3.2 Основания уголовной ответственности в уголовном праве рф

Наименование corpus delicti (состав преступления) было введено в юридическую терминологию еще в XVI веке и обозначало совокупность вещественных улик преступления, имея чисто процессуальное значение. Затем постепенно это наименование распространилось не только на криминальные следы, но и на объективное проявление преступного поведения, а с течением времени и на внутреннюю, субъективную сторону преступления. Таким образом, термин "состав преступления" в науке уголовного права начинает употребляться для обозначения понятия о составных частях самого преступления, то есть основных элементах общественно опасного деяния. Это же понимание состава преступления прослеживается в работах русских правоведов XIX века и советских ученых вплоть до середины XX века. Вполне очевидно, что в своем первоначальном значении термин "состав преступления" означал лишь существенно-необходимые признаки, без которых немыслимо ни одно преступление. Поскольку с точки зрения формальной логики совокупность всех признаков явления есть само явление, то состав преступления равнозначен самому преступлению, и именно в этом значении он являлся основанием уголовной ответственности.

Однако в послевоенное время активно развивается теория, в соответствии с которой в содержание преступления наряду с признаком общественной опасности необходимо входит другой признак - предусмотренность этого деяния в уголовном законе. И с 1958 года этот признак становится обязательным в системе уголовного права: нет преступления без указания на то в законе.¹

Между тем, формула "состав преступления - единственное основание уголовной ответственности" не претерпела никаких изменений. Однако преступление в своей новой форме перестало быть лишь явлением, а стало частью нормы уголовного закона (отражением явления, понятием). Именно это противоречие, развиваясь в последние 40 лет, привело к тому, что учение о составе преступления потеряло предмет изучения; а состав преступления как основания уголовной ответственности, хотя и был закреплен в Уголовном кодексе 1996 года, но является теоретически и практически несостоятельным.¹

И.Я. Гонтарь предлагает следующую формулировку состава преступления: "составом преступления является содержащееся в уголовном законе описание признаков общественно опасного деяния".* Однако само по себе описание признаков общественно-опасного деяния не порождает уголовной ответственности, для этого необходимо само деяние. Автор предлагает следующую логическую цепочку: "1) преступление - это наименование юридического факта уголовного правоотношения; 2) юридический факт - это такое явление объективной действительности, с которым связано возникновение уголовного правоотношения; 3) в действующей системе отечественного уголовного права такое явление образуют общественно-опасное деяние и описание его признаков в уголовном законе (состав преступления), которые между собой находятся в отношении диалектического тождества и в этом своем единстве лежат в основе уголовной ответственности; 4) по этой причине понятие общественно-опасного деяния и понятие состава преступления не могут и не должны отождествляться с понятием преступления, поскольку в противном случае это всегда будет отождествлением явления с одним из его элементов".

Данная теория дает еще один взгляд на основание уголовной ответственности, однако ее противоречие действующем законодательству и определенное новаторство в методологии делаю ее спорной и нуждающейся в определенной доработке.