§2. Признаки соучастия и их значение для ответ­ственности соучастников преступления

Являясь особой формой совершения умышленных преступле­ний, соучастие обладает определенными объективными и субъек­тивными признаками. Эти признаки вытекают из законодательного определения понятия соучастия, в соответствии с которым соуча­стием в преступлении признается умышленное совместное участие двух или более лиц в совершении умышленного преступления. Оп-

¹ См.: Новое уголовное законодательство стран СНГ и Балтии.:

Сборник научных статей юридического факультета МГУ ./Под ред. Л.Л. Крутикова и Н.Ф. Кузнецовой. - М.: «ЛексЭст», 2002.

55

ределение любого понятия включает в себя наиболее типичные су­щественные признаки. Не составляет исключения и понятие соуча­стия. Поэтому уяснение сущности этого понятия возможно только на основе выделения и анализа этих признаков.

Из законодательного определения понятия соучастия следует, что в этом понятии закреплены те признаки соучастия, которые характеризуют внешние и внутренние стороны (характеристики) объединенной преступной деятельности. Поэтому они именуются объективными и субъективными.

Наличие в деянии соучастников всех признаков соответствую­щего состава преступления образует необходимое, но не достаточ­ное условие для признания основания уголовной ответственности.

По своей правовой природе признаки соучастия рассматривают­ся в качестве оснований уголовной ответственности. Они дополня­ют формулу состава преступления, предусмотренного уголовным законом, являющегося единственным основанием уголовной ответ­ственности соучастников преступления.

К числу объективных признаков соучастия в преступлении отно­сятся:

1. Участие в преступлении двух или более лиц.

2. Совместность действий (бездействие) соучастников в совер­ шении одного и того же преступления.

3. Причинная связь между действиями (бездействием) каждого из соучастников и наступившим преступным вредом.

Рассмотрим содержание этих признаков в отдельности.

Участие в преступлении двух или более лиц.

В соответствии со ст. 32 УК РФ (ст. 37 УК РА) при соучастии число участников не может быть менее двух лиц. В юридической литературе существует мнение о том, что в преступной организации должно быть не менее трех человек, что, на наш взгляд, не вытека­ет из содержания ст. 32 УК РФ. Данная позиция подвергнута кри­тике рядом ученых¹.

Вместе с тем следует отметить, что в уголовном законодательстве некоторых стран закреплено положение о том, что в преступной группе должно быть не менее трех лиц².

¹ Шеслер А.В. Уголовно-правовые средства борьбы с групповой пре­ ступностью. - Красноярск, 1999. — С.8.

² Ахметшин Х.М., Ахметшин Н.Х. Новое уголовное законодательст-

$6

При этом каждый из них должен быть вменяемым и достигшим определенного возраста, когда наступает уголовная ответственность. Это значит, что использование невменяемого или малолетнего, не достигшего возраста, предусмотренного уголовным законом, не об­разует соучастия.

Возможность образования любой формы участия, вытекающего из деяний лиц, способных нести уголовную ответственность, явля­ется бесспорной и следует из законодательной характеристики субъекта преступления. Несмотря на это, в теории уголовного права и в практике судебных и следственных органов приводятся аргу­менты о возможности существования преступной группы при од­ном вменяемом лице. Так, например, Р.Галиакбаров считает, что не менее двух вменяемых лиц должна насчитывать только группа, ука­занная в законодательной характеристике основного состава пре­ступления. В остальных случаях, когда группа указана в законе в качестве квалифицирующего признака преступления, достаточно, чтобы в ее составе было одно лицо, способное нести уголовную ответственность. В качестве группового преступления он рекомен­дует рассматривать изнасилование, хищение и другие деяния, со­вершенные двумя и более лицами, один из которых вменяем и дос­тиг минимального для уголовной ответственности возраста¹.

Как известно, некоторые постановления Пленумов Верховных судов СССР, РСФСР и РФ также рекомендуют руководствоваться аналогичными правилами.

Не разделяя данные рекомендации, следует заметить, что уго­ловный закон одинаково устанавливает юридические признаки субъектов для всех составов преступлений независимо от того, идет речь об основном или же квалифицированном составе. Из законо­дательного определения понятия соучастия прямо вытекает, что соучастие может образоваться при наличии как минимум двух лиц, имеющих уголовно-правовой статус. Кроме того, в деяниях одного субъекта, совершаемых с лицами, не подлежащими уголовной от­ветственности, не наблюдается согласованного виновного посяга­тельства двух или более лиц, о которых говорится в законе. Поэто­во КНР. - Вопросы Общей части // Государство и право. - 1999. -№ 10. - С.72.

¹ Галиакбаров P.P. Квалификация групповых преступлений. — 1980. - С.37 и др.

57

му в подобных случаях имеет место так называемое посредственное причинение вреда.

Возможность признания групповым преступления, совершен­ного несколькими лицами, из которых только одно обладает при­знаками субъекта преступления, категорически и аргументированно отрицается многими учеными¹.

Достаточно четко данный вопрос решен в УК Украины². Соуча­стием в преступлении признается умышленное совместное участие нескольких субъектов преступления в совершении умышленного преступления. Минимальное число соучастников (субъектов пре­ступления) зависит от формы соучастия. Преступление по предва­рительному сговору группой лиц предполагает двух субъектов, для совершения преступления организованной группой необходимо наличие трех субъектов.

Рассматриваемая проблема достаточно дискуссионна. В под­держку признания групповыми преступлений, совершенных одним субъектом при участии двух или более несубъектов, высказываются многие известные ученые. Например, проф. А.В. Наумов отмечает, что «преступления, совершаемые с участием негодных субъектов, обладают повышенной общественной опасностью и объективно воспринимаются как групповые потерпевшим, поэтому такие пре­ступления заслуживают адекватной уголовно-правовой оценки»³.

В судебной практике единства по данному вопросу также не имеется.

Так, в Обзоре судебной практики Верховного Суда РФ за IV квартал 2000 г. Президиум Верховного Суда РФ сформулировал

¹ Кригер ГЛ. Квалификация хищений социалистического имущества. — М., 1971; Крутиков Л.Л. Группа лиц как квалифицирующее обстоя­ тельство // Совершенствование уголовного за-конодательства и прак­ тика его применения. — Красноярск, 1989. — С.126—128; Ткаченко В.И., Царегородцев А.М. Вопросы квалификации преступлений, со- вершенньк группой лиц // Проблемы борьбы с преступностью. - Омск, 1978. - С.18-19; Иванов Н.Г. Понятие и формы соучастия в советском уголовном праве. — Саратов, 1991. — С.57-62 и др.

