3. Основные проблемы средств нетарифного регулирования государств-членов Евразийского экономического союза

Применение нетарифных барьеров становится все более актуальным вопросом в повестке дня многих государств и интеграционных объединений. Для обеспечения более продуктивной работы по устранению подобных барьеров в рамках ЕАЭС государствам-членам стоит расширить соответствующие полномочия Союза и ЕЭК.

Сегодня в многосторонней торговой системе все большую долю среди всех торговых ограничений занимают нетарифные барьеры. Одной из причин этого являются результаты переговоров по либерализации торговли, проведенных в рамках ВТО в ходе Уругвайского раунда. Связано это с тем, что в настоящее время нетарифные барьеры остаются одним из немногих способов защитить внутренний рынок, однако не все из них соответствуют правилам, установленным соглашениями ВТО.

При этом объем и содержание понятия «нетарифные барьеры» остаются не определёнными, несмотря на широкое обсуждение проблематики таких торговых препятствий на всех международных консультативных площадках, занимающихся вопросами торговли. Так, ОЭСР относит к нетарифным барьерам все препятствия в торговле, которые не касаются тарифов. ЮНКТАД, в свою очередь, рассматривает нетарифные барьеры как меры в области торговой политики, не относящиеся к таможенным тарифам и влияющие на международную торговлю товарами посредством воздействия на объемы товарных потоков и их цены или на оба показателя одновременно.

Также ЮНКТАД в 2010 г. разработал достаточно обширную классификацию мер нетарифного регулирования в целом, которая разделяет их на 16 отдельных типов. Наряду с хорошо известными мерами, такими как санитарные и фитосанитарные меры (СФС), технические барьеры в торговле (ТБТ), таможенные процедуры, квоты и лицензирование, в список нетарифных мер ЮНКТАД также вошли меры ценового контроля, дополнительные налоги и сборы, меры, влияющие на конкуренцию, финансовые меры, субсидии и другие.

На сегодняшний день в рамках Евразийского экономического союза (ЕАЭС) полным ходом идет работа по устранению или смягчению широкого спектра нетарифных барьеров во взаимной и внешней торговле, которые в значительной степени соответствуют классификации ЮНКТАД, но не полностью совпадают с ней. В частности, в соответствии со статьей 46 Договора о Евразийском экономическом союзе комплекс мер нетарифного регулирования включает в себя:

• запрет ввоза и (или) вывоза товаров;

• количественные ограничения ввоза и (или) вывоза товаров;

• исключительное право на экспорт и (или) импорт товаров;

• автоматическое лицензирование (мониторинг) экспорта и (или) импорта товаров;

• разрешительный порядок ввоза и (или) вывоза товаров.

При этом стоит отметить, что данный комплекс мер направлен в первую очередь на регулирование иностранных товаров, произведенных за пределами единого рынка ЕАЭС.

Другие положения Договора предусматривают работу по устранению нетарифных барьеров в отношении как внутренних, так и иностранных товаров в сфере СФС (раздел XI), ТБТ (раздел X), таможенных процедур (раздел VIII), в том числе предотгрузочных инспекций и других формальностей, а также по применению классического набора инструментов торговой политики (раздел IX), включая специальные защитные, антидемпинговые и компенсационные меры.

В то же время вопросы, касающиеся применения субсидий и мер, связанных с правом интеллектуальной собственности, а также ограничений на распространение товаров, послепродажное обслуживание и государственные закупки (для иностранных компаний, учрежденных за пределами ЕАЭС), продолжают регулироваться странами-участницами Союза на национальном уровне. Таким образом, эти и некоторые другие нетарифные меры, входящие в классификацию ЮНКТАД, сегодня не в полной мере относятся к компетенции ЕАЭС и/или не входят в полномочия Евразийской экономической комиссии (ЕЭК).

