Содержание работы

Во введении обосновывается актуальность темы диссертации, анализируется степень её научной разработанности, определяются объект, предмет, цель и задачи исследования, указываются его методологическая и теоретическая основы, нормативная и эмпирическая базы, раскрывается его научная новизна, формулируются основные положения, выносимые на защиту, даётся характеристика теоретической и практической значимости исследования и приводятся сведения об апробации его результатов, структура работы.

Первая глава «Понятие и основания классификации правопреемства» состоит из четырех параграфов, в рамках которых затрагиваются теоретические проблемы формулирования понятия правопреемства.

В первом параграфе «Динамика правоотношений и правопреемство» на основе изучения положений отечественного законодательства, практики его применения, а также позиций, высказанных в юридической науке, исследуется правовая природа правоотношений. По итогам проведенного анализа определяется сущность явления «изменение правоотношения».

В результате рассмотрения правовой природы правоотношений диссертант приходит к выводу о том, что определение правоотношения как связи между субъектами правоотношения, проявляющейся в существовании взаимных субъективных прав и юридических обязанностей, является наиболее приемлемым для целей, поставленных в исследовании. Такое определение позволяет выявить юридическую сущность правоотношения, проявляющуюся в связи его субъектов по поводу объекта, выражающейся в его содержании. Эта юридическая связь устанавливается в отношении каждого объекта правоотношения, и под воздействием определенных юридических фактов она может или изменяться (и тогда речь пойдет об изменении правоотношения), или же прекращаться (в этом случае можно говорить о прекращении правоотношения).

В исследовании отмечается тот факт, что о возможности изменения правоотношений и о механизмах такого изменения в юридической литературе написано немного. В работах по теории права лишь констатируется, что правоотношение может возникать, изменяться и прекращаться. На сегодняшний день можно говорить о том, что в юридической науке сложились четыре различные концепции изменения правоотношений, которые основаны на том, какой элемент правоотношения изменяется.

1. Возможность изменения правоотношений отрицается (С.Б. Кул­тышев, В.А. Белов). 2. Изменение правоотношения заключается в изменении элементов, его образующих (М.А. Юртаева-Ривель, Д.Н. Кархалев). По итогам рассмотрения этой концепции и анализа случаев изменения объекта в правоотношениях диссертант приходит к выводу о том, что изменение объекта в любом правоотношении любой отрасли права настолько серьезно и значимо, что всегда ведет к прекращению правоотношения. 3. Изменение правоотношения происходит только при изменении его содержания (Ю.Г. Басин). В этом случае непонятно, что происходит с правоотношением при изменении его субъектов. 4. Изменение правоотношения может происходить как по его содержанию, так и (или) его субъектам (С.С. Алексеев, Б.М. Гонгало, Б.Б. Черепахин, М.А. Рожкова и др.)

На основании исследования всех четырех концепций изменения правоотношений, по итогам которого диссертант присоединяется к мнению С.С. Алексеева, Б.М. Гонгало, Б.Б. Черепахина и М.А. Рожковой и др., делается вывод о том, что изменение правоотношений происходит как путем изменения его содержания, так и путем изменения его субъектов.

При рассмотрении вопросов возможности динамики правоотношений путем изменения его содержания или его субъектов диссертант изучает проблему соотношения абсолютных и относительных правоотношений, а также соотношение общих и конкретных правоотношений. Анализ этих соотношений позволил автору согласиться со справедливым мнением В.П. Реутова о том, что «правоотношения, называемые абсолютными, и общерегулятивные – это в сущности явления одного порядка». В связи с указанным в дальнейшем предлагается под общерегулятивными правоотношениями понимать абсолютные правоотношения, а под конкретными правоотношениями – относительные. И те, и другие, по мнению автора работы, могут изменяться как по линии субъектного состава, так и по линии изменения его содержания. При этом общерегулятивные правоотношения чаще всего встречаются в нормах публичного права, тогда как конкретные – в нормах частного права. Однако нельзя определенно говорить о том, что конкретные правоотношения отсутствуют в конституционном праве и, наоборот, общерегулятивные – в рамках частного права. Выделение тех или иных типов правоотношений в рамках частного или публичного права зависит от конкретных целей исследования, при этом невозможно отрицать тот факт, что в рамках конституционного права преобладают правоотношения, носящие общерегулятивный характер, а в рамках, например, семейного или трудового права – конкретные правоотношения. Таким образом, и общерегулятивные, и конкретные правоотношения могут изменяться.

На основе анализа теории изменения правоотношений делается вывод о том, что правопреемство есть явление, которое связано в первую очередь с изменением правоотношения.