² Уголовный кодекс Украины. — Принят 05.04.2001г., вступил в си­ лу с 0J.09.2001г.

³ Наумов А.В. Российское уголовное право. Общая часть: Курс лек­ ций. - М., 1999.-С.310.

58

следующее правило: «Преступление признается совершенным груп­пой лиц по предварительному сговору, если в нем участвовали ли­ца, заранее договорившиеся о совместном его совершении, незави­симо от того, что некоторые из участвовавших не были привлечены к уголовной ответственности в силу недостижения возраста уголов­ной ответственности или ввиду невменяемости»¹.

В качестве возможного решения, по мнению А.И. Рарога, видит­ся дополнение главы 7 УК нормой «о совершении преступления с участием лиц, не подлежащих уголовной ответственности»². Ана­логичное решение предлагается в проекте федерального закона «О внесении дополнения в статью 35 УК РФ». Не разделяя данную позицию, следует отметить, что групповое преступление - это раз­новидность соучастия. Все признаки соучастия, в том числе нали­чие не менее двух надлежащих субъектов преступления, должны быть присущи и групповому преступлению. Поэтому, как справед­ливо отмечают многие ученые, с целью усиления ответственности лица, использующего при совершении преступления ненадлежа­щего субъекта, необходимо это обстоятельство признать отягчаю­щим наказание, дополнив п. «д» ч.1 ст. 63 УК РФ фразой: «... либо не подлежащих уголовной ответственности по иным основаниям».

Указание закона на то, что соучастие могут образовать два и бо­лее лица, имеет важное значение и в случае совершения преступле­ния специальным составом. В теории уголовного права существуют различные позиции по вопросу особенностей участия иных лиц в совершении таких преступлений.

Первая состоит в том, что лицо, не наделенное признаками спе­циального субъекта, указанными в соответствующем составе пре­ступления, и участвовавшее в совершении этого преступления, не­сет уголовную ответственность за данное преступление только в качестве организатора, подстрекателя или пособника, то есть оно, не являющееся специальным субъектом, не может быть исполните­лем или соисполнителем преступления со специальным составом.

¹ Бюллетень Верховного Суда РФ. - 2001. - N8. - С.17.

² Рарог А.И. Квалификация преступления по субъективным призна­ кам. - Санкт-Петербург: «Юридический центр Пресс», 2003. — С. 260.

59

Данное положение получило свое законодательное закрепление в уголовном кодексе РФ (ст. 34, ч. 4). Аналогичная норма содер­жится и в новом УК РА (ст. 39, ч. 3).

Вторая позиция заключается в том, что лицо, не обладающее специальными признаками субъекта преступления, но совершившее деяние совместно с такими субъектами, несет ответственность по соответствующим статьям Особенной части УК в качестве не толь­ко организатора, подстрекателя или пособника, но и исполнителя (соисполнителя)¹.

Третья позиция состоит в том, что если исполнителем преступ­ления является общий субъект, а специальный субъект выступает в роли организатора, подстрекателя либо пособника, то в этих случа­ях нельзя говорить о преступлении со специальным составом.

При этом предлагается квалифицировать действия общих субъ­ектов не по статье, предусматривающей ответственность за совер­шение преступления со специальным составом, а по аналогичной статье УК, охраняющей одинаковые общественные отношения. А действия специальных субъектов предлагается оценивать по прави­лам организации, подстрекательства или пособничества в соверше­нии этого преступления (не со специальным составом)² и др.

Отсутствие единого мнения о функциональной роли, а также пределов и оснований ответственности частных лиц в преступлени­ях со специальным составом отрицательно отражается на право­применительной деятельности судебных и следственных органов.

Несмотря на то что доминирующей в теории уголовного права является первая позиция, тем не менее, с учетом противоречивых разъяснений и судебных решений вышестоящих судов, возникает необходимость более глубокого и комплексного исследования дан­ной проблематики. В связи с этим принципиальное значение при­обретает дальнейшее изучение проблем специального субъекта пре­ступления и, в частности, уточнение и совершенствование понятия специального субъекта, выделение и классификация его признаков, отражение и анализ условий признания лица специальным субъек­том и др.

¹ Милюков С.Ф. Российское уголовное законодательство. Опыт кри­ тического анализа. - Санкт-Петербург, 2000. - С.82 и др.

² Павлов В.Г. Субъект преступления. - Санкт-Петербург: «Юриди­ ческий центр Пресс», 2001. - С.252-254 и др.

60

Без комплексного уголовно-правового исследования этих и других проблем учения о субъекте преступления и, в частности, специального субъекта невозможно полное и правильное уяснение особенностей соучастия в преступлениях со специальным составом. Особенности специального субъекта предполагают выявление и учет особенностей оснований ответственности за соучастие в пре­ступлении с таким составом, а также выведение правил квалифика­ции преступлений, совместно совершаемых специальными субъек­тами. В этой связи исследование малоразработанных теоретикопра-вовых аспектов специального субъекта преступления, разработка и высказывание научнообоснованных предложений и рекомендаций, направленных на правильное решение вопросов, возникающих при соучастии в преступлениях со специальным составом, имеют не только теоретическое, но и практическое значение.

Таким образом, совершение одного и того же преступления дву­мя и более лицами как один из объективных признаков соучастия предполагает выязление, уточнение и учет уголовно-правовых осо­бенностей общего и специального субъекта преступлений. Только два и более надлежащих субъекта, подлежащих и способных нести уголовную ответственность, могут при наличии других обязатель­ных признаков образовать соучастие и, следовательно, нести ответ­ственность по правилам соучастия.

Субъект преступления (в том числе и специальный), наряду с другими элементами состава преступления, является наиболее зна­чимым в преступной деятельности и в структуре других элементов, поскольку от его действий, а также от того, является ли он в уго­ловно-правовом смысле надлежащим субъектом или нет, зависит не только вопрос о его виновности, но и ответственности соучастни­ков.

Итак, закон устанавливает, что соучастие в преступлении воз­можно со стороны не менее двух лиц, причем таких, которые спо­собны нести уголовную ответственность как за индивидуальную деятельность, так и совместную, общую в совершении одного и того же преступления.

Совместность действий соучастников в совершении одного и того же преступления.

Как бывшее, так и новые уголовные законодательства России и Армении предусматривают, что соучастие возможно тогда, когда

преступление совершается совместными действиями двух или более лиц.

Под совместностью в теории уголовного права понимается вза­имная обусловленность, согласованность действий соучастников, направленных на совершение одного и того же преступления в дос­тижении единого преступного результата. При соучастии происхо­дит осознанное объединение усилий виновных, когда действия од­ного соучастника создают условия для действия других соучастни­ков и облегчают достижение преступного результата. Нельзя счи­тать соучастием случайное соединение действий двух преступников, посягающих на один и тот же объект.

