28.«Великая хартия вольностей» (1215 г.): причины принятия, содержание, историческое значение.

Великая хартия вольностей. К началу XIII в. в Англии складываются объективные предпосылки для перехода к новой форме феодального государства — монархии с со­словным представительством. Однако укрепившая свои по­зиции королевская власть не проявляла готовности при­влекать к решению вопросов государственной жизни пред­ставителей господствующих сословий. Напротив, при пре­емниках Генриха II, терпевших неудачи во внешней политике, возрастают крайние проявления монархической власти, усиливается административный и финансовый про­извол короля и его чиновников. В связи с этим признание права сословий участвовать в решении важных политичес­ких и финансовых вопросов происходило в Англии в ходе острых социально-политических конфликтов. Они приняли форму движения за ограничение злоупотреблений централь­ной власти. Это движение возглавляли бароны, к которым периодически присоединялись рыцарство и масса фриголь­деров, недовольных чрезмерными поборами и вымогатель­ством королевских чиновников. Социальный характер антикоролевских выступлений являлся особенностью полити­ческих конфликтов XIII в. по сравнению с баронскими мя­тежами XI—XII вв. Не случайно эти мощные выступления в XIII в. сопровождались принятием документов, получив­ших большое историческое значение. Основными вехами этой борьбы были конфликт 1215 года, закончившийся принятием Великой хартии вольностей, и гражданская война 1258—1267 гг., которая привела к воз­никновению парламента. Великая хартия вольностей 1215 года была принята в результате выступления баронов при участии рыцарства и горожан против короля Иоанна Безземельного. Офици­ально в Англии этот документ считается первым консти­туционным актом. Однако историческое значение Хартии может быть оценено лишь с учетом реальных условий раз­вития Англии в конце XII — начале XIII вв. Закрепляя требования и интересы разнородных и даже противобор­ствующих, но временно объединившихся сил, Хартия яв­ляется противоречивым документом, не выходит за пре­делы феодального соглашения между королем и верхуш­кой оппозиции. Большинство статей Хартии касается вассально-ленных отношений короля и баронов и стремится ограничить произвол короля в использовании его сеньориальных прав, связанных с земельными владениями. Эти статьи регламен­тируют порядок опеки, получения рельефа, взыскания долга и т. п. (ст. 2—11 и др.). Так, ст. 2 Хартии ставила определе­ние суммы рельефа с вассалов короля в зависимость от размера землевладения, переходившего по наследству. Ленный опекун по ст. 4 должен был получать в свою пользу умеренные доходы и не наносить ущерба ни людям, ни вещам опекаемого владения. Уступка крупным феодалам сделана также в статьях, в которых говорится о заповед­ных королевских лесах и реках (ст. 44, 47, 48). Вместе с тем среди чисто "баронских" статей Хартии выделяются такие, которые имели политический характер. Наиболее откровенно политические претензии баронства выражены в ст. 61. В ней прослеживается стремление к со­зданию баронской олигархии путем учреждения комитета из 25 баронов с контрольными функциями в отношении ко­роля. Несмотря на целый ряд оговорок (о процедуре конт­роля, ссылки на "общину всей земли"), эта статья прямо санкционировала возможность оаронскои воины против цен­тральной власти. Статьи 12 и 14 предусматривали создание совета королевства, ограничивающего власть короля по одному из важных финансовых вопросов —- взиманию "щи­товых денег". Соответственно определялся и состав этого "общего" совета (ст. 14) только из непосредственных васса­лов короля. Характерно, что этот совет должен был ре­шать вопрос и о взимании феодального вспомоществова­ния с г. Лондона. Остальные виды налогов и сборов, в том числе наиболее тяжелый побор с городов — талью, король мог по-прежнему взимать единолично. Статьи 21 и 34 были направлены на ослабление судебных прерогатив короны. Статья 21 предусматривала подсудность графов и баронов суду "равных", изымая их из-под действия королевских судов с участием присяжных. Статья 34 запрещала приме­нение одного из видов судебных приказов (приказа о не­медленном восстановлении истца в правах или явке ответ­чика в королевский суд), тем самым ограничивая вмеша­тельство короля в споры крупных феодалов с их вассалами по поводу свободных держании. Это мотивировалось в Хар­тии заботой о сохранении у "свободных людей" их судеб­ных курий. Однако термин "свободный человек" здесь явно употребляется в целях маскировки чисто баронского тре­бования, Ведь в условиях Англии XIII в. обладателями су­дебной курии могли быть только немногие крупные иммунисты. Гораздо более скромное место занимают статьи, от­ражающие интересы других участников конфликта. Инте­ресы рыцарства в наиболее общем виде выражены в ст. 16 и 60, где говорится о несении за рыцарский лен только положенной службы и о том, что положения Хартии, ка­сающиеся взаимоотношений короля с его вассалами, отно­сятся и к отношениям баронов с их вассалами. Очень скупо говорится в Хартии о правах горожан и купцов. Статья 13 подтверждает за городами древние воль­ности и обычаи, ст. 41 разрешает всем купцам свободное и безопасное передвижение и торговлю без взимания с них незаконных пошлин. Наконец, ст. 35 устанавливает един­ство мер и весов, важное для развития торговли, Большое значение имела многочисленная группа ста­тей, направленных на упорядочение деятельности королев­ского судебно-административного аппарата. Данная группа статей (ст. 18—20, 38, 39, 40, 45 и др.) подтверждает и закрепляет сложившиеся с XII в. судебно-дминистративные и правовые институты, ограничивает произвол коро­левских чиновников в центре и на местах. Так, по ст. 38 чиновникам нельзя было привлекать кого-либо к ответствен­ности только по устному заявлению и без свидетелей, зас­луживающих доверия. В ст. 45 король обещал не назначать на должности судей, констеблей, шерифов и бейлифов лиц, не знающих законов страны и не желающих их доброволь­но исполнять. Хартия также запрещала в ст. 40 взыскивать произвольные и непропорциональные судебные пошлины. Особую известность получила ст. 39 Хартии. Она запрещала арест, заключение в тюрьму, лишение владения, объяв­ление вне закона, изгнание или "обездоливание каким-либо образом" свободных людей иначе, как по законному приговору равных и по закону страны. В XIV в. ст. 39 Хар­тии неоднократно уточнялась и редактировалась парламен­том как гарантирующая неприкосновенность "личности всех свободных. Таким образом, Великая хартия отразила соотноше­ние социально-политических сил в Англии начала XIII в., и прежде всего компромисс короля и баронов. Политичес­кие статьи Хартии свидетельствуют о том, что бароны стремились сохранить часть своих иммунитетов и привиле­гий, поставив осуществление отдельных прерогатив цент­ральной власти под свой контроль или ограничив их ис­пользование в отношении феодальной верхушки. Судьба Хартии отчетливо продемонстрировала беспер­спективность баронских претензий и необратимость процес­са государственной централизации Англии. Через несколько месяцев после окончания конфликта Иоанн Безземельный, опираясь на поддержку папы, отказался от соблюдения Хар­тии. В дальнейшем короли неоднократно подтверждали Хар­тию (1216, 1217, 1225, 1297 годы), однако из нее было изъято более 20 статей, в том числе 12, 14 и 61-я. Из политических институтов, предусмотренных "ба­ронскими" статьями Хартии, более или менее утвердился Большой совет королевства, имевший совещательные фун­кции и состоявший из крупных феодальных магнатов. В середине XIII в. он часто именовался "парламентом". Одна­ко такой "парламент" не был ни сословным, ни представи­тельным учреждением.