24. Идея материи и ее развитие в истории философии и естествознания.

Понятие материи является основной категорией в философии, оно означает сущность мира, признание объективной реальности, взаимодействующей с человеком и существующей независимо от его сознания.

Идея первоосновы всех явлений природы появилась в ранней философии Греции. Первобытное, мифологизированное сознание было лишено такой идеи. Когда — в условиях достаточно развитой цивилизации — у интеллектуальной части общества появилась потребность в знании общих и отдаленных причин происходящих в природе событий и процессов, философы занялись поиском их универсальной субстанции. Появилась задача — определить элементы, к которым, в конечном счете, сводятся все возможные вещи окружающего мира — появление научного подхода к объяснению природы. Он предполагал распознание внутреннего через внешнее, целого — благодаря частям, следствия — по его причине. Т.е. объяснение природы из нее самой, а не с помощью фантастических домыслов на ее счет, как в мифологии и религии. Античные варианты определения материи открываются перечнем отдельных, чувственно воспринимаемых “стихий”, которые первыми философами (VII–V вв. до н.э.) предполагались искомой субстанцией. Так, согласно Фалесу первоматерией является вода, из которой и в которую, в конечном счете, все на свете превращается. По Анаксимену — воздух; у Гераклита — огонь; Эмпедокл же считал материю дискретной и к названным трем “стихиям” добавлял четвертую — землю. Эти “стихии” могут существовать как сами по себе, так и в разнообразных смесях, что и обуславливает разницу отдельных вещей.

Анаксимандр, ученик Фалеса, на роль субстанции выдвигал не какое-то определённое телесное начало, а “апейрон” — некую бесконечную, ненаблюдаемую среду пребывания отдельных тел.

С точки зрения же Пифагора в основе всего мира лежит число, т.е. его количественные, геометрические пропорции. Идя таким — аналитическим путем, мысль неизбежно уходит от наглядных и конкретных впечатлений к геометрическим конфигурациям и математическим замерам материальных объектов. «Математика – свободная игра разума, язык действительности».

Следующий шаг на данном пути сделал Анаксагор, выдвинувший на роль субстанции так называемые “гомеомерии”. Т.е. сами себе подобные, только мельчайшие, копии больших тел (так, скажем, яблоко состоит из малюсеньких, невидимых глазу яблочек). Ввел принцип фракталов – «всё во всём»

Демокрит - основатель атомического учения. Считал первоосновой всего атом как мельчайшую, далее неделимую частицу любого вещества. Из множества атомов состоит каждое тело. Разница их обликов объясняется различным качеством, конфигурацией атомов и траекторий их движения в пустоте. Даже боги и души людей состоят из атомов, только особенных — огненных, самых активных. Атомистическая теория строения природного вещества послужила идейным фундаментом теоретического и экспериментального естествознания в Европе на протяжении тысячи с лишним лет.

Еще дальше на абстрагирующем направлении в определениях субстанции пошли философы-идеалисты. Родоначальник объективного идеализма — Платон. Для него “воздух, эфир, вода и прочие нелепости” натурфилософов — всего лишь бледные отражения высшей, нематериальной, зато абсолютно совершенной реальности, которую составляет Разум. У каждой отдельной, воспринимаемой с помощью органов чувств человека, вещи имеется в том идеальном мире свой прототип, некая “идея” или же “форма”. Она, как матрица наследственности в современной генетике, предопределяет возникновение, облик и время существования любой вещи. Понятия, категории в голове человека складываются в качестве воспоминаний о прежнем существовании вечной души. Хотя у Платона сразу нашлись авторитетные критики (начиная с Аристотеля), идейное влияние объективного идеализма присутствует не только в богословии, но и в естествознании.

Однако магистральное направление развития естественных наук лежало на стороне материализма. В XVII–XVIII вв. под него подводится научный фундамент. Галилео Галилей придумал лабораторный эксперимент для объективного, безусловно доказательного изучения природных явлений. Исаак Ньютон разработал математический аппарат для точного их описания и, главное, строгого выражения, символической записи законов, которым они подчиняются. Классическая механика, созданная Ньютоном, стала первым образцом подлинно научной теории. С её помощью не только описывается поведение природных тел в прошлом и настоящем, но и предсказывается, что с ними случится в будущем — при определенных для законов этой теории условиях.

Все дальнейшие открытия классической науки применяли этот метод и эту теоретическую схему к новым классам явлений. Так, Дж. Максвел раскрыл сущность электромагнетизма, включая полевую природу света. Антуан Лавуазье своей теорией горения сделал науку из химии, а Роберт Бойль с помощью корпускулярной теории (т.е. усовершенствованного атомизма) позволил в дальнейшем правильно объяснять остальные химические процессы, преодолеть домыслы алхимиков. Ботаник М. Шлейден и зоолог Т. Шванн в 1838–39 гг. выдвинули клеточную теорию единого строения всех тканей растений и животных.

В итоге, классическая наука довольно быстро, на протяжении XIX в. объяснила практически всё, что во Вселенной доступно нашим органам чувств, к тому же усиленным оптическими и прочими приборами. На этом этапе развития философии и естествознания материя отождествлялась с веществом. Известный просветитель барон Поль Анри Гольбах в трактате “Система природы” (1770) дал обобщающее определение материи в этом её идейном контексте: “По отношению к нам материя вообще есть всё то, что воздействует каким-либо образом на наши органы чувств”.

В начале XX в. ту же самую мысль настойчиво повторял В.И. Ленин. Рассуждения о материи помогали ему в то время бороться с политическими конкурентами — философами-идеалистами в собственной коммунистической партии. “Объективная реальность, данная нам в ощущениях” — такое ленинское определение материи. Между тем поистине революционные открытия 1890-х – 1900-х и последующих лет в физике обусловили переход к неклассической науке, для которой материя снова стала достаточно загадочной и противоречивой.