Заключение

Поставленные во введении цели, на мой взгляд, в работе раскрыты. Подведя итоги, можно сделать некоторые выводы.

Проблема кадров в научных центрах Московской области была заложена еще в 60-х годах XX века. Старшие поколения помнят, как создавались эти научные центры. В 50-х годах, в период “холодной войны”, встала тактически важная задача - вывести научный потенциал из Москвы. Вывели и образовали подмосковные научные центры, рассредоточив научный потенциал по Подмосковью. Что будет с центрами через 25 лет, тогда никто не думал. Ведь все научные коллективы, сформированные практически из однолеток, должны были синхронно постареть, и если не будет протока, то исчезнуть. Руководителям и ученым в Отделе науки в ЦК КПСС говорили: “Не задавайте лишних вопросов, решайте научные задачи, через 25 лет мы вам поможем”.

Теперь и ЦК КПСС нет, и инструкторов нет, и спросить не с кого, а ситуация осталась. Сейчас пожинается урожай тех ошибок. За последние 20 лет на них наслоились новые. В результате слова “научная интеллигенция” в стране за эти годы стали унизительной кличкой. Городам науки самим приходилось искать способы выживания. “Утечка умов” - это один из ответов научных сотрудников на сложившееся отношение к ним со стороны государства.

Последствия “утечки умов” трудно подсчитать в рублях. Однако очевидно, что этот процесс ведет к ослаблению научного потенциала страны, распаду научных школ, свертыванию ряда фундаментальных исследований в России. Из-за отсутствия жилья приток молодых ученых не восполняет потерь за счет миграции. Города науки в силу малочисленности населения весьма чувствительны к внешним социальным воздействия. С точки зрения экономических рисков "утечка умов" представляет собой серьезную проблему для России. Получая хорошую базу, выпускники университетов и аспирантур уезжают на Запад продолжать свое образование. Зачастую они получают предложения о работе, остаются, и в этом заключается очевидный экономический ущерб для нашей страны, так как основа для дальнейшего профессионального роста за рубежом обеспечивается именно здесь, в России.

Но говорить о поглощении западной наукой наших специалистов было бы неверно. Например, в последние годы в США в связи с общим экономическим спадом происходит ужесточение миграционной политики в сфере науки и высоких технологий, поэтому имеет место общее сокращение квот на импорт, например, компьютерщиков. Это приводит к уменьшению притока иностранных, в том числе российских специалистов в США. Помимо этого, если раньше США представляли собой основной рынок для устройства российских математиков и программистов, сейчас лидирующее положение в этой отрасли занимают индусы.

Все эти тенденции, как и некоторые позитивные сдвиги в экономическом положении нашей науки позволяют в целом составить оптимистический прогноз и надеяться на дальнейшее сокращение интеллектуальной эмиграции.

Следует отметить, что большинство позитивных последствий интеллектуальной миграции и эмиграции проявляются с лагом Лаг-интервал в 10-15 лет. За этот срок национальная безопасность может быть ослаблена настолько, что плюсы уже не смогут возместить минусы. Упущенное время и выгоду очень трудно наверстать. Кстати, аналогичная ситуация может, в принципе, иметь место и на личностном уровне, поскольку далеко не всегда адаптация эмигрантов в стране въезда бывает успешной (по результатам социологических опросов выделяются следующие проблемы адаптации: поиск подходящей работы, недостаточное знание языка, проблемы с жильем, отсутствие денег и др.)

Действенная защита безопасности самих ученых, общества и государства может быть обеспечена лишь при наличии гибкой и эффективной системы регулирования интеллектуальной миграции.

Развитые индустриальные страны привлекают иностранных специалистов в количестве, намного превышающем их реальные потребности. Все это способствует снижению оплаты труда и повышению интенсивности труда иностранных специалистов. Кроме того, оставшаяся невостребованная часть ученых и специалистов вообще не используется в соответствии с их профессией. Многие артисты, врачи, ученые, инженеры - не могут устроиться по специальности и работают таксистами, сторожами, официантами. Печальный опыт ряда соотечественников, тем не менее, не служит фактором, сдерживающим дальнейшую эмиграцию из России и стран бывшего СССР. Но даже такая работа в чужой стране часто оплачивается выше, чем физик-ядерщик, врач, инженер, профессор получали у себя на родине. Поэтому поток квалифицированных работников уходит за границу и имеет тенденцию увеличиваться в связи со снятием ограничений на выезд и по мере обострения социально-экономических противоречий внутри страны.

Таким образом, совершенно очевидно, что назрел вопрос о разработке целостной системы государственного регулирования национального рынка труда с учетом влияния на него мирового рынка рабочей силы. По мере вовлечения нашей страны в мировой миграционный кругооборот возникает потребность в создании системы социально-правовой защиты эмигрантов, организации консультационной помощи при заключении трудовых контрактов и т. д. При этом необходимо, чтобы такая политика строилась на основе двусторонних и многосторонних межгосударственных соглашений. Одна из таких программ уже представлена, к тому же имеется опыт ряда зарубежных стран и пути решение проблем, связанных с «утечкой умов». Осталось применить все это нашим государством на практике. Хочется верить, что в XXI веке ситуация изменится и российская экономика будет процветать.