24 Вопрос

Соответственно акцентам на природно-телесных, индивиду­ально-психологических или социокультурных аспектах понима­ния человека можно говорить о выделении следующих основных стратегий его интерпретации в философии: натурализаторской, экзистенциально-персоналистской, рационалистической и соци- ологизаторской. Необходимо отметить, что данные стратегии в философии существуют лишь как тенденции, в то время как в творчестве отдельных мыслителей могут быть переплетены эле­менты различных подходов к проблеме. Согласно натурализаторской концепции человек понимается как элемент природы, подчиненный ее законам и не имеющий в своих характеристиках ничего сверх того, что было бы невозможно в других природных образованиях. Человек здесь рассматривается по аналогии с животными и сам является не более чем животным. Вместе с тем оценка положения человека в природе в рамках нату- рализаторского подхода может значительно варьироваться. Если для его классических версий (Мандевиль, Ламетри, Дидро и дру­гие) свойственно понимание человека как венца природы, ее наибо­лее совершенного и царственного начала, то, начиная с Ф. Ницше, природный статус человека радикально переосмысляется. В рам­ках «философии жизни», «философской антропологии», фрейдиз­ма человек - это несостоявшееся животное, «еще не определившее­ся животное», отнюдь не венец, но, напротив, тупик природного развития. Он не столько продолжает, сколько искажает и уродует здоровые естественные тенденции, а его сила укоренена в изначаль­ной природной слабости и неполноценности. Как своеобразное движение в защиту человека стало развитие в ХХ в. философии экзистенциализма. Экзистенциально-персоналистская парадигма анализа человека (Августин, Н. Бердяев, М. Бубер, Ж.-П. Сартр, А. Камю и другие) понимает его как особое начало в мире, не сводимое к каким-либо внешним законам и ка­чествам, но объяснимое лишь исходя из его индивидуального опыта и судьбы. Протестуя против возможности навязывания чело­веку общих стандартов и ценностей, вне зависимости от их при­родного или социального характера, теоретик экзистенциализма Ж.-П. Сартр писал, что у человека нет «природы». Его существова­ние в мире - это всегда уникальный опыт свободы, посредством ко­торой человек творит как внешний мир, так и самого себя. Экзистенциализм сегодня выступает как одна из наиболее яр­ких и убедительных версий философии человека. Вместе с тем идея уникальности человека отнюдь не нова. Истоки ее восходят к христианской философии, впервые в истории провозгласившей принцип персонализма, который связан здесь с обоснованием значимости внутреннего духовного опыта и индивидуальной от­ветственности души за осуществленный ею свободный выбор. Ценность отдельной личности в христианском персонализме обусловливается ее непосредственной соотнесенностью с Абсо­лютной Личностью, Богом, «образом и подобием» которого она выступает. Божественное тем самым становится основанием для возвышения человеческого. Если экзистенциализм и персонализм акцентируют человека в уникальности его личностного опыта, то рационалистическая и социологизаторская модели предпринимают попытку определить сущность человека через выделение в нем фундаментальных, ти­пологически общих характеристик. Для рационалистической концепции (Платон, Аристотель, Декарт, Кант, Гегель и другие) сущностной особенностью человека становится наличие у него ра­зума, сознания. В отличие от животных человек способен пости­гать глубинные связи и законы внешней действительности, пла­нировать в соответствии с полученными знаниями свои действия, ориентироваться не только на наличную ситуацию, но и на сферу должного. Разум - это то начало, посредством которого наиболее радикально преодолевается естественно-природное в человеке. Кредо социологизаторской модели наиболее емко выразил К. Маркс, сказав, что «сущность человека есть совокупность всех общественных отношений». При этом бесполезно говорить о раз и навсегда заданной природе человека. Человеческая природа фор­мируется обществом и меняется вместе с изменением историчес­кой ситуации. Историцизм марксистского подхода к человеку се­годня дополняется структуралистскими методами исследования, ориентированными на рассмотрение человека в качестве элемен­та тех или иных социальных структур. Человек здесь понимается как производная функция от обусловливающих его опыт соци­альных, политических и семантических факторов. Практически лишенный возможности индивидуального «Я» и свободы, чело­век в структурализме и постструктурализме задан лишь как точ­ка пересечения различных дискурсивных практик культуры и общества. Тем самым каждый из оговоренных подходов акцентирует лишь один возможный срез человеческого бытия, зачастую при­нося в жертву теоретической непротиворечивости многомерность личности. Реальная истина о человеке, судя по всему, должна ре­конструироваться, исходя из необходимой дополнительности этих подходов, поскольку человек - это одновременно природное, социальное и индивидуально-творческое начало.