Глава 1.Терроризм как угроза обеспечения безопасности объектов государственной охраны и охраняемых объектов

1. Исторические закономерности применения террористических методов борьбы в отношении объектов государственной охраны в России и за рубежом

Терроризм как массовое социально-политическое явление возник в конце XVIII века. Некоторые исследователи-террологи связывают его зарождение с началом Великой французской революции 1789 г., когда впервые терроризм как метод политического действия был использован в качестве насильственного способа решения политических проблем и применен радикальными революционерами для уничтожения политических противников. Следует отметить, что первоначально под терроризмом, прежде всего, понималась политика государственного террора по опыту Французской революции.

Бывший ранее уделом отчаявшихся одиночек, во второй половине XIX века терроризм перерос в особое социально-политическое явление со своей идеологией, политическими целями, структурировался в боевые организации и группы, открыто выступающие за смену государственного строя насильственным путем.

Наиболее широко в качестве оружия политической борьбы террор использовался в России в первое десятилетие двадцатого века, хотя в арсенале революционного демократического движения он появился в конце Х1Х столетия¹.

Это было связано с выходом на политическую арену многочисленной, влиятельной партии социалистов революционеров, которые сделали на него главную ставку².

Основанием, на котором в последней четверти Х1Х в. в России сформировалось явление, получившее название политический терроризм, нужно рассмотреть: традиции крестьянских бунтов (Булавин, Болотников, Разин, Пугачев); идеи Французской революции; учения германских философов и социалистов (Штирнер, Ницше, Маркс); манифесты и памфлеты российских революционеров (Бакунин, Нечаев, Кравчинский, Морозов, Кропоткин).

После болезненного поражения России в Крымской войне 1853-1856 гг. небольшие группы революционеров пришли к заключению, что только посредством сильного «удара по центру» и особенно убийства царя можно либо заставить пойти на уступки деморализованное правительство, либо побудить людей к тому, чтобы он осуществлял свои желания без страха перед существующим режимом, который был неспособен к самообороне.

Говоря иначе, если террор представлялся им удобным для достижения собственных целей, они не только принимали его, но и пропагандировали и осуществляли.

Террор всегда шел в ногу с прогрессом. Если до конца 1870-х годов главным оружием покушавшихся были револьвер и кинжал, то с конца 1870-х годов главной технической новинкой народовольцев стали надежные и эффективные бомбы, начиненные динамитом. Начавшийся XX век видоизменил не только методы террористи­ческой борьбы, но и средства террора.

С начала XX века в качестве оружия террора рассматривалась винтовка. В руках опытного стрелка вполне хвата­ло прицельной дальности трехлинейной винтовки Мосина, даже без оптики, для единственного удачного выстрела. Джунковский В.Ф. мимоходом упоминал, что якобы имелся план застрелить Столыпина П.А. из винтовки.

Вполне возможно, что от винтовки отказались по причине нарушения сложившейся «этики» террора: выстрел, раздавшийся с какого-нибудь чердака или из окна, очень напоминал бы банальное убийство. Эсеровские террористы по-прежнему с самоубийственным упорством стремились подойти к своей жертве вплотную.

Применение авиации для осуществления террористических операций было в то время маловероятным. Во-первых, для действенной бомбардировки Александровского дворца в Царском Селе или Александрии в Петергофе необходимо было, чтобы летательный аппарат нес значительную бомбовую нагрузку. В этот период такие конструкции только прорабатывались.

Во-вторых, нанесение бомбового удара с территории сопредельного государства также ставило этот проект под сомнение.

В-третьих, точность бомбометания оставалась невысокой, а именно точность требовалась для разрушения царских дворцов. В-четвертых, эсерам трудно было бы объяснить неизбежную гибель множества людей в результате бомбардировки.

Информацию о возможном покушении с помощью летатель­ного аппарата охранные структуры восприняли всерьез. Так, во время допроса бывшего директора Департамента полиции в 1917 г Белецкого С.П. подтвердилось, что террористы предполагали сбросить с самолета бомбу¹.

На заседаниях особой комиссии вырабатывался ряд мер, регулирующих полеты над царскими резиденциями. Предлагалось обязать заводы и таможни ставить в известность полицию обо всех заказах на летательные аппараты. Все «летательные снаряды» должны были регистрироваться, а аэроклубы – давать свои машины только хорошо известным лицам. Категорически запрещалось во время полетов приближаться к царским резиденциям. Устанавливалась ответственность (судебная и административная) за нарушение этих правил.

В марте 1910 года эсеры рассматривали проект покушения на царя с применением сверхмалой подводной лодки. Николай II каждое лето проводил время в финляндских шхерах на яхте «Штандарт», поэтому террористы считали возможным взорвать корабль «таким способом, который бы не оставлял лицам, находящимся в нем, никаких шансов на спасение».

По проектным чертежам сверхмалая подводная лодка имела следующие параметры: длина 6 м, диаметр 2 м, водоизмещение 11 т, погружение до 30 м, экипаж три человека. На лодке размещались динамомашина, бензиновый мотор и ручной двигатель. Проектом предусматривался способ доставки подводной лодки от места строительства (Лондон) к месту действия (Петербург) и способ хранения лодки до и после ее применения. Лодка была вооружена четырьмя стокилограммовыми минами, которые предполагалось прикрепить к днищу «Штандарта», а затем взорвать с помощью электрокабеля с расстояния в 200-300 метров.

Департамент полиции, имея к этому времени разветвленную сеть агентуры среди эсеров, узнал об этом малореализуемом проекте, однако информацию воспринял всерьез, и охрана царя учла ее при организации летнего отдыха Николая II.

Современные исследователи оценивают проект создания сверхмалой подводной лодки как вполне реальный для того времени: «В целом рассматриваемый проект являлся на момент его представления в 1910 году добросовестной, высоко оригинальной, достаточно полно обоснованной и, безусловно, технически осуществимой разработкой».

Но из-за своей дороговизны – 80 тысяч рублей – проект так и остался на бумаге. К тому же идея террора постепенно утратила свое обаяние в глазах радикальной молодежи и состоятельной буржуазии. За годы революционных потрясений неприглядная изнанка террора стала очевидной¹.

Таким образом, система охраны первых лиц государства в России складывалась на протяжении длительного времени, она видоизменялась, обогащалась опытом и отражала общественно-политическое развитие страны, вместе с тем развивались и средства терроризма, начиная от кинжалов и заканчивая сложной техникой, в том числе разработка летательных аппаратов и подводных лодок.