Глава 1 Общая характеристика института условно-досрочного от отбывания наказания в России и некоторых зарубежных стран

1.1 Эволюция развития норм уголовного законодательства России об условно-досрочном освобождении от отбывания наказания

Согласно ч. 3 ст. 50 Конституции РФ каждый осужденный имеет право просить о смягчении наказания. Дифференциация уголовной ответственности и индивидуализация наказания предполагают не только усиление карательного воздействия соответственно степени общественной опасности или в зависимости от наличия рецидива преступлений, но и смягчение наказания с учетом результатов исправительного воздействия на осужденных.²

Условно-досрочное освобождение от отбывания наказания, по российскому законодательству, - это «освобождение осужденного после фактического отбытия им не менее половины назначенного наказания при условии, что он в течение неотбытого срока за совершенное им наказание не совершит нового преступления». В случае совершения нового преступления неотбытая часть наказания присоединяется к наказанию за новое преступление. Условно-досрочное освобождение применяется ко всем осужденным, отбывающим наказание в виде лишения свободы, и является одним из наиболее распространенных институтов досрочного освобождения от наказания. Институт условно-досрочного освобождения прошел сложный и противоречивый путь развития в истории права России. Его история начинается с массового применения наказания в виде лишения свободы и становления очень сложной и в какой-то степени спорной идеи исправления преступников³.

До начала XVI в. тюрьмы, как института тюремной организации, не существовало, и поэтому исполнение наказания в виде лишения свободы не имело достаточной юридической регламентации. В подвалах и подземельях политические преступники содержались без определенного срока. Начиная с 20-40 гг. XVI в., в связи с увеличением роста преступностью и земскими губными реформами, начинает складываться тюремная система. Лишению свободы подвергались уже лица за общеуголовные преступления. В узких кельях и «без всякого утешения» зарождался режим заключения, направленный на принудительное изменение духовного облика осужденного. Во времена царя Ивана Грозного в конце XVI-XVИ вв. участились политические и общеуголовные амнистии, проводимые под влиянием церкви и преследовавшие цель - повлиять на духовный мир осужденных либеральными способами. Именно тогда, как представляется, было положено начало не очень удачной практике применения амнистий не как жеста милосердия, но как политической акции.

С отделением церкви от государства во второй половине XVII в. произошел разрыв с духовно-религиозным основанием уголовного права, и право потеряло основополагающую базу.

В середине XVI-XVП вв. уголовная практика и репрессии опричнины Ивана Грозного положили начало принципиальным изменениям в развитии уголовного права. Был отменен принцип устойчивости уголовных наказаний, появились несвойственные Руси массовые казни. Обращаясь к Судебнику 1550 г. можно сделать вывод, что закон еще не выработал твердых начал вменения, и оценку преступности деяния каждый раз представляет высшей власти. После принятия вышеуказанного Судебника наказания и процесс их исполнения приобрели еще более суровый характер, направленный на содержание народа в страхе. Предупреждающее и воспитательное воздействия связывались с публично позорящим характером исполнения наказаний. Что, как выяснилось со временем, не давало необходимого результата⁴.

С принятием в 1649 г. Соборного Уложения лишение свободы приобретает особое значение в карательной системе государства. Широкое применение этой меры наказания позволило обратить внимание на возможность использования рабочей силы преступников в интересах государства. Так, можно говорить о том, что традиции ГУЛАГа были заложены задолго до Октябрьского переворота в 1917 г.

В России условно-досрочное освобождение неизменно служило основным стимулом исправления осужденных, а неэффективное его применение - наиболее устойчивым фактором роста рецидивной преступности. Отечественный институт условно-досрочного освобождения имеет более чем вековую историю. За это время законодательная регламентация и практика его применения претерпели значительные изменения, которые затронули все положения этого института. Исследование данной области уголовной политики и эволюции института условно-досрочного освобождения на различных этапах его исторического развития позволяет избежать ошибок, связанных с поиском повышения эффективности условно-досрочного освобождения. Историко-правовой анализ и выявление стабильных тенденций его эволюции позволяет относительно достоверно прогнозировать развитие современного законодательства об условно-досрочном освобождении⁵.

