Замечание к исследованию. Понимание латентных результатов.

Здесь необходимо выявить сразу один нюанс, маленькое упущение, вследствие которого при изучении работы могут возникнуть проблемы. Так автор на протяжении всего исследования употребляет понятия «театр» и «искусство» через запятую, автоматически отождествляя их. Определяя искусство как разновидность человеческой деятельности, воспроизводящей действительность художественно-образными формами^, такое отождествление можно считать возможным. Однако сам же автор далее в своей работе смещается к определению искусства через категорию означивания: произведение искусства есть знак реальности (воспроизведение реальности и ее означивание есть разного рода действия). Далее при работе с эмпирическими данными автор приходит к «новому» пониманию искусства, в котором оно отождествляется с реальностью, которая в свою очередь сама становится знаком^. В данном случае я хочу показать некорректность отождествления понятий «театр» и «искусство». Да, театр это разновидность человеческой деятельности, однако его соотношение с действительностью не так однозначно. В ходе исследования ставились вопросы о соотношении театра и реальности. Театр формирует реальность, отражает ее? Театр – есть знак? Знак реальности? Знак знака? Многие из этих вопросов находят ответы, которые в свою очередь говорят не в пользу приведенного определения искусства; театра, как искусства. Театр может воспроизводить, отражать, означивать, конструировать реальность. Замечание, выдвигаемое мною, касается не соотношения театра и реальность, но соотношение театра и искусства. На протяжении двадцатого века понимание искусства изменялось кардинально и часто. Теоретики так и не пришли к новой ясной интерпретации данного понятия. Апеллируя словами Б.Гройса можно сказать, что такое ясное и единственное понимание сегодня невозможно в силу новой природы искусства, где его суть составляют не столько произведения художников, сколько их интерпретация^ критиками, теоретиками.

В силу разного понимания «искусства», происходит путаница в понимание «театра», отождествляемого со спорным понятием. Однако даже то определение искусства, которое приводит автор и которое устраняет дискуссионное его понимание, не является корректным, как показано выше, для отождествления искусства и театра.

Интуитивное понимание под искусством возвышенного и прекрасного (романтическая трактовка, разделяема многими теоретиками), не имеющего отношения к земному и материальному еще больше путает при чтении работы. В приложении к исследованию есть материалы^, анализ которых дает точное понимание: театр сегодня и искусство, и просто театр. Появление менеджерских театров, коммерческих проектов, фестивальная политика – свидетельствуют о существенном изменении театрального пространства. Театр и процесс потребления всегда были тесно связаны, также как и искусство и процесс потребления. О потреблении произведений искусства написано много. Но достаточно вспомнить П.Бурдье, чтобы понять жесткое разграничение, провозглашаемое теоретиками, искусства и его коммерческих симмулякр, проводимое посредством обозначения мотивов создания того или иного творения (искусства или продукта продажи). Театр же сегодня весьма сильно определяется коммерческими продуктами, нельзя сказать, что такой театр - искусство в романтическом понимании этого слова, однако нельзя говорить, что это не театр. Выделение двух типов театра, два понимания театра является латентным, но, на мой взгляд, очень важным. Интересно и то, что многие эксперты, чьи интервью легли в основу эмпирической части работы, отождествляют театр, как искусство, с традиционным театром, а новый театр, называют коммерческим, другим театром.

Разобравшись с понятиями можно приступить к самому исследованию.