Совместность — не только объективный¹, но и субъективный признак соучастия². Рассмотрение совместности как субъективного признака объясняется общностью интересов соучастников, единст­вом их психической общности. Совместность действий выражается не только во внешней, но и в тесной внутренней связи. В против­ном случае каждый виновный должен нести самостоятельную от­ветственность.

Совместность действий соучастников выражается в желании и взаимном стремлении совершения одного и того же преступления, достижении единого преступного результата, создании условий для совершения действий другими соучастниками, а также наличии причинной связи между действиями каждого соучастника и насту­пившим последствием.

Канским городским народным судом Красноярского края Мо­рис и Лапо осуждены по ч. 3 ст. 117 УК. Они признаны виновными в изнасиловании несовершеннолетней, совершенном группой лиц, а Лапо — также в изнасиловании, сопряженном с угрозой убийст­вом.

31 августа 1990г. около 20 час. Лапо, находясь в состоянии ал­когольного опьянения, на автобусной остановке г.Канска познако­мился с несовершеннолетней К.., 1974г. рождения. До 22 час. Лапо

¹ Тельное П.Ф. Ответственность за соучастие в преступлении. - М.: «Юр. лит.», 1974. С.28; Иванов Н.Г. Указ. соч. - С.62 и др.

² Бурчак Ф.Г. Учение о соучастии по советскому уголовному праву. - Киев, 1969. - С.39; Афиногенов СВ. Соучастие в преступлении (понятие, виды, формы): Автореф. дис. канд. юрид. наук. - М., 1991.-С7-8идр.

62

и К. гуляли, после чего встретили знакомого Лапо — Мориса. При­обретя спиртное, Морис, Лапо и К. пришли в квартиру Лапо.

К. находилась в комнате, а Морис и Лапо распивали спиртное, после чего Лапо зашел в комнату и, сев к К. на диван, стал пред­лагать ей совершить с ним половой акт, зная при этом, что потер­певшей 15 лет, так как она говорила ему об этом. После отказа К. Лапо стал угрожать ей убийством, демонстрируя нож. Испугавшись исполнения угрозы, потерпевшая разделась, и Лапо совершил с ней насильственный половой акт-

Около 23 час. 30 мин. в квартиру Лапо пришли его знакомые — Данилов и Зайцев, находившиеся в состоянии алкогольного опья­нения. Лапо ушел к ним на кухню, где они продолжали распитие спиртного, а Морис, зайдя в комнату, где находилась К., несмотря на ее сопротивление, совершил с ней насильственный половой акт.

После изнасилования Морис ушел из квартиры вместе с Зайце­вым, а Лапо приказал К. раздеться и лечь на диван, сам же вышел из комнаты. Воспользовавшись этим, К. спрыгнула с балкона вто­рого этажа и убежала. В кассационном порядке приговор оставлен без изменения. Заместитель Председателя Верховного Суда РФ в протесте поставил вопрос об изменении приговора и кассационного определения: переквалификации действий Мориса с ч.З ст. 17 на ч.1 ст.117 УК., а из обвинения Лапо — исключения квалифицирующего признака — «совершение изнасилования группой лиц».

Президиум Красноярского краевого суда протест удовлетворил 14 сентября 1992г., указав следующее.

Как установлено материалами дела, в квартиру Лапо К. пришла добровольно, насилие к ней никто не применял. В дальнейшем Ла­по и Морис действовали самостоятельно, оставаясь с потерпевшей наедине, какого-либо содействия друг другу в ее изнасиловании, подавлении сопротивления не оказывали. Ответственность же за совершение изнасилования в группе наступает, согласно закону, в том случае, если участники преступления действовали согласованно и эта согласованность выражалась в сознательном объединении усилий членов группы, направленных на изнасилование одной или нескольких потерпевших. Лица, не содействовавшие друг другу в изнасиловании потерпевшей путем применения к ней насилия, не несут ответственности за изнасилование, совершенное группой.

Поэтому из обвинения Мориса и Лапо подлежит исключению квалифицирующий признак — «изнасилование, совершенное груп­пой лиц»¹.

Рассмотрим особенности внешнего проявления совместности деяния соучастников:

1) В юридической литературе по поводу существа взаимосвязи между действиями соучастников приводятся различные суждения.

Одни ученые считают, что совместность действий соучастников проявляется, когда деяние совместно действующих лиц взаимно дополняются².

По мнению других, действия каждого соучастника должны нахо­диться в непосредственной причинной связи с действиями испол­нителя преступления³. Другие же действия соучастника признают то условием, то причиной преступной деятельности его сообщни­ков⁴.

Обобщая эти позиции, следует отметить, что в решении данного вопроса важное значение имеют особенности соотношения причи­ны и условий в уголовном праве, суть которых сводится к тому, что они не являются тождественными понятиями, и определенное дей­ствие может стать причиной одного результата и условием другого, и наоборот. При совместной преступной деятельности каждый со­участник выполняет определенную функцию, часть единого престу­пления и тем самым содействует осуществлению намерений других соучастников.

Однако действия одного соучастника могут не влиять на поведе­ние и содержание действий других соучастников. Несмотря на то что любое поведение человека, в том числе и преступное, всегда детерминировано внешними условиями, а иногда и поведением других лиц, тем не менее человек свободен в выборе своих поступ­ков и деятельности. Если в причинноследственных связях следствие

¹ Постановление Президиума Красноярского краевого суда от 14 сентября 1992 г.

² Трайнин A.M. Учение о соучастии преступления. — М.: «Юр. лит.», 1957. -С.10-11.

³ Шаргородский МЛ. Некоторые вопросы общего учения о соуча­ стии // Правоведение. - № 1. - 1960. - С.84-97.

⁴ Гришаев П.И., Кригер Г.А. Соучастие по уголовному праву. — М.: «Госюриздат», 1959. - С.17-18 и др.

64

всегда является неизбежным порождением определенной причины, то при совместном совершении преступления взаимосвязь между соучастниками проявляется в том, что они, желая достигнуть опре­деленного преступного результата, предпринимают совместные уси­лия для осуществления своего намерения. Иными словами, всех соучастников объединяет интересующее их деяние.

Важно то, что совместность действий при соучастии должна но­сить взаимообусловленный, взаимосогласованный характер, суть которого состоит в том, что действия одного соучастника создают условия, облегчающие возможность совершения деяний другого соучастника. В противном случае действия лица, носящие произ­вольный характер, не согласованные с другими соучастниками и не направленные на достижение единого результата, не могут рассмат­риваться на уровне соучастия.

Так, Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РСФСР не признала соучастием действия Попова и Лучкина, кото­рые поочередно изнасиловали В., уединяясь с ней в одном и том же помещении, так как они не содействовали друг другу в совершении с потерпевшей насильственных половых актов путем применения к ней насилия¹.

2) Совместность действий соучастников как объективный при­знак соучастия предполагает совершение ими одного и того же пре­ступления и желание единого преступного результата. Это означает, что если двое или более лиц совместно совершают определенные действия, внешне направленные на единый объект, но при этом каждый из них добивается причинения вреда другим объектам, то соучастие исключается. Нет соучастия и в тех случаях, когда не­сколько лиц, хотя формально и стремятся к достижению одного результата, на самом деле совершают различные преступления. На­пример, если виновный с целью ограбления останавливает прохо­жего и, угрожая уничтожить его имущество, требует передачи опре­деленных ценностей (вымогательство), а в это время к нему при­соединяется другое лицо и с той же целью нападает на потерпев­шего, причиняя телесные повреждения, опасные для жизни и за­владевает его имуществом (разбой), содеянное обоими не может квалифицироваться по правилам соучастия.

Бюллетень Верховного Суда РСФСР. - 1982. - № 8. - С.4-5. 65

Пленум Верховного Суда СССР признал необоснованным осуж­дение Циеина и Четверткова за соучастие в убийстве Колоколова, поскольку в момент драки, внезапно возникшей в ресторане, они хотя и наносили удары одному и тому же лицу, но стремились к различным результатам. Ч. намеревался ограничиться побоями, а Ц. — причинить смерть, и ударом стула нанес потерпевшему смертель­ное ранение. Пленум нашел, что Ц. виновен в убийстве, а Ч. — в совершении злостного хулиганства¹.

Действия соучастников по своей юридической природе могут быть неоднородными и нетождественными. Принципиальное зна­чение имеет то обстоятельство, что совместность деяний и общ­ность преступных последствий означает их фактическую принад­лежность к одному и тому же событию. Это означает, что квалифи­кация действий соучастников бывает различной. Но, как правило, посягательства участников единого преступления однородны по своей направленности.

Поэтому выбор единого объекта предполагает совершение одно­родных действий и может в смысле соучастия свидетельствовать о совместности действий.

При совместном совершении преступления вред может быть причинен и другим объектам.

В этих случаях соучастники привлекаются к различной ответст­венности, с учетом умысла каждого из них и фактического участия в причинении вреда иным отношениям, охраняемых уголовным законом.

Совместность действий может проявляться как единовременно, так и разновременно.

Как правило, действия соучастников, в особенности при распре­делении ролей, растянуты во времени. В связи с этим возникает вопрос: возможно ли соучастие после совершения деяния, содер­жащего признаки данного состава преступления?

Речь идет о тех случаях, когда совершается длящееся преступле­ние. По поводу соучастия в длящихся преступлениях теория уго­ловного права и судебная практика допускают такую возможность, поскольку она вытекает из понятия длящегося преступления². Та-

¹ Бюллетень Верховного Суда СССР. - 1966. - № 6. - С.27-28.

² Постановление Пленума Верховного Суда СССР от 04.03.1929 г. «Об условиях применения давности и амнистии к длящимся и про-

кое преступление считается оконченным с момента совершения деяния, описанного в диспозиции статьи УК.

С другой стороны, преступление не считается завершенным до тех пор, пока причиняемый ущерб не будет прекращен (пресечен).

Признание того, что длящееся преступление непрерывно совер­шается в течение определенного промежутка времени, подтвержда­ет, что за это время возможно соучастие в совершении такого пре­ступления¹.

Представляется, что данный подход является правильным и не противоречит понятию соучастия. Указание в законе умышленного совместного участия двух или более лиц в совершении преступле­ния применительно к длящимся преступлениям означает, что это преступление считается совершающимся (а не совершенным) меж­ду начальным и конечным моментами преступления. Например, если осужденному, совершившему побег из места лишения свобо­ды, лицо, по предварительному сговору, оказывает содействие в предоставлении жилья, приобретении документов и т.д., то содеян­ное следует квалифицировать по правилам соучастия, поскольку действия последнего являются пособничеством в совершающемся длящемся преступлении.

Разумеется, пособничество должно быть активным, существен­ным.

Поэтому если действия пособника в содействии длящегося пре­ступления незначительны, то они в силу малозначительности не образуют состава преступления.

3) Одним из аспектов совместности действий соучастников яв­ляется то, что их действия могут быть как активными, так и пас­сивными.

Соучастие как форма (способ) совершения возможно путем как действия, так и бездействия. Для соучастия необходима взаимная осведомленность хотя бы двух лиц в совместном совершении пре-

должаемым преступлениям» // Сборник Постановле-ний Пленумов Верховных Судов СССР, РСФСР и РФ. - М.: «Экзамен», 2002. -С.48.

¹ Ахметшин ХМ. Основные вопросы теории военно-уголовного за­конодательства и практики его применения: Дис. д-ра юрид. наук. - М., 1975. - С.194-201; Дурманов Н.Д. Стадии совершения пре­ступления по советскому уголовному праву. — М,, 1955. — С.55.

67

ступления, которая достигается на основании соглашения между ними. Поэтому возможность организации преступления путем без­действия и подстрекательство посредством бездействия в соверше­нии преступления исключаются. В этих случаях невозможно соз­дать объективную связь, которая возникает при активных совмест­ных действиях соучастников.

Что же касается пособничества, то многие авторы считают, что оно может проявляться и в бездействии.

При этом объективная причинная связь между поведением по­собника и последствиями, причиненными исполнителем преступ­ления, проявляется в заранее данном обещании не противодейство­вать совершению преступления. Именно это обещание бездейство-вания порождает внутреннее единство преступников, их взаимную обусловленность и согласованность совместных преступных дейст­вий. По общему правилу такая обусловленность должна присутст­вовать до совершения преступления или непосредственно в процес­се его совершения.

Таким образом, соучастие — это не случайное, а согласованное совместное участие двух или более лиц в совершении преступления.

Преступление, совершенное в соучастии, всегда является резуль­татом совместной деятельности всех соучастников, «плодом» кол­лективной деятельности¹.

Своеобразно институт соучастия регламентируется в УК Эсто­нии (принят в 2001 г.).

Соответствующие нормы об исполнении (ст. 20-21) и соучастии (ст. 22-24) находятся в разделе о составе преступления, но рассмат­риваются в доктрине как самостоятельные формы проявления пре­ступного деяния. В содержании этих институтов проведены сущест­венные изменения, которые в первую очередь касаются понятия соучастия. Если соисполнительство по-прежнему определяется ана­логично ст. 17 УК ЭР 1992 года и ст. 32 УК РФ 1996 года как со­вместное участие двух или более лиц (ч. 2 ст. 21 УК ЭР прибавляет сюда еще признак - согласованное), то соучастие (которое возмож­но в двух формах - подстрекательство (ч. 2 ст. 22) и пособничество (ч. 3 ст. 22)) таклх признаков не содержит. Определения этих форм соучастия содержат - кроме их понятий (подстрекатель — лицо,

¹ Арутюнов А. Объективная сторона преступления, совершенного в соучастии // Уголовное право. - 2002. - N2. - С.4-5.

склонившее другое лицо к исполнению; пособник — лицо, содейст­вовавшее совершению деяния исполнителя) — еще три общих при­знака: а) умышленность деяния, б) направленность деяния на умышленное деяние исполнителя и в) соучастие не в преступлении, а в противоправном деянии. Последнее, в свою очередь, значит, что соучастие налицо, и в таких случаях, когда исполнительство соот­ветствует признакам первых двух уровней структуры преступления, соответствует составу преступления и является противоправным, но не должно быть обязательно виновным. Следовательно, если фак­тическим исполнителем является, например, душевнобольной или малолетний, соучастие не исключается.

Для установления посреднического исполнения, в свою очередь, необходимы четкие критерии для разграничения соучастия в проти­воправном, но невиновном исполнительстве, от посреднического исполнения.

В таких случаях эстонская уголовно-правовая доктрина опирает­ся на общеизвестную теорию, в соответствии с которой посредст­венным исполнителем является то лицо, «которое владеет деянием путем властвования над средством (над лицом, которое фактически, но без вины выполняет состав преступления)»'.

Причинная связь между действиями соучастников и совершенным преступлением.

С целью признания совместных действий нескольких лиц соуча­стием в совершении единого преступления необходимо наличие причинной связи между действиями соучастников и совершенным исполнителем преступлением. Причинность означает, что действия соучастников либо непосредственно направлены на достижение преступного результата, либо образуют содействия комулибо из других соучастников. Деяние, не находящееся в лричинной связи с совершенным преступлением, в том числе не создавшим условий для наступления общего преступного результата, не может быть признано соучастием. При его наличии каждый из соучастников своими действиями (в определенных случаях бездействием) вносит свой личный вклад в совершение единого преступления. С объек-

¹ Новое уголовное законодательство стран СНГ и Балтии.: Сборник научных статей юридического факультета МГУ ./Под ред. ЛЛ.Кругликова и Н.Ф.Кузнецовой. - М: «ЛексЭст», 2002. -C.387-38S.

69

тивной стороны, преступление, совершенное в соучастии, склады­вается из совокупности деяний соучастников. Поэтому выпадение одного из звеньев может не только затруднить, но и сделать невоз­можным совершение преступления.

Проблемам причинности в уголовном праве посвящена обшир­ная юридическая литература, в которой имеется множество специ­альных монографических работ.

Здесь мы ограничимся отражением особенностей причинно-след­ственных связей при соучастии в преступлении.

Причинность как объективный признак совместности соверше­ния преступления при соучастии позволяет установить пределы от­ветственности каждого из соучастников, определить границы пре­ступной деятельности, без которой невозможно правильное реше­ние вопроса об ответственности каждого из них.

Установление причинной связи прежде всего зависит от специ­фики объективной стороны совершаемого преступления, от того, совершается ли преступление с формальным или материальным составом. В случае совершения преступления с формальным соста­вом причинная связь устанавливается между деянием соучастника и действиями, совершенными исполнителем. В преступлениях с ма­териальным составом устанавливается причинная связь между дей­ствиями соучастника и последствиями, наступившими от действий исполнителя.

В случаях, когда наступление преступного вреда является конст­руктивным, обязательным признаком состава преступления, необ­ходимо установить, является ли обязательным для соучастия тот факт, что общий преступный результат причинялся деяниями каж­дого соучастника или же подобное требование необязательно.

По поводу этого важного вопроса в теории уголовного права существуют различные мнения.

Первая позиция заключается в том, что в соучастии не может быть одного причинителя преступного результата. Возникающий при соучастии результат является общим и неделимым ввиду со­вместимости его причинения¹. По мнению других ученых, зани-

¹ Малахов И.П. Соучастие в воинских преступлениях в све-те об­щего учения о соучастии по советскому уголовному праву: Дис. ... канд. юрид. наук. — М., 1959; Пионтковский А.А. Преступление // Курс советского уголовного права. — М., 1970; Трайнин А.Н. 06-

70

мающихся исследованием института соучастия, при совместном совершении преступления причиной общего результата следует рас­сматривать действия только исполнителя, а деяния других соучаст­ников рассматривать в качестве условий причинения.

Разделяя первую позицию, следует отметить, что совместность причинения не требует одинаковых и равных по объему усилий различных соучастников. Совместный преступный результат часто наступает в результате различных усилий соучастников. Поэтому закон ответственность соучастников преступления определяет, ис­ходя из характера и степени фактического участия каждого из них в совершении преступления.

С учетом этого при исследовании причинной связи соучастия в отношении каждого соучастника необходимо установить следующие обстоятельства:

1. в какой мере его деяния обусловили преступные действия других соучастников и исполнителя преступления, и чем были обу­ словлены;

2. причинную связь деяний каждого соучастника с общим пре­ ступным результатом;

3. характер соучастия в преступлении и др.

Наряду с причинной связью между действиями соучастников и единым преступлением важное значение приобретает вопрос необ­ходимых и случайных связей для установления причинной зависи­мости.

Как известно, одно и то же явление, в том числе и преступное, может находиться в необходимой связи с одним последствием и в случайной (или случайных) - с другими.

По поводу данного вопроса имеются две точки зрения. Согласно первой из них (наиболее распространенной), причинными призна­ются только необходимые связи явлений, второй - причинная за­висимость, включающая необходимые и случайные связи.

Наступление преступного вреда может быть следствием не толь­ко взаимодействия субъекта с объектом, но и результатом воздейст­вия на объекты множества внешних и внутренних факторов, тех или иных явлений.

Выяснение правовых особенностей философских категорий (причина - следствие, необходимость — случайность и др.) имеет

щее учение о составе преступления. — М., 1957 и л

71

важное значение для определения объективных оснований уголов­ной ответственности при любой форме преступного деяния, в том числе и при соучастии.

Установление причинной связи, возможности причинения вреда еще больше осложняется при совершении преступлений со специ­альным составом, когда необходимо выявить все особые признаки специального субъекта и его способность совершить соответствую­щее посягательство.

Специалисты, допускающие возможность случайного причине­ния, предлагают ограничивать уголовную ответственность дейст­виями, представляющими собой одно из необходимых условий пре­ступного результата, т.е. такое условие, при мысленном исключе­нии которого рассматриваемое последствие не могло наступить¹.

Эта точка зрения не получила поддержки, и наиболее обосно­ванной и распространенной в нашем отечественном уголовном праве стала утвердившаяся теория, ограничивающая ответствен­ность соучастников необходимыми последствиями их деяний и признающая причиной лишь такие совместные действия, которые в данных условиях закономерно вызывают наступление общего пре­ступного результата².

Взгляды на проблемы причинной связи в соучастии в уголовном праве зарубежных государств также различны. Например, А. Фейербах высказывался за наказуемость соучастников в зависи­мости от степени причинения общего вреда.

Видный представитель российской классической школы Н.С. Таганцев своеобразие внешней конструкции в соучастии ус­матривал в том, что «действия всякого соучастника должны нахо­диться в объективном причинном отношении со всем преступным событием»³.

Представители социологической теории утверждают, что общие положения причинности неприменимы к учению о соучастии, вы­двигая симптом опасности личности. Основатель этой теории Ганс Вельцель констатирует, что «определение преступного деяния как

¹ Церетели Т.В. Причинная связь в уголовном праве. — М., 1963. - С. 189, 197.

² Тельное П.Ф. Указ. соч. - С.39.

³ Таганцев Н.С. Русское уголовное право: В 2-х т. Часть Общая. Том

1. - Тула: «Автограф». - 2001. - С.575-576.

72

находящегося в причинной связи с последствием для уголовного права непригодно, так как в преступном событии главным является не причиняющий процесс, а деятельная цель субъекта»¹.

Крупный теоретик западногерманского уголовного права Маурах считал «невозможным распространять на уголовное право фило­софские положения причинности, поскольку они слишком ограни­чили бы причинный ряд, представляющий интерес для уголовного права»².

В уголовном праве Германии имеются и иные подходы, заклю­чающиеся в том, что причинная связь между действиями каждого соучастника и совместным преступным результатом является необ­ходимым пунктом в учении о соучастии. В английской доктрине соучастия уголовная ответственность установлена за внешне свя занную деятельность и побочное соучастие, т.е. за деяния, различ­ным образом связанные с преступлением, но не причиняющие пре­ступного результата.

Не определены объективные пределы ответственности за соуча стие и в теории и в уголовном законодательстве США. Доктрина «вероятного» соучастия не требует какого-либо противоправного деяния.

Теориям причинно-следственных связей в уголовном праве, как отмечалось, посвящены многочисленные исследования, поэтому освещение проблем причинности не входит в круг наших исследо­ваний. Однако, рассматривая проблемы соучастия в преступлении со специальным составом, следует отметить, что соучастие при этой форме преступного проявления имеет ряд особенностей, которые мало исследованы и нуждаются в уточнении в рамках современной доктрины уголовного права.

Соучастие характеризуется не только объективными, но и субъ­ективными признаками.

Как уже отмечалось, признак совместности совершения престу­пления имеет не только объективный, но и субъективный характер. Уголовный закон определяет соучастие как умышленное совмест­ное участие двух или более лиц в совершении умышленного пре­ступления. Это означает, что соучастие образуют только умышлен­ные деяния.

¹ Там же. - С.40.

² Там же.

73

Иными словами, вопрос о совместности решается не только на основе объективных факторов, но и во многом зависит от установ­ления субъективных моментов (психической общности соучастни­ков). Субъективный момент совместности (общность умысла) ха­рактеризуется тем, что каждый соучастник осознает как свою дея­тельность, так и деятельность других лиц, а также одинаковое стремление к достижению преступного последствия в результате общих усилий.

С учетом законодательного определения умысла, а также общно­сти умысла при соучастии, следует отметить, что, по сравнению с умыслом единолично действующих лиц умысел соучастника имеет специфическое содержание. Как верно отмечалось в юридической литературе, умысел соучастника — более широкое понятие, вклю­чающее в себя не только объективные процессы собственного об­щественно опасного поведения, но и дополняемое сознанием уча­стия в совершении преступления другого лица и желанием действо­вать вместе с ним в осуществлении согласованных стремлений¹.

Иными словами, интеллектуальные элементы умысла соучастни­ка включают:

а) осознание общественной опасности собственного и совмест­ ного деяния;

б) осознание общественно опасного характера деяния других со­ участников (хотя бы одного);

в) предвидение возможности или неизбежности наступления со­ вместного преступного результата.

Волевой момент умысла при соучастии образует желание совме­стного достижения преступного результата (при прямом умысле) или сознательное допущение его наступления, либо безразличное к ним отношение (при косвенном умысле).

Установление указанных обстоятельств имеет важное значение не только для оснований и пределов ответственности соучастников, но и индивидуализации их ответственности.

Поэтому в каждом конкретном случае констатация общей согла­сованности преступных действий возможна лишь при доказанности того, что каждый соучастник осознавал, частью какого именно пре­ступления становятся его деяния и понимал их значение для дос-

¹ Джекебаев У. С, Вайсберг Л.М., Судакоеа Р.Н. Соучастие в престу­плении. -Алма-Ата: «Наука», 1981. - С.127-128.

74

тижения общего преступного результата, принимал меры для дос­тижения этого результата.

Уголовный закон указывает на умышленную форму вины, но не уточняет вид умысла. Это значит, что соучастие возможно в пре­ступлениях как с прямым, так и с косвенным умыслом. Например, в процессе совместных действий, направленных на совершение разбойного нападения, потерпевшему могут быть причинены телес­ные повреждения, повлекшие за собой его смерть.

Отношение соучастников к смерти может выражаться и в кос­венном умысле. Достижение общего желаемого результата - завла­дение имуществом совершается с прямым умыслом.

Несмотря на то что при соучастии в преступлении фигурирует общность умысла, тем не менее каждый соучастник несет ответст­венность с учетом его личной вины. Как при совершении едино­личного преступления, так и при соучастии умысел соучастников может изменяться. Это изменение, по мнению некоторых ученых, может выражаться:

а) в изменении содержания и направленности умысла исполни­ теля;

б) в присоединении нового умысла, т.е. умысла на совершение дополнительного преступления;

в) в отпадении умысла соучастника на совершение намеченного группой общественно опасного деяния¹.

Все эти обстоятельства имеют принципиальное значение для ус­тановления уголовной ответственности соучастников, правильной квалификации группового преступления, наличия или отсутствия эксцесса исполнителя (соучастника), добровольного отказа соучаст­ника и решения других важных уголовно-правовых проблем.