На рубеже XIX-XX вв. исследованием пенитенциарной науки занимались известные дореволюционные юристы С.К. Го-гель, А.Ф. Кони, П.И. Люблинский, В.Д. Набоков, A.A. Пионтковский, C.B. Познышев и др. В работах указанных авторов рассматривались вопросы развития отечественного и зарубежного законодательства об условно-досрочном освобождении, уделялось существенное внимание значению данного института и его месту в уголовной политике Российской империи.

Особо следует отметить работы известного российского юриста A.A. Пионтковского. Его труд «Условное освобождение» явился первым монографическим исследованием, посвященным правовому регулированию, юридической природе и уголовно-политическому значению условно-досрочного освобождения, что сделало популярной эту работу не только в России, но также в странах Европы и Америки⁶.

Однако этот труд увидел свет в 1900 г. и не коснулся вопросов правового регулирования, а также практики применения условно-досрочного освобождения в царской России начала XX в. До настоящего времени правовая регламентация и практика применения условно-досрочного освобождения в Российской империи не были предметом комплексного историко-правового анализа, не исследовалось также и законодательство об условно-досрочном освобождении периода Временного правительства.

Советская правовая наука уделила серьезное, но явно недостаточное внимание изучению путей эволюции условно-досрочного освобождения. Вопросы истории развития данного института освещались в контексте более широких исследований. Некоторыми авторами рассматривались отдельные аспекты проблемы, однако фундаментальных работ, специально посвященных вопросам истории отечественного института условно-досрочного освобождения, в советской историко-правовой науке так и не появилось. На современном этапе наметились новые подходы к исследованию института условно-досрочного освобождения, существенно вырос интерес к рассматриваемой проблеме⁷.

Условно-досрочное освобождение как самостоятельный межотраслевой институт прошло в своем эволюционном развитии шесть исторических этапов:

1) с 1866 по 1909 г.;

2) с 1909 по 1917 г.;

3) март - октябрь 1917 г.;

4) с 1918 по 1939 г. (до отмены в 1939 г.);

5) с 1954 - до середины 1990-х гг.;

6) со второй половины 1990-х гг. - по настоящее время⁸.

Вышеуказанные этапы развития связаны как с непосредственным воздействием социально-экономических и политических факторов, так и закономерным процессом кодификации и развития уголовного, уголовно-процессуального и уголовно-исполнительного права в конкретные исторические периоды.

С целью стимулировать правопослушное поведение осужденных, отбывающих наказание, связанное с лишением свободы, законом «Об условно-досрочном освобождении» от 2 июля 1909 г. было регламентировано «условное-досрочное» освобождение. Закон содержал нормы материального и процессуального права и вносил изменения в пять основополагающих законодательных актов:

- Уложение о наказаниях;

- Устав о наказаниях налагаемых мировыми судьями;

- Уголовное уложение 1903 г.;

- Устав уголовного судопроизводства;

- Устав о содержащихся под стражей.

Основные требования условно-досрочного освобождения были названы в Уставе о содержащихся под стражей. Ст. 416 последнего гласила: «Приговоренные к заключению в тюрьму, в исправительное арестантское отделение или в исправительный дом могут быть условно освобождены из заключения по отбытии не менее трех четвертей определенного им судебным приговором срока наказания, если они пробыли в месте заключения, во исполнение приговора, не менее шести месяцев без зачета в этот последний срок времени, проведенного до того под стражею»⁹.

Ст. 430 сообщала: «Досрочно-освобожденный передается, при самом освобождении из-под стражи, на весь оставшийся неотбытым срок лишения свободы, назначенный судебным приговором, под наблюдение и на попечение местного общества патроната или местного Комитета или Отделения Общества Попечительного о Тюрьмах (в С.-Петербурге и Москве - Благотворительно-тюремных Комитетов)». В приказе Главного тюремного управления № 1 от 8 марта 1917 г. главной задачей наказания было названо перевоспитание человека, совершившего преступление. Именно с задачами и целями наказания тесным образом соотносится УДО, во-первых, потому что служит стимулом к исправлению преступников. Во-вторых, именно с достижением целей наказания и связано его применение, когда осужденный исправился, раскаялся, и нет нужды подвергать его дальнейшему наказанию. Кроме того, Временное правительство поднимает проблему бытового устройства освобожденных из мест лишения свободы¹⁰.

