§ 3. Дееспособность как стадия (ступень) развития правосубъектной связи

Вторым основным этапом (стадией) развития правосубъектной связи является этап (стадия) дееспособности. Возникновению дееспособности логически предшествует наступление правоспособности лица, дееспособность — это своего рода вторые правовые врата

157

(после вхождения лица в сферу правоспособности, правосубъектности) на пути становления субъекта права. С наступлением дееспособности лица характер правосубъектной связи качественным образом меняется. Если на первом этапе данная связь формируется безотносительно к особенностям самого субъекта права, его возрасту, волевым характеристикам, готовности осуществлять правовую деятельность, то наступление второго этапа возможно лишь при условии такой готовности лица к самостоятельному осуществлению функций субъекта права. Признание лица дееспособным открывает перед ним принципиально иные возможности: теперь он не просто «числится» субъектом права, а становится действительным участником правовой коммуникации, способным принимать правовые решения, формировать правовую систему. Формально достижение лицом дееспособности в законодательстве по общему правилу обусловливается наступлением определенного возраста (гражданское, уголовное, трудовое, семейное право и др.), в качестве исключения — иными обстоятельствами (вступлением в брак, эмансипацией). В содержательном плане наступление дееспособности определяется моментом осознания себя волей (дееспособен тот, с сознательной волей которого право считается — Г. Дернбург; способность к юридическим действиям состоит в праве лица устанавливать свои правоотношения собственною волею и деятельностью — Н. К. Ренненкампф; дееспособность — способность устанавливать собственной волею свои правоотношения — Е. Н. Трубецкой; осуществление прав предполагает способность к гражданской деятельности, дееспособность, волю — Д. И. Мейер⁴⁰).

Отсутствие у лица осознанной воли вследствие психического расстройства, когда оно не может понимать значения своих действий или руководить ими, является основанием для признания лица в судебном порядке недееспособным и установления над ним опеки (ст. 29 ГК РФ). По Германскому гражданскому уложению (или, более точно⁴¹, Германскому гражданскому кодексу 1896 г.) кроме ма-

⁴⁰ См.: Дернбург Г. Пандекты. Т. 1. Общая часть. С. 127; Ренненкампф Н. К. Юридическая энциклопедия. Киев, 1889. С. 155; Трубецкой Е. Н. Лекции по энциклопедии права. М., 1917. С. 171; Мейер Д. И. Русское гражданское право: В 2 ч. Общая часть. С. 74.

⁴¹ См.: Савельев В. А. Гражданский кодекс Германии (история, система, институты): Учеб. пособие. 2-е изд. перераб. и доп. М., 1994. С. 3.

158

лолетних (не достигших семи лет) признаются лишенными дееспособности лица: находящиеся в состоянии болезненного расстройства душевной деятельности, исключающего свободу волеизъявления, если это состояние по природе своей непреходящего свойства (§ 104)⁴². Однако лицо с существенным расстройством душевной деятельности признается дееспособным во время просветления сознания, так как в этот момент возможно свободное волеопределение⁴³. По Гражданскому кодексу Франции (ст. 488) совершеннолетие наступает по достижении 18 лет; с этого возраста лицо является способным ко всем действиям гражданской жизни. Однако совершеннолетний, который в силу расстройства психического состояния не в состоянии самостоятельно заботиться о своих собственных интересах, защищается законом либо в отношении отдельного действия, либо постоянным образом (статья приводится с учетом Закона № 74-631 от 5 июля 1974 г.). По Швейцарскому гражданскому кодексу (ст. 16) и Австрийскому гражданскому уложению (§ 865) недееспособность обусловливается душевной болезнью, слабоумием, алкоголизмом. К. Цвайгерт и X. Кетц отмечают, что возрастного критерия для определения дееспособности несовершеннолетнего недостаточно; необходимо выяснить, позволяют ли деловые и умственные способности ребенка ему самому должным образом оценивать значение его собственного волеизъявления. Если нет, то и нет волеизъявления⁴⁴.

Итак, указанные критерии, будучи закрепленными в законе, определяют наступление дееспособности, с другой стороны, законодатель оказывается непоследовательным в своем стремлении связать дееспособность с возрастом (формально) и с разумностью, с осознанием себя волей (в содержательном плане). В частности, Д. И. Мейер по этому поводу писал: «Физическое лицо достигает такого возраста, в котором умственные способности его ослабевают, а с ними ослабевает и бывшая у него способность к гражданской деятельности. Понятно, что и старость должна оказывать известное влияние на юридическое положение физического лица»⁴⁵. Применительно к до-

⁴² См.: Там же. С. 77.

⁴³ См.: Шапп Я. Основы гражданского права Германии. С. 207.

⁴⁴ См.: Цвайгерт К., Кетц Х. Введение в сравнительное правоведение в сфере частного права: В 2 т. М., 2000. Т. 2. С. 40.

⁴⁵ Мейер Д. И. Русское гражданское право. Общая часть. С. 76.

159

революционному законодательству он, например, отмечает такое положение, по которому лица, достигшие 80 лет, не могли вступать в брак⁴⁶. Различные возрастные ограничения существуют и в современном российском праве. Так, например, в Федеральном законе РФ «О воинской обязанности и военной службе» № 53-ФЗ от 28 марта 1998 г. (в редакции Федерального закона от 29.06.2004 № 58-ФЗ) в ст. 49 установлен предельный возраст пребывания на военной службе: для маршала Российской Федерации, генерала армии, адмирала флота, генерал-полковника, адмирала — 60 лет; для генерал-лейтенанта, вице-адмирала, генерал-майора, контр-адмирала — 55 лет; полковника, капитана 1 ранга — 50 лет; военнослужащего, имеющего иное воинское звание, — 45 лет. Для военнослужащих женского пола предельный возраст пребывания на военной службе установлен 45 лет⁴⁷. В Федеральном законе РФ «Об основах государственной службы Российской Федерации» № 119-ФЗ от 31 июля 1995 г. (в редакции Федерального закона от 27.05.2003 № 58-ФЗ) в ст. 25 (п. 3) в качестве одного из оснований для прекращения государственной службы установлен предельный возраст для нахождения на государственной должности государственной службы — 60 лет (данным Законом допускается продление нахождения на государственной службе государственных служащих, занимающих высшие, главные и ведущие государственные должности государственной службы и достигших предельного для государственной службы возраста, решением руководителя соответствующего государственного органа; после достижения возраста 65 лет продление нахождения на государственной службе государственного служащего не допускается)⁴⁸. Также возрастные ограничения установлены в Федеральных законах «О прокуратуре Российской Федерации» (в редакции Федерального закона от 30.06.2003 № 86-ФЗ) № 2202-1 от 17 января 1992 г. (ст. 43); «О службе в таможенных органах Российской Федерации» (в редакции Федерального закона от 29.06.2004 № 58-ФЗ) № 114-ФЗ от 21 июля 1997г. (ст. 49); «О статусе судей в Российской Федерации» (в редакции Федерального закона от

⁴⁶ Там же.

⁴⁷ См.: «Собрание законодательства РФ». 30.03.1998. № 13. Ст. 1475; «Российская газета». 02.04.1998. № 63-64.

⁴⁸ См.: «Собрание законодательства РФ». 31.07.1995. № 31. Ст. 2990; «Российская газета». 03.08.1995. №149.

160

15.12.2001 № 169-ФЗ) № 3132-1 от 26 июня 1992г. (ст. 11) и других нормативных актах. В связи с наличием подобного рода возрастных ограничений по различным видам деятельности представляется возможным говорить о существовании не только нижней возрастной границы наступления дееспособности лица, но и верхней границы дееспособности, которая формально не декларируется законодателем, но с помощью указанных выше ограничений реально проводится в жизнь.

Кроме возрастных ограничений дееспособности в законодательстве также можно обнаружить немало иных, в частности, связанных с состоянием здоровья лица. В ст. 27 «Кодекса внутреннего водного транспорта Российской Федерации», предусматривающей требования, предъявляемые к членам экипажа судна, установлено, что к работе на судне допускаются лица, годные к такой работе по состоянию здоровья⁴⁹. В ст. 25 Федерального закона РФ «О железнодорожном транспорте в Российской Федерации» № 17-ФЗ от 10.01.2003 г.⁵⁰ (в редакции Федерального закона от 07.07.2003 № 115-ФЗ) установлено, что лица, принимаемые на работу, непосредственно связанную с движением поездов и маневровой работой, и работники, выполняющие такую работу, проходят обязательные предварительные (при поступлении на работу) и периодические (в течение трудовой деятельности) медицинские осмотры. В приведенных примерах, как и в отношении установления верхнего возрастного предела, обнаруживаются ограничения, касающиеся именно дееспособности, возможности осуществления лицом конкретных видов деятельности, регулируемых правом. Однако эти ограничения не относятся к разряду возрастных ограничений, не затрагивают собственно состояние, зрелость воли, ее способность к принятию правовых решений. Они выходят за пределы установленного законодателем волевозрастного критерия определения дееспособности и само их существование вызывает необходимость уточнения данного критерия.

В дореволюционной литературе выделялось множество обстоятельств, влияющих на право- и дееспособность лица. Д. И. Мейер,

⁴⁹ «Парламентская газета». 12.03.2001. № 45; «Собрание законодательства РФ». 12.03.2001. №11. Ст. 1001.

⁵⁰ «Собрание законодательства РФ». 13.01.2003. № 2. Ст. 169; «Парламентская газета». 18.01.2003. № 11-12.

161

например, выделял в отношении физических лиц такие: рождение (законное и незаконное), пол, возраст, здоровье, отношение родства и свойства, местожительство лица, образование, вероисповедание, состояние лица, звание и гражданскую честь⁵¹. Е. Н. Трубецкой отмечал: возраст, пол, здоровье лица, родство, гражданскую честь, религию, подданство⁵²; Н. Л. Дювернуа разграничивал условия физические (пол, возраст, здоровье) и условия общественные (положение иностранцев, сословность, звания, гражданское бесчестие, законность рождения, профессия, расточительность, несостоятельность и др.)⁵³. Причем Д. И. Мейер полагал, что вышеназванные обстоятельства влияют на права лица, Е. Н. Трубецкой и Г. Ф. Шершеневич рассматривали их как условия, влияющие на правоспособность; Н. Л. Дювернуа квалифицировал их как обстоятельства, видоизменяющие право- и дееспособность физических лиц. В советской юридической литературе в качестве общего принципа в отношении правосубъектности физических лиц отмечался принцип равноправия, а в качестве законных условий ограничения правосубъектности А. В. Мицкевич в своей работе «Субъекты советского права» выделял состояние здоровья (физическое или психическое), принятие судебного решения (как мера наказания виновного лица); кроме того, в отношении ограничения дееспособности душевнобольных им называется возможность принятия решения суда о признании лица недееспособным⁵⁴. С. Н. Братусь указывал на наличие некоторых ограничений правоспособности иностранцев и на ограничение дееспособности несовершеннолетних лиц⁵⁵.

Отсутствие четкого различения обстоятельств, влияющих на правоспособность и дееспособность, свидетельствует, как представляется, о том, что сами эти понятия до конца в законодательстве и юридической науке не разграничены. Одной из главных причин такой неопределенности является, на наш взгляд, сформировавшийся в литературе и в законотворческой практике подход к пониманию правоспособности как к способности обладания различным набором

⁵¹ См.: Мейер Д. И. Русское гражданское право. С. 66.

⁵² Трубецкой Е. Н. Лекции по энциклопедии права. С. 171 -174.

⁵³ См.: Дювернуа Н, Л. чтения по гражданскому праву. Т. 1. Введение и часть общая (Вып. 2. Лица. Вещи.). 4-е изд. СПб., 1902. С. 325-416.

⁵⁴ См.: Мицкевич А. В. Субъекты советского права. С. 78-81.

⁵⁵ Братусь С. Н. Субъекты гражданского права. С. 65-77.

162

прав. Как уже отмечалось ранее, нельзя относиться к правоспособности как к складу для хранения прав (и обязанностей), где каждому уготовано свое в зависимости от цвета кожи, состояния здоровья, национальной, половой принадлежности, гражданства и т. д. При таком подходе правоспособность оказывается не тем моментом, который объединяет субъектов права, приводит их к общему знаменателю, а тем, который их разъединяет, является основанием различения их и распределения на различные группы, виды, подвиды. Вместо того чтобы выражать общие для всех субъектов права признаки (свойства), правоспособность заключает в себе основания их дифференциации. Правоспособность как наиболее абстрактное понятие, характеризующее субъект права, формальна, она «прикладывается» к лицу вне зависимости от его частных (индивидуальных) особенностей, не может и не должна обусловливаться множеством внешних факторов, непосредственно не определяющих момент возникновения субъекта права. Что касается возможности ограничения правоспособности, то сама постановка данного вопроса представляется некорректной хотя бы по тому основанию, что авторы, обсуждающие такую возможность, под правоспособностью обычно понимают особое качество или свойство субъекта права. В этом смысле можно либо признавать наличие этого свойства (качества) у лица, либо отрицать его. Второй причиной существования указанной неопределенности, на наш взгляд, являются те основания, на которых строится конструкция дееспособности субъектов права.

По существу, конструкция дееспособности с учетом заложенного в ней волевозрастного критерия оказалась создана и имеет смысл лишь для одной категории субъектов права — физических лиц. Что касается юридических лиц, то возможность использования по отношению к ним данной конструкции у многих авторов вызывала и продолжает вызывать различные сомнения. Виндшейд считал, что «так как юридическое лицо не человек, то собственно о действиях его и речи быть не может»⁵⁶, что дееспособность искусственно присвоена юридическому лицу⁵⁷. В. И. Синайский по этому поводу писал: «Дееспособность юридического лица вызывает, прежде всего, сомнение в своей конструкции — сомнение, объясняемое неясной

⁵⁶ Виндшейд. Учебник пандектного права. С. 135.

⁵⁷ Там же. С. 136-137.

163

конструкцией самого понятия юридического лица»⁵⁸. Г. Ф. Шершеневич шел в этом вопросе еще дальше и утверждал, что у юридических лиц вовсе отсутствует дееспособность⁵⁹. Подробный анализ развития идеи дееспособности юридического лица в дореволюционной литературе представлен в курсе Н. Л. Дювернуа⁶⁰. Обычно при рассмотрении вопроса о правосубъектности юридических лиц в правовой литературе либо вообще не обсуждается их дееспособность, либо констатируется, что моменты наступления правоспособности и дееспособности у юридического лица совпадают. Данное обстоятельство свидетельствует, на наш взгляд, о том, что конструкция дееспособности до сих пор окончательно не сформировалась, не стала общей для всех видов субъектов права (общесубъектной) и поэтому нуждается в дополнительном теоретическом осмыслении и переработке.

В этой связи можно акцентировать внимание на следующих моментах. Во-первых, в содержательном плане действительно волевозрастные критерии дееспособности по общему правилу не применимы для конструкции юридического лица, которая предполагает абстрактную, отчужденную от конкретного физического носителя, волю (иногда ее не очень точно называют «союзной», «корпоративной» волей). Поэтому необходим более общий критерий (критерии), одинаково применимый как для физических, так и для юридических лиц. Во-вторых, формально связывать возникновение дееспособности с возможностью осуществления лицом самостоятельных действий является не совсем правильным с той точки зрения, что физическое лицо, достигшее необходимого для наступления дееспособности возраста, может быть в силу физических недостатков не в состоянии совершать собственные (самостоятельные) действия, но обладать при этом разумной волей, сознанием и осуществлять свои права посредством назначенного им представителя (в тех случаях, когда речь не идет о необходимости личного осуществления прав и обязанностей). Что касается юридических лиц, то они, согласно закону, приобретают для себя права и осуществляют обязанности че-

⁵⁸ Синайский В. И. Русское гражданское право. С. 121.

⁵⁹ Шершеневич Г. Ф. Учебник русского гражданского права. С. 93.

⁶⁰ См.: Дювернуа Н. Л. Из курса лекций по гражданскому праву: Введение и часть общая (учение о лицах). 2-е изд. СПб., 1895; Он же. Чтения по гражданскому праву.^с‑ 547-564.