Поскольку совместность совершения преступления имеет субъ­ективный характер, то для определения оснований уголовной от­ветственности соучастников в каждом конкретном случае необхо­димо установить и обосновать наличие психической общности со­участников. Возникает вопрос, всегда ли соучастник должен знать об участии в преступлении других лиц и всегда ли необходима вза­имная осведомленность каждого из соучастников о присоединив­шейся деятельности другого соучастника. Наконец, должен ли каж-

¹ Дагелъ П.С., Котов Д.П. Субъективная сторона преступления и ее установление. - 1974. - С.75-76.

75

дый соучастник быть осведомлен о преступной деятельности ис­полнителя, а последний о деятельности соучастника (организатора, подстрекателя или пособника). В уголовно-правовой теории по по­воду этих вопросов существуют две позиции, сводящиеся к допус­тимости так называемой односторонней¹ или двусторонней связи².

Разделяя позицию авторов, придерживающихся двусторонней связи, под которой понимается связь между соучастниками, пред­полагающая знание не только организатором, подстрекателем и по­собником о преступной деятельности исполнителя и желание дей­ствовать совместно с ним, но и осведомленность исполнителя о преступной деятельности каждого со стремлением совместного дей­ствия с другими соучастниками, следует отметить, что данное по­ложение вытекает из самого понятия соучастия.

Умышленная совместность участия (психическая общность со­участников) в совершении конкретного преступления во всех слу­чаях является обязательным признаком соучастия.

Совместность предполагает осведомленность соучастников о преступных действиях исполнителя. Исполнитель, в свою очередь, должен быть осведомлен о деятельности других соучастников, со­действующих совершению преступления.

Обоснованность данного тезиса подтверждается и разъяснения­ми некоторых постановлений Пленума Верховного суда СССР³.

¹ Односторонняя субъективная связь характеризуется тем, что ис­ полнитель может не знать о присоединившейся деятельности под­ стрекателя и пособника. Сторонниками односторонней субъектив­ ной связи являются П.И.Гришаев, Г.А.Кригер, А.Н.Трайнин и др.

² Ушаков А.В. Групповые преступления и смежные с ним формы преступной деятельности. - Калинин, 1978. - С.39-41 и др. Мно­ гие ученые считают, что двусторонняя субъективная связь относит­ ся только к случаям соисполнительства (См., напр.: Куринов Б.А. Ква-лификация транспортных преступлений. - М, 1965. - С.147- 149; Российское уголовное право. Общая часть/Под ред. А.И. Рарога (автор главы В.С.Комиссаров). - М., 2001. - С.258-259).

³ Постановление Пленума Верховного Суда СССР от 11.07.1972 г. № 4 «О судебной практике по делам о хищениях государственного и общественного имущества», с изм. от 21.09.1977 г., 27.11.1981 г., 26.04.1984 г.; от 27.01.1999 г. № 1 «О судебной практике по делам об убийстве»; от 10.02.2000г. № 6 «О судебной практике по делам о

76

Обязательность взаимной осведомленности о преступной дея­тельности других соучастников подчеркивается и Верховным Су­дом. Так, в постановлении Пленума X по делу Т. и других было указано, что «обвинение в соучастии признается обоснованным в том случае, если установлено, что обвиняемый, объективно способ­ствовавший совершению преступления, имел с непосредственным исполнителем единые намерения, общие цели и взаимную осве­домленность о преступной деятельности»¹.

Таким образом, соучастие предполагает органичное, внутреннее единство соучастников в совершении соответствующего преступле­ния. При отсутствии субъективной связи деяние не может быть признано совместно совершенным, хотя последствия могут насту­пить и в результате действий нескольких лиц. Вследствие отсутст­вия осведомленности о преступных действиях М, X. и Т., осужден­ных за хищение чужого имущества, Пленум Верховного Суда СССР не признал соучастниками этого преступления Н., Р., Ф. и О., объ­ективно содействовавших совершению хищения, указав, что соуча­стие «с субъективной стороны... характеризуется умышленной ви­ной всех соучастников*².

Это обстоятельство свидетельствует о том, что соучастие как способ совершения преступления предполагает наличие специаль­ных (особых) субъективных оснований уголовной ответственности соучастников.

Именно наличие индивидуальной вины и вины, производной от деятельности других соучастников, характеризует особенности субъ­ективных оснований ответственности соучастников. При этом на­личие такой вины обязательно формируется на основе взаимного соглашения и взаимной осведомленности.

Поэтому, как отмечается в юридической литературе, «соучастие образует лишь особую форму ответственности, а не новый вид со­лидарной ответственности, так как оно представляет собой особо опасную форму деятельности — деятельности нескольких лиц, со­вершивших одно и то же преступление»³.

взяточничестве и коммерческом подкупе» и др.

¹ Бюллетень Верховного Суда СССР. - 1970. - № 4. - С.13-14.

² Бюллетень Верховного Суда СССР. - 1988. - № 2. - С.22-23.

3 Трайнин А.Н. Учение о соучастии преступления. — М.: «Юрлит.»; 19S7 г.

77

Степень согласованности действий соучастников, характер и степень субъективной связи соучастия, а также характер объектив­ной связи между соучастниками являются критериями деления со­участия на формы и виды соучастия.

Выделение в понятии соучастия умышленной совместности дей­ствий соучастников является важным условием и гарантией реали­зации принципа субъективного вменения при совместной преступ­ной деятельности.

Соучастие в уголовном праве различных государств интерпрети­руется по-разному.

Умышленная совместность действий соучастников не всегда вы­деляется законодателем.

Допускается соучастие и в неосторожных преступлениях.

Так, например, в английском уголовном праве при определен­ных условиях возможно вменение соучастнику даже случайного ре­зультата, причиненного исполнителем.

В УК многих государств, как отмечалось, понятие соучастия во­обще не дается.

Например, в УК Швейцарии (ст. 24, 25) говорится только о под­стрекательстве и пособничестве. Причем пособничество определя­ется как умышленное оказание помощи при совершении преступ­ления¹. При этом, что значит «оказание помощи», остается непо­нятным.

В УК Испании (ст. 27-29) не только не дается понятие соуча­стия, но и расплывчато говорится о соучастии как о лицах, совер­шивших определенные действия одновременно, во время или предшествующие преступлению, и тем самым участвующих в со­вершении преступлений².

Ничего не говорится об общем понятии соучастия и в УК Франции³. В УК Японии законодатель определяет соисполнитель-

¹ Уголовный кодекс Швейцарии/Под ред. Н.Ф.Кузнецовой. — М.: Изд-во «Зерцало*, 2000. - СЮ.

² Уголовный кодекс Испании/Под ред. Н.Ф.Кузнецовой, Ф.М.Решетниковой. - М.: Изд-во «Зерцало», 1998. - С.20.