В приказе Главного тюремного управления № 3 от 18 марта 1917 г. подчеркивалось: «Как бы ни было правильно поставлено тюремное воспитание, оно само по себе не может надлежащим образом выполнить своей задачи, если не будет принято никаких мер попечения о дальнейшей судьбе лиц, отбывших наказание. Освобожденный из тюрьмы, оказавшийся в таких условиях жизни, к которым он не приспособлен, может сразу же опуститься и погибнуть, если ему не будет оказана своевременная поддержка в той или иной форме». Предлагалось создать широкую сеть обществ покровительства лицам, отбывшим уголовное наказание, обществ патронажа, используя опыт функционирования подобных обществ до революции.

Таким образом, к моменту Октябрьской революции 1917 г. пенитенциарная политика и право России получили известное развитие, впитали ряд прогрессивных идей, обратили внимание на человека, структуру его личности с целью не покарать, а исправить. После Великой Октябрьской социалистической революции (октябрьского переворота) 1917 г. и свержения Временного правительства Совнарком во главе с В.И. Лениным издали Декрет о власти, согласно которому вся власть перешла к Советам рабочих, солдатских и крестьянских депутатов, уничтожена полиция и отменено законодательство, противоречащее новой советской идеологии¹¹.

Несмотря на стремление советской власти избавиться от всего того, что было связано с царской Россией, условно-досрочное освобождение не было отменено. Наоборот, его полезность и значимость были оценены высоко: уже в Декрете о суде № 1 от 25 ноября 1917 г., которым судебной власти было предоставлено право помилования, включающее условно-досрочное освобождение, а Положением Народного комиссариата юстиции (НКЮ) «О досрочном освобождении» от 25 ноября 1917 г. были установлены правила досрочного освобождения лиц, отбывающих наказание в виде лишения свободы.

Новая советская власть в сфере уголовной политики поддержала идею исправления преступников и стимулирования их правопослушного поведения в соответствии с идеями К. Маркса и Ф. Энгельса. Уже в Декрете «О суде» № 1 от 25 ноября 1917 г. судебной власти было предоставлено право помилования, включающее условно-досрочное освобождение, а Положением НКЮ «О досрочном освобождении» от 25 ноября 1917 г. были установлены правила досрочного освобождения лиц, отбывающих наказание в виде лишения свободы¹².

В 20-е годы в соответствии с ленинским положением о замене тюрем воспитательными учреждениями в самые сжатые сроки создавалась принципиально новая система исправительных учреждений, отвечающая целям новой советской исправительно-трудовой политики. Признание исправления осужденных основной целью наказания в стадии его исполнения имело важное теоретическое и практическое значение. Оно означало, что режим и условия отбывания наказания в исправительных учреждениях по своему содержанию и характеру воздействия должны отвечать педагогическим требованиям и способствовать нравственной перестройке сознания осужденных.

Особое значение для теории и практики исправления заключенных имел Декрет СНК от 21 марта 1921 г. «О лишении свободы и порядке условно-досрочного освобождения». Он приобрел принципиальное значение в деле становления прогрессивной системы отбывания наказания, заключавшейся в переводе заключенных от более строгих форм изоляции к менее строгим с последующим досрочным освобождением от наказания, что стимулировало процесс исправления преступников¹³.

Гуманное отношение к преступникам нашло свое отражение и в УК РСФСР 1922 г. Условно-досрочное освобождение распространялось на все категории осужденных независимо от характера совершенного преступления. В последующие годы ряд декретов ВЦИК РСФСР установил, что условно-досрочное освобождение распространяется только на выходцев из рабочих и крестьян.

С 1923 г. получило широкое распространение условно-досрочное освобождение отдельных категорий осужденных. Институт условно-досрочного освобождения приобретал, таким образом, черты амнистии, сохраняя при этом признаки условности.

Удельный вес условно-досрочного освобождения в системе мер, применяемых судами первого десятилетия советской власти, был значительным. С изданием Исправительно-трудового кодекса РСФСР 1924 г., передавшего право применения условно-досрочного освобождения Распределительным комиссиям, начался рост числа рассмотренных дел о досрочном освобождении¹⁴.