164

рез свои органы или через своих участников (ст. 53 ГК РФ). Поэтому для них определять собственные действия необходимо иначе, чем для человека, как справедливо отмечает Виндшейд. Действия юридического лица — это действия физического лица (либо нескольких физических лиц), совершенные от имени юридического лица. Для юридических лиц принадлежность действия лицу, его связь с лицом определяется не по самому действию или его исполнителю, а по тому, от имени и по воле кого оно совершается. В третьих, когда дееспособность определяется законодателем только как способность лица своими действиями приобретать, осуществлять свои права, создавать и исполнять обязанности, то при этом учитывается только один из ранее перечисленных аспектов понятия субъекта права. В связи с этим возникает вопрос о том, как быть с другими аспектами понятия субъекта права. Дееспособность, на наш взгляд, должна охватывать различные аспекты понятия субъекта права, включать в себя готовность осуществления различных функций правовой личности. Она должна предполагать в целом и готовность воли, и готовность правового сознания, и готовность деятельностную (в смысле навыков, опыта лица и т.д.), и готовность с точки зрения внешних условий, факторов.

С учетом вышесказанного под дееспособностью, на наш взгляд, следует понимать определяемую правопорядком готовность (реальную способность, возможность) лица с точки зрения воли, сознания, организационных, имущественных, иных предпосылок, условий к осуществлению функций субъекта права. В предлагаемой трактовке дееспособности можно отметить, во-первых, то обстоятельство, что дееспособность имеет характер не абстрактной, неопределенной способности делать все в правовой сфере, осуществлять все функции, любые виды правовой деятельности. Она предполагает наличие реальной готовности, фактической возможности лица осуществлять либо одну конкретную правовую функцию, вид правовой деятельности (специальная дееспособность), либо несколько, множество правовых функций, видов деятельности (общая дееспособность). Дееспособность рассматривается нами как переход от возможности к реальности. Поэтому она не может определяться лишь формально, на основе только формальных критериев (например, возраста лица), а должна учитывать реальные особенности, состояние лица, обеспечивающие ему возможность осуществ-

165

лять функции субъекта права. Конструкция дееспособности должна строиться таким образом, чтобы максимально учитывать значимые для реализации правоспособности лица моменты, характеризующие его правовое состояние (следовать за правовым лицом). Состав предпосылок, условий, определяющих дееспособность лица, может быть различным в зависимости от функций, видов деятельности, также он может различаться в зависимости от вида субъектов права. Во-вторых, дееспособность, так же как и правоспособность, определяется по правилам, установленным системой правопорядка. Сами субъекты права не могут автономно определять свою готовность к осуществлению тех или иных функций, видов правовой деятельности. Однако они должны иметь право, обеспеченное необходимыми процедурами, доказывать и добиваться юридического признания наличия у них такой готовности. Необходимость и достаточность условий готовности лица осуществлять те или иные функции субъекта права вместе с правилами определения дееспособности устанавливаются законодателем. При этом главная, ключевая идея, которой он должен руководствоваться при определении дееспособности лица должна быть идея максимального учета правовой формой состояния готовности лица осуществлять функции субъекта права, идея следования правовой формы за субъектом права. В-третьих, понятие дееспособности не только охватывает возможность (готовность) приобретения, осуществления лицом прав и несение, исполнение обязанностей (предпосылка, условие осуществления прав и обязанностей), но и распространяется на различные функции, аспекты существования субъекта права. Дееспособность включает в себя готовность лица принимать правовые решения (выражать правовую волю), возможность осознания правовых последствий своих поступков и претерпевания мер юридической ответственности, готовность к участию в правовой коммуникации и т. д.

Предлагаемое понимание дееспособности позволяет по-иному взглянуть на проблему соотношения праводееспособности и специальных разрешений (лицензий) на занятие отдельными видами деятельности. В действующем Гражданском кодексе РФ право на осуществление деятельности, на занятие которой необходимо получение лицензии, рассматривается в контексте правоспособности, по крайней мере внешне это выражается в том, что проблема лицензирования и проблема правоспособности объединяются в од-

166

ной статье, определяющей правоспособность юридических лиц (ст. 49). Право на осуществление деятельности, на занятие которой необходимо получение лицензии, возникает с момента получения такой лицензии или в указанный в ней срок и прекращается по истечении срока ее действия, если иное не установлено законом или иными правовыми актами (ч. 3 ст. 49 ГК РФ). В настоящее время основным законодательным актом, устанавливающим общие положения, принципы лицензирования, является Федеральный закон РФ от 8 августа 2001 г. (в редакции Федерального закона от 23.12.2003 № 185-ФЗ) № 128-ФЗ «О лицензировании отдельных видов деятельности»⁶¹. Кроме него в данной сфере государственно-правового регулирования действуют также другие законы, например, Закон РФ «О банках и банковской деятельности» от 02.12.90 № 395-1 (в редакции Федерального закона от 29.06.2004 № 58-ФЗ), Закон РФ «Об образовании» от 10.07.92 № 3266-1 (в редакции Федерального закона РФ от 05.03.2004 № 9-ФЗ); Закон РФ от 21.11.95 № 170-ФЗ «Об использовании атомной энергии» (в редакции Федерального закона от 11.11.2003 № 140-ФЗ); Закон РФ от 30.11.95 № 187-ФЗ «О континентальном шельфе Российской Федерации» (в редакции Федерального закона от 11.11.2003 № 148-ФЗ); Закон РФ от 22.11.95 № 171-ФЗ «О государственном регулировании производства и оборота этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции» (в редакции Федерального закона от 25.07.2002 № 116-ФЗ) и др. Также по вопросам лицензирования принято более 200 постановлений Правительства РФ, около двух десятков указов Президента РФ. По общему правилу виды деятельности, подлежащие лицензированию в соответствии с законами, не могут осуществляться юридическими лицами или индивидуальными предпринимателями без получения ими лицензии. Право на осуществление таких видов деятельности в соответствии с упомянутой статьей ГК возникает с момента получения лицензии. На этом основании большинство исследователей рассматривает лицензирование как фактор (элемент), определяющий правоспособность юридических лиц, а также индивидуальных предпринимателей⁶². Такую же позицию занял Верховный Суд РФ, при-

⁶¹ «Российская газета». 10.08.2001. № 153-154; «Собрание законодательства РФ». 13.08.2001. № 33 (ч. I). Ст. 3430.

⁶² См., в частности: Гражданское право: Учебник. В 2 т. Т. 1. С. 79; Комментарий части первой Гражданского кодекса Российской Федерации. С. 98; Комментарий к Граждан-

167

знав, что лицензирование отдельных видов деятельности относится к характеристике правоспособности юридического лица и в силу этого является институтом гражданского права .

Данная позиция, изложенная в литературе и в решениях Верховного Суда РФ, нам представляется весьма спорной. Применительно к правоспособности юридического лица можно отметить, во-первых, то обстоятельство, что в той же статье 49 (ч. 3) ГК закреплено, что она возникает в момент его создания и прекращается в момент его ликвидации. Отсюда следует, что момент возникновения правоспособности юридического лица и момент возникновения у юридического лица права на осуществление лицензируемого вида деятельности не совпадают. Если обратиться к Закону «О лицензировании отдельных видов деятельности» от 8 августа 2001 г., то в нем определено (ст. 9, где содержится перечень, предъявляемых для получения лицензии документов), что заявлению о предоставлении лицензии должна предшествовать регистрация соискателя лицензии в качестве юридического лица, а для гражданина — его государственная регистрация в качестве индивидуального предпринимателя. Следовательно, правоспособность юридического лица возникает безотносительно к лицензированию отдельных видов деятельности. Во-вторых, сам законодатель применительно к осуществлению подлежащих лицензированию видов деятельности говорит не о правоспособности лица, а о его праве осуществлять лицензируемую деятельность, обеспеченном наличием реальных условий ее выполнения. Право на осуществление лицензируемого вида деятельности не просто «даруется» лицу, а обусловливается созданием необходимых предпосылок для осуществления деятельности. Не случайно в Законе «О лицензировании отдельных видов деятельности» под лицензией понимается специальное разрешение на осуществление конкретного вида деятельности при обязательном соблюдении лицензионных требований и условий (ст. 2 Закона). В-третьих, само по себе лицензирование никак не влияет на виды правоспособности юридического лица. Как предусмотрено в п. 18 совместного постановления Пленума Верховного Суда РФ № 6 и Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ № 8 от 01.07.96

скому кодексу Российской Федерации, части первой (постатейный) (комментарий к ст. 49 ГК).

⁶³ Бюллетень Верховного Суда РФ. 1997. № 5. С. 2.

168

«О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», «при разрешении споров следует учитывать, что коммерческой организации, в учредительных документах которой не содержится указанный выше перечень (исчерпывающий перечень видов деятельности, которыми соответствующая организация вправе заниматься. — С. А.), не может быть отказано в выдаче лицензии на занятие соответствующим видом деятельности только на том основании, что соответствующий вид деятельности не предусмотрен ее учредительными документами»⁶⁴. Таким образом, лицензии должны выдаваться как организациям, обладающим общей правоспособностью, так и наделенными специальной правоспособностью, если виды деятельности, указанные в уставе или учредительном договоре данной организации, относятся к числу тех, в отношении которых соискатель лицензии добивается ее выдачи. Лицензии, решения об их выдаче, как это вытекает из ГК и законов о лицензировании, не являются актами, устанавливающими особую правоспособность лица (особый вид правоспособности) наряду с общей и специальной.

В-четвертых, если рассматривать процесс лицензирования с точки зрения его содержания, конкретных условий выдачи лицензий, то можно обратить внимание на то обстоятельство, что он имеет далеко не формальный характер. В отличие от норм, регулирующих правоспособность, законодатель при определении условий, необходимых и достаточных для выдачи лицензии, руководствуется не идеей абстрактной способности (возможности) лица когда-либо осуществлять определенный вид деятельности или отдельную функцию субъекта права, а вполне конкретными критериями определения готовности лица к совершению лицензируемой деятельности. Так, по Закону РФ «О государственном регулировании производства и оборота этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции» для получения лицензии на осуществление одного из видов деятельности, связанных с производством этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции, заявитель должен представить в лицензирующий орган наряду с другими документами также: 1) документы о техническом и метрологическом оснащений

⁶⁴ «Российская газета». 13.08.1996. № 152; «Бюллетень Верховного Суда РФ». 1996 № 9, 1997. № 5; «Вестник ВАС РФ». 1996. № 9.

169

организации, наличии сертифицированного оборудования; 2) заключение органов внутренних дел Государственной противопожарной службы об оснащенности средствами охранной сигнализации и охранно-пожарной сигнализации; 3) положительные заключения специально уполномоченных государственных органов о соответствии производственных и складских помещений санитарно-эпидемиологическим, противопожарным, экологическим нормам и требованиям, а также требованиям техники безопасности; 4) документ, подтверждающий техническую компетентность (аккредитацию) лаборатории химического и технологического контроля производства этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции, или договор с такой лабораторией на проведение указанного контроля; 5) документ о регистрации основного технологического оборудования для производства этилового спирта, алкогольной продукции (ст. 19 Закона). По Закону РФ «Об образовании» предметом и содержанием экспертизы, необходимой для решения вопроса о выдаче лицензии, является: установление соответствия условий осуществления образовательного процесса требованиям в части строительных норм и правил, санитарных и гигиенических норм, охраны здоровья обучающихся, воспитанников и работников образовательных учреждений, оборудования учебных помещений, оснащенности учебного процесса, образовательного ценза педагогических работников и укомплектованности штатов (ст. 33 Закона). Таким образом, целью процесса лицензирования является установление (и обеспечение с помощью системы государственного контроля) реальной готовности субъекта права к осуществлению предусмотренных законом видов деятельности. По существу, процесс лицензирования относится не к стадии определения правоспособности юридических лиц и граждан — индивидуальных предпринимателей, а к стадии установления их дееспособности.

В-пятых, отличие института лицензирования от института правоспособности также заметно в отношении регламентации оснований для отзыва и приостановления лицензий. Эти основания, как и Условия выдачи лицензии, непосредственно определяются готовностью (неготовностью) субъекта права осуществлять лицензируемый вид деятельности. По Закону РФ «О банках и банковской деятельности» Банк России обязан отозвать лицензию на осуществление банковских операций в случаях: 1) если достаточность капитала кре-

170

дитной организации становится ниже 2 процентов; 2) если размер собственных средств (капитала) кредитной организации ниже минимального значения уставного капитала, установленного Банком России на дату государственной регистрации кредитной организации; 3) если кредитная организация не исполняет в срок, установленный Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве) кредитных организаций», требования Банка России о приведении в соответствие величины уставного капитала и размера собственных средств (капитала); 4) если кредитная организация не способна удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей в течение одного месяца с наступления даты их удовлетворения и (или) исполнения (ст. 20 Закона). Закрепленные Законом основания отзыва имеют не абстрактный, как при определении правоспособности, а вполне конкретный характер, обусловливаются не принципиальной невозможностью лица быть субъектом данной деятельности, а реальной неготовностью его осуществлять лицензируемую деятельность в конкретной ситуации. Аналогичный характер имеют основания для приостановления лицензии. В Законе РФ «О лицензировании отдельных видов деятельности» в качестве таких оснований называются: случаи выявления лицензирующими органами неоднократных нарушений или грубого нарушения лицензиатом лицензионных требований и условий (ст. 13 Закона). Все это свидетельствует о том, что институт лицензирования относится не к комплексу норм, определяющих правоспособность субъектов права, а к нормам, определяющим дееспособность, готовность субъектов права осуществлять регулируемые правом виды деятельности.

Что касается второй стороны вывода Верховного Суда РФ (что лицензирование отдельных видов деятельности является институтом гражданского права), то, учитывая правовую природу института лицензирования и используемые в нем способы, приемы правового воздействия на субъектов, он также, на наш взгляд, может быть оспорен. Разрешительный принцип, положенный в основу данного института, обеспечивается прямым государственным контролем за участниками правоотношений, проведением проверок со стороны уполномоченных органов за осуществлением лицензируемой деятельности, возможностью приостановления действия лицензии, правом требовать совершения определенных действий от обладателей

171

лицензий, применения штрафных санкций к нарушителям лицензионных требований, условий, что прежде всего характерно не для гражданского права, а для отрасли административного права. Поэтому если основываться на характеристике правовой природы данного института, особенностях правового регулирования лицензируемой деятельности, то его следует отнести к числу институтов публичного права, а именно — административного права. Тот факт, что институт лицензирования относится к характеристике дееспособности юридических лиц и граждан — индивидуальных предпринимателей (не правоспособности, как полагает Верховный Суд) сам по себе автоматически не меняет его отраслевую принадлежность. Заслуга в разработке конструкции праводееспособности, как уже отмечалось, действительно принадлежит науке гражданского права, но это вовсе не означает, что все то, что касается определения правоспособности и дееспособности субъектов права, должно быть частью гражданского права. Проблема правосубъектности — это общеправовая (межотраслевая) проблема, и ни одна правовая отрасль не может претендовать на исключительное право на ее разрешение.

Оценивая институт лицензирования с точки зрения задачи совершенствования правового регулирования, можно согласиться с той главной идеей авторов Закона «О лицензировании отдельных видов деятельности», что лицензироваться должны только те виды деятельности, регулирование которых не может осуществляться иными методами, кроме как лицензированием (ст. 4 Закона). Вместе с тем в соответствии с данным законом, а также другими законодательными актами примерно около 200 видов деятельности подлежат лицензированию на федеральном уровне и уровне субъектов Российской Федерации. Таким образом, благая идея авторов законопроекта о кардинальном ограничении сферы применения данного института в предпринимательских и иных отношениях на практике не реализована и система государственно-властного воздействия на Других субъектов права, административно-бюрократического контроля за их деятельностью до сих пор не претерпела существенных изменений. Тем самым авторы законопроекта и сам законодатель признаются в своем бессилии найти иные средства, приемы регулирования лицензируемых ныне видов деятельности либо нежелании их искать.

172

Труднообъяснимым, на наш взгляд, представляется то обстоятельство, что законодатель, Верховный Суд РФ, выделяя особую роль института лицензирования для определения праводееспособности правовых субъектов, ничего не говорят о других родственных данному институту комплексах норм, устанавливающих различного рода особые разрешения на осуществление отдельных видов деятельности. Так, в статье 27 Закона РФ от 21.11.95 № 170-ФЗ «Об использовании атомной энергии» предусмотрено, что выполнение определенных видов деятельности в области использования атомной энергии осуществляется работниками объектов использования атомной энергии при наличии у них разрешений, выдаваемых органами государственного регулирования безопасности. Перечень же специалистов из числа работников, которые в зависимости от выполняемой ими деятельности должны получать разрешения на право ведения работ в области использования атомной энергии, а также предъявляемые к этим специалистам квалификационные требования (к числу которых, в частности, относится отсутствие медицинских, в том числе психофизиологических, противопоказаний) определяются Правительством РФ⁶⁵. В Федеральном законе от 25.07.2002 № 115-ФЗ «О правовом положении иностранных граждан в Российской Федерации» (в редакции Федерального закона от 11.11.2003 № 141-ФЗ) предусматривается получение разрешений на привлечение и использование иностранных работников (ст. 18 Закона). В соответствии с данным Законом разрешения на привлечение иностранной рабочей силы выдаются федеральным органом исполнительной власти, ведающим вопросами внутренних дел, или его территориальными органами при наличии заключения соответствующего органа, ведающего вопросами занятости населения. Постановлением Правительства РФ от 30.12.2002 № 941 установлено, что разрешение на работу выдается при условии внесения работодателем или заказчиком работ, услуг в установленном порядке средств, необходимых для обеспечения выезда каждого

⁶⁵ Перечень должностей работников объектов использования атомной энергии, которые должны получать разрешения Федерального надзора России по ядерной и радиационной безопасности на право ведения работ в области использования атомной энергии, утвержден постановлением Правительства РФ № 240 от 03.03.97. (См.: «Собрание законодательства РФ». 10.03.1997. № 10. Ст. 1180.)

173

иностранного работника соответствующим видом транспорта из российской Федерации.

Постановлением Правительства РФ № 730 от 16.10.01 утверждено Положение о допуске российских перевозчиков к осуществлению международных автомобильных перевозок⁶⁶ (в редакции постановления Правительства РФ от 03.10.2002 № 731), в котором определяется порядок предоставления российским перевозчикам специального разрешения на международные автомобильные перевозки — допуска к осуществлению указанных перевозок. Условиями допуска российского перевозчика к международным автомобильным перевозкам (п. 3 Положения), в частности, являются: наличие лицензии на перевозку пассажиров и грузов автомобильным транспортом; наличие транспортных средств, принадлежащих на праве собственности или на ином законном основании и соответствующих международным техническим стандартам, конвенциям и соглашениям; соответствие назначенных российским перевозчиком лиц, отвечающих за осуществление международных автомобильных перевозок, квалификационным требованиям по организации перевозок автомобильным транспортом в международном сообщении; устойчивое финансовое положение российского перевозчика; обязательное страхование гражданской ответственности владельцев автотранспортных средств. Как видно из содержания условий выдачи разрешений, предусмотренных вышеназванными актами, уполномоченные на выдачу разрешений органы для принятия решения, по существу, должны определить готовность заинтересованного в получении разрешения лица к осуществлению соответствующей деятельности, основываясь на установленных в законодательстве критериях. Получение разрешения, как и получение лицензии, является предпосылкой для осуществления определенного вида деятельности, т. е. имеет такие же правовые последствия. Принципы и общие основания принятия решений о выдаче разрешений в приведенных актах такие же или схожие с принципами, основаниями лицензирования. Поэтому возникает вопрос: почему законодатель и Верховный Суд РФ признают особую роль института лицензирования для определения праводееспособности правовых субъектов и игнориру-

⁶⁶ «Собрание законодательства РФ». 22.10.2001. № 43. Ст. 4109.

174

ют значение других правовых институтов, выполняющих такую же роль для определения праводееспособности субъектов права?

Лицензирование является не единственным институтом, определяющим дееспособность субъектов права, их готовность к совершению отдельных видов деятельности, правовых функций. Аналогичную роль выполняют, в частности, институты аккредитации организаций и их филиалов, представительств; сертификации товаров, работ и услуг; выдачи разрешений на производство отдельных работ и т. д. Институт аккредитации давно известен российской и советской правовой системе, он использовался и продолжает использоваться как в отношении иностранных организаций, осуществляющих свою деятельность посредством создания своих филиалов и представительств на территории России, так и в отношении российских организаций. В отличие от института лицензирования институт аккредитации не имеет основополагающего акта, закона, определяющего общие цели, задачи, принципы данного института, сферу, пределы его действия (хотя необходимость такого акта явно назрела⁶⁷). Нормативные положения, устанавливающие правила, условия аккредитации для различных субъектов и видов деятельности отличаются друг от друга не только разнообразием подходов с точки зрения особенностей регулирования данных отношений, но и особым пониманием смысла, назначения данного института.

Так, в период существования СССР было принято постановление Совета Министров СССР от 30 ноября 1989 г. № 1074 «Об утверждении положения о порядке открытия и деятельности в СССР представительств иностранных фирм, банков и организаций»⁶⁸, ко-

⁶⁷ О необходимости принятия такого рода акта свидетельствует, в частности, весьма примечательный пункт послания 2001 г. Президента РФ Федеральному Собранию: «Нужно энергично наводить порядок и в других сферах, где есть избыточное государственное вмешательство. Хочу подчеркнуть — избыточное, речь о нем только идет. Речь идет, прежде всего, о чрезмерной на сегодняшний день обязательной сертификации продукции, о разного рода разрешениях, регистрациях, аккредитациях (подчеркнуто нами. — С. А.), иных нормах и правилах, не предусмотренных в законах, но настойчиво вводимых всякого рода инструкций». (См.: «Российская газета». 04.04.2001. №66.)

⁶⁸ «Собрание постановлений Правительства СССР». 1990. № 1. Ст. 8. До принятия данного постановления действовало постановление Совета Министров СССР от 23 мая 1977 г. № 427 («Собрание постановлений Правительства СССР». 1977. № 16. Ст. 95), которое принципиально также регулировало открытие и деятельность в СССР представительств иностранных организаций, но при этом термин «аккредитация» («аккредитующие органы» и т. д.) в нем не использовался.

175

торое в настоящее время частично продолжает действовать. Данным постановлением предусматривается выдача специальных разрешений (п. 1) на открытие представительств иностранных организаций специально уполномоченными органами (аккредитующими органами), а также аккредитация сотрудников представительства иностранной организации теми же органами (п. 12). Механизм выдачи специальных разрешений на открытие представительств и аккредитации их сотрудников в общих чертах схож с механизмом лицензирования: оба они имеют административно-разрешительный характер, предполагают оценку способности организации осуществлять свои функции, виды деятельности на территории России (ранее — СССР). По указанному постановлению на аккредитующий орган возложена обязанность оценивать известность иностранной организации у себя в стране и на мировом рынке, как она зарекомендовала себя в качестве партнера советских (российских) организаций по сотрудничеству в различных сферах, наличие промышленной кооперации между ними, заключенных договоров и т. д. По запросу соответствующего аккредитующего органа иностранная организация должна представлять также другие сведения и документы, касающиеся ее: информацию об уставном капитале, рекомендательное письмо банка, услугами которого она пользуется, и т. п. (п. 5). В отличие от нормативных актов, регулирующих процесс лицензирования, данное постановление не предусматривает необходимости проведения специальной экспертизы; предметом анализа аккредитующего органа является не столько сама конкретная деятельность, планируемая к осуществлению в Российской Федерации, наличие для нее необходимых условий, сколько общее состояние организации (открывающей представительство в России) с точки зрения финансовой, организационной, а также ее деловой репутации, опыта.

На основании названного выше постановления Центральный банк России принял свое положение о порядке открытия и деятельности в Российской Федерации представительств иностранных кредитных организаций, утвержденное приказом № 02-437 от 07.10.97⁶⁹. Согласно данному положению Центральный банк РФ дает разрешения на открытие представительств на территории Россий-

⁶⁹ См.: «Вестник Банка России». 20.11.1997. №76.

176

ской Федерации в соответствии с поступившими заявками иностранным кредитным организациям, функционирующим в своей стране не менее пяти лет и хорошо зарекомендовавшим себя в банковской системе своей страны, имеющим устойчивое финансовое положение (п. 2.1). При этом учитывается наличие двустороннего соглашения между Банком России и национальным (центральным) банком страны происхождения кредитной организации, предусматривающего обмен информацией в области банковского надзора, также при принятии решения об аккредитации представительства учитывается характер двусторонних отношений между Россией и страной происхождения кредитной организации. Наряду с другими документами организация, заинтересованная в открытии своего представительства в Российской Федерации, должна представить в Центральный банк рекомендательные письма от не менее чем двух российских банков (!); последний годовой отчет иностранной кредитной организации; справку об иностранной кредитной организации с информацией о структуре ее руководящих органов. Все иностранные сотрудники представительства обязаны пройти персональную аккредитацию в Банке России и получить служебные карточки (п. 2. 5). Представительство, которое по закону не вправе заниматься коммерческой деятельностью, обязано систематически отчитываться о своей деятельности перед Банком России, сотрудники которого должны не реже одного раза в год проводить проверку представительства по месту его нахождения. Деятельность представительства может быть прекращена наряду с другими основаниями также по решению Банка России без указания причины (п. 3.7). Последнее, очевидно, означает лишь то, что Банк России вправе прекратить деятельность представительства без всяких юридических оснований. Подобного рода акты, как представляется, дискредитируют идею аккредитации как правового института, не содействуют ни либерализации экономики, ни привлечения иностранных инвестиций.

В Федеральном законе «Об иностранных инвестициях в Российской Федерации» (в редакции Федерального закона от 08.12.2003 № 169-ФЗ) № 160-ФЗ от 09.07.99⁷⁰ (ст. 21) предусматривается ак-

⁷⁰ «Собрание законодательства РФ». 12.07.1999. № 28. Ст. 3493; «Российская газета» 14.07.1999. №134.

177

кредитация филиалов иностранных юридических лиц уполномоченным федеральным органом исполнительной власти. В соответствии с постановлением Правительства РФ от 21.12.99 № 1419 таким уполномоченным органом является Государственная регистрационная палата при Министерстве юстиции РФ, которая осуществляет аккредитацию филиалов иностранных юридических лиц⁷¹. Посредством механизма аккредитации по Закону осуществляется государственный контроль за созданием, деятельностью и ликвидацией филиала иностранного юридического лица. Филиал иностранного юридического лица создается для осуществления на территории России той деятельности, которую осуществляет за ее пределами головная организация. Ему может быть отказано в аккредитации в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства. Как представляется, перечисленные основания недостаточно конкретны и предполагают возможность произвола со стороны органа аккредитации. Для аккредитации филиала головная организация должна представить положение о филиале, соответствующее установленным в ст. 22 Закона требованиям, а также другие предусмотренные Правительством РФ документы. Филиал иностранного юридического лица вправе осуществлять предпринимательскую деятельность на территории Российской Федерации со дня его аккредитации и прекращает свою предпринимательскую деятельность со дня лишения его аккредитации. Сопоставляя процедуру аккредитации филиалов иностранных юридических лиц с процедурой аккредитации представительств иностранных организаций (включая представительства иностранных кредитных организаций), можно отметить одну странную правовую особенность. Она заключается в том, что процедура аккредитации представительств является более жесткой по отношению к аккредитуемым организациям, предполагает возможность проведения проверок по месту нахождения представительства, оценки не только представленных документов, необходимых для аккредитации, но и Других сведений, фактических обстоятельств. Процедура же аккредитации филиалов является формальной, она внешне напоминает процедуру регистрации юридических лиц, предметом анализа орга-

⁷¹ «Собрание законодательства РФ». 27.12.1999. № 52. Ст. 6412.

178

на аккредитации являются предоставляемые организацией документы, по которым и определяется готовность филиала организации к работе на территории Российской Федерации. На наш взгляд, данная особенность связана с тем, что указанные процедуры регулируются разными актами, принятыми в разные социально-политические эпохи, вместе с тем сегодня нет никаких оснований для дальнейшего сохранения создавшегося положения. Более того, с учетом требований ст. 55 ГК РФ, ограничивающей функции представительства защитой и представлением интересов юридического лица, по отношению к ним целесообразен более мягкий режим аккредитации, чем в отношении филиалов, которые могут осуществлять все функции юридического лица, включая функции представительства.

Иное значение и существенно иной характер имеет государственная аккредитация образовательных учреждений, организаций, которая осуществляется в соответствии с ранее упомянутым Законом РФ «Об образовании», а также Законом РФ «О высшем и послевузовском профессиональном образовании» № 125-ФЗ от 22.08.96⁷² (в редакции Федерального закона от 07.07.2003 № 119-ФЗ). Государственная аккредитация не рассматривается данными актами в качестве процедуры, обеспечивающей разрешение на осуществление определенного вида деятельности (в конкретном случае — образовательной деятельности). Таким разрешением на ведение образовательной деятельности для образовательного учреждения является лицензия (п. 6 ст. 33 Закона «Об образовании»). Свидетельство о государственной аккредитации образовательного учреждения имеет другое значение, оно подтверждает его государственный статус (под которым понимается тип, вид и категория образовательного учреждения), уровень реализуемых образовательных программ, соответствие содержания и качества подготовки выпускников требованиям государственных образовательных стандартов, право на выдачу выпускникам документов государственного образца о соответствующем уровне образования (п. 17 ст. 33). Таким образом, наличие у образовательного учреждения свидетельства о государственной аккредитации является юридическим признанием его готовности (способности) обеспечить установленный государственными образова-

⁷² «Собрание законодательства РФ». 26.08.1996. № 35. Ст. 4135; «Российская газета». 29.08.1996. № 164.

179

тельными стандартами уровень образования, квалификации обучающихся. Государственная аккредитация образовательных учреждений проводится федеральными и ведомственными государственными органами управления образованием (законом допускается также ее осуществление по их доверенности иными государственными органами управления образованием) на основании заявления образовательного учреждения. Порядок осуществления государственной аккредитации в отношении образовательных учреждений среднего профессионального образования (средних специальных учебных заведений) установлен положением, утвержденным приказом Министерства образования РФ от 02.07.2001 № 2574⁷³; в отношении образовательных учреждений высшего профессионального образования (высших учебных заведений) регламентируется положением, утвержденным постановлением Правительства РФ от 02.12.99 № 1323⁷⁴. Аккредитация образовательного учреждения проводится на основании заключения по его аттестации, устанавливающего соответствие содержания, уровня и качества подготовки выпускников требованиям государственного образовательного стандарта; результатов экспертизы показателей и критериев аккредитации, утверждаемых аккредитационным органом, а также федеральным (центральным) органом управления образованием.

Образовательные учреждения, прошедшие государственную аккредитацию, получают по закону право на выдачу своим выпускникам документа государственного образца о соответствующем уровне образования, на пользование печатью с изображением Государственного герба Российской Федерации, право на включение в схему централизованного государственного финансирования и некоторые другие права. Наличие рекламаций на качество образования или несоответствие его требованиям соответствующего государственного образовательного стандарта влечет за собой лишение образовательного учреждения аккредитации. Сопоставление особенностей процедуры и юридического характера государственной аккредитации образовательных учреждений, организаций с аккредитацией филиалов, представительств иностранных организаций в контексте определения дееспособности субъектов права дает основания для вывода

⁷³ «Бюллетень нормативных актов федеральных органов исполнительной власти». 10.09.2001. № 37; «Российская газета». 12.09.2001. № 177.

⁷⁴ «Российская газета». 31.12.1999. №255.

180

об их существенных отличиях. В одном случае (в отношении филиалов и представительств иностранных организаций) аккредитация понимается как особая разрешительная процедура, обусловливающая возможность субъекта права осуществлять свою деятельность на территории Российской Федерации. Здесь аккредитация является особой формой признания дееспособности иностранного субъекта права в рамках другой правовой системы, его готовности реализовать часть или все свои уставные виды деятельности на территории иного государства. В другом случае (в отношении образовательных учреждений) государственная аккредитация понимается не как разрешительная процедура, обусловливающая признание дееспособности, готовности лица к осуществлению образовательной деятельности как таковой (она возникает у образовательного учреждения до его аккредитации, с момента получения им лицензии). Здесь аккредитация является своего рода «довеском» к уже признанной, существующей дееспособности, дополнительным элементом, с помощью которого определяется качество, степень (уровень) готовности субъекта права к осуществлению своей деятельности. Для целей исследования развития правосубъектной связи она интересна тем, что дает представление о дееспособности как сложном, многоуровневом и динамичном явлении. По Закону «Об образовании» образовательные учреждения наряду с государственной аккредитацией могут осуществлять также общественную аккредитацию (п. 25 ст. 33 Закона) в различных российских, иностранных и международных образовательных, научных и промышленных организациях. Следовательно, они вправе определять для себя и более высокие требования, критерии, показатели, чем при государственной аккредитации, более высокий уровень готовности к выполнению своей образовательной деятельности.

