Глава 1. Произведение, автор и читатель

1.1. Истоки искусства, характеристика автора

Вопрос о соотношении сознания автора и других сознаний в произведении не получил в теории читателя убедительного решения именно в силу преимущественно гносеологического характера концепции, которая рассматривает автора в качестве определенной точки зрения, трактует деятельность художника только как выражение этой точки зрения. Конечно, нельзя не согласиться с тем, что автор имеет свою точку зрения и осуществляет ее в разных аспектах художественной организации произведения. Вместе с тем нужно не забывать, во-первых, что читатель, являясь личностью, не может быть сведен к завершенной позиции, «взгляду», не может быть «готовым», «завершенным», — при всех своих индивидуальных особенностях автор в художественном произведении — личность, обладающая свободой и непредсказуемостью, «разомкнутостью» в бесконечный мир, она не укладывается в заданные конечные рамки, граница между ним и другими сознаниями подвижна, текуча, часто очень неопределенна, так как его сознание несет в себе опыт, уходящий в глубины надличного.

Подлинной основой искусства является не сознание, а целостная жизнь, в которой ничто не обладает готовой идентичностью. Сознательное и бессознательное, завершенность и незавершенность, замкнутость и разомкнутость, детерминированность и свобода, конечное и бесконечное противостоят друг другу и образуют единство, находящее свое выражение в произведении художника. Автор с такой точки зрения — это бесконечная жизнь, принявшая форму личности, творящей произведение, это границы, позволяющие бесконечной жизни явить какую-то свою определенность, стать конкретной и тем самым доступной человеческому сознанию. Только границы доступны конкретному восприятию и анализу – вне их сознание теряется в беспредельности. Задача заключается, следовательно, в том, чтобы понять границу как конечную форму явления бесконечного, как форму, обнаруживающую какие-то определенности в беспредельном потоке бытия, позволяющую различить в нем какие-то упорядоченности, какой-то смысл. Для этого границы нужно понять как точки встречи разных форм бытия — события встречи личного и сверхличного, конечного и бесконечного.

Поэтому художник говорит не только своим голосом — в его высказывании высказывает себя жизнь. На уровне форм, способов деятельности художника в произведении человек реализуется в наиболее глубоких и «глубинных» слоях его бытия, опыта, в наиболее универсальных структурах человеческого бытия. Было бы ошибкой считать эти структуры просто «неавторскими». В подлинно художественном произведении автор не просто воспроизводит канонические, традиционные формы, шаблонные приемы. Вне авторской активности традиционные формы остаются не более чем мертвыми, не говорящими ни уму, ни сердцу шаблонными приемами, лишенными всякой жизни. И это относится отнюдь не только к современному искусству, но и к искусству эпох традиционного типа творчества.