Принятый в 1933 г. ИТК РСФСР подробно регламентировал исполнение наказания в виде лишения свободы, и с учетом сложившейся практики условно-досрочное освобождение стало применяться по отбытии не менее половины срока назначенной меры социальной защиты, включая и освобождение по зачетам рабочих дней.

С 1931 г. вследствие тяжелого экономического положения и поиска эффективных средств воздействия на правонарушителей руководство ГУЛАГа способствовало повсеместному применению системы зачетов рабочих дней в срок отбытия наказания. Как указывает С. И. Кузьмин, утвержденное в январе 1931 г. Временное положение о зачете рабочих дней заключенными, содержащимися в исправительно-трудовых лагерях, предусматривало изменение порядка применения зачетов рабочих дней. Зачет по первой категории труда устанавливался из расчета 4 дня срока за 3 дня работы, а по второй – 5 дней срока за 4 дня работы. Система зачетов применялась по истечении трех месяцев содержания в лагере и двух месяцев в иных местах заключения¹⁵. Осужденным за контрреволюционную деятельность начисление зачетов допускалось в отдельных случаях по специальной норме не ранее как через год после вынесения приговора и только с разрешения ГУЛАГа. Система зачетов не применялась в отношении тех, кто отбывал наказание в ШИЗО или штрафных ротах. Зачеты не начислялись при низком качестве произведенной работы и в том случае, если количество дней, в которые заключенные не выполняли норму выработки, достигало 50 % от общего числа рабочих дней в данном периоде¹⁶.

С конца 30-х по начало 50-х гг. в связи с установлением в стране тоталитарного политического режима и культа личности И. Сталина кодексы фактически перестали действовать, законодательная регламентация исполнения наказания вытиснилась ведомственными актами, а судебная власть подменилась Особым Совещанием. Как указывал И.Д. Перлов, «отмена рассматриваемых институтов привела к существенному ограничению прав осужденных, лишению их стимула к быстрейшему исправлению, а также затруднила процесс исправления заключенных»¹⁷.

Со смертью И. Сталина и с изменением политического климата в стране институт условно-досрочного освобождения был восстановлен Указом Президиума Верховного Совета СССР от 14 июля 1954 г. «О введении условно-досрочного освобождения из мест заключения».

С конца 50-х гг. в СССР и за рубежом проводились активные научные исследования путей повышения эффективности воспитательного воздействия условно-досрочного освобождения, поиск новых средств стимулирования законопослушного поведения осужденных не только во время отбывания наказания, но и после освобождения из мест лишения свободы.

В этой связи на уровне общесоюзного законодательства 25 декабря 1959 г. принимаются Основы уголовного законодательства СССР и союзных республик, а вслед за ними принимаются Уголовные кодексы республик¹⁸.

Указом Президиума Верховного Совета СССР от 4 апреля 1962 г. «О внесении изменений и дополнений в Основы уголовного законодательства СССР и союзных республик» введены дополнительные ограничения в применении условно-досрочного освобождения к некоторым категориям осужденных (особо опасным рецидивистам, насильникам, лицам, ранее условно-досрочно-освобождавшимся и др.). В последующие десятилетия вплоть до 1991 г. государство постепенно вводило все новые ограничения в применении условно-досрочного освобождения для ряда категорий осужденных¹⁹.

Широко стало практиковаться условно-досрочное освобождение из ИТУ отдельных категорий осужденных с направлением их на предприятия народного хозяйства и, прежде всего на вредные производства.

Принятый в 1970 г. Исправительно-трудовой кодекс РСФСР²⁰ подробно регламентировал исполнение наказания в виде лишения свободы, в том числе и вопросы досрочного освобождения осужденных и еще в большей степени, чем ранее действовавшее законодательство, определял ресоциализационные меры по отношению к бывшим осужденным.