Кроме аккредитации образовательных учреждений, организаций законодательством Российской Федерации предусматривается аккредитация научных организаций Законом РФ (ст. 5) «О науке и государственной научно-технической политике» № 127-ФЗ от 23.08.96 (в редакции Федерального закона от 29.12.2000 № 168-ФЗ); аккредитация профессиональных аудиторских объединений и аудиторов Законом РФ «Об аудиторской деятельности» № 119-ФЗ от 07.08.2001 (в редакции Федерального закона от 30.12.2001 № 196-ФЗ); аккредитация российских журналистов и иностранных коррес-

181

пондентов Законом РФ «О средствах массовой информации» № 2124-1 от 27.12.91 (в редакции Федерального закона от 29.06.2004 № 58-ФЗ); аккредитация органов по сертификации и испытательных лабораторий Федеральным законом «О техническом регулировании» от 27.12.2002 № 184-ФЗ; аккредитация физкультурно-спортивных объединений Законом РФ «О физической культуре и спорте в Российской Федерации» № 80-ФЗ от 29.04.99 (в редакции федерального закона от 10.01.2003 № 15-ФЗ), постановлением Правительства РФ № 515 от 06.07.01 (в редакции постановления от 03.10.2002 № 731); аккредитация иностранных (международных) наблюдателей в Центральной избирательной комиссии РФ Федеральным законом «О выборах Президента Российской Федерации» № 19-ФЗ от 10.01.2003; аккредитация уполномоченных организации технической инвентаризации постановлением Правительства РФ № 921 от 04.12.2000; аккредитация организаций, создавших внутрифирменные программы экспортного контроля постановлением Правительства РФ № 176 от 29.02.2000 (в редакции постановления №731 от 03.10.2002); аккредитация экспертов при Федеральной энергетической комиссии РФ постановлением Федеральной энергетической комиссии РФ № 8/7 от 18.02.2000 и др.

Дееспособность субъектов права может определяться не только применительно к какому-либо единому виду деятельности или нескольким видам деятельности (и соответственно к осуществлению прав и обязанностей, возникающих при этом); но также и применительно к производству отдельного вида продукции, к осуществлению определенного вида работ или услуг. Законодательством предусматривается специальная процедура, соблюдение которой обеспечивает правовому субъекту возможность быть участником отношений и деятельности, связанных с производством и реализацией отдельных групп товаров, выполнением некоторых работ или услуг. Речь идет о процедуре сертификации продукции, работ, услуг, иных объектов. Обычно сертификация не исследуется в контексте характеристики праводееспособности лиц, она рассматривается применительно к ее основным целям, которыми по законодательству являются: подтверждение соответствия объектов требованиям технических регламентов, положениям стандартов или условиям договоров (ст. 2 Федерального закона «О техническом регулировании»

182

от 27.12.2002 № 184-ФЗ ). Однако, как процедура подтверждения соответствия продукции, работы, услуги или иного объекта установленным требованиям, без которой продукция (работа, услуга) не может быть реализована на территории Российской Федерации, а импортируемая продукция ввезена в Россию, сертификация также является необходимой правовой предпосылкой возникновения и реализации соответствующего комплекса прав и обязанностей; условием осуществления операций по выпуску и реализации продукции, выполнению работ или услуг.

Подобно лицензированию и аккредитации, сертификация характеризует саму правовую способность, готовность лица выполнять возлагаемые на него или самостоятельно принимаемые им на себя функции субъекта права (в данном случае — производителя товара, исполнителя работы, услуги). Сертификация наряду с другими функциями выполняет роль особого «правового шлагбаума» на пути осуществления субъектом права некоторых прав и обязанностей, отдельных юридически значимых действий (связанных с производством, ввозом и реализаций продукции, осуществлением работ и услуг). Ее можно рассматривать в качестве особого элемента в рамках общего состояния дееспособности лица, как дееспособность в дееспособности (когда, например, лицо, обладающее лицензией на определенный вид деятельности, получает сертификат как подтверждение его готовности к производству продукции, осуществлению работ и услуг, относящихся к данному виду деятельности).

Еще одной процедурой, определяющей возможность, готовность лица осуществлять некоторые функции субъекта права, является аттестация. Ранее уже говорилось об использовании данной процедуры в сфере образовательной деятельности в качестве предваряющей стадию аккредитации образовательного учреждения Также аттестация используется в отношении педагогических и руководящих работников образовательных учреждений⁷⁶, научных и

⁷⁵ «Собрание законодательства РФ». 30.12.2002. № 52 (ч. 1). Ст. 5140; «Российская газета». 31.12.2002. № 245; «Парламентская газета». 05.01.2003. № 1-2.

⁷⁶ См: Положение о порядке аттестации педагогических и руководящих работников государственных и муниципальных образовательных учреждений, утвержденное приказом Министерства образования РФ № 1908 от 26.06.2000. («Бюллетень нормативных актов федеральных органов исполнительной власти». 07.08.2000. № 32.)

183

научно-педагогических работников⁷⁷, выпускников старших классов общеобразовательных учреждений⁷⁸, выпускников высших учебных заведений⁷⁹. Вместе с тем аттестация применяется не только в сфере образовательной деятельности, она используется во многих других сферах социальной деятельности. По вопросам аттестации в России действует более сотни нормативных актов. В частности, порядок аттестации военнослужащих регулируют: Указ Президента РФ № 1237 от 16.09.1999 «Вопросы прохождения военной службы»⁸⁰ (в редакции Указа Президента РФ № 444 от 17.04.2003), Приказ Министра обороны РФ № 100 от 06.04.2002 «О порядке организации и проведения аттестации офицеров и прапорщиков (мичманов) Вооруженных Сил Российской Федерации»⁸¹, Приказ Федеральной пограничной службы РФ № 785 от 25.12.2001 «Об утверждении Инструкции о порядке организации и проведения аттестации военнослужащих Пограничной службы Российской Федерации»⁸²; аттестация федеральных государственных служащих регламентируется «Положением о проведении аттестации федерального государственного служащего»⁸³, утвержденным Указом Президента РФ № 353 от 09.03.1996 (в редакции Указа Президента РФ № 1499 от 12.11.1999); квалификационная аттестация судей определяется «Положением о квалификационной аттестации судей»⁸⁴, утвержденным постановлением Верховного Совета РФ № 4960-1 от 13.05.1993

⁷⁷ См.: Положение о порядке присуждения ученых степеней, утвержденное постановлением Правительства РФ № 74 от 30.01.2002 г. (в редакции постановления Правительства РФ от 12.08.2003 № 490) («Российская газета». 06.02.2002. № 23; «Собрание законодательства РФ». 11.02.2002. № 6. Ст. 580.)

⁷⁸ См.: Положение о государственной (итоговой) аттестации выпускников IX и XI (XII) классов общеобразовательных учреждений Российской Федерации, утвержденное приказом Министерства образования РФ № 1075 от 03.12.99 (в редакции приказа Минобразования РФ от 21.01.2003 № 135). («Бюллетень нормативных актов федеральных органов исполнительной власти». 06.03.2000. № 10.)

⁷⁹ См.: Положение об итоговой государственной аттестации выпускников высших учебных заведений Российской Федерации, утвержденное приказом Минобразования РФ № 1155 от 25.03.2003). («Бюллетень нормативных актов федеральных органов исполнительной власти». 18.08.2003 г. № 33.)

⁸⁰ См.: «Собрание законодательства РФ». 20.09.1999. № 38. Ст. 4534.

⁸¹ См.: «Бюллетень нормативных актов федеральных органов исполнительной власти». 27.05.2002. № 21.

⁸² См.: «Бюллетень нормативных актов федеральных органов исполнительной власти». 18.02.2002. №7.

⁸³ См.: «Собрание законодательства РФ». 11.03.1996. № 11. Ст. 1036.

⁸⁴ См.: «Ведомости СНД и ВС РФ». 17.06.1993. № 24. Ст. 856.

184

(в редакции Федеральных законов № 144-ФЗ от 16.11.1997, № 30-ФЗ от 14.03.2002); аттестация руководителей федеральных государственных унитарных предприятий предусматривается постановлением Правительства РФ № 234 от 16.03.2000⁸⁵ (в редакции постановления Правительства РФ № 738 от 04.10.2002); аттестация работников организаций, осуществляющих деятельность в области промышленной безопасности опасных производственных объектов, регулируется постановлением Госгортехнадзора РФ № 21 от 30.04.2002⁸⁶ и т. д.

В нормативных актах, регламентирующих процедуру аттестации, в качестве аттестуемых лиц нередко указываются не только рабочие, служащие, но и организации, их подразделения. Так, в соответствии с постановлением Правительства РФ № 1479 от 22.11.1997 аттестации подлежат профессиональные аварийно-спасательные службы и аварийно-спасательные формирования⁸⁷; согласно положению, принятому Минсельхозпродом РФ от 18.10.1999 № 13-7-1/961 (не опубликованному) аттестации подлежат ветеринарные лаборатории; Законом РФ «Об образовании» и Законом РФ «О высшем и послевузовском профессиональном образовании» № 125 от 22.08.1996, как уже отмечалось, устанавливается аттестация образовательных учреждений и т.д. С точки зрения традиционного, общего понимания аттестации (как определения квалификации работника, уровня знаний учащегося⁸⁸) организации и их подразделения не могут выступать в качестве аттестуемых лиц. По своей сути процедура, признаваемая аттестацией по Закону «Об образовании» и Закону «О высшем и послевузовском профессиональном образовании» не является таковой. В самом Законе «Об образовании» (ст. 33, п. 20) ее целью и содержанием признается установление соответствия содержания, уровня и качества подготовки выпускников образовательного учреждения требованиям государственных образовательных стандартов. Однако процедура подтверждения соответствия объектов установленным требованиям (в том числе требованиям стандартов) с учетом сложившейся правовой терминологии обычно имену-

⁸⁵ См.: «Собрание законодательства РФ». 27.03.2000. № 13. Ст. 1373.

⁸⁶ См.: «Российская газета». 18.06.2002. № 107.

⁸⁷ См.: «Собрание законодательства РФ». 01.12.1997. № 48. Ст. 5561.

⁸⁸ См.: Словарь иностранных слов. С. 63; Советский энциклопедический словарь / Гл. ред. А. М. Прохоров. 2-е изд. М., С. 89; Юридический энциклопедический словарь / Гл. ред. А. Я. Сухарев. М., 1984. С. 25-26.

185

ется сертификацией (именно такое понятие сертификации дается в ст. 2 Федерального закона «О техническом регулировании»). В упомянутом выше постановлении Правительства РФ № 1479 от 22.11.1997 (п. 2), а также в положении Минсельхозпрода РФ от 18.10.1999 (п. 1, 3) речь идет не только об определении профессиональной готовности, квалификации работников соответствующих служб, но и о материальной оснащенности соответствующих служб, наличии организационных предпосылок и иных условий, которые обычно являются объектом исследования и контроля при лицензировании. Поэтому, как представляется, и по отношению к первому и ко второму акту можно говорить о неточном использовании правовой терминологии. Аналогичный вывод можно сделать и в отношении Положения о порядке проведения аттестации рабочих мест по условиям труда, утвержденного постановлением Министерства труда и социального развития РФ № 12 от 14.03.1997⁸⁹. Согласно данному Положению, аттестация рабочих мест по условиям труда включает в себя гигиеническую оценку существующих условий и характера труда, оценку травмобезопасности рабочих мест и учет обеспеченности работников средствами индивидуальной защиты (п. 1). Как видно из данного пункта, процедура, именуемая в Положении «аттестацией», не имеет ничего общего с одноименной процедурой, предусмотренной другими нормативными актами. Очевидно, что в отношении процедуры аттестации, как и в отношении аккредитации, назрела необходимость принятия акта, определяющего ее цели, задачи, содержание, принципы, иные общие условия, а также ее юридическое значение для аттестуемого субъекта права.

В настоящее время большинство нормативных актов, регламентирующих процесс аттестации, решение об аттестации субъекта права рассматривают одновременно в качестве порождающего для аттестуемого лица особое право (право на занятие конкретной должности, на осуществление определенной деятельности и т. д.). Вместе с тем существует целый ряд актов (Указ Президента РФ №353 от 09.03.1996, утвердивший «Положение о проведении аттестации федерального государственного служащего»; Приказ Министра обороны РФ № 100 от 06.04.2002 «О порядке организации и проведения аттестации офицеров и прапорщиков (мичманов) Воо-

⁸⁹ См.: «Бюллетень Минтруда РФ». 1997. № 5.

186

руженных Сил Российской Федерации»; Приказ Федеральной пограничной службы РФ № 785 от 25.12.2001 «Об утверждении Инструкции о порядке организации и проведения аттестации военнослужащих Пограничной службы Российской Федерации»; Приказ Государственного таможенного комитета РФ № 1216 от 27.12.2000 «Об утверждении положения о порядке проведения аттестации сотрудников таможенных органов Российской Федерации»), согласно которым решение об аттестации автоматически само по себе не порождает право на занятие вакантной должности, присвоение нового воинского звания и т. д. Оно имеет рекомендательный характер для тех руководителей (начальников, командиров), от которых зависит дальнейшее решение вопроса о служебной, трудовой деятельности аттестованного лица. Собственно, правообразующим, изменяющим или прекращающим будет решение руководителя, принятое на основании результатов проведенной аттестации. Однако это не означает, что проведенная аттестация не имеет никакого юридического значения, смысла, не порождает правовых последствий. Результаты аттестации должны учитываться руководителями, начальниками соответствующих органов, и некоторыми актами (п. 21 Приказа ГТК РФ № 1216 от 27.12.2000) предусматриваются специальные сроки рассмотрения и утверждения результатов аттестации. Но главное, что с формально-юридической стороны результаты аттестации являются правовым признанием готовности (или неготовности) лица осуществлять определенную деятельность, выполнять определенную работу и выступают основаниями для последующего принятия правопорождающих, правопрекращающих или правоизменяющих решений. С учетом данного обстоятельства логичным представляется закрепление правовой возможности обжалования результатов таких «рекомендательных» аттестаций в судебном и административном порядке.

В содержательном плане процедура аттестации существенно различается в зависимости от того вида деятельности, функций, в отношении которых аттестуется субъект права. Поэтому состав критериев, по которым происходит оценка аттестуемого лица; форма испытаний (письменный экзамен, тест, собеседование, проверка практических навыков и т. д.); порядок определения результатов аттестации; форма документа, подтверждающего прохождение лицом аттестации (обычно результаты аттестации оформляются свидетель-

187

ством, удостоверением или аттестатом), не совпадают по видам аттестаций. Однако в контексте определения дееспособности субъекта права данные различия не имеют принципиального значения. Как представляется, в этом отношении, чтобы аттестация имела значение в качестве формы определения дееспособности лица, важны три момента: во-первых, аттестация должна иметь правовой характер, быть правовой процедурой (должна регламентироваться правом, соответствовать правовым принципам, быть формализованной процедурой и т. д.); во-вторых, одной из ее главных целей должна быть цель определения готовности лица к совершению, реализации юридически значимых действий, регулируемой правом деятельности; в-третьих, успешное прохождение аттестации должно явиться предпосылкой, основанием для осуществления лицом некоторых прав и обязанностей, деятельности.

Кроме аттестации, аккредитации, сертификации и лицензирования существуют и другие формы определения дееспособности субъектов права. Так, в ранее действовавшем Кодексе законов о труде РСФСР 1971 г. (ст. 21) и в новом Трудовом кодексе РФ (ст. 70) при заключении трудового договора предусматривается возможность обусловить соглашением сторон испытание работника в целях проверки его соответствия поручаемой ему работе. В отличие от ранее названных форм определения дееспособности лица для испытания характерно отсутствие четких формализованных критериев, в соответствии с которыми устанавливается готовность или неготовность лица к осуществлению конкретной работы, деятельности. Работодатель сам определяет соответствие работника поручаемой ему работе с учетом всех возможных обстоятельств, однако в случае возникновения судебного спора о восстановлении на работе лица, уволенного по результатам испытания, работодатель должен будет представить доказательства, подтверждающие несоответствие работника выполняемой работе, и, таким образом, обозначить критерии готовности к осуществлению данной работы. По сроку и порядку проведения данная форма также отличается от ранее названных. В отношении нее предусматриваются наиболее длительные сроки осуществления: до трех месяцев (по общему правилу) и до шести месяцев — для руководителей организаций и их заместителей, главных бухгалтеров и некоторых других работников (ст. 70 ТК РФ), допускаются и иные исключения. С точки зрения порядка осуществления испытания эту

188

форму отличает отсутствие специально проводимых экзаменов, тестов, собеседований, проверок и т. д. Сама работа испытуемого (положение которого принципиально не отличается от положения других лиц, выполняющих такую же работу), ее результаты являются объектом контроля, определения готовности лица к ее осуществлению.

Таким образом, существует множество форм определения дееспособности субъектов права, основанных на различных критериях оценки готовности лица к выполнению тех или иных правовых функций, видов деятельности. Сама же дееспособность, по мнению автора, представляет собой не стабильное, неизменное качество или свойство субъекта права, подобно правоспособности⁹⁰, она — не константа, раз и навсегда установленная в отношении лица. Дееспособность — это непрерывно меняющееся, модифицирующееся сложное, многоэлементное и многослойное правовое состояние лица, выражающееся в его готовности к осуществлению различных функций субъекта права, отдельных видов правовой деятельности. В принципе можно говорить о наличии множества частных дееспособностей, которых связывает один общий субъект, а разделяют различные виды деятельности, правовые функции, предполагающие разные подходы к определению готовности или неготовности лица их осуществлять. То, что традиционно именуется единым термином — «дееспособность лица», есть большое множество элементов, связанных общим субъектом права, — его частных способностей к осуществлению различных видов деятельности, правовых функций, отношений. Все вместе они характеризуют общее состояние, уровень правовой зрелости лица. Как представляется, именно это обстоятельство имеет в виду Д. Н. Бахрах, когда пишет о том, что «административная правосубъектность граждан изменяется в зависимости от возраста, наиболее полной она является с 18 до 30 лет»⁹¹.

В течение жизни человека его дееспособность (состояние дееспособности) постоянно изменяется. Когда законодатель говорит о полной дееспособности лица, о том, что дееспособность гражданина

⁹⁰ Именно так, например, рассматривают дееспособность авторы курса «Марксистско-ленинская общая теория государства и права. Социалистическое право». С. 511-512.

⁹¹ Бахрах Д. Н. Субъекты советского административного права // Субъекты советского административного права. Межвуз. сборник научных трудов. Свердловск, 1985. С. 8.

189

(гражданская дееспособность) возникает в полном объеме с наступлением совершеннолетия, т. е. по достижении восемнадцатилетнего возраста (ст. 21 ГК РФ), или о том, что гражданин Российской Федерации может самостоятельно осуществлять в полном объеме свои права и обязанности с 18 лет (ст. 60 Конституции РФ), то следует учитывать некоторую условность данных положений. Если сопоставить ст. 60 Конституции РФ со ст. 81 Конституции РФ, согласно которой Президентом Российской Федерации может быть избран гражданин Российской Федерации не моложе 35 лет; также со ст. 97 Конституции, по которой депутатом Государственной Думы может быть избран гражданин Российской Федерации, достигший 21 года; и со ст. 119 Конституции, где закреплено, что судьями могут быть граждане Российской Федерации, достигшие 25 лет, имеющие высшее юридическое образование и стаж работы по юридической профессии не менее пяти лет, то можно сделать вывод о том, что полная дееспособность гражданина не возникает по достижении 18 лет. Не возникает она и в 21 год, и в 25 лет, и даже в 35 лет⁹², термин «полная дееспособность» — скорее правовая метафора, с помощью которой обозначается условная правовая граница, чем строгая юридическая дефиниция.

Как это вытекает из ст. 119 Конституции РФ, само по себе достижение определенного возраста еще не является достаточным основанием для признания лица способным быть судьей по российскому законодательству. В данном случае представляется возможным говорить не об одном условии, касающемся возраста гражданина, а о целом составе условий наступления дееспособности, о составе дееспособности. А. Е. Пашерстник и А. В. Мицкевич, возражая против идеи Н. Г. Александрова о разграничении общей и специальной трудовой праводееспособности (последняя, по мнению Н. Г. Александрова, дополняет общую и состоит, например, в праве лица занять некоторую должность при наличии диплома или ученого звания), полагают, что условия о дипломе и ученом звании относятся к элементам фактического состава и являются основаниями

⁹² Согласно Федеральному закону «О статусе судей в Российской Федерации» от 26.06.92 № 3132-1 (в редакции Закона РФ от 15.12.2001 № 169-ФЗ) судьей Конституционного Суда Российской Федерации может быть гражданин, достигший возраста 40 лет и имеющий стаж работы по юридической профессии не менее 15 лет (п. 1 ст. 4).

190

для возникновения тех или иных субъективных прав и обязанностей в правоотношениях. «В противном случае пришлось бы признать что с изменением квалификации и специальности изменяется и правосубъектность советских граждан, что отдельные категории граждан обладают какими-то привилегиями по закону независимо от их труда, от отношений с другими лицами и прочих условий общественной жизни. При логическом доведении этого тезиса до конца мы придем к подрыву принципа равноправия советских граждан»⁹³.

Что касается равноправия граждан, то не может быть равных прав для занятия должности преподавателя в учебном учреждении профессором и лицом, не обладающим специальным образованием, необходимой квалификацией. Это не вопрос социально-правовой дискриминации, правовых привилегий, а вопрос готовности или неготовности лица к выполнению определенной правовой функции, осуществлению конкретного вида деятельности. Конечно, всякая правовая норма, определяющая дееспособность лица, несет в себе юридические ограничения в осуществлении прав и обязанностей лица, так как оговаривает специальные условия, при наличии которых эти права и обязанности могут быть самостоятельно реализованы лицом. В этом смысле дееспособность отличается от правоспособности, которая, как уже говорилось, является неотъемлемым свойством, качеством субъекта права и поэтому не может быть ограничена правопорядком (прежде всего это касается первичных субъектов права). Однако дееспособность, понимаемая как признаваемая правопорядком готовность лица к самостоятельному осуществлению функций субъекта права, сама по себе не создает правовых привилегий или социально-правовой дискриминации. Каждый гражданин имеет возможность получать образование и повышать свою квалификацию, и каждый, кто окажется готов (с точки зрения установленных правом условий, требований) к осуществлению конкретной функции, вида деятельности, тот может претендовать на то, чтобы их осуществлять. Поэтому все находятся в равных условиях и в отношении возможности преодоления установленной правовой системой планки дееспособности, и в отношении возможности занятия в дальнейшем соответствующей должности. Более того, дееспособность нередко рассматривается как реализация идеи «защитного

⁹³ Мицкевич А. В. Субъекты советского права. С. 75-76.

191

рефлекса», как механизм обеспечения прав недееспособного лица⁹⁴, но не осуществления дискриминации в отношении него и установления привилегий в отношении тех, кто имеет предпосылки быть признанным дееспособным субъектом права.

Вывод А. Е. Пашерстника и А. В. Мицкевича о том, что квалификация и специальность могут являться основаниями для возникновения конкретных правоотношений (элементами фактического состава правоотношений), на наш взгляд, не противоречит выводу Н. Г. Александрова о том, что они могут являться основаниями признания лица дееспособным в сфере осуществления образовательной или научной деятельности. Лицо, защищающее диссертацию, может вовсе не преследовать цели занятия какой-либо должности в научном или образовательном учреждении и участия в соответствующих трудовых правоотношениях, но само наличие у лица необходимого для этого диплома или научного звания является основанием для признания его дееспособности в качестве преподавателя или ученого. Поэтому данные условия можно рассматривать также как элементы состава дееспособности лица. В этом смысле автор разделяет позицию Н. Г. Александрова о том, что квалификация и специальность могут определять (характеризовать) дееспособность лица; но есть моменты, в котором наши взгляды расходятся.

Прежде всего, вызывает принципиальное возражение стремление выделять отраслевую праводееспособность лица (как уже отмечалось, существует единый правовой субъект с общей правосубъектностью); во-вторых, нельзя рассматривать специальную дееспособность как дополнение к общей дееспособности. Как представляется, соотношение специальной и так называемой общей дееспособности можно описать следующим образом. В тех случаях, когда законодатель полагает необходимым определить в качестве предпосылки осуществления лицом конкретной деятельности или правовой функции те или иные условия, он прямо называет, перечисляет их в нормативном акте. Это может быть одно обязательное условие или несколько (состав элементов дееспособности). В отношении тех видов деятельности, функций субъектов права, где условия их осуществления специально не оговариваются, применяется

⁹⁴ См., в частности: Цвайгерт К., Кетц X. Введение в сравнительное правоведение в сфере частного права. Т. 2. С. 39.

192

норма, устанавливающая правило общей дееспособности. Можно говорить о том, что в отношении второй группы видов деятельности функций субъектов права (специально не регламентированных с точки зрения наступления дееспособности осуществляющих их лиц), действует остаточный принцип. Применительно к физическим лицам такой нормой, определяющей правило общей дееспособности, является норма о достижении совершеннолетия (соответственно специальные нормы регулируют избрание лица Президентом РФ депутатом Государственной Думы РФ, осуществление несовершеннолетним лицом отдельных видов деятельности, сделок и т. д. — специальная дееспособность). Применительно к юридическим лицам таким общим правилом является правило наступления их дееспособности с момента их государственной регистрации в установленном порядке, т. е. правило наступления дееспособности одновременно с возникновением их правоспособности (соответственно специальные нормы определяют момент наступления дееспособности юридических лиц при осуществлении ими лицензируемых видов деятельности; также видов деятельности, подлежащих аттестации; в случаях производства продукции, выполнения работ или оказания услуг, которые должны быть сертифицированы и т. д. — специальная дееспособность). Следовательно, специальная дееспособность не является дополнением к общей дееспособности, не основывается на тех же условиях, предпосылках; она отличается и по моменту наступления (возникновения) и по своим основаниям. В каком-то смысле можно заявить обратное, что общая дееспособность оказывается производной от специальной дееспособности, является дополнением к ней. В любом случае так называемая общая дееспособность не является действительно общей, относимой в целом ко всем видам деятельности, функциям субъекта права, к тем различным правовым связям, правовым отношениям, в которых он участвует, проявляет себя.

Готовность лица к осуществлению некоторых видов деятельности, функций может иметь различные уровни или степени и выражаться в присвоении, установлении специальных званий (воинских, научных и т.д.); классных чинов (в отношении работников прокуратуры. Министерства юстиции РФ, Министерства РФ по налогам и сборам и других) или классов (например, для водителей автомобилей, специалистов гражданской авиации); квалификационных кате-

193

горий; дипломатических рангов; ученых степеней и т. д. Также готовность лица к осуществлению определенного вида деятельности может дополняться установлением особых требований, условий по некоторым подвидам, группам операций, действий, сопровождающихся обязательным получением специальных разрешений, допусков на осуществление этих действий, операций. Таким образом, дееспособность лица, на наш взгляд, следует рассматривать не как формальное одномерное свойство или качество субъекта права, которое, однажды возникнув, сопровождает его всю жизнь независимо от его воли, направленности его правовых стремлений, квалификации, деловых и иных возможностей. Она представляет собой сложный комплекс правовых возможностей лица, его готовности к выполнению различных функций субъекта права, к осуществлению многочисленных видов деятельности, в котором выражается сама правовая личность, ее правовые устремления, интересы, активность, правовая воля, коммуникативные, деловые и иные способности лица. Поэтому если говорить об общей дееспособности лица, то под нею можно понимать всю совокупность правовых возможностей, «готовностей» лица осуществлять функции субъекта права, свою правоспособность.

Завершая рассмотрение проблемы дееспособности субъекта права, остановимся на вопросе о критериях определения дееспособности субъектов права. Возрастной критерий, активно используемый сегодня законодательством (гражданским, трудовым, семейным и т. д.), несмотря на свои заметные достоинства (к числу которых относится прежде всего его определенность), не может быть признан в качестве общего, универсального критерия, хотя бы в силу того, что он не применим к организациям — юридическим лицам. И в отношении физических лиц, граждан он также не является общим, этот вывод можно сделать уже на основании анализа ст. 27 ГК РФ (эмансипация), ст. 29 ГК (признание гражданина недееспособным) и ст. 30 ГК (ограничение дееспособности гражданина), которые устанавливают исключения из правила определения дееспособности лишь исходя из возраста лица. В юридической литературе также отмечается недостаточность данного критерия для определения дееспособности. Так, К. Цвайгерт и X. Кетц пишут: «Однако возрастного критерия для определения дееспособности несовершеннолетнего недостаточно. Дополнительно необходимо выяснить, позволяют ли

194

деловые и умственные способности (подчеркнуто нами. — С. А.) ребенка ему самому должным образом оценивать значение его собственного волеизъявления. Если нет, то нет и волеизъявления»⁹⁵.

Многие авторы рассматривают критерии определения дееспособности субъектов права в контексте проблемы ограничения их праводееспособности, о чем уже ранее говорилось. Но отрицательное определение — это тоже определение. Поэтому ранее упомянутые социальные условия (профессия, образование, звание и др.) и физические (пол, возраст, здоровье и т. д.) как основания ограничения дееспособности (Виндшейд, Д. И. Мейер, Н. Л. Дювернуа, Г. Ф. Шершеневич, Е. Н. Трубецкой, В. И. Синайский и др.) могут быть тоже рассмотрены в качестве критериев определения дееспособности, т. е. не со знаком «минус», а со знаком «плюс», в позитивном плане. Однако все указанные критерии основаны на узком понимании дееспособности, исходя из ее привязки к одному лишь субъекту права — физическому лицу. Если попытаться определить критерии, условия дееспособности, исходя из предлагаемого нами широкого понимания дееспособности, основанного на том, что она одинаково относима как к характеристике физических лиц, так и юридических лиц, то можно указать следующие условия — критерии дееспособности: 1) условия, характеризующие готовность субъекта права с точки зрения его воли, способности принимать правовые решения; 2) организационные условия; 3) условия, характеризующие имущественное состояние (положение) лица; 4) условия, характеризующие возможности правового взаимодействия лица, его участия в правовых связях, отношениях с другими субъектами права (коммуникативно-правовые условия); 5) функциональные возможности (качества, способности) правового лица; 6) поведенческие условия, определяющие дееспособность лица (связанные с совершением лица правонарушений и принятием в отношении его решений о применении отдельных видов наказаний, некоторых иных принудительных мер воздействия, а также совершением поощряемых поступков и принятием соответствующих решений, влияющих на дееспособность). Кроме перечисленных условий, обстоятельств можно выделить в особую группу юридико-политические обстоятельства, факторы, воздействующие на дееспо-

⁹⁵ Там же. С. 40.

195

собность лиц; эти условия вызываются не собственно правовыми, а политическими причинами, являются спутниками политического (не правового) государства. Данной классификацией мы не ставим перед собой цель охватить все возможные обстоятельства, оказывающие воздействие на определение дееспособности субъектов права, так как это, на наш взгляд, едва ли достижимо и не соответствует задачам данного исследования. Цель предлагаемой классификации — дать некоторую общую картину условий, влияющих на определение дееспособности всех субъектов права.