Диссертантом рассматривается вопрос о существовании концепции единого правоотношения. Весьма сложно представить себе изменение правоотношений, если исходить из концепции единого правоотношения, существующей в науке трудового права и в науке процессуального права. Концепции единого трудового правоотношения придерживаются Н.Г. Александров, Л.Я. Гинцбург, М.П. Карпушин и др., а концепцию единого процессуального правоотношения – В.В. Ярков и др. Однако, полагаем, что правы те, кто говорит о невозможности и нецелесообразности выделения единого комплексного правоотношения как понятия теории права. В этой связи стоит выделить работы С.С. Алексеева, В.П. Реутова, В.Н. Скобелкина и др., в которых убедительно доказано, что существует не единое комплексное (сложное) правоотношение, а комплекс связанных правоотношений. Теория комплексного правоотношения приводит к трудностям определения взаимных прав и обязанностей субъектов правоотношения. Таким образом, основываясь на утверждении существования комплекса правоотношений, а не единого комплексного правоотношения, можно обосновать изменение как субъектов в правоотношении, так и его содержания. Поэтому вопрос о правопреемстве необходимо рассматривать по отношению к каждому конкретному правоотношению.

Во втором параграфе «Понятие правопреемства» формулируется понятие правопреемства с точки зрения теории права.

Для решения задач по формулированию понятия «правопреемство» в диссертационном исследовании рассматриваются различные отрасли права, в которых существует это явление. На основании проведенного анализа правопреемства в различных отраслях права делается вывод о необходимости рассмотрения этого понятия в рамках теории права, так как термин «правопреемство» встречается во многих отраслях российского права и используется для обозначения однородных явлений.

В связи с тем, что изменение субъекта в правоотношении наиболее полно и четко изучено теорией гражданского права, диссертант обращается к сложившейся в гражданском праве теории правопреемства.

Высказанные по поводу правопреемства в теории гражданского права суждения можно объединить в две основные группы, представляющие два разных подхода к идее правопреемства: транзитивности, или переходности, (Б.Б. Черепахин, В.С. Ем, Т.Д. Чепига, О.Г. Ломдзе, Д.В. Жданов, Д.И. Степанов и др.) и дискретности, или непереходности, (В.С. Толстой, В.А. Белов, В.А. Рясенцев, В.П. Грибанов, К.И. Скловский и др.) субъективных прав (юридических обязанностей) в правоотношении в процессе производного приобретения прав.

Анализ двух взаимоисключающих подходов к явлению правопреемства в теории гражданского права позволил сделать вывод о том, что с учетом формулировок российского законодательства предпочтительнее исходить из понятия правопреемства как замены субъекта в правоотношении с одновременным переходом прав и обязанностей от одного субъекта правоотношений к другому. Этот вывод подтверждается тем, что, во-первых, ни в одной статье нормативных правовых актов Российской Федерации не говорится о возможности прекращения одного правоотношения и одновременном возникновении другого правоотношения, идентичного первому, но с другим субъектом. Во-вторых, в статьях нормативных правовых актов, в которых речь идет о правопреемстве, используются категории «переход» или «передача». Например, право требования может быть передано другому лицу по сделке или перейти к другому лицу на основании закона (ст. 382 ГК РФ). В-третьих, если не происходит замена субъекта в правоотношении и одновременный переход прав и обязанностей от старого субъекта к новому, то откуда права и обязанности появляются у правопреемников? Ответ на последний вопрос не может дать теория дискретности субъективных прав (юридических обязанностей).

По итогам проведенного исследования правопреемства формулируется понятие этого явления.

Правопреемство – свойство правоотношений, представляющее собой не связанное с личностью субъекта правоотношения и не запрещенное законодательством изменение субъектного состава правоотношения, при котором в порядке производного приобретения субъективных прав и (или) юридических обязанностей происходит их переход от одного лица (правопредшественника) к другому лицу (правопреемнику) в отношении одного и того же объекта правоотношения. Для правопреемства характерно изменение субъекта правоотношения путем его замены другим субъектом, обладающим необходимым для участия в правоотношении объемом правоспособности, что влечет за собой изменение правоотношения.

Таким образом, изменение субъектного состава в правоотношении предлагается обозначать термином «правопреемство», единым для всех отраслевых юридических наук. Автор приходит к выводу о том, что понятие «правопреемство» должно войти в понятийный аппарат аналитической юриспруденции. Правопреемство связано с изменением субъектного состава правоотношения и отражает динамику правоотношений.

В третьем параграфе «Правопреемство и смежные юридические явления» исследуется соотношение правопреемства со сходными явлениями. Понятия, обозначающие эти явления, похожи либо по семантике слов их выражающих, либо по их сущности. Однако по итогам проведенного исследования можно сделать вывод о том, что в теории права следует различать явление правопреемства и иные юридические понятия, например, такие как преемственность в праве, конститутивное преемство, изменение типа организации и др. В диссертационном исследовании проведено сравнение указанных конструкций с правопреемством и сделан вывод об их принципиальном отличии.

Так, в частности, преемственность в праве связана с реализацией исторических закономерностей в развитии права, проявляющихся в учете накопленного опыта развития правого регулирования.

Конститутивное преемство предполагает возникновение нового правоотношения, меньшего по объему по отношению к материнскому правоотношению. В диссертации по итогам анализа явления правонаделения делается вывод о нецелесообразности использования этого термина в теории права.

Изменение типа организации, под которым понимается изменение типа учреждений и изменение типа акционерных обществ, в соответствии с действующим законодательством – это, вероятнее, изменение правового статуса учреждения (акционерного общества) с одновременным изