Особенности кодификации в период нэпа

Начало 1920-х годов было ознаменовано переходом к НЭПу, который был провозглашен в марте 1921 года X съездом партии, что обусловило два противоположных процесса: отмену чрезвычайных норм и классового подхода с упором на законность - и усиление репрессивного механизма (установленного законом) для предотвращения «государственных» преступлений. Правовая система в своей особой части начинает поворот от борьбы с классовым врагом к борьбе против оппозиции внутри самой советской системы. Развернулась новая дискуссия по вопросу о революционной законности в ее отношении к экономике переходного периода. Как отмечает И. Исаев, «первоначальную роль источника права играло революционное правосознание. Поскольку практика и «революционное мировоззрение трудящихся масс» в тот период еще не могли принимать форму определенных законов, а старое законодательство

было неприемлемым для нового строя, революционное правосознание оставалось почти единственным источником права».² Правоведы 20-х гг. отводили главное место судебному решению как ведущей форме правотворчества. Это отчасти объяснялось тем, что декреты этого периода (1917—1920) были разрознены и не приведены в систему. На данном этапе «революционное правосознание» составляло стереотип «революционной законности» вообще, которая, в свою очередь, почти совпадала с представлением о «революционной целесообразности». Лишь к концу периода «военного коммунизма» в правовой теории произошла определенная дифференциация этих категорий. Правосознание стало рассматриваться в качестве ведущего принципа правотворчества, положенного в основу законодательства и наиболее определенно выявляющегося в содержании принимаемых кодексов. Сама кодификация рассматривалась в этой связи только как этап в осуществлении революционного правосознания.

Советские правоведы 20-х гг. столкнулись со значительным противоречием, заложенным в самой правовой системе переходного периода, между «пролетарским судом» и «буржуазным правом». Праву переходного периода наряду с принципом целесообразности был присущ и принцип «справедливости».

Уже в 1919 г. П. Стучка предложил начать кодификацию нового права. Главенствующее место должна была занять Конституция. Далее шло «социальное право», включающее семейное и право социального обеспечения. Затем должны были располагаться «имущественные права», точнее, нормы, отменяющие и ограничивающие эти права (о национализации земли и производства), а также «допустимость применения пережитков частной собственности переходного времени». Завершать сборник должны были кодифицированные правила о труде, «остатки договорного» и международное право. 20-е гг. стали периодом интенсивной кодификационной работы. Были приняты и вступили в действие Гражданский, Уголовный, Земельный, Гражданский процессуальный. Уголовно-процессуальный кодексы. Кодекс законов о труде, разработаны проекты Хозяйственного, Торгового, Промышленного, Кооперативного, Административного кодексов, а также разработана и принята Конституция РСФСР.