Наиболее значимым критерием определения дееспособности субъектов права, характеризующим главный момент, саму сущность субъекта права как его творца, на наш взгляд, является волевой критерий. Зрелость воли, готовность ее принимать правовые решения прежде всего определяет правовое лицо как участника правовой коммуникации, правовых отношений и правовой деятельности. И в законотворчестве, и в процессе применения права, и в договорном регулировании, в других правовых сферах субъект права проявляет себя как решающая правовая инстанция, как лицо, вырабатывающее правовое решение, выражающее его вовне, аргументирующее свой правовой выбор и несущее ответственность за него. Именно правовая воля определяет лицо в качестве субъекта права. Вместе с тем правовая воля имеет разные качественные состояния, разные степени готовности, своей зрелости. Совершение мелкой бытовой сделки предполагает одну степень готовности воли, подписание крупного коммерческого контракта — другую; принятие сложного правотворческого решения — третью. «Свойство зрелости и способ определять его в человеке, понятным образом, в высшей степени условны... Прежде всего, в определении зрелости человека надлежит различать цель, для которой требуется зрелость, для сознания своих интересов, прав и интересов других лиц, для половых функций, для расширения круга и интересов и прав, или для простого их охранения in status quo. Все это различия крайне важные и прямо влияющие на определение зрелости человека»⁹⁶, — писал Н. Л. Дювернуа. Законодатель пытается в какой-то мере учитывать данные обстоятельства, однако сталкивается с большими организационными и иными трудностями. В самом деле, еще можно как-то определить

⁹⁶ См.: Дювернуа Н. Л. Чтения по гражданскому праву. С. 332.

196

готовность кандидатов в судьи или готовность представителей законодательного корпуса к принятию правовых решений, но нет реальной возможности установить готовность всех правовых субъектов к решению различных юридических задач. В этой ситуации обычно берутся за основу некоторые формальные критерии, позволяющие с определенной степенью вероятности полагать, что лицо готово к принятию того или иного рода решений. Применительно к физическим лицам таким формальным критерием, давно выработанным мировой законотворческой практикой, является возраст человека. Данный критерий, рассматриваемый Н. Л. Дювернуа в качестве господствующего метода определения зрелости правового лица как для римского, так и для современного права заключает в себе значительный элемент произвола⁹⁷. Возможные при этом отклонения реального состояния воли от некоторой условной нормы, на которую ориентируется законодатель, учитываются посредством различных дополняющих возрастной критерий процедур. В частности, процедуры эмансипации, процедуры признания физического лица недееспособным, процедуры ограничения дееспособности и др.

В отношении юридических лиц, как уже отмечалось ранее, формально закреплен принцип наступления дееспособности одновременно с возникновением правоспособности. Вместе с тем применительно к некоторым видам деятельности, а также отдельным субъектам права установлены специальные процедуры, позволяющие установить готовность воли к принятию правовых решений. Это касается определения дееспособности (в нашем понимании) организаций — юридических лиц при их лицензировании, аттестации, в меньшей степени — при других анализируемых выше специальных процедурах. Однако на практике существовала (и отчасти продолжает существовать) проблема необходимости определения недееспособности юридического лица безотносительно к конкретному виду деятельности в ситуации фактического прекращения им любой деятельности и при отсутствии сведений о месте нахождения его органа и учредителей с целью ликвидации юридического лица. Это проблема так называемых мертвых предприятий, которых сегодня в Российской Федерации насчитывается десятки тысяч. Когда у организации — юридического лица отсутствуют органы, способные

⁹⁷ Там же. С. 333.

197

принимать правовые решения, вырабатывать правовую волю, или от его имени некому принимать правовые решения, то должна быть предусмотрена процедура определения его недееспособности и его ликвидации на этом основании. До введения в действие Закона РФ «О государственной регистрации юридических лиц» от 8 августа 2001 г. № 129-ФЗ такой юридической возможности по действующему гражданскому законодательству не существовало. В своем информационном письме от 13 января 2000 г. № 50 Президиум Высшего Арбитражного Суда РФ рекомендовал следующее: «При поступлении в арбитражные суды подобных заявлений судам необходимо иметь в виду, что ликвидация юридических лиц, фактически прекративших свою деятельность, осуществляется в соответствии со статьей 180 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" в порядке, предусмотренном параграфом 2 главы X этого Закона для проведения процедуры банкротства отсутствующего должника. Условия ликвидации юридических лиц, предусмотренные пунктом 2 статьи 61 Кодекса, в этих случаях не применяются»⁹⁸.

Федеральным законом «О государственной регистрации юридических лиц» было специально предусмотрено включение в государственный реестр (п. 1 ст. 5) наряду с другой информацией следующих сведений о юридическом лице: адреса (место нахождения) постоянно действующего исполнительного органа юридического лица, а в случае отсутствия постоянно действующего исполнительного органа юридического лица — иного органа или лица, имеющих право действовать от имени юридического лица без доверенности, по которому осуществляется связь с юридическим лицом (подпункт «в»); фамилии, имени, отчества и должности лица, имеющего право без доверенности действовать от имени юридического лица, а также паспортных данных такого лица или данных иных документов, удостоверяющих личность в соответствии с российским законодательством, и идентификационный номер налогоплательщика при его наличии (подпункт «л»). Кроме того, Законом на юридическое лицо возлагается обязанность в течение трех дней с момента изменения этих сведений сообщить об этом в регистрирующий орган по месту своего нахождения. Другим Федеральным законом от 21 марта 2002 г. № 31-ФЗ «О приведении законодательных актов в соот-

⁹⁸ См.: «Вестник Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации». 2000. № 3.

198

ветствие с Федеральным законом "О государственной регистрации юридических лиц"⁹⁹ (в редакции Федерального закона от 11.06.2003 № 74-ФЗ) предусматривается в отношении отдельных категории юридических лиц возможность их ликвидации в судебном порядке (признания лица прекратившим свою деятельность в качестве юридического лица и об исключении его из единого государственного реестра юридических лиц) в случае неоднократного непредставления в установленный законодательством срок обновленных сведений, необходимых для внесения изменений в единый государственный реестр юридических лиц, на основании обращения органа, принявшего решение о государственной регистрации. Кроме предусмотренных данным Законом специальных положений, устанавливающих возможность ликвидации отдельных категорий юридических лиц в случае неоднократного непредставления сведений, необходимых для внесения изменений в единый государственный реестр юридических лиц, теперь возможно также применение более общей нормы ст. 61 ГК РФ (п. 2, абзац третий), которая предусматривает возможность ликвидации юридического лица в судебном порядке в случае осуществления им деятельности с «иными неоднократными или грубыми нарушениями закона или иных правовых актов...» В вышеуказанных актах отсутствует упоминание в качестве причины ликвидации юридического лица наступление его недееспособности, но если рассматривать данную ситуацию в контексте предлагаемого в данной работе понимания дееспособности, то речь идет именно об этом. Если в отношении физических лиц законодатель предусматривает процедуры признания их недееспособными с учетом отсутствия у них возможности определять и формулировать свою правовую волю, то вполне логичным является признание такой возможности и в отношении юридических лиц, когда у них отсутствуют органы, способные вырабатывать и выражать их правовую волю, а также отсутствуют лица, способные это делать от их имени. В связи с тем что подобный порок воли юридического лица затрагивает не один или несколько видов его деятельности или функций, а обусловливает общую неготовность, неспособность юридического лица существовать в качестве субъекта права, то закономерным

⁹⁹ «Собрание законодательства РФ». 25.03.2002. № 12. Ст. 1093; «Российская газета». 26.03.2002. № 53.

199

следствием этого должна быть ликвидация юридического лица. В этом состоит главное отличие юридического лица от лица физического, которое продолжает существовать в качестве субъекта права и после признания его недееспособным.

Другой важной группой, разновидностью условий, определяющих дееспособность субъектов права, являются организационные условия (внутренние и внешние). Внутренние организационные условия касаются прежде всего организаций — юридических лиц, их устройства, системы взаимоотношений их органов, участников и т. д. Так, например, в случае нарушения установленных гражданским законодательством требований по количеству участников полного товарищества (полных товарищей), когда в товариществе остается единственный участник, товарищество должно быть ликвидировано или преобразовано в хозяйственное общество (ст. 81 ГК РФ). Схожая по своему значению норма действует в отношении коммандитных товариществ (товариществ на вере): товарищество на вере сохраняется, если в нем остаются, по крайней мере, один полный товарищ и один вкладчик (п. 1 ст. 86 ГК РФ). Поэтому в случае выбытии всех участвовавших в нем вкладчиков оно ликвидируется (либо преобразуется в полное товарищество), коммандитное товарищество также ликвидируется в случае выбытия всех участвовавших в нем полных товарищей. С нашей точки зрения, и в том и в другом случае речь идет о возникновении ситуации недееспособности субъекта права в организационном отношении.

Внешние организационные условия касаются осуществляемых субъектом права видов деятельности, его функций. В частности, в соответствии Положением о лицензировании деятельности в области вооружения и военной техники, утвержденном постановлением Правительства РФ № 456 от 21 июня 2002 г. (в редакции постановления Правительства РФ от 03.10.2002 № 731), для получения лицензии в области вооружения и военной техники необходимо: выполнение мероприятий по противодействию иностранным техническим разведкам; соблюдение требований по защите сведений, составляющих государственную тайну; проведение своевременной поверки испытательного, технологического оборудования, контрольно-измерительных средств, используемых при осуществлении лицензируемого вида деятельности; обеспечение учета и хранения документации, материалов, полуфабрикатов, комплектующих

200

изделий, изделий (образцов) вооружения и военной техники; наличие военного представительства Министерства обороны РФ (п. З)¹⁰⁰ В другом Положении о лицензировании производства лекарственных средств, утвержденном постановлением Правительства РФ от 4 июля 2002 г. № 500 (в редакции постановления Правительства РФ от 03.10.2002 № 731), к обязательным (лицензионным) требованиям и условиям наряду с другими отнесены следующие: а) государственная регистрация в Российской Федерации в установленном порядке лекарственных средств, заявленных соискателем лицензии для производства; б) соблюдение правил организации производства и контроля качества лекарственных средств, утвержденных в установленном порядке¹⁰¹. Отсутствие у субъекта права необходимых организационных условий означает его неготовность к выполнению вида деятельности, подлежащего лицензированию, и, как следствие этого, — отказ в предоставлении лицензии ее соискателю или лишение его полученной ранее лицензии (аннулировании лицензии) в судебном порядке (в некоторых случаях — приостановление действия лицензии).

К третьей группе условий, определяющих дееспособность субъектов права, можно отнести условия, характеризующие имущественное состояние (положение) лица. К их числу, на наш взгляд, относятся условия по минимальной величине (минимальному размеру) уставного капитала юридических лиц. Гражданское законодательство достаточно детально регламентирует порядок формирования уставного капитала и его минимальную величину применительно к обществам с ограниченной ответственностью (ст. 90 ГК РФ, ст. 14-20 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» от 8 февраля 1998 г. № 14-ФЗ¹⁰² в редакции Федерального закона от 21.03.2002 № 31-ФЗ); к акционерным обществам (ст. 99-101 ГК РФ, ст. 25-30 Федерального закона «Об акционерных обществах» от 26 декабря 1995 г. № 208-ФЗ¹⁰³ в редакции Федерального закона от 06.04.2004 № 17-ФЗ); государственным и муниципальным унитарным предприятиям (ст. 114 ГК РФ), некоторым другим категориям юридических лиц. Целью установления законодателем ми-

¹⁰⁰ «Российская газета». 10.07.2002. № 124.

¹⁰¹ «Российская газета». 11.07.2002. № 125.

¹⁰² «Российская газета». 17.02.1998. № 30.

¹⁰³ «Российская газета». 29.12.1995. №248.

201

нимальной величины уставного капитала юридического лица является гарантирование интересов его кредиторов. Так, если по окончании второго и каждого последующего финансового года стоимость чистых активов общества с ограниченной ответственностью окажется меньше определенного Законом «Об обществах с ограниченной ответственностью» минимального размера уставного капитала (который, согласно ст. 14 Закона должен быть не менее стократной величины минимального размера оплаты труда, установленного федеральным законом на дату представления документов для государственной регистрации общества), то общество подлежит ликвидации (п. 4 ст. 90 ГК РФ; п. 3 ст. 20 Закона). Аналогичным образом подлежит ликвидации акционерное общество, если стоимость его чистых активов станет меньше определенного Законом «Об акционерных обществах» минимального размера (который, согласно ст. 26 Закона для открытого общества, должен составлять не менее тысячекратной суммы минимального размера оплаты труда, установленного федеральным законом на дату регистрации общества, а для закрытого общества — не менее стократной суммы минимального размера оплаты труда) уставного капитала (п. 4 ст. 99 ГК РФ).

Схожим образом регулируется порядок формирования, оплаты уставного капитала кредитными организациями. Законом РФ «О банках и банковской деятельности» установлено, что Банк России не позднее трех рабочих дней со дня получения от уполномоченного регистрирующего органа информации о внесенной в единый государственный реестр юридических лиц записи о кредитной организации уведомляет об этом ее учредителей с требованием произвести в месячный срок оплату 100 процентов объявленного уставного капитала кредитной организации и выдает учредителям документ, подтверждающий факт внесения записи о кредитной организации в единый государственный реестр юридических лиц. Неоплата или неполная оплата уставного капитала в установленный срок является в соответствии со статьей 15 Закона основанием для обращения Банка России в суд с требованием о ликвидации кредитной организации. Таким образом, посредством определения величины минимального уставного капитала для коммерческих организаций, а также закрепления особых требований в части оплаты объявленного уставного капитала кредитными организациями законодатель устанавливает планку, по которой определяет, способно ли

202

(готово или нет) юридическое лицо к осуществлению своих функций субъекта права. Формально законодатель не относит вышеназванные имущественные требования к числу критериев, показателей дееспособности в силу того, что основывается, как уже было отмечено, на узком ее понимании (когда дееспособность связывается лишь с одним видом субъектов права — физическими лицами, с наступлением определенного возраста человека). Однако данные имущественные требования имеют действительный правовой смысл и основания лишь в контексте определения дееспособности, в качестве ее критериев. Сама дееспособность, подкрепленная имущественными и иными критериями, становится работающей конструкцией, применимой не только к физическим, но и к юридическим лицам.

Имущественное положение как критерий определения способности лица быть субъектом права, на наш взгляд, в наибольшей степени должно проявляться в законодательстве о банкротстве юридических лиц, граждан — индивидуальных предпринимателей и крестьянских (фермерских) хозяйств. Согласно п. 1 ст. 65 ПС РФ юридическое лицо, являющееся коммерческой организацией, за исключением казенного предприятия, а также юридическое лицо, действующее в форме потребительского кооператива либо благотворительного или иного фонда, по решению суда может быть признано несостоятельным (банкротом), если оно не в состоянии удовлетворить требования кредиторов. Такое признание судом юридического лица банкротом влечет его ликвидацию. В соответствии с п. 1 ст. 25 ГК РФ индивидуальный предприниматель, который не в состоянии удовлетворить требования кредиторов, связанные с осуществлением им предпринимательской деятельности, может быть признан несостоятельным (банкротом) по решению суда; при этом утрачивает силу его регистрация в качестве индивидуального предпринимателя. Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» от 26.10.2002 № 127-ФЗ¹⁰⁴ определены (ст. 3) конкретные признаки банкротства. Закон «О несостоятельности (банкротстве)» кроме юридических лиц (за некоторыми исключениями) распространяется также на граждан, в том числе зарегистрированных в качестве индивидуальных предпринимателей (ст. 1). По Закону юридическое лицо считается неспособным удовлетворить требования кредиторов по

¹⁰⁴ «Российская газета». 02.11.2002. № 209-210.

203

денежным обязательствам и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей, если соответствующие обязательства и (или) обязанность не исполнены им в течение трех месяцев с даты, когда они должны были быть исполнены. Для признания гражданина неспособным удовлетворить требования кредиторов требуется, кроме того, чтобы сумма его обязательств превышала стоимость принадлежащего ему имущества (п. 1 ст. 3 Закона).

Главный смысл юридической процедуры банкротства, как представляется, состоит именно в признании неспособности лица по материальному, имущественному основанию быть субъектом права (для физических лиц, зарегистрированных в качестве индивидуального предпринимателя, — быть предпринимателем). Между правовым понятием банкротства и понятием дееспособности существует неразрывная связь, которая сегодня завуалирована законодателем. И основной причиной возникновения неопределенности в этом отношении является отсутствие общего (для всех субъектов права) определения дееспособности, ориентированного не на один формальный возрастной критерий, а на множество реально используемых правом критериев готовности правового лица к осуществлению своих функций. Процедура банкротства, на наш взгляд, должна быть интересна для теории правосубъектности как минимум с двух позиций: во-первых, с позиции сочетания идеи «защитного рефлекса» в отношении самого несостоятельного лица, банкрота, а также идеи защиты интересов его кредиторов; во-вторых, с точки зрения принципиальной позиции законодателя и правоприменителей не просто выступать статистами в данном процессе — констатировать финансово-правовую смерть лица — но прежде всего содействовать его финансовому выздоровлению, оказывать помощь в создании предпосылок для дальнейшего осуществления лицом своих функций субъекта права (воссоздание условий дееспособности).