Данная ситуация негативно сказывается на эффективности работы интеграционного объединения и его органов (в частности ЕЭК) по устранению нетарифных барьеров. Еще больше этот процесс отягощается тем фактом, что регулирование торговли услугами (и соответственно работа по устранению барьеров в торговле услугами) практически полностью выходит за рамки полномочий ЕАЭС. Кроме того, ЕЭК ограничена в своих полномочиях не только по принципу конкретных типов мер, но и по товарам, на которые они распространяются.

Следует отметить, что ЕЭК имеет достаточно положительный послужной список во внедрении новых мер регулирования торговли (включая тарифные и нетарифные меры), большинство из которых не являются ограничительными, что подтверждается данными ресурса Global Trade Alert.

Так, количество разрешительных мер, принятых ЕЭК, насчитывает порядка 53, против 4 мер Беларуси, 2 мер Казахстана и 44 мер России. При этом в тот же период Беларусь ввела 90 запретительных мер (дискриминационных и вступивших в силу), Казахстан – 15 мер и Россия – 182 меры, против 50 мер, введённых ЕЭК.

В целом на основе приведенных данных Global Trade Alert можно сделать вывод о том, что соотношение новых ограничительных мер к неограничительным мерам у национальных органов выше, чем у ЕЭК за весь период ее существования. Данный послужной список является очередным позитивным сигналом, который подчеркивает перспективность ЕЭК как площадки по дальнейшей либерализации внутреннего рынка и успешному снижению нетарифных барьеров в рамках ЕАЭС.

В этой связи и, несмотря на ограниченные полномочия, в соответствии с Распоряжением №7 Совета Евразийской экономической комиссии от 23 апреля 2015 г., ЕЭК продолжает работу по выявлению и устранению взаимных барьеров во внутренней торговле ЕАЭС. Для целей систематизации этой деятельности ЕЭК подготовила собственную классификацию категорий препятствий во взаимной торговле государств-членов ЕАЭС, которая включает в себя барьеры, изъятия и ограничения. Стоит отметить, что по возможности такие препятствия также классифицируются и в соответствии с перечнем нетарифных мер ЮНКТАД.

C целью оценки результатов уже проделанной работы в сфере устранения нетарифных барьеров в рамках ЕАЭС, Евразийский банк развития (ЕАБР) совместно с ЕЭК в этом году провел соответствующее исследование.

В целом расчеты, приведенные в анализе ЕАБР, показали, что российские и казахстанские экспортеры в большей степени подвержены ограничительному влиянию нетарифных барьеров на торговлю с государствами-членами ЕАЭС, чем белорусские предприятия-экспортеры. В частности, серьезные ограничения были зафиксированы при поставках товаров текстильного и швейного производства, пищевых продуктов, обуви и изделий из кожи в Республику Беларусь. Также казахстанские промышленники сталкиваются с заметными трудностями при экспорте продукции машиностроительного комплекса в Республику Беларусь.

Кроме того, вне зависимости от направления торговли в рамках ЕАЭС существенные затруднения возникают при экспорте товаров химической промышленности, а также резиновых и пластмассовых изделий. Данные ЕАБР позволяют сделать вывод о том, что в рамках Союза действует неравное регулирование.

В качестве последних примеров работы ЕЭК в выравнивании регулирования можно привести устранение повышенной ставки налога на добавленную стоимость (НДС) в Российской Федерации применительно к сокам для детского питания, ввозимым в упаковках объемом более 0,35 литра, а также отмену института «специмпортёров» в отношении рыбы и рыбной продукции в Республике Беларусь.

Важный вывод, который был сделан исследователями ЕАБР, заключается в том, что даже относительно небольшое уменьшение нетарифных барьеров (на 10% кумулятивно) оказывает заметное положительное влияние на благосостояние граждан и предприятий в ЕАЭС.

Также доклад ЕАБР отмечает различный уровень выгоды, которую могут получить государства-члены ЕАЭС от снижения нетарифных барьеров.

Кроме того, расчеты ЕАБР показывают, что снижение нетарифных барьеров на пространстве ЕАЭС окажет положительное влияние на белорусское и казахстанское машиностроение, белорусское химическое производство и металлургию, а также на российскую пищевую промышленность, сельское хозяйство и производство кожи и изделий из нее.