2.3. Как продвигается наука

По мнению Лакатоса, есть лишь процесс смены теорий, а вовсе не одна теория, оцениваемая то как научная, то как псевдонаучная. Серия теорий прогрессивна, если каждая новая теория содержит некий избыток относительно предыдущих теорий, объясняет новый, доселе неожиданный факт. Эта серия теорий в их непрерывности мало-помалу обретает очертания исследовательской программы. Программа состоит из методологических правил, некоторые из них указывают, каких путей следует избегать (негативная эвристика), другие рекомендуют пути и методы, которыми следует двигаться (позитивная эвристика). Так программа отталкивается от методологических решений, которые предлагают считать некоторые гипотезы не подлежащими опровержению. Нефальсифицируемые гипотезы составляют твердое ядро (hard-core) программы. По этому ядру можно судить о характере всей программы.

683

Негативная эвристика программы запрещает подвергать сомнению то, что составляет ее ядро. Напротив, вся изобретательность направлена на его артикуляцию и разработку поддерживающих ядро гипотез (так называемый «защитный пояс»). Кольцо вспомогательных гипотез призвано сдерживать атаки контролирующих проб и всячески защищать и консолидировать ядро. Исследовательская программа имеет успех, если она успешно разрешает проблемы, и она проваливается в случае, если не способна решить эти проблемы.

Именно поэтому развитие иной исследовательской программы (например, Ньютона) протекает в «море аномалий» или, как у Бора, происходит на несвязанных между собой основаниях. Когда последующие модификации «защитного пояса» не приводят к предсказанию новых фактов, программа показывает себя как регрессивная.

Отсюда следует, по Лакатосу, что «нельзя свертывать вновь возникшую исследовательскую программу лишь потому, что она не сумела одолеть более сильную программу-соперницу... Пока новая программа не будет реконструирована рациональным образом как прогрессивное самодвижение проблемы, в течение определенного времени она нуждается в поддержке со стороны более сильной и утвердившейся программы-соперницы».

Все же пока наука скорее похожа на поле битвы исследовательских программ, чем на систему изолированных островков. «Зрелая наука состоит из исследовательских программ, не столько предвосхищающих новые факты, сколько ищущих вспомогательные теории, в этом, в отличие от грубой схемы "проверка-и-ошибка", ее эвристическая сила». Слабость исследовательских программ марксизма и фрейдизма Лакатос видел именно в недооценке роли вспомогательных гипотез, когда отражению одних фактов не сопутствовало предвосхищение других необычных фактов.

684

3. Анархическая эпистемология пола фейерабенда

3.1. Анархическая эпистемология в функции прогресса

В книге «Против метода» (1975), во втором издании, Фейерабенд высказал убеждение в том, что анархизм хотя и малопривлекателен как политическое явление, зато в качестве профилактического средства для эпистемологии и философии науки незаменим. Следует проститься с химерой простейших правил, с помощью которых якобы можно разобраться в лабиринте исторических связей. История вообще и история революций в частности многообразнее, многостороннее и хитрее, чем может себе представить самый искушенный историк и методолог. Метод, содержащий твердые и неизменные принципы, направляющие научный поиск, не выдерживает столкновения с реальными результатами исследования. Любая норма, как бы прочно она ни была укоренена в эпистемологии, силой определенных обстоятельств рано или поздно оказывается вытесненной другой.

Ясно, что подобные смещения не случайны, они не результат недостаточности знания или невнимания, т.е. того, что в принципе можно избежать. Напротив, убежден Фейерабенд, они необходимы для научного прогресса. Последние дебаты по вопросам философии науки сделали явным факт, что такие события, как коперниканская революция, завоевания современной атомистической теории (кинетическая теория, открытия дисперсии и стереохимии, квантовая теория, волновая теория света и т.д.), утвердились либо благодаря тому, что некоторые ученые решили не связывать себя больше методологическими нормами, либо в силу того, что неосознанно их нарушили.

Такая свобода действий не является лишь фактом науки, и она исторически абсолютно необходимо для роста научного знания. Вот одно из доказательств Фейерабенда. Дана норма, предположим, максимально необходимая для оснований некоей науки. Но есть также обстоятельства, требующие не только пренебрежения нормой, но и приведения ее в соответствие с противоположным правилом. Например, есть обстоятельства, требующие разработки и защиты ad hoc гипотез, другие требуют гипотез, противоречащих экспериментальным данным, либо гипотез, содержание которых меньше содержания альтернативных гипотез, либо самопротиворечивых гипотез и т.д. Таким образом, сами обстоятельства, показывая, что определенный «нормативный» способ рассуждения теряет связь с будущим (и даже весьма часто), указывают на его регрессивную суть.