- •«Сэвидж». В поисках дублера
- •Знакомство
- •«Кинопанорама» и другие
- •«Сэвидж». Пьеса Джона Патрика
- •Учитель
- •Поет Эдит Пиаф
- •Первая встреча с Роммом
- •«Сэвидж» и «Дядюшкин сон»
- •Самозванка
- •Ташкентский Каратаев
- •Клятва Маргариты
- •«Драма» и о. Н. Абдулов
- •Что такое диалектика
- •«Сэвидж». Первый прогон
- •Таиров и «Патетическая соната»
- •Антипырьин
- •Магия таланта
- •Не только актриса
- •«С досадой!»
- •В гостях у а. Г. Коонен
- •Прогулка по Кремлю
- •Катастрофа в космосе
- •Роль в четыре эпизода
- •Что такое искусство?
- •«Сэвидж». Странная любовь к театру
- •Любимый актер
- •Булгаков продолжается
- •Финал для «Синей птицы»
- •«Роман» Эдварда Шелдона
- •«Зоя» и «Батум»
- •«Сэвидж». Что значит партнер?
- •Исповедь провинциальной актрисы
- •Для узкого круга
- •«Сэвидж». Трагедия и фарс
- •Песни на стихи Ахматовой
- •Мумия по просьбе
- •«Сэвидж». Танцевать или нет?
- •Как оскопили человека
- •Хороший Владимир Рапопорт
- •«Сэвидж» и пресса
- •Раневская в «Крокодиле»
- •Чтобы стать грамотным
- •Неисчерпаемость таланта
- •Маяковский. Яншин и Полонская
- •14 Апреля Маяковский нарушил график — поднял ее ни свет ни заря, в восемь она была у него, в десять оделась и буквально оттолкнула его, на коленях умолявшего бросить театр и остаться.
- •Миссис Сэвидж на экране
- •Плоды популярности
- •Письмо Лили Брик Сталину
- •Так какая же у нее судьба?
- •Театр на краю Москвы
- •Дом с бельэтажем
- •Васса Железнова
- •Отпуск в больнице
- •Маршак — поэт
- •Ленинградские гастроли
- •Любимая несыгранная роль
- •Мадам Собакевич предлагает
- •Грустный список
- •Связь времен
- •«Сэвидж». Три финала одного спектакля
- •Свободная!
- •Страхи и отчаяния
- •Говорить без оглядки
- •Мольба Веры Марецкой
- •В каждой шутке есть доля
- •Первый заход
- •Постаревший Онегин
- •Фильмы Вивьен Ли
- •Чехова нужно знать!
- •Бежать из «Моссовета»
- •«Милой Зосе с пожеланием счастья!»
- •От смешного до трагического
- •«Сэвидж». Начало радиозаписи
- •«Знаю, для кого работаю!»
- •«Страшны не деньги, а безденежье!»
- •Из другой оперы
- •Орлова на Дорхимзаводе
- •Сотая «Сэвидж»
- •Гости из Парижа
- •Письма из Ленинграда
- •Короткие истории
- •В цирке на Цветном
- •День рождения в «Кемери»
- •«Свадьба» в Лиховом переулке
- •Листки из дневника
- •Только один день
- •Такой разный Пушкин
- •Пьеса на примете
- •В обществе
- •«Сэвидж». Новые краски
- •Роль в благодарность
- •Концерт в Ташкенте
- •Еще один прогон
- •«Гибель эскадры» в Кремле
- •Расслабьтесь, и будем спать
- •Юбилейная «Сэвидж»
- •Первый раз на эстраде
- •«Замечательный описатель»
- •Юрка, Юра, Юрий Александрович
- •Листки с чужой мудростью
- •Новая роль — новые заботы
- •Еще одна утрата
- •Не очень приличный фарс
- •Застолье в «Подмосковье»
- •Сэвидж со стенда Шанель
- •Дело не в литературе
- •«Как грустно, когда они улетают!..»
- •О пользе псевдонимов
- •Артист умирает дважды
- •Композитор Спендиаров
- •Графиня Лизогуб
- •На свидание
- •Родные пенаты
- •Пластинка Раневской
- •Не надо задавать вопросы
- •Клятва на Воробьевых горах
- •Одна пародия
- •Сваха Островского
- •Подарки от Раневской
- •«Гений он. А вы — заодно»
- •Еще из мира мудрых мыслей
- •Поход на премьеру
- •Между двух огней
- •Встреча в парке
- •Разное восприятие
- •Обыкновенное чудо Валентины Караваевой
- •Ильинский как доказательство
- •Поговорим о странностях
- •Тост Алексея Толстого
- •Новинки из архива
- •«У меня в руках была птица»
- •Создание Шехтеля
- •«Мещане» в Москве
- •Рисует Эйзенштейн
- •Вчера и сегодня
- •Сначала всегда характер
- •Расстаться с Сэвидж?
- •Что случилось потом
- •Последние впечатления
- •Примечания
«Сэвидж». Начало радиозаписи
«Сэвидж» начали записывать на радио. В «золотой фонд». Сегодня шла первая сцена — без Ф. Г., все до ее появления в «Обители». Я говорил с Ф. Г. по телефону.
— Вы хотите прийти на запись? Я не знаю, когда она будет, — слышите, как я хриплю, а двенадцатого у меня спектакль — через два дня! Кстати, вы не знаете, кто будет писать «Сэвидж»?
