11. Подумайте, что это такое.

Форма интеграции воспитательных воздействий в целост­ный воспитательный процесс, в котором педагогические цели сориентированы с целями детей и где обеспечивается реали­зация задач воспитания в конкретных социальных условиях.

Почему этой форме интеграции воспитательных воздействий в це­лостный воспитательный процесс могут быть присущи следующие принципы?

Системность, объективность, оптимальность, эффектив­ность, принцип точно поставленных целей, информационная достаточность, принцип обратной связи, принцип ведущего звена, принцип здравого смысла, демократизм, дисциплина и порядок; стимулирование, вознаграждение, поощрение ини­циативы.

На примере авторских школ докажите, что они работают на основе этих принципов и представляют собой то, что определяется в приведен­ной формулировке.

12. Подберите из разных источников педагогические ситуации, иллю­стрирующие выполнение классным руководителем своих функций.

Диагностирующей; коммуникативной; воспитательной; проектирующей; организационно-деятельностной; развиваю­щей; методической; стимулирующей; оценивающей; охранно-защитной; корректирующей.

13. Вставьте недостающие слова.

План работы — это... указывающий... ориентиры деятель­ности, определяющий ее... объем, временные...

Слова для справки (выберите нужные): пределы, бланк, содержательные, порядок, границы, документ, организаци­онные, содержание, сущность.

Вспомните, какие функции выполняет план классного руководите­ля и для чего он предназначен.

14. Вставьте пропущенные слова.

Педагогическая поддержка — процесс ... с ребенком опре­деления его.......целей, ... и ... преодоления препятствий

(проблем), мешающих ему сохранить свое человеческое ... и самостоятельно достигать желаемых результатов в обуче­нии, самовоспитании, общении, образе жизни.

15. Объясните, как вы понимаете понятие «свободоспособная личность».

16. Заполните таблицу:

Условия обеспечения педагогической поддержки	Факторы развития гуманистической позиции педагога	Этапы педаго­гической поддержки	Гуманистические максимы (принципы) воспитания (по О.С. Газману)

Проблемные вопросы

1. Допускаете ли вы слияние авторитарного и гуманного воспита­ния, обучения? Почему? Аргументируйте свой ответ.

2. Согласны ли вы с авторами приведенных отрывков? Аргументи­руйте свою позицию.

Воспитание может все (К Л. Гельвеции).

От всякого воспитания, друг мой, спасайся на всех пару­сах (Вольтер).

Надо детей учить как можно меньше. Это потому, что если дети вырастут, не научившись чему-нибудь, — это далеко не так опасно, как то, что случается почти со всеми детьми, осо­бенно когда матери, не знающие тех предметов, которым обучаются дети, руководят их воспитанием, — именно то, что они получают пресыщение... учения и потому отвращение к нему (Л.Н. Толстой).

Воспитание сможет сделать многое, но оно не безгранично. С помощью прививок можно заставить дикую яблоню давать садовые яблоки, но никакое искусство садовника не сможет заставить ее приносить желуди (В.Г. Белинский).

Воспитание направляет развитие, оно — главная сила в формировании личности. Вместе с тем следует сказать, что слабость воспитания тяжело сказывается на формировании личности ребенка, так как не создает иммунитета к отрица­тельным условиям жизни, мирится с накоплением отрица­тельного опыта отношений и усугубляет своей беспомощно­стью те или иные вредные явления среды (С.Л. Рубинштейн).

3. Прав ли А.С. Макаренко? Почему вы так думаете? Как этот тезис выдающегося педагога можно соотнести с влиянием Арины Родионов­ны на А.С. Пушкина, со стремлением современных обеспеченных лю­дей иметь для ребенка гувернанток, домашних воспитателей?

Система бонн и гувернеров, постоянных надсмотрщиков и зудилыциков давно провалилась, не создав в истории ни од­ной яркой личности. Лучшие, живые дети всегда вырывались из этой системы.

Человек не может быть воспитан непосредственным влия­нием одной личности, какими бы качествами эта личность ни обладала. Воспитание есть процесс социальный в самом ши­роком смысле.

Содержательная часть

Сущность понятия и процесса воспитания.

Понятия «воспитание», «самовоспитание», «перевоспитание»

(П.И. Пидкасистый)

Центральной категорией научного осмысления вос­питательного процесса и профессиональной педагогиче­ской деятельности по воспитанию детей выступает поня­тие «воспитание». От того, как трактуется это понятие, зависит многое в последующем анализе и понимании сущности спрятанного за данным термином явления. По­этому обратимся в первую очередь к терминологии.

