьев, «оценочно». Это обстоятельство также не способствовало объективности и после­довательности экономического анализа и теоретического обобще­ния классической школы политической экономии.

Во-вторых, опираясь на причинно-следственный анализ, расчеты средних и суммарных величин экономических показателей, классики пытались выявить механизм происхож­дения стоимости товаров и колебания уровня цен на рынке не в связи с «естественной природой» денег и их количеством в стра­не, а в связи с издержками производства.

Однако затратный принцип определения уровня цен классической школой не увязывался с другим важным аспектом рыночных эко­номических отношений — потреблением продукта (услуги) при изменяющейся потребности в том или ином благе с добавлением к нему единицы этого блага.

В-третьих, категория «стоимость» признавалась авторами клас­сической школы единственной исходной категорией экономическо­го анализа, от которой как на схеме генеалогического древа отпоч­ковываются (вырастают) другие производные по своей сути кате­гории. Кроме того, подобного рода упрощение анализа и систе­матизации привело классическую школу к тому, что само эконо­мическое исследование как бы имитировало механическое следо­вание законам физики, т.е. поиск сугубо внутренних причин хо­зяйственного благополучия в обществе без учета психологических, моральных, правовых и других факторов социальной среды.

В-четвертых, исследуя проблематику экономического роста и повышения благосостояния народа, классики не просто исходи­ли из принципа достиже­ния активного торгового баланса (положительного сальдо), а пы­тались обосновать динамизм и равновесность состояния эконо­мики страны. Однако при это они обходились без серьезного математического анализа, применения методов мате­матического моделирования экономических проблем, позволяю­щих выбрать наилучший (альтернативный) вариант из определен­ного числа состояний хозяйственной ситуации.

В-пятых, деньги, издавна и традиционно считавши­еся искусственным изобретением людей, в период классической политической экономии были признаны стихийно выделившимся в товарном мире товаром, который нельзя «отменить» никакими соглашениями между людьми. Среди классиков единственным, кто требовал упразднения денег, был П.Буагильбер. В то же время многие авторы классической школы вплоть до середины XIX в. не придавали должного значения разнообразным функциям денег, выделяя в основном одну — функцию средства обращения, т.е. трактуя денежный товар как вещь, как техническое средство, удоб­ное для обмена. Недооценка же других функций денег была обу­словлена недопониманием обратного влияния на сферу производ­ства денежно-кредитных факторов.