Знаю. Таня Заборовская — пожалуй, лучший из режиссеров в литдраме. Боюсь я другого. Спектакль разболтался, отсебятины для актеров уже стали привычными. Когда я был на сотом представлении, то ужаснулся: драматург до таких «перлов» не опускался. Вот диалог Джефа-Бероева и Лили Белл-Бестаевой:
Бестаева. Молодой человек, верните деньги!
Бероев. Не верну!
Бестаева. Верните, будьте джентльменом!
Бероев. Не буду!
Бестаева. Почему??
Бероев. Не хочу!
Этот цирк, рассчитанный на смех в зале, пришел на смену двум фразам.
Лили Белл. Молодой человек, верните деньги! Будьте джентльменом!
Джеф. Не верну!
И такое разрастание текста — как раковые опухоли.
— К сожалению, — сказала Ф. Г., — на записи не будет отца спектакля, режиссера Варпаховского. Он бросил своего ребенка, а алиментной системы в театре — увы — не существует. Я вообще пришла к мнению, что Варпаховский — заблуждение многих, — добавила она. — Трудная судьба, наветы, арестован как ученик Мейерхольда — все это создало ему репутаиию мученика. И он действительно мученик, но таланта это, увы, не прибавляет.
Вы знаете еврейскую байку о двух невестах: обе некрасивы, но одна делает во сне пи-пи, другая — нет, и в этом все ее преимущество. Варпаховский — как эта вторая невеста: пострадал, других преимуществ у него нет. Такой же. как и десятки других. И по-моему — халтурщик.
О, вы не видели, что он сделал в Малом с Апулеем?! По сравнению с этим «Сэвидж» — шедевр. Хотя я до сих пор считаю, что режиссер не сумел глубоко прочесть пьесу, скользил по поверхности, снял только верхний слой ее.
Мы еще долго говорили.
— А я все-таки хриплю, — сказала вдруг Ф. Г., прислушавшись к своему голосу. — Может быть, это от погоды, а может, это просто износ горла — естественный, необратимый процесс. Старое оно уже, понимаете?..
«Знаю, для кого работаю!»
Мы сидели в ресторане ВТО. Вдруг к нашему столу кинулся человек. — Фаина Григорьевна! — воскликнул он (чехарда с отчеством Ф. Г. происходит так часто, что она уже давно не обращает на нее внимания. «Называйте как хотите, какое это имеет значение», — отвечает Ф. Г. любопытствующим).
— Фаина Григорьевна, дорогая! — говорил человек (это был Ролан Быков), чуть покачиваясь. — Вы не представляете, как я рад вас видеть!
— Здравствуйте, Ролан, здравствуйте. Вы что-то похудели, — сказала Ф. Г.
— Съемки замучили, — объяснил Быков. — Но вы были на нашем фильме?
— Нет, еще не успела.
— Если бы вы знали, сколько мук было с его премьерой, — быстро говорил он. (Речь шла об «Айболите-66», который долго не выходил на экран.) — Но я вам хотел сказать нечто очень важное. Когда я работаю, я всегда знаю, для кого я работаю, кому моя работа предназначена, на кого она рассчитана, кому я ее посвящаю. Этот фильм я делал для вас…
— Спасибо! — улыбнулась Ф. Г., а Быков, наклонившись к ней, горячо продолжал:
— Для вас, и вы поймете меня, для вас и еще для нескольких близких и дорогих мне людей.
— Спасибо, спасибо, Ролан! Быков, поцеловав руку, отошел.
— Хороший актер, — сказала Ф. Г. — С ним я работала в этом моем позоре — «Осторожно, бабушка». Одного я только не понимаю: если делают фильм для меня, то, может быть, можно было бы и пригласить меня на премьеру? Странно, не правда ли?
«Я говорю не в точности то, что думаю»
— Запишете, а потом обнаружится, что всё, что вы записали, — неправда. Я так и скажу, даже несмотря на то, что говорила при свидетелях!
И Ф. Г. рассказала, как однажды сама попала в аналогичное положение. Села и записала необычайно интересную историю, которую поведала ей Екатерина Павловна Пешкова. Прослушав запись, Пешкова возмутилась:
— Немедленно это уничтожьте! Я ничего подобного вам не говорила!
Может, после этого у Ф. Г. появилась такая настороженность к любым записям — даже и к тем, что делала она сама. И почему она так методично уничтожала их? Боялась неточности?
Разумеется, нельзя точно передать на бумаге разговор или беседу. Даже если вести стенограмму. Останется незафиксированной интонация, жест, мимика. Но думается, дело здесь не только в этом.
Знакомство даже с безукоризненно зафиксированной беседой может вызвать (и вызывает) неудовлетворение самым смыслом ее, сомнение в верности фактов. И эти неудовлетворение и сомнение будут не лишены оснований. Прекрасная английская писательница Айрис Мэрдок очень верно подметила: «Когда я говорю с вами, даже сейчас, я все время говорю не в точности то, что думаю, а то, что может вас заинтересовать и вызвать отклик… К этому так привыкаешь, что уже перестаешь замечать».
— Да, да, совершенно верно! — поддержала эту мысль Ф. Г. — Меня порой оторопь берет, что я несу, глядя в глаза тупому собеседнику! Так хочется, чтобы хоть что-то пробилось сквозь его толстую кожу! И разве можно рассказывать, если слова твои падают в пустоту?! Я только одного не возьму в толк, как, понимая это, можно стать писателем? Объясните мне, пожалуйста!..