Исходное значение слова «воспитание» обусловлено корневой частью слова: «воспитание» - это вскармлива­ние, питание ребенка, не приспособленного к жизни и совершенно беспомощного при рождении. В данном бес­хитростном значении слова процесс воспитания свойст­венен и животным - «питают» своим молоком млекопи­тающие; детеныш кенгуру «воспитывается» матерью, же­ребенок, встав на ножки после рождения, тянет свою мордочку под брюхо лошади - «воспитываться», вскарм­ливаться.

Первоначально в русском языке это слово полностью соответствовало своему исходному значению. Дети быст­ро взрослели, «воспитания» уже не требовалось. Вспом­ним: некрасовский «мужичок с ноготок» (мальчик пяти лет) заявляет, что в семье мужиков двое - «отец мой да я», себя расценивает как взрослого члена семьи. Воспитание завершилось для этого ребенка, оно исчерпало себя очень быстро.

Однако следует отметить, что никогда данный термин не ограничивался своим лексическим значением. Даже в мире животных мы наблюдаем, как, наряду со вскармливанием, мать (а иногда и отец) осуществляет нау­чение малыша: птица-гага сажает на крылья своего птенца и осторожно спускает в воду, страхуя первый заплыв; медве­дица, совсем как человеческая мама, шлепает медвежонка, если тот провинится; белоголовый орел бросает для под­растающих орлят в воздух добычу, приучая детей к охоте. Вскормленный детеныш животного довольно скоро уходит от матери, иногда она сама его прогоняет. Детеныш челове­ческий еще долго будет находиться при родителях - «пища» социальная столь необходимая для личностного развития и вхождения в общество, займет основное место в процессе воспитания человеческого детеныша. Термин «воспитание» переосмыслился, расширив свое значение. Сегодня, говоря о воспитании, меньше всего подразумевают «питание», а если имеют в виду это значение, то в его широком духовном значении.

Задолго до научного осмысления складывалось, разви­валось воспитание детей в житейско-обыденной повседнев­ности, опыт воспитания передавался через традиции, обы­чаи, общественное мнение. Воспитательная практика была такой нехитрой, что считалось, будто здравого смысла вполне достаточно, чтобы воспитывать детей. В XIX веке К.Д. Ушинский развенчивает иллюзорную уверенность педа­гогического невежества, отмечая жестко, что тот, кто мало что знает о воспитании, больше всего уверен, что о воспи­тании знает все. Чем более человечество продвигалось в изучении столь простого предмета, как воспитание, тем больше раскрывалась головокружительная глубина и слож­ность его. Знаменитый физик А. Эйнштейн, выслушивая психолога по вопросу детской игры, скажет: строение атома -это детская игра по сравнению с детской игрой. Тем самым признавалась высочайшая мера сложности процесса ста­новления и развития личности. Термин «воспитание» далеко ушел от своего исходного смысла, тем не менее нельзя не признать, что опора на смысловой исток сохраняется до сих пор. Мы говорим: «дети насыщаются чувствами», или «ребенок не может переварить большую дозу информации», или «ученики впитывают культуру». «Питание», в его прямом зна­чении, обеспечивает рост и функционирование организма. «Питание» в его фигуральном смысле означает социализа­цию маленького человека, вхождение его в культуру и ус­воение того, что выработано культурой. В переосмыслении педагогического термина нет ни­чего удивительного после того, как подобное переосмыс­ление уже произошло со словом «педагог». Греческое «раб, ведущий ребенка в школу» преобразовалось в про­фессионала, «вводящего ребенка в жизнь».

Снимем наносное значение понятия «воспитание», вульгаризированное плохо организованной воспитатель­ной практикой. Обыденное сознание относится к «воспитанию» одиозно, потому что понимает под ним «нравоучение», «наставление», «длинное и нудное мора­лизирование». При таком понимании человек использует слово «воспитание» как посягательство на его свободу, он говорит, защищаясь от пустых сентенций: «Не воспиты­вай меня!» - плохо отдавая себе, отчет в том, что там, где истинное воспитание, не может быть скучных поучений, а там, где пышные и длинные поучения, нет воспитания.

Центральное понятие «воспитание» имеет целый веер педагогических терминов, обозначающих явления, лежащие рядом или тесно связанные с воспитанием. В первую очередь отметим «становление» - термин, отражающий некоторое условное достижение ребенком такого уровня развития, когда он становится способным самостоятельно жить в обществе, распоряжаться своей судьбой и самостоя­тельно выстраивать свое поведение, а также обладает спо­собностью осознавать свои отношения с миром и произво­дить относительно устойчивый ценностный выбор.

В отдельных регионах земли, нациях, культурах суще­ствовал и до сих пор существует обычай резкого и разового перехода молодого человека на положение взрослого. На­пример, когда-то краснокожие индейцы оформляли этот акт как испытание: мальчика укладывали в гамак, пускали туда жалящих и кусающих насекомых, он должен был выдержать боль, не дрогнув ни одной мышцей, проявив выдержку - при таком условии он получал статус полноправного члена пле­мени.