³ Уголовное законодательство зарубежных стран (Англии, США, Франции, Германии, Япо-нии): Сборник законодательных актов. — М.: Изд-во «Зерцало», 1999. - С.20.

78

ство — совместное осуществление двумя и более лицами преступле­ния, а также выделяет подстрекательство и пособничество.

Своеобразно определяется соучастие и личные положения ис­полнителя в ст. 65 УК Японии, в которой говорится, что «если ли­цо совместно действует в преступлении, состав которого должен быть обусловлен личным положением преступника, то это лицо признается соучастником, даже если оно не имеет такого личного положения»'.

Совершение преступления сообща несколькими лицами рас­сматривается как исполнительство (соисполнительство) в УК Гер­мании. Действия подстрекателя и пособника должны быть умыш­ленными и связанными с совершением умышленного преступле­ния². Характерно то, что законодатель при установлении ответст­венности исполнителя (соисполнителя) не уточняет, какое преступ­ление, совершающееся сообща, имеется в виду: умышленное или как умышленное, так и неосторожное.

Отсутствие в уголовном законодательстве указанных и других го­сударств четкого понятия соучастия, а также объективных и субъек­тивных оснований ответственности за соучастие, является ярким свидетельством проявления объективного вменения, что отрицается доктриной уголовного права России и Армении.

Для уяснения содержания субъективных признаков соучастия важное значение имеет вопрос об осознании каждым из соучастни­ков других признаков состава преступления, на совершении кото­рого они дали свое согласие.

Поскольку основанием ответственности соучастников является наличие в совершенном деянии признаков состава конкретного преступления, возникает вопрос: должны ли охватываться умыслом соучастников все признаки соответствующего состава преступления или нет.

Кроме того, важное практическое значение имеет вопрос о том, должны ли соучастники одинаково осознавать элементы совершае­мого состава преступления или же это требование является необя­зательным.

¹ Там же. - С.343-344.

² Там же. - С.257-258.

Умышленное совместное участие двух или более лиц в соверше­нии одного и того же преступления предполагает осознание каж­дым соучастником всех элементов данного состава преступления.

Совместность деятельности направлена прежде всего на один и тот же объект.

Цель соучастников достигается путем посягательства на опреде­ленный объект. Каждый из соучастников дает согласие на соверше­ние материально однородного преступления.

Выбор единого или однородного объекта посягательства особен­но наглядно проявляется при совместной преступной деятельности. Постановка преступной цели и в соответствии с этим выбор соот­ветствующего объекта осуществляются совместно. Соучастники при необходимости распределяют роли между собой, с учетом безопас­ности использования намеченного объекта и других обстоятельств избирают групповой способ совершения преступления, принципи­ально обсуждают и определяют сопутствующие ему обстоятельства.

Осознание соучастниками причинения вреда единому объекту является важной предпосылкой (условием) в наступлении уголов­ной ответственности соучастников. Это обстоятельство имеет принципиальное значение при квалификации любой формы пре­ступной деятельности, в том числе и совместной. При посягатель­стве на специальные отношения это обстоятельство также должно охватываться сознанием соучастников.

В противном случае содеянное не может быть квалифицирован­но как посягательство на специальный объект.

Объект посягательства является одним из элементов состава преступления и тесно связан с другими элементами состава.

Объект преступления (общий и специальный) служит объектив­ным основанием уголовной ответственности. Поэтому его отсутст­вие свидетельствует об отсутствии самого преступления.

Наиболее тесно объект посягательства связан с субъектом пре­ступления. Это особенно наглядно проявляется в преступлениях со специальным составом.

Отличительными признаками специальных составов преступле­ний являются специальные объекты посягательства и специальный характер деяний, обусловленный ими же. Именно по содержанию предусмотренного состава деяния в первую очередь определяется, кто может быть субъектом данного преступления. Это обстоятель­ство имеет важное значение при квалификации соучастия в престу-

80

плениях со специальным составом, в выделении круга соучастни­ков, способных нести ответственность за соучастие в таких престу­плениях.

Поэтому умышленная совместная преступная деятельность предполагает осознание каждым из соучастников соответствующего объекта посягательства. Важное значение для понимания внутрен­ней, субъективной стороны соучастия в преступлении имеют мотив и цель действия.

Мотив и цель действия соучастников как признаки субъектив­ной стороны преступления могут не совпадать и различаться¹. На­пример, при совместном убийстве потерпевшего один соучастник может руководствоваться корыстными побуждениями, другой -недовольством служебной деятельностью потерпевшего. Поэтому в тех случаях, когда мотив или цель не отнесены законодателем к числу обязательных признаков данного состава преступления, для признания лица соучастником мотивы и цели не имеют значения для их ответственности и квалификации действий.

Но установление мотивов и целей всегда необходимо, поскольку они имеют иное уголовно-правовое значение и учитываются при назначении наказания.

По этой причине решающее значение имеют не мотивы дейст­вий соучастников, а осознание ими того, что их совместные усилия направлены на совершение одного и того же преступления и на желание или сознательное допущение наступления преступного ре­зультата.

В тех же случаях, когда мотив или цель являются конструктив­ным признаком состава преступления, его соучастником может быть признан только тот, кто знал о наличии указанного мотива (цели) в совместно совершаемом деянии и сознательно содейство­вал его осуществлению. Соучастников таких преступлений объеди­няет единый мотив или же одна и та же цель.

Установление и учет мотива и цели действий имеют важное зна­чение в соучастии в преступлениях со специальным составом.

При умышленном посягательстве на специальные объекты спе­циальный субъект осознает, что его деяние направлено именно на те отношения, участником которых он является. Отсутствие такого

¹ Бородин СВ. Преступления против жизни. — М.: «Юрист», [999.

- С.285.

81

сознания, по сути, специальной цели - причинения вреда именно специальным объектам — свидетельствует о том, что содеянное как исполнителем, так и соучастником не может квалифицироваться по статье, предусматривающей ответственность за посягательство на данные объекты.

Ответственность может наступить по другим статьям Особенной части УК.

Важное теоретическое и практическое значение имеет вопрос о вменении в вину соучастников субъективных и объективных об­стоятельств, относящихся к личности исполнителя. Как известно, осознание признаков, характеризующих самого субъекта, не входит в содержание умысла.

Однако умысел включает осознание свойств специального субъ­екта. В этих случаях осознание признаков специального субъекта является необходимым условием осознания уголовной противо­правности совершаемого деяния, поскольку они связаны с наруше­нием специальных обязанностей, возложенных на виновного.

Это обстоятельство обусловливает особенности соучастия в пре­ступлениях со специальным составом.