Сцена 3
Посередине сцены сидит Он с закрытыми глазами. Где-то за его спиной маячит Подсознание.
Он: К бабке ходил на днях. Не просто к старой женщине – к бабке-гадальщице… Тоже не верил раньше, а сейчас вот поверил, пошёл. А она говорит: «О, милок не одним недугом ты страдаешь». Поводила ладонями перед лицом: «двумя… а может тремя». Посмотрела в глаза: «третий странный, не похож на первые два».
На сцене, в момент произнесения последнего предложения, появляется ехидная фигура Триппера.
Триппер. Простите, сударь, у вас с конца не капает?
Он. Ты кто?
Триппер. Тот, кто знает всё…
Он. И что ты знаешь?
Триппер. Знаю, что ты думаешь о киборгах… знаю, что хочешь съесть мухомор…
Он. Ты кто?!
Триппер. Да не стремайся, я всего лишь болезнь, которая научилась с тобой разговаривать. Есть и такие, которые не умеют. Да ладно, какая разница, тебе ведь всё равно недолго осталось.
Он. Ты о чем говоришь?!
Триппер. О Шри-Ланке, блядь, я с тобой разговариваю!
Он. Голоса, голоса… это всего лишь голоса …
Триппер. Хуясаса, а не голоса!
Он. Не понимаю…
Триппер. Трубку, трубку! Быстрей подними трубку!
Он. Трубку?!
Триппер. Трубкой голову, она снова болит!
Он. Откуда ты всё это знаешь? Откуда?!
Триппер. Мыльные шарики, шарики, шарики! Шарик сдох, а ты любил Шарика. А он сдох… Незадача, правда?.
Он. Хватит!
Триппер. Титавх! – это практически «пиздец» на языке кереков!
Он. Хватит!
В этот момент в комнату заходит Приятель. Он слышит крик, видит, что кроме героя в комнате никого нет, и тогда будит его. Под шумок ехидная фигура Триппера покидает сцену.
Приятель. Эй! Просыпайся, шизик…
Он. А!.. Я не сплю… не сплю.
Приятель. Залезть бы тебе голову и узнать, что за сны тебе снятся.
Он. Лучше тебе не знать.
Приятель. Как жизнь?
Он. А что, не видно?
Приятель. Так, давай без негатива! ... Я, кстати, тебе книжки принёс… те, что ты просил.
Он. Спасибо... Извини, я не в духе. Да и сон такой приснился…
Приятель. Ты мне тоже на днях снился – лежишь на больничной койке и улыбаешься… как-то неестественно так. Проснулся, думаю: бред какой, надо запретить сыну фильмы ужасов смотреть.
Он: А чем сон закончился?
Приятель. Да ни чем, говорю же, проснулся. (Пауза) Хотел с тобой поговорить… Все переживают за тебя.
Он. Чего за меня переживать, за меня уже скоро пить можно будет: 9 дней, 40 дней…
Приятель(перебивая). То и переживать: тебе надо в больнице лежать и лекарства принимать, в таком состоянии, а ты вместо этого наркоту жрёшь и думаешь о своей дурацкой книге.
Он. Не лечи меня, ты же знаешь, что я даже врачам этого не позволяю.
Приятель. Так я про это с тобой сейчас и разговариваю, идиот! Вообще слушать никого не хочешь. Откуда эта твёрдолобость?! Что с тобой?!
Он. А ты не понимаешь?! Просто мне насрать на тех, кто за меня переживает. И на тебя насрать… Мне даже на себя теперь насрать. Впервые в жизни мне насрать на всё. И не от того, что я такой плохой, что никого не люблю и себя не хочу спасти, а от того, что не верю… Просто не верю, что кто-то способен справиться с той штукой, которая живет у меня в голове.
Приятель. Но справляются же! Ты даже попробовать не хочешь. Я с врачом разговаривал, он сказал, то, что ты делаешь – идиотизм… сумасшествие… безумие…
Он. И на него насрать. (Короткая пауза) Так ты ничего и не понял.
Приятель. А ты всё прекрасно понимаешь!
Он. Не хочу больше с тобой разговаривать. Спасибо, что навестил.
Приятель. Ты совсем с головой в конфликте?
Он. У меня в ней рак живёт.
Приятель. Что ты заладил!
Он. Вон, я сказал! Что непонятного?!
Приятель. Да всё понятно. Раньше ты был просто говнюком… (накидывая куртку), а теперь стал еще и нервным… До свидания, мой милый друг.
Приятель выходит из помещения. По пути к выходу он оглядывается, но не встречается взглядом с Ним – тот смотрит в одну точку на стене.