Сказать о том, что личность окончательно состоя­лась, так же невозможно, как невозможно представить за­стывший процесс, принявший свой конечный вариант, ибо динамика жизни и извилистый ход событий будут влиять на человека до самой смерти. И это значит, что существует надобность в другом понятии, более широком и гибком, которое бы отразило бесконечность изменения личности под воздействием всей суммы жизненных и со­циальных факторов. Таким понятием является «форми­рование».

Формирование личности - процесс изменения лич­ности в ходе взаимодействия ее с реальной действительностью, появления физических и социально-психологических новообразований в структуре личности и в связи с этим изменение внешних проявлений (формы) личности, благода­ря которой она существует для других людей. Формирует­ся младенец в чреве матери под влиянием питания, дви­жения, состояния, переживаний, рода занятий матери. Формируется пожилой человек, перешагивающий рубеж старости. Формируется девочка, вдруг преобразившись в юную прелестную даму. Формирование - как бы отклик на падающие извне протекающие внутри спонтанные про­цессы, в том числе, отклик на воспитание.

Когда мы говорим «невоспитанный человек», то ра­зумеем под этим, что человек был лишен достойного вос­питания, однако формирование его личности протекало, маленьким ребенком он реагировал на все случайные, стихийные и социально-ценностные и антисоциальные воздействия - под влиянием стечения обстоятельств, про­ходящих через призму его индивидуальности, приобрел устойчивые черты, не вполне отвечающие нормам совре­менной культуры.

Воспитание как педагогическое понятие включает в свое содержание три существенных признака: первый-це­ленаправленность, наличие какого-то образца, пускай са­мого общего, как социально-культурного ориентира; вто­рой - соответствие хода процесса социально-культурным ценностям как достижениям исторического развития че­ловечества; третий - присутствие определенной системы организуемых влияний.

" Посмотрим на забавном эпизоде, как сопрягаются названные выше понятия в реальном общении взрослого с ре­бенком.

Пятилетняя девочка обращается к маме:

• Купишь мне мороженое? Мама молчит.

• Купишь мне мороженое?

- Что же ты, сегодня будешь есть мороженое, а завтра

в детский сад не пойдешь?

Длительная пауза. Наконец, девочка отвечает:- А тот, кто ест мороженое, он не хочет в детский сад ходить?

Отдадим должное логическому мышлению этой ма­ленькой девочки. Но нас будет интересовать в этом эпи­зоде другое. Мать, вероятно, заботилась о развитии спо­собности девочки к саморегуляции: отказаться от мороженого, чтобы не болеть. Ее волновал процесс «ста­новления» личности дочери как субъекта собственных желаний. Поэтому она направляет свои продуманные ар­гументы, полагая, что содействует развитию умения гос­подствовать над своей натурой - одному из признаков культуры современного человека. Эти воздействия лежат в общем контексте «воспитания» дочери. Однако замысел .сломан индивидуальным восприятием девочки, увидев­шей иной смысл в сказанном. Путь «формирования» не­сколько отклонился от пути «воспитания».

Так мы обнаруживаем глубокое значение наличия в педагогическом лексиконе очень близких по смыслу, но все-таки различных терминов.

Становление личности, свершающееся в жизни ре­бенка, рождает еще одно педагогическое явление, полу­чившее название «самовоспитание». Суть его - в указании на смещение субъекта воспитания: соотносить социаль­но-культурный образец с поведением станет сам воспи­танник. Подрастающий ребенок принимает воспита­тельную эстафету у педагога и несет ее далее по дороге собственного совершенствования. «Самовоспитание» подчеркивает субъектность вчерашнего воспитанника — он сегодня эмансипировался от воспитывающих его взрослых и свое «Я» превратил в объект собственного восприятия и продуманного воздействия.

Эмансипация (освобождение от зависимости - лат.) ре­бенка начинается довольно рано: вот он в два года берет лож­ку и заявляет: «Я сам!»; вот он в пять лет не позволяет взять его за руку во время прогулки; вот он закрывает дверь своей комнаты, уходя в одиночество; вот он заявляет: «Сам знаю, что мне делать и как мне жить». Это закономерное явление и соз­дает возможность субъекта стать воспитателем самого себя. Эта потенциальная возможность реализуется по-разному, в зависимости от меры субъектность ребенка.

Максим (5,5 лет) поставлен «в угол». Жалобно кричит: «Можно из угла выходить?» Не дождавшись ответа родите­лей, говорит сам себе: «Нет, нельзя. Зачем девочку бил?» Еще не самовоспитание, но уже его начало.

А когда молодой Л. Толстой составляет свод правил для себя и, боясь, что не справится со своими прежними дурными привычками, кладет в ящик стола пистолет, чтобы застрелиться в случае нарушения правил, тут мы имеем де­ло с классической моделью самовоспитания.

-

Продолжим аналогию с «питанием». Там тоже наблюдается расширяющаяся эмансипация: сначала ребенка! кормят, потом ему приготовляют пищу, затем он сам готовит еду на средства родителей и наконец он самостоятельно добывает средства на питание, устанавливает ре-] жим питания независимо от родителей. Аналогия порож­дает искушение заявить, что в мире животных, коль су­ществует эмансипация, имеется и база для самовоспита­ния. Однако это не так. Мир животных лишен субъектности, а самовоспитание не рождается без субъекта. Понятно, что только хорошо организованное «воспитание» приводит к самовоспитанию, можно даже сказать, что первое - показатель качественности второго. Нельзя лишь думать, что педагог оставляет ребенка одного при первых признаках самовоспитания. Воспитание инициирует са­мовоспитание. Эти явления идут рядом, и термины всегда располагаются в одном педагогическом поле. Педагог обязан профессионально разбираться как в закономерно­стях воспитания, так и в социально-психологических ме­ханизмах самовоспитания, а следовательно, еще один ве­ер педагогических терминов станет средством профессио­нального осмысления воспитательной работы с детьми: «самоконтроль», «самооценка», «саморегуляция», «самочув­ствие», «самоприказ», «самоубеждение», «аутотренинг» (самотренинг), «саморазвитие». Веер этих терминов огра­ничивает внешние воздействия — они как будто условно не принимаются во внимание, истоком всего набора дан­ных психолого-педагогических явлений объявляется сам воспитанник как таковой на данный этап его личност­ного развития, который определен воспитанием.

Латентный (скрытый, невидимый - лат.) характер протекающих в личности процессов и длительность их за­вершающего формирования ставят как педагога, так и самого воспитанника перед фактом неожиданных явных несоответствий личности общепринятым нормам и неразвитости некоторых качеств, востребованных современ­ной жизнью. Удивление и огорчение часто сопровождают профессиональную деятельность педагога. Стремление скорректировать, добавить, ликвидировать появляется как ответная профессиональная реакция на произведенную работу.

Так вошло в педагогическую терминологию понятие «перевоспитание» как отражение этой стороны педагоги­ческой деятельности.

Приставка «пере-» уже сама по себе говорит о жела­нии что-то изменить, сделать не так, как оно есть сейчас. К понятию «перевоспитание» обращаются, когда речь за­ходит о социально неодобряемом поведении, о качествах личности, противоречащих человеческому общежитию, в том числе и о противоправных деяниях.

Допустим, ребенок груб, ленив, драчлив, нечистоплотен физически и нравственно. Естественным было бы предпо­ложить, что недостойные качества необходимо заменить достойными: привить ему доброжелательность, трудолю­бие, аккуратность, честность, Но уже само это предположе­ние приведет нас в тупик: если формировать доброжела­тельность, ребенок не будет грубым и драчливым; если при­вивать трудолюбие, о лени не придется говорить; воспитан­ная честность исключает воровство как таковое. О каком же «перевоспитании» может идти речь в таком случае? Форми­руется достоинство, которого недоставало ребенку в обще­нии с людьми - недостатком называли нехватку того, чего не было. Таким образом, «перевоспитанию» не остается места в рамках нашей педагогической логики. «Перевоспитание» - термин далекого педагогического прошлого, когда ребенок, будучи для педагога объектом воздействия, трактовался как носитель суммы качеств. Предполагалось, что отрицательные качества нужно «уда­лять», «уничтожать», даже «вытравливать», «подавлять» (при этом упускалась нечаянная возможность «подавить» и самоё личность ребенка), а положительные - вкладывать на место вытравленных, как если бы ребенок был магни­тофоном, в который педагог может вставить нужную кас­сету с хорошей, чистой записью, а дурную кассету с не­пристойными записями удалить.

Отголоски такого педагогического представления о природе воспитания звучат до сих пор в педагогической практике, апеллирующей к медицинской аналогии: педа­гог «якобы» иногда должен быть подобен хирургу, скаль­пелем удаляющему «ненужное» в организме или заме­няющему «больной орган» «здоровым».

При этом умалчивается, что медицина максимальные Усилия направляет на то, чтобы при лечении организма 15-1700 подвижность центральных категорий заставляет педагога прежде чем обратиться к изучению любого вопроса процесса воспитания, сначала рассмотреть значение этих центральных понятий. И только обратившись к термино­логическому значению и оговорив его, мы можем ставить вопрос о скрытой сущности явления, которое отражает понятие.

Сущность не располагается на поверхности и недос­тупна «здравому смыслу». Вскрыть суть явления можно, лишь мысленно препарируя, анализируя его.

Обратимся к вопросу сущности воспитания как явле­ния педагогической профессиональной сферы.