О вероисповедании, церкви и «святых днях»
Гуталаг, также как и Вестгёталаг, начинает свое повествование с определения вероисповедания — христианства - «Первое в нашем законе то, что мы должны сказать "нет" язычеству и сказать "да" христианству»15. По всей стране действовал запрет на жертвоприношения и соблюдение древних традиций16.
Подавляющее большинство церковных построек происходило по личной инициативе бодов «для большего удобства» и переход и сдача десятины в новую совершались после освящения17.
Церковь приравнивалась к тингу (к ней вызывали, чтобы разрешить спор или засвидетельствовать18) и имела «божественную святость»19, отчего преступник имел неприкосновенность на ее территории до сорока дней, причем любое ее нарушение каралось довольно серьезными штрафами20.
Раздел «Законы церкви» рассказывает нам о многих «злодеяниях», которые, так или иначе, касаются церкви. Убийство или членовредительство на церковной территории оценивалось как минимум в три марки21 — именно столько стоило освящение церкви заново и получение разрешения епископа на проведение богослужений22. Очистить церковную землю от несчастного случая можно было, в буквальном смысле, выкопав слой дерна, на который пролилась кровь23. Большим штрафом в девять марок оценивалось воровство из церкви. Ответственность за пожар в церкви принимал тот, от чей свечи и произошло возгорание: священник отвечал за передние перед алтарем свечи, за задние — бонд, поставивший их24. Порча церковного имущества, его замена и освящение епископом оплачивались бондами из десятины25.
В «святые дни», объявленные епископом, никто не должен был быть обнаружен за работой или провозить в телеге свыше половины фунта поклажи26. Обнаруженные за работой свободные люди штрафовались шестью эре, раб — тремя эре и к его сроку рабства дополнялось три года27.
Аналогично в эти же дни, объявленные «мирными», каждый имел «неприкосновенность»28.
Об убийстве и случаях, приведшим к смерти
В главе «Об убийстве человека» подробно описан случай, как был вынужден поступить преступник, чтобы очиститься29. На ближайшем тинге сообщалось об убийстве человека, а также объявлялось имя убийцы, после чего уже на последующем тинге он мог просить о примирении после уплаты двенадцати марок наследнику убитого в качестве вергельда30.
За убийство свободного человека, совершенное рабом, платил его господин31. Девять марок за убийство «невестгёта» делились между всеми32, а за злодеяние, совершенное женщиной, обвинялся ее ближайший родственник мужского пола. Бывало, когда в смерти мужчины, видели вину жены, обвиняя ее в колдовстве — ее убийство считалось в таком случае обоснованным33.
Смерть убийцы расценивалась, как плата за совершенное злодеяние. Убийство, совершенное в целях самообороны, не наказывалось34. Ложное обвинение в убийстве могло быть опровергнуто хёвдингом35 вместе с группой отобранных им людей для клятвы36. Родственнику необходимо было доказать свою непричастность к убийству перед тем, как получить все наследство умершего37.
Мир устанавливался не только в церковные праздники38, но и на церковной земле или на тинге, когда за убийство платилось шесть марок или вергельд. Однако допускались случаи, когда убийство было совершенно из мести39. «Неготландец» так же мог воспользоваться правом на защиту «круга мира», имея на Готланде дом40, кроме тех случаев, когда он мог предложить вергельд.