- •274__________________________________________________Повесть временных лет
- •276__________________________________________________Повесть временных лет
- •278__________________________________________________Повесть временных лет
- •280__________________________________________________Повесть временных лет
- •282__________________________________________________Повесть временных лет
- •284__________________________________________________Повесть временных лет
- •286__________________________________________________Повесть временных лет
- •288__________________________________________________Повесть временных лет
- •290__________________________________________________Повесть временных лет
- •292__________________________________________________Повесть временных лет
- •294__________________________________________________Повесть временных лет
- •296__________________________________________________Повесть временных лет
276__________________________________________________Повесть временных лет
симъ законопреступникомъ: Путьша, Талець, Еловичь, Ляшько, отець же ихъ сотона [Ип., 120-121]. 9. С лестью посла кь Глебу, глаголя сице: пойди вборьзе, отець тя зоветь, не здоровить бо вельми[Ип., 122]. 10. И пришедшю ему на Волгу, на поле, потъчеся под нимь конь вь рве, и наломи ему ногу мало; и приде ко Смоленьску, и поиде оть Смоленьска, яко зреима, и ста на Смядини в корабли; в се же время пришла бе весть от Передьславы кь Ярославу о отни смерти, и посла Ярославъ къ Глебу, глаголя: не ходи; отець ти оумерлъ, а брать ти убить оть Святополка [Ип., 122].
11. Оканьный же Горясеръ повеле вборзе зарезати Глеба; поваръ же Глебовъ, именемь Торчинъ, выньзъ ножь, зареза Глеба, аки агня непорочно [Ип., 123].
12. Они же окаяннии вьзвратишася вьспять, якоже рче Давид: възвратишася грешници въ адъ; и пакы: оружье изьвлекоша грешници, и напрягоша лукы своя истреляти нища и убога, заклати правыя сердцемъ; и |
9. Посла по блаженааго Глеба, рекъ: приди въборзе, отець зоветь тя и не съдравить ти вельми [Усп. сб., с. 50]. 10. И пришедъ на Вългоу на поле потъче ся подъ нимъ конь въ рове, и наломи ногоу малы, и яко приде Смолиньскоу и поиде отъ Смолиньска яко зьреимъ едино, ста на Смядине въ кораблици. И въ се время пришьла бяаше весть от Передъславы къ Ярославоу о отьни съмьрти, и присла Ярославъ къ Глебоу, река: не ходи брате, отець ти оумьрлъ, а брать ти оубиенъ от Святопълка» [Усп. сб., с. 50]. 11. Тъгда оканьныи Горясеръ повеле зарезати и въ бръзе, поваръ же Глебовъ, именьмь Търчинъ, изьмъ ножь и имъ блаженааго и закла и, яко агня непорочьно и безлобиво [Усп. сб., с. 53]. 12. Оканьнии же они оубоице възвративъше ся къ пославъшюоумоу я, яко же рече Давид: възвратять ся грешьници въ адъ и вьси забывающии Бога. И пакы: ороужие звлекоша грешьници напрягоша лоукъ свои за- |
СВЯТОПОЛК И ЛЕГЕНДА О БОРИСЕ И ГЛЕБЕ__________________________________________________277
оружье ихъ внидетъ вь сердца ихъ, и луци ихъ сокрушаться; яко грешници погибнуть; изьщезающе, яко дымъ погибьнуть; онемъ же пришедшимъ и поведавшимъ Святополку: яко сотворихомъ повеленое тобою; он же се слыша, и възвеселися сердце его болма, и не веды Давида, глаголюща: что ся хвалиши о злобе, силныи, и безако-нье оумысли языкъ твои [Ип., 123-124]. 13. Глебу же оубьену и повержену бывшю на брезе межи двеима кладома; по сем же вьземше и везоша и, и положиша и оу брата своего Бориса, оу церькви святого Василья [Ип., 124]. |
клати правыя сьрдьцьмь и ороужие ихъ вънидеть въ сердца, и лоуци ихъ съкроушать ся, яко грешьници погыбъноуть. И яко съказаша Святопълкоу яко сътворихомъ повеленое тобою. И си слышавъ възнесе ся срьдьцьмь и събысть ся реченое псалмопевьцемь Давидъмъ. Чьто ся хвалиши сильныт о зълобе, безаконие вь сь день неправьдоу оумысли языкъ твои [Усп. сб., с. 53]. 13. Оубиеноу же Глебови и повьрженоу на поусте месте межю дьвема колодама [Усп. сб., с. 53]. |
В литературе сложились две противоположные точки зрения на взаимоотношение «Сказания...» и «Повести...». Согласно одной из них, «Повесть...» возникла в результате вычленения фактологического материала из «Сказания...»; согласно другой, «Сказание...» возникло на основе «Повести...» в результате ее распространения плачами, молитвами мучеников, благочестивыми рассуждениями и пр. Однако, как заметил еще А.А.Шахматов, и в том, и в другом случае перед нами не простое расширение (что всегда более сложно) или сокращение (что всегда более вероятно), а творческая переработка общего протографа, который исследователь видел в предполагаемом им «Древнейшем киевском летописном своде» второй четверти XI в.3 Гипотеза об общем для «Повести...» и «Сказания...» протографе, в целом, представляется возможной, поскольку оба произведения располагают идентичным набором фактов, к тому же передан-
___________________
3 Шахматов А.А. Разыскания о древнейших русских летописных сводах. СПб., 1908, с. 92-94.