Изучение судебной практики применения условно-досрочного освобождения показало неоднозначное отношение к нему со стороны судов, что подтверждается исследованиями других авторов. Периоды массового применения условно-досрочного освобождения сменялись повсеместными отказами в его предоставлении как следствие изменения политики государства в отношении осужденных. Не редки были ошибки и «перегибы», на что указывал Пленум Верховного Суда СССР в Постановлении № 9 от 19 октября 1971 г. Основным недостатком в деятельности судов называлось акцентирование внимания на формальных критериях условно-досрочного освобождения, а именно отбытому и неотбытому сроку, в то время как подтверждению исправления осужденного достаточно внимания не уделялось. В отдельных случаях суды применяли условно-досрочное освобождение без надлежащей проверки содержащихся в представлении данных о личности осужденного; по разному решали вопрос о возможности применения условно-досрочного освобождения к лицам, освобожденным из мест с обязательным привлечением к труду. Допускались и другие судебные ошибки²¹.

При дальнейшем реформировании УК и ИТК РСФСР в 90-е годы предполагалось сместить акцент с исправления осужденных трудом в сторону их социальной реабилитации, а также исключить политико-идеологическую окраску законодательства.

2 июля 1991 г. были приняты Основы уголовного законодательства СССР и Республик²², ст. 51 которых была взята из проекта Уголовно-исполнительного кодекса РФ. Таким образом, к лицам, отбывающим наказание в виде лишения свободы, ограничения свободы, исправительных работ, направления в дисциплинарный батальон или ограничения по службе, судом могло быть применено условно-досрочное освобождение или замена неотбытой части наказания более мягким при условии примерного поведения и добросовестного отношения к труду, обучению.

Дальнейшая работа по реформированию уголовного и уголовно-исполнительного законодательства шла на основе Конституции РФ от 12 декабря 1993 г.

Формирование уголовно-исполнительной политики и права в период 1991-1996 гг. было отмечено коренными преобразованиями в экономическом, общественном и государственном строе России. Требования развития демократии, защиты прав и свобод человека и гражданина, проявления гуманизма в отношении правонарушителей явились определяющими факторами изменений уголовного и уголовно-исполнительного законодательства России. Российское уголовное законодательство впитало в себя, в некоторой степени, и идеи теории социальной защиты, сформированной в конце XIX - начале XX в. 2 июля 1991 г. были приняты Основы уголовного законодательства СССР и Республик, ст. 51 которых была взята из проекта Уголовно-исполнительного кодекса РФ²³. Таким образом, к лицам, отбывающим наказание в виде лишения свободы, ограничения свободы, исправительных работ, направления в дисциплинарный батальон или ограничения по службе, судом могло быть применено условно-досрочное освобождение или замена неотбытой части наказания более мягким при условии примерного поведения и добросовестного отношения к труду, обучению.

В настоящее время исключительно актуальными остаются проблемы постпенитенциарной адаптации и контроля за поведением условно-досрочно освобожденных. Предусмотренные законом меры ресоциализации и контроля неэффективны и нуждаются в совершенствовании. Сложная криминогенная ситуация и отсутствие действенных профилактических мер, направленных на снижение рецидивной преступности этих лиц, заставляют переосмыслить сложившийся исторический опыт развития законодательства. Обращение к историческому опыту призвано не только обогатить наши знания об истории правового регулирования этого института, но и на его основе определить приоритетные направления развития условно-досрочного освобождения, а также учесть положительный опыт отечественного законодателя в процессе дальнейшего совершенствования данного института²⁴.

Итак, на сегодняшний день уголовное законодательство идет по пути гуманизации, и условно-досрочное освобождение, несомненно, играет ключевую роль в скорейшей адаптации к нормальной жизни в обществе и социализации осужденных. мы указали нормативно-правовые акты, оказывающие влияние на построение системы уголовно-исполнительного законодательства в целом и Института условно-досрочного освобождения в частности²⁵.

Исключительно актуальными остаются и сегодня проблемы постпенитенциарной адаптации и контроля за поведением условно-досрочно освобожденных. Предусмотренные законом меры ресо-циализации и контроля неэффективны и нуждаются в совершенствовании. Сложная криминогенная ситуация и отсутствие действенных профилактических мер, направленных на снижение рецидивной преступности этих лиц, заставляют переосмыслить сложившийся исторический опыт развития законодательства. Выносятся предложения по совершенствованию пенитенциарной системы России, опираясь на опыт предыдущих поколений и иностранных государств. Гуманизация уголовного законодательства, условно-досрочное освобождение, несомненно, играют огромную роль в скорейшей адаптации к нормальной жизни в обществе и социализации осужденных.