Язык волос и необходимость декорации

Медицина и биология не располагают особенно больши­ми сведениями, что касается цвета и структуры волос, в отли­чие от народной мудрости: женщины со светлыми волосами интеллигентны и доброжелательны; женщины с черными или рыжими волосами страстны и капризны. Также женщины с не поддающимися укладке волосами имеют упрямый характер, а с мягкими волосами — уступчивый. Установлено, что у людей светлокожих, блондинов и рыжих кожная аллергия встречает­ся чаще, чем у людей темнокожих. Люди, которые рано седеют, вполне могут дожить до преклонного возраста. Волосы, выпа­дающие прядями, могут быть симптомами подагры или ревма­тических заболеваний, круговое выпадение волос чаще всего свидетельствует о нарушениях кровообращения, а ломкие во­лосы — о заболеваниях кишечника. Если волосы раздваивают­ся на концах, нельзя исключить неправильное питание, или же чрезмерное увлечение химическими препаратами для волос. Врач, заметивший на висках пациента черные волоски, может

предположить наличие опухоли, также как появление мужско­го оволосения на лице женщины может свидетельствовать о нарушении функции надпочечников или половых органов.

Уже в давние времена с пониманием относились к женщи­нам, которые красили волосы, использовали разного рода го­ловные уборы и парики, или оттеняли брови. Стоит задаться вопросом, почему как мужчины, так и женщины, негативнее смотрят на случаи, когда мужчина красит волосы, делает хи­мическую завивку, следует моде.

На наш взгляд, в нашей культуре за женщинами признает­ся больше свободы в сфере моды. Именно отсюда происходит снисходительность к женщинам, которые в своих косметичес­ких починах неукоснительно подчиняются диктату моды. Пре­обладающему в некоторых кругах убеждению, что мужчина, обладающий солидными достоинствами, вовсе не обязан под­чиняться каким-либо требованиям моды, мы скорее всего обя­заны обществу, где доминируют мужчины.

Испанцы и их латиноамериканские потомки признают (по крайней мере на словах, на деле — очень редко), что согласны с пословицей, что мужчина и медведь нравятся тем сильнее, чем более они некрасивы. В средних и высших кругах общества счи­тается, что мужчина должен следовать канонам моды без из­лишнего рвения, и уж ни в коем случае не быть ее пионером. Человек, остатком волос пытающийся прикрыть обширную лысину или с помощью бороды сделать себя более интересным, вызовет как у женщин, так и у мужчин, серию шуток. А может быть, борода должна была скрыть лишь слишком выдвинутый подбородок.

Окрашивание седых волос уже не считается чудачеством и не критикуется, как некогда. В наше время уже 50-летние име­ют мало шансов сделать карьеру, разве что они уже до этого возраста достигли определенных профессиональных успехов. Поэтому очень многие вынуждены скрывать свой возраст, а окрашивание волос — один из способов. У людей, приобрет­ших значимость в обществе, седые волосы сохраняют свое тра-

диционное значение как признак большого жизненного опыта, зрелости, мудрости.

Чем сильнее окрашенные волосы отличаются от их нату­рального цвета, тем значительнее их сигнальная функция. Мор­щинистое лицо под искусственно обесцвеченной, лохматой шевелюрой — это разительный диссонанс: быть броской лю­бой ценой? Притворяться девицей? Внутренний протест про­тив старения? А может, отсутствие элементарного вкуса у па­рикмахера? Если так, то откуда столь распространенное отсут­ствие вкуса?

Волосы, окрашенные в зеленый, фиолетовый или голубой цвет — "Пусть каждый знает, что я крашу волосы! Не имею ни малейшего желания что-либо скрывать. Напротив, хочу эпати­ровать и провоцировать".

У человека, который красит прядь волос в седой цвет, мож­но предполагать лишь стремление к декоративности, т. к. кон­траст с натуральным цветом волос, который создает это седое "вкрапление" имеет эстетический эффект. Однако можно в этом приеме увидеть своего рода сигнал: "Я ведь достойна особен­ного отношения, не правда ли? Может быть, уже не совсем мо­лода, но наверняка не стара? То есть, в самый раз!"

Артисты, профессиональной задачей которых в некотором роде есть "произвести оптимальное эстетическое впечатление", издавна стараются выделиться внешними мелочами — изыскан­ным нарядом, необычным поведением, чуждым толпе обыва­телей. Когда в моде были короткие волосы — они носили длин­ные, когда мелкий мещанин предпочитал тщательный, ежед­невный туалет с бритьем — они отпускали бороды. Когда ря­довой обыватель носил широкополую шляпу в классическом стиле, они выбирали настолько причудливые фасоны, что в них с трудом угадывалась форма круга. Эта традиция сохраняется и в наше время: тот, кто считает себя кем-то особенным, любы­ми способами подчеркивает свою "непохожесть".

Берет (бывшего бургомистра Берлина Эрнеста Реутера), толстая сигара во рту (Уинстона Черчилля), в других культур-

ных кругах — большое кольцо в носу или ушные украшения, были атрибутами элитарности. В биографии Черчилля его быв­ший камердинер рассказывал, что Премьер часто курил для вида и нарочно посыпал свою одежду пеплом.