Имущественное состояние (положение) лица оценивается не только при наличии признаков несостоятельности (банкротства) или при формировании уставного капитала коммерческой организации — юридического лица, но и при получении разрешений, лицензий на занятие отдельными видами деятельности. Кроме приведенных ранее примеров нормативно закрепленных имущественных требований, соблюдение которых необходимо для получения лицензий, можно также сослаться на постановление Правительства РФ от

204

4 июля 2002 г. № 499, утвердившее «Положение о лицензировании медицинской деятельности»¹⁰⁵ (в редакции постановления Правительства РФ от 03.10.2002 № 731). Данным положением, в частности, в числе конкретных имущественных условий осуществления медицинской деятельности предусматривается: наличие у соискателя лицензии необходимых помещений, принадлежащих ему на праве собственности или на ином законном основании; наличие материально-технического оснащения, включая оборудование, инструменты, транспорт и т. д., обеспечивающих использование медицинских технологий, разрешенных к применению Минздравом РФ; наличие средств противопожарной защиты (пожарной сигнализации и пожаротушения), противопожарного водоснабжения и т. п. Сходные имущественные требования по наличию помещений, необходимого оборудования, технических средств и приборов предъявляются при лицензировании фармацевтической деятельности¹⁰⁶; ветеринарной деятельности¹⁰⁷; по производству дезинфекционных, дезинсекционных и дератизационных средств¹⁰⁸.

Российское дореволюционное законодательство, римское, немецкое, французское право знали ограничение дееспособности ввиду расточительности лица. В римском праве ограничение дееспособности было возможно в случае расточительности в отношении имущества отца и деда¹⁰⁹. В других правовых системах это правило было значительно расширено. Так, по Германскому гражданскому уложению (§ 6, п. 2) было предусмотрено, что ограничение дееспособности возможно в отношении того, кто благодаря своей расточительности подвергает себя или свое семейство опасности впасть в состояние крайней нужды. Были определены следующие условия для признания расточителем: легкомысленное мотание имущества,

¹⁰⁵ «Российская газета». 11.07.2002. № 125.

¹⁰⁶ Положение о лицензировании фармацевтической деятельности, утвержденное постановлением Правительства РФ от 01.07.2002 № 489 (в редакции постановления Правительства РФ от 03.10.2002 №731), см.: «Российская газета». 11.07.2002. №125.

¹⁰⁷ Положение о лицензировании ветеринарной деятельности, утвержденное постановлением Правительства РФ от 05.07.2002 № 504 (в редакции постановления Правительства РФ от 03.10.2002 № 731)», см.: «Российская газета. 18.07.2002. № 130.

¹⁰⁸ Положение о лицензировании деятельности, связанной с использованием возбудителей инфекционных заболеваний, утвержденное постановлением Правительства РФ 04.07.2002 № 501 (в редакции постановления Правительства РФ от 03.10.2002 № 731), см.: «Собрание законодательства РФ». 08.07.2002. № 27. Ст. 2712.

¹⁰⁹ См.: Дювернуа Н. Л. Чтения по гражданскому праву. С. 342.

205

угрожающее обеднением; расточительность должна представлять укоренившуюся наклонность¹¹⁰. Французское право также более широко, чем классическое римское право, стало определять понятие расточительности, при этом в случае признания лица расточителем ему назначался не опекун, а советник. В ст. 488 Французского гражданского кодекса предусматривается защита совершеннолетнего, который в результате своего расточительства, неумеренности или праздности рискует впасть в нищету или ставит под угрозу исполнение своих семейных обязанностей. В российском дореволюционном праве положения о расточительстве рассматривались несколько в ином контексте, здесь доминирующими оказались полицейские соображения (и представлены были эти положения о расточителях в Уставе о предупреждении и пресечении преступлений)¹¹¹.

Действующий Гражданский кодекс РФ не предусматривает ограничения дееспособности расточителей, но оговаривает возможность ограничения по суду дееспособности гражданина, который вследствие злоупотребления спиртными напитками или наркотическими средствами ставит свою семью в тяжелое материальное положение. В этом случае над ним устанавливается попечительство. На первый взгляд можно сделать вывод о том, что одним из главных критериев ограничения дееспособности лиц по ст. 30 ПС РФ является тяжелое материальное положение (имущественное состояние) семьи, возникшее вследствие злоупотребления физическим лицом спиртными напитками или наркотическими средствами. Однако Пленум Верховного Суда РФ, обобщивший в своем постановлении от 4 мая 1990 г. № 4 «О практике рассмотрения судами Российской Федерации дел об ограничении дееспособности граждан, злоупотребляющих спиртными напитками или наркотическими средствами» (в редакции постановлений Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.93 № 11, от 25.10.96 № 10) опыт применения данного положения, так сформулировал основные цели ограничения судом дееспособности лиц, злоупотребляющих спиртными напитками или нарко-

¹¹⁰ См.: Дернбург Г. Пандекты. С. 150-152. С 1 января 1992 г. в Германии не действуют (на основании Закона о реформе) положения § 114 Германского гражданского Уложения, предусматривавшие ограничения дееспособности в отношении расточители и лиц, подверженных влечению к алкоголю и наркотическим веществам. (См.: Шапп Я. Основы гражданского права Германии. С. 208.)

¹¹¹ См.: Дювернуа Н. Л. Чтения по гражданскому праву. С. 343.

206

тическими средствами: это «является одной из мер, направленных на предупреждение многих нарушений общественного порядка воспитание граждан в духе сознательного отношения к труду, семье соблюдению правил общественного поведения, а также на защиту прав и охраняемых законом интересов членов семьи граждан, злоупотребляющих спиртными напитками или наркотическими средствами, и самих лиц, в отношении которых возбужден вопрос об ограничении дееспособности»¹¹². Как видно, в данном институте заметны воспитательно-полицейские традиции дореволюционного российского законодательства. Здесь имущественно-правовой аспект отошел на второй план и собственно конфликт интересов лица, злоупотребляющего спиртными напитками или наркотическими средствами, и интересов членов его семьи становится поводом для борьбы с возможными нарушениями правопорядка и правового воспитания граждан. Воистину, положение ст. 30 в такой интерпретации достойно не Гражданского кодекса, а Кодекса об административных правонарушениях. В целом же можно отметить важное место имущественных условий, имущественного положения лица для определения его дееспособности в отношении осуществления различных видов деятельности, функций субъекта права.

Четвертую группу условий, определяющих дееспособность субъектов права, составляют условия, характеризующие возможности правового взаимодействия лица, его участия в правовых связях, отношениях с другими субъектами права (коммуникативно-правовые условия). Способность лица вступать в правовые отношения, правовые связи, взаимодействовать, участвовать в правовом общении с другими лицами является важной составной частью общего состояния его дееспособности. Нередко в силу определенных причин естественного (физического) или социального порядка лицо не может осуществлять правовое взаимодействие с другими субъектами. В дореволюционном российском праве относительно глухонемых предусматривалось освидетельствование в соответствии с тем же порядком, который был установлен в отношении душевнобольных¹¹³. При прохождении освидетельствования лицу предоставлялось право управлять и распоряжаться своим имуществом наравне

¹¹² Цит. по правовой базе «КонсультантПлюс».

¹¹³ См.: Шершеневич Г. Ф. Учебник русского гражданского права. С. 75.

207

с другими совершеннолетними, хотя и в этом случае Сенат мог, но не обязан был, назначить ему попечителя. Если лицо не проходило освидетельствование, то глухонемые и немые до конца своих дней оставались под опекой на положении малолетних. В отношении их действовала презумпция, согласно которой по достижении совершеннолетия они продолжали считаться недееспособными до тех пор, пока в результате освидетельствования они не будут признаны дееспособными¹¹⁴.

В законодательстве советского периода и в современном праве в основном данные ограничения отпали, однако, исходя из целей защиты правовых интересов данной группы лиц, некоторые специальные положения, определяющие их дееспособность, действуют. Так, в Уголовно-процессуальном кодексе РФ, принятом 18 декабря 2001г., в ст. 45 предусмотрено, что для защиты прав и законных интересов потерпевших, лишенных по своему физическому или психическому состоянию возможности самостоятельно защищать свои права и законные интересы, к обязательному участию в уголовном деле привлекаются их законные представители или представители. Кроме того, в ст. 51 УПК установлено требование обязательного участия защитника в уголовном судопроизводстве, если подозреваемый, обвиняемый в силу физических или психических недостатков не может самостоятельно осуществлять свое право на защиту. Аналогичное положению ст. 45 УПК РФ правило закреплено в ст. 25.3 Кодекса «Об административных правонарушениях», принятом 30 декабря 2001 г. Осуществлять защиту прав и законных интересов физического лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, или потерпевшего, лишенного по своему физическому или психическому состоянию возможности самостоятельно реализовать свои права, Должны законные представители. В соответствии со ст. 90 Налогового кодекса РФ не могут выступать (допрашиваться) в качестве свидетелей лица, которые в силу своих физических или психических недостатков не способны правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для осуществления налогового контроля. Таким образом, применительно к лицам, не способным по причине физических недостатков осуществлять некоторые виды деятельности,

¹¹⁴ См.: Там же. С. 75-76.

208

функции субъектов права, в современном праве можно говорить не об общем ограничении их дееспособности, как в дореволюционном российском праве, а об ограничениях, касающихся осуществления конкретных видов деятельности, функций.

Возможность участия в правовых отношениях, в правовой коммуникации обусловливается не только отсутствием у лица физических, психических и иных подобных недостатков. Нередко при осуществлении некоторых правовых действий, отношений законодателем устанавливаются ограничения, обусловленные правовым положением лица (ограничения статусного порядка, также относимые нами к числу коммуникативно-правовых). Так, согласно ст. 29 Налогового кодекса РФ (в редакции Федерального закона от 09.07.1999 № 154-ФЗ) не могут быть уполномоченными представителями налогоплательщика должностные лица налоговых органов, таможенных органов, органов государственных внебюджетных фондов, органов внутренних дел, судьи, следователи, прокуроры. Здесь, как и в ранее приведенных примерах, речь не идет об общем ограничении дееспособности данной категории лиц, а лишь о видовом ограничении применительно к осуществлению функции уполномоченного представителя налогоплательщика, связанным с особым статусом перечисленных лиц.

Подобного рода видовые ограничения дееспособности установлены многими актами. В Законе «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» от 22 марта 1991г. № 948-1 (в редакции Закона РФ от 09.10.2002 № 122-ФЗ) запрещается совмещение функций органов власти, органов местного самоуправления с функциями хозяйствующих субъектов, а также наделение хозяйствующих субъектов функциями и правами органов власти (п. 3 ст. 7 Закона).

В Федеральном законе «Об основах государственной службы Российской Федерации» от 31.07.95 № 119-ФЗ (в редакции Федерального закона от 27.05.2003 № 58-ФЗ) также установлены ограничения (ст. 11), связанные с государственной службой. В частности, государственный служащий не вправе: заниматься другой оплачиваемой деятельностью, кроме педагогической, научной и иной творческой деятельности; быть депутатом законодательного (представительного) органа Российской Федерации, законодательных (представительных) органов субъектов Российской Федерации, ор-

209

ганов местного самоуправления; заниматься предпринимательской деятельностью лично или через доверенных лиц; принимать участие в забастовках и т. д. Всего двенадцать видов ограничений. Подобного рода ограничения, связанные с юридическим положением субъекта права, Н. М. Коркунов относил к ограничениям, «вытекающим из несовместимости известных юридических отношений»¹¹⁵. В отличие от ограничений, касающихся дееспособности несовершеннолетних лиц, данные ограничения имеют целью обеспечение защиты интересов других лиц (третьих лиц) от возможных злоупотреблений со стороны субъекта властных полномочий или предпринимательской деятельности. Таких ограничений и в прежнем, дореволюционном, законодательстве было множество: таможенные чиновники, нотариусы, аукционисты не могли участвовать в операциях, надзор за которыми или оформление, организацию которых они осуществляли; служащий соляного управления не мог вести торги солью, инспектор дороги не вправе был принимать на себя управление дорогой. Имелись ограничения и весьма спорного плана, например, дипломат не должен был без разрешения начальства вступать в брак с иностранкой¹¹⁶.

В ранее приводимых актах, регулирующих порядок получения разрешений на занятие некоторыми видами деятельности, на открытие представительств иностранных организаций, перечислялись в качестве условий для получения соответствующих разрешений условия коммуникативного характера, связанные с наличием деловых связей и заключенных соглашений, коммерческих сделок, выполнению которых должно содействовать открытие представительства иностранной организации (постановление Совета Министров СССР от 30 ноября 1989 г. № 1074 «Об утверждении положения о порядке открытия и деятельности в СССР представительств иностранных фирм, банков и организаций»); с наличием положительных рекомендаций для иностранных кредитных организаций от не менее чем двух российских банков при открытии своего представительства в России (Приказ Центрального банка РФ от 7 октября 1997 г. № 02-437 «О порядке открытия и деятельности в Российской Федерации представительств иностранных кредитных организаций») и др.

¹¹⁵ Коркунов Н. М. Лекции по общей теории права. С. 148. Однако Н. М. Коркунов относил данные ограничения не к дееспособности лица, а к его правоспособности.

¹¹⁶ См.: Дювернуа Н. Л. Чтения по гражданскому праву. С. 359-365.

210

Пятую группу условий, определяющих дееспособность субъектов права, составляют нормативные условия, характеризующие функциональные возможности (качества, способности) правового лица. Обычно такие условия устанавливаются уставами, иными учредительными актами организаций; должностными инструкциями; положениями об аттестации; о лицензировании; актами, регламентирующими порядок осуществления отдельных видов деятельности, законами, определяющими статус субъекта права и т. д. К числу таких условий, определяющих возможность индивида или персонала юридического лица осуществлять тот или иной регулируемый правом вид деятельности, относятся: условия о наличии образования, специальных знаний, определенного опыта, стажа работы, отдельных навыков, обладания некоторыми личными или деловыми качествами, физическими данными, творческими способностями и т. д. Так, в соответствии с ранее приводимым Указом Президента РФ от 16.09.99 № 1237 (в редакции Указа от 17.04.2003 № 444 (которым утверждено Положение о порядке прохождения военной службы)) при отборе кандидатов из числа граждан на военную службу по контракту (п. 7 ст. 5) должно быть проведено медицинское освидетельствование кандидата; мероприятия по профессиональному психологическому отбору; по проверке соответствия уровня его образования, профессиональной и физической подготовки требованиям, установленным для поступающих на военную службу по контракту, и т. д. В принятой на основании данного Указа Президента РФ Инструкцией «О порядке организации и проведения аттестации офицеров и прапорщиков (мичманов) Вооруженных Сил Российской Федерации» (утверждена Приказом министра обороны РФ от 06.04.02 № 100) определены более конкретные критерии, по которым происходит аттестация военнослужащих. В частности, в аттестационных листах должны быть отражены (п. 3): уровень профессиональной подготовки, знание общевоинских уставов, наставлений, своих обязанностей по занимаемой воинской должности и их выполнение; личная дисциплинированность и исполнительность, требовательность к себе и подчиненным; организованность в работе, способность качественно выполнять поставленные задачи, проявлять инициативу; умение руководить, обучать и воспитывать подчиненный личный состав; оценка состояния подразделения, которым командует, или участка работы, за который отвечает аттестуемый;

211

способность критически оценивать свою деятельность, творчески подходить к делу, настойчивость в выполнении должностных обязанностей, авторитет в воинском коллективе, моральные и психологические качества; состояние здоровья в соответствии с медицинскими заключениями, работоспособность и физическая подготовка и т. д. Всего около 40 подобного рода критериев¹¹⁷. Такое обилие аттестационных критериев создает видимость объективности и всесторонности при определении профессиональных качеств военнослужащих, но с правовой точки зрения данная множественность и неформализованность оснований оценки аттестуемых способствует произволу и полной зависимости результатов аттестации от усмотрения тех, кто дает эту оценку. В этом смысле более предпочтительным представляется определение дееспособности либо на основании формальных критериев (стаж работы, образование и других, как, например, это определено в отношении судей в Конституции РФ (ст. 119) и в Федеральном законе «О статусе судей в Российской Федерации»), либо по результатам специальных испытаний, экзаменов, тестов по утвержденным программам и перечням вопросов. Законодатель учитывает функциональные способности, свойства субъекта права при определении его дееспособности не только в качестве аттестационных или лицензионных критериев. Согласно ст. 27 ГК РФ несовершеннолетний, достигший шестнадцати лет, может быть объявлен полностью дееспособным, если он работает по трудовому договору, в том числе по контракту, или с согласия родителей, усыновителей или попечителя занимается предпринимательской деятельностью. Суд либо орган опеки и попечительства, поскольку законодатель передает решение данного вопроса на его усмотрение, при объявлении несовершеннолетнего полностью дееспособным должен учитывать не только сам факт работы, осуществления предпринимательской деятельности и получения лицом заработка (дохода), но и готовность лица к трудовой или предпринимательской деятельности¹¹⁸.

¹¹⁷ См.: «Бюллетень нормативных актов федеральных органов исполнительной власти». 27.05.2002. № 21.

¹¹⁸ Как нам представляется, ст. 27 ГК РФ в части возможности осуществления предпринимательской деятельности несовершеннолетними до их эмансипации не согласуется со ст. 26 ГК РФ, которая не предусматривает такой возможности. Даже если согласиться с теми авторами, которые утверждают, что предпринимательская деятельность может быть представлена как совершение различного рода сделок, сведе-

212

К шестой группе обстоятельств, условий, определяющих дееспособность лиц, условно именуемых нами как «поведенческие условия», можно отнести: совершенные лицами правонарушения и принятые в отношении их решения о применении отдельных видов наказаний либо просто установление факта нарушения. Н. М. Коркунов, придавая особое значение мерам принуждения в контексте ограничения дееспособности, выделял данную группу правовых ограничений и именовал эти ограничения «карательными»¹¹⁹. Если обратиться к законодательству, то можно найти множество примеров, когда возможность лица занять определенную должность, осуществлять некоторую деятельность, функцию обусловливается отсутствием с его стороны противоправных действий и применением к нему мер ответственности. Так, в Законе РФ «О несостоятельности (банкротстве)» от 26.10.2003 № 127-ФЗ (ст. 20) предусмотрено, что арбитражным судом не могут быть утверждены в качестве временных управляющих, административных управляющих, внешних управляющих или конкурсных управляющих арбитражные управляющие: которые не возместили убытки, причиненные должнику, кредиторам, третьим лицам при исполнении обязанностей арбитражного управляющего; которые дисквалифицированы или лишены в порядке, установленном федеральным законом, права занимать руководящие должности и (или) осуществлять предпринимательскую деятельность по управлению юридическими лицами, входить в совет директоров (наблюдательный совет) и (или) управлять делами и (или) имуществом других лиц. В ст. 40.1 Федерального закона «О прокуратуре Российской Федерации» от 17.01.92 № 2202-1 (в редакции Федерального закона от 30.06.2003 № 86-ФЗ) также установлено, что лицо не может быть принято на службу в органы и учреждения прокуратуры и находиться на указанной службе, если оно: лишено решением суда права занимать государственные должности государственной службы в течение определенного срока; имело или имеет судимость.

на к ним (см., например, Комментарий части первой Гражданского кодекса Российской Федерации. С. 231), то регистрация субъекта в качестве индивидуального предпринимателя не является сделкой согласно ст. 8 ГК РФ, поэтому возможность регистрации несовершеннолетнего в качестве индивидуального предпринимателя должна быть прямо регламентирована в ст. 26 ГК.

¹¹⁹ См.: Коркунов Н. М. Лекции по общей теории права. С. 148.

213

В Положении о порядке прохождения военной службы, утвержденном Указом Президента РФ от 16.09.99 № 1237 (п. 3 ст. 4) закреплено, что контракт не может быть заключен с гражданином (военнослужащим), в отношении которого вынесен обвинительный приговор и которому назначено наказание, в отношении которого ведется дознание либо предварительное следствие или уголовное дело, в отношении которого передано в суд, имеющим неснятую или непогашенную судимость за совершение преступления, а также отбывавшим наказание в виде лишения свободы. Данные условия признания дееспособности лица имеют характер отрицательных условий — дееспособность наступает при отсутствии данных обстоятельств (отсутствии судимости, дисквалификации и т. д.).

В Уголовном кодексе РФ (ст. 44) предусматривается наказание, влекущее ограничение дееспособности — лишение права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью. Что касается других наказаний, предусмотренных данной статьей, например, обязательных работ; исправительных работ; ограничения свободы; ареста; содержания в дисциплинарной воинской части; лишения свободы на определенный срок; пожизненного лишения свободы, то они хотя реально не позволяют лицу осуществить многие виды деятельности, функции субъекта права, но с формально юридической стороны не устанавливают ограничение дееспособности. При некоторых обстоятельствах штраф и конфискация имущества могут быть причинами возникновения недееспособности лица (по имущественному основанию), в частности, признания банкротом индивидуального предпринимателя; однако сами по себе данные виды наказаний не являются ограничителями дееспособности лица. Применительно к наказанию в виде лишения специального, воинского или почетного звания, классного чина и государственных наград предполагается кроме психологического воздействия на осужденного еще и «возможное ограничение дальнейшей профессиональной деятельности осужденного, поскольку она может быть связана с наличием определенного специального или воинского звания и — поскольку лишение этих знаков отличия (наряду с судимостью) создает дополнительные препятствия для профессиональной карьеры лица, отбывшего наказание, — сохраняет свое негативное действие на положение осужденного и после по-

214

гашения или снятия судимости»¹²⁰. Что касается смертной казни, то она не только (и не столько) ограничивает дееспособность лица, сколько исключает само лицо и его правосубъектную связь с правопорядком. Поскольку же речь идет о человеке — первичном субъекте права — данная мера наказания противоречит духу, идее права, поэтому является неправовой мерой. Ни государство как производный от человека субъект права, ни другие лица не могут покушаться на жизнь человека, так как они тем самым устраняют не просто правонарушителя, а разрушают саму правовую систему, правовую коммуникацию, основанную на признании человека в качестве важнейшей правовой ценности. Примечательно то, как некоторые исследователи в области уголовного права оценивают воздействие данного вида наказания на осужденного: «Воздействие смертной казни на осужденного состоит вначале в причинении ему глубочайших психических страданий, а затем прекращении существования»¹²¹. Такая оценка воздействия смертной казни на осужденного уже сама по себе является доводом в пользу гуманизации уголовного законодательства и отмены смертной казни.

Ограничивающее дееспособность лица воздействие имеют некоторые виды наказаний, предусмотренные Кодексом РФ об административных правонарушениях. В частности, к таким административным наказаниям, установленным статьей 3.2 Кодекса, на наш взгляд, можно отнести: лишение специального права, предоставленного физическому лицу; дисквалификацию. Лишение физического лица, совершившего административное правонарушение, ранее предоставленного ему специального права (ст. 3.8 Кодекса), осуществляется путем изъятия соответствующего документа (ст. 32.6 Кодекса), разрешающего осуществление определенного вида деятельности (водительского удостоверения, охотничьего билета и т. д.). Тем самым лицо на определенное время лишается правовой возможности осуществлять соответствующий вид деятельности. Дисквалификация (ст. 3.11 Кодекса) также предполагает лишение физического лица некоторых прав: права занимать руководящие должности в исполнительном органе управления юридического лица, входить в

¹²⁰ Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации / Под общ. ред. Генерального прокурора РФ Ю. И. Скуратова и Председателя Верховного Суда Р^ф В. М. Лебедева. 2-е изд., изм. и доп. Комментарий к ст. 48.

¹²¹ Там же. (Комментарий к ст. 59.)

215

совет директоров (наблюдательный совет), осуществлять предпринимательскую деятельность по управлению юридическим лицом, а также осуществлять управление юридическим лицом в иных случаях. Таким образом, при дисквалификации и при лишении специального права, предоставленного физическому лицу, ограничивается не просто сама реальная возможность осуществления соответствующих видов деятельности лицом, а устанавливается юридическое ограничение, ограничивается дееспособность лица.

Кроме Уголовного кодекса РФ и Кодекса РФ об административных правонарушениях существует множество других актов, содержащих «карательные» ограничения дееспособности субъектов права. Например, Федеральным законом «Об аудиторской деятельности» № 119-ФЗ от 7 августа 2001 г. (в редакции Федерального закона от 30.12.2001 № 196-ФЗ) в качестве оснований для аннулирования квалификационного аттестата аудитора (ст. 16) указываются случаи, когда: установлен факт получения квалификационного аттестата аудитора с использованием подложных документов; установлен факт систематического нарушения аудитором при проведении аудита требований, установленных законодательством РФ или федеральными правилами (стандартами) аудиторской деятельности; установлен факт подписания аудитором аудиторского заключения без проведения аудиторской проверки; установлен факт, что в течение двух календарных лет подряд аудитор не осуществляет аудиторскую деятельность и др.

Следует подчеркнуть то обстоятельство, что многие другие меры правового воздействия могут ограничивать возможность осуществления различных прав, при этом формально не ограничивая дееспособность (юридически не понижая ее), например, предусмотренные Уголовно-процессуальным кодексом РФ 2001 г. меры процессуального принуждения: задержание подозреваемого (ст. 91-92 Кодекса), заключение под стражу (ст. 94-95, 108 Кодекса), домашний арест (ст. 107 Кодекса), временное отстранение обвиняемого от должности (ст. 114 Кодекса), наложение ареста на имущество (ст. 115 Кодекса); предусмотренные Налоговым кодексом РФ (частью первой) способы обеспечения исполнения обязанности по уплате налогов и сборов: приостановление операций по счетам налогоплательщика — организации, налогового агента — организации, Плательщика сбора — организации или налогоплательщика — ин-

216

дивидуального предпринимателя (ст. 76 НК), арест имущества налогоплательщика — организации, налогового агента — организации и плательщика сбора — организации (ст. 77 НК); некоторые другие меры правового принуждения.

В особую группу условий, обстоятельств можно выделить юридико-политические обстоятельства, факторы, воздействующие на дееспособность лиц, которые порождаются не собственно правовыми причинами, а политическими. В российском дореволюционном праве такими условиями, определяющими дееспособность лиц, были сословные различия, национальные, религиозные и т. п. Подобные условия признавались в качестве оснований, влияющих на дееспособность, и другими национально-правовыми системами. Некоторые из этих условий, прежде всего условия гражданства (подданства) являются определяющими до сих пор. Для российской правовой системы деление физических лиц на граждан, иностранцев и лиц без гражданства остается одной из главных классификаций. Разделение субъектов права на «своих» и «чужих» главным образом имеет целью разграничить их дееспособность, а также их правовой статус. И советское законодательство, и современное российское право нередко допускали и допускают «правовые бесцеремонности» по отношению к «чужим» субъектам права. Ранее уже приводился пример такой «бесцеремонности» Банка России по отношению к иностранным банкам, открывающим свои представительства в России, когда деятельность представительства может быть прекращена наряду с законными основаниями по решению Банка России без указания причин (п. 3.7 Приказа Центрального банка РФ от 7 октября 1997 г. № 02-437 «О порядке открытия и деятельности в Российской Федерации представительств иностранных кредитных организаций»). Также в ранее упомянутом Положении о порядке открытия и деятельности в СССР представительств иностранных фирм, банков и организаций, утвержденном постановлением Совета Министров СССР № 1074 от 30.11.89, предусматривалось (п. 2), что разрешения на открытия представительств могут выдаваться лишь тем иностранным фирмам, в сотрудничестве с которыми заинтересованы советские организации. Более завуалированной бесцеремонностью является основание отказа в создании филиала иностранного юридического лица, предусмотренное ст. 21 Федерального закона «Об иностранных инвестициях в Российской Федерации» от 09.07.99

217

№ 160-ФЗ (в редакции Федерального закона от 08.12.2003 № 169-ФЗ). Согласно данной статье, филиалу иностранного юридического лица может быть отказано в аккредитации в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц и т. д. Правда, следует отметить наметившуюся тенденцию к унификации правового регулирования в отношении «своих» и «чужих» субъектов права¹²², которая, будем надеяться, вызвана не только желанием законодателя решить проблему привлечения иностранных инвестиций в Россию, но и идеей создания цивилизованной гуманистической правовой системы.

Наступление дееспособности является значимым обстоятельством как для самого лица, признанного дееспособным, так и для окружающих. Такое признание, по мнению Н. Л. Дювернуа, должно знаменоваться для общего сведения каким-либо наружным признаком, например, для римлян toga praetexta сменялась другим одеянием, toga virilis, ношением каких-либо знаков, обозначений¹²³. Современное российское право восприняло эту конструктивную идею. Можно привести множество примеров, когда указание на дееспособность лица содержится в его наименовании, других обозначениях. Согласно ст. 9 Закона РФ «О высшем и послевузовском профессиональном образовании» от 22.08.96 № 125-ФЗ статус высшего учебного заведения включается в его наименование и определяется в зависимости от его вида, организационно — правовой формы, наличия или отсутствия государственной аккредитации. Наименование высшего учебного заведения изменяется в обязательном порядке при изменении его статуса (п. 6 ст. 9), который устанавливается или подтверждается на очередной срок свидетельством о государственной аккредитации (п. 7 ст. 10). Постановлением Правительства РФ № 1323 от 02.12.99, утвердившем Положение о государственной аккредитации высшего учебного заведения, определено, что, если, при

¹²² Такой вывод можно сделать, в частности, основываясь на анализе Федерального закона «О приведении законодательных актов в соответствие с Федеральным законом «о государственной регистрации юридических лиц» от 21.03.02 № 31-ФЗ (п. 40 ст 2); Федерального закона «О Центральном банке Российской Федерации (Банке России)» от 10.07.02 № 86-ФЗ (ст. 52), также ст. 3-4 упомянутого Федерального закона «Об иностранных инвестициях в Российской Федерации» от 09.07.99 № 160-ФЗ; ст. 2.6 Кодекса РФ об административных правонарушениях и других актов.

¹²³ См.: Дювернуа Н. Л. Чтения по гражданскому праву. С. 332-333.

218

аккредитации устанавливается, что статус вуза отличается от указанного в его наименовании, вузу выдается на срок не более 6 месяцев временное свидетельство с указанием его наименования; такое свидетельство дает вузу на соответствующий срок все права высшего учебного заведения, имеющего государственную аккредитацию, постоянное свидетельство выдается вузу на основании заявления и учредительных документов с наименованием вуза, приведенным в соответствие с установленным при аккредитации статусом (п. 9).

В статье 7 Закона «О банках и банковской деятельности» определено, что фирменное наименование кредитной организации должно содержать указание на характер деятельности этого юридического лица посредством использования слов «банк» или «небанковская кредитная организация». Ни одно юридическое лицо в Российской Федерации, за исключением получившего от Банка России лицензию на осуществление банковских операций, не может использовать в своем наименовании слова «банк», «кредитная организация» или иным образом указывать на то, что данное юридическое лицо имеет право на осуществление банковских операций (правда, следует с учетом положений ст. 15 Закона отметить, что существует люфт между моментом государственной регистрации кредитной организации и моментом выдачи ей лицензии на осуществление банковских операций).

Ссылка на дееспособность лица согласно требованиям законодательства иногда должна содержаться не только в наименовании лица, но и в рекламе его товаров, работ и услуг, в вывеске, в заключаемых им договорах и т. д. В Законе РФ «О защите прав потребителей» № 2300-1 от 07.02.92 (в редакции Федерального закона от 30.12.2001 № 196-ФЗ) установлено, что (ст. 9) изготовитель (исполнитель, продавец) — индивидуальный предприниматель — должен предоставить потребителю информацию о государственной регистрации и наименовании зарегистрировавшего его органа; если вид (виды) деятельности, осуществляемой изготовителем (исполнителем, продавцом), подлежит лицензированию, потребителю должна быть предоставлена информация о номере лицензии, сроке ее действия, а также информация об органе, выдавшем эту лицензию.

219