2.7 Право на свободу передвижения и выбора места пребывания и места жительства

Право гражданина на свободу передвижения является одним из основополагающих прав человека. В настоящее время данное право предусмотрено ст. 27 Конституции РФ, принятой всенародным голосованием 12 декабря 1993 г. Также оно закреплено в ст. 13 Всеобщей Декларации Прав Человека, принятой Генеральной Ассамблеей ООН 10 декабря 1948 г., и в ст. 12 "Международного пакта о гражданских и политических правах", подписанного СССР 18 марта 1968 г., ратифицированного Указом Президиума ВС СССР от 18 сентября 1973 г. N 4812-УШ и вступившего в силу для СССР 23 марта 1976 г.

Свобода передвижения в конституционном праве понимается как совокупность нескольких прав, а именно: право на свободу передвижения в пределах территории государства, право на выбор места жительства на территории государства, а также право покидать территорию государства и возвращаться обратно.

Право на свободу передвижения включает в себя возможность беспрепятственно, по своему усмотрению, перемещаться на территории Российской Федерации, без получения каких-либо особых разрешений и предписаний, любым видом транспорта или иным способом.

Право на выбор места жительства и места пребывания является отражением естественного состояния человека, при котором он осознает свою внутреннюю свободу на перемену места жительства и пребывания по своему усмотрению, а государство не устанавливает ограничений и препятствий в его реализации. Право на выбор места жительства и пребывания тесно связано с понятием "место жительства и пребывания", что является предметом подробного рассмотрения в комментарии к ст. 2 Закона.

2.8 Свобода совести и вероисповедания

Действующая российская Конституция 1993 г. в главе 2 "Права и свободы человека и гражданина" также регламентировала, что "каждому гарантируется свобода совести, свобода вероисповедания, включая право исповедовать индивидуально или совместно с другими любую религию или не исповедовать никакой, свободно выбирать, иметь и распространять религиозные и иные убеждения и действовать в соответствии с ними". В контексте рассматриваемого вопроса о содержании конституционного права на свободу совести и свободу вероисповедания можно заметить, что наличествовавшее в предыдущих конституционно-правовых актах право на атеистическую пропаганду, атеистические убеждения заменено на более нейтральное и неопределенное "иные убеждения". Данный термин не подлежит расширительному толкованию и не может быть связан, скажем, с политическими, научными и прочими убеждениями, а должен находиться в рамках непосредственного содержания ст. 28, определяющей свободу того или иного отношения человека и гражданина к религии. Поэтому под "иными убеждениями" следует понимать убеждения, связанные с отношением к религии, но отличающиеся от религиозных, например свободомыслие, агностицизм и т.д. Но чаще всего "иными убеждениями" в контексте данной нормы считаются убеждения, прямо противоположные религиозным, - материалистические, атеистические, антирелигиозные. Конституция РФ прямо не предусматривает возможности иметь атеистические убеждения, осуществлять атеистическую пропаганду или иную атеистическую деятельность, создавать атеистические общественные объединения и т.д., но и не запрещает этого. Кроме того, установленная в ст. 28 возможность действовать в процессе реализации свободы совести в соответствии со своими убеждениями (как религиозными, так и иными) позволяет сделать вывод, что свобода атеизма, атеистическая деятельность и атеистическая пропаганда могут иметь место, конечно, при условии соблюдения законодательства РФ и не нарушения прав и свобод других лиц.

26 сентября 1997 г. принят Федеральный закон "О свободе совести и о религиозных объединениях"²⁷, который был призван заменить собой несколько устаревший морально и юридически Закон РСФСР 1990 г. "О свободе вероисповеданий". Федеральный закон, конечно, более современен, использует терминологию действующей российской Конституции, но сказать, что он внес что-то новое, дополнительно конкретизирующее в содержание понятия свободы совести и свободы вероисповедания, было бы преувеличением. Несмотря на то, что термин "свобода совести" занимает в названии Федерального закона первое место, самой свободе совести в нем посвящено лишь несколько статей из главы первой "Общие положения". Куда как более подробно освещается в Законе правовой механизм создания и деятельности религиозных объединений. Да и те статьи, что посвящены свободе совести и свободе вероисповедания, в основном механически воспроизводят текст соответствующих статей Конституции РФ, что уже само по себе является свидетельством низкой юридической техники.

Так, часть 1 ст. 3 Федерального закона "О свободе совести и о религиозных объединениях" почти дословно дублирует норму ст. 28 Конституции, гарантируя право на свободу совести и свободу вероисповедания, в том числе право исповедовать индивидуально или совместно с другими любую религию или не исповедовать никакой, свободно выбирать и менять, иметь и распространять религиозные и иные убеждения и действовать в соответствии с ними. При этом упускается важная формулировка о том, что это право гарантируется "каждому", что в соответствии с конституционной терминологией означает: всем лицам вне зависимости от гражданства - гражданам России, иностранным гражданам и лицам без гражданства. В норме Закона, как и в самой Конституции РФ, термин "иные убеждения" остается без расшифровки; по смыслу Закона также нельзя сделать однозначного вывода о содержании "иных убеждений", так как в Законе ни атеистические, ни антирелигиозные убеждения или соответствующая деятельность в какой бы то ни было форме ни разу не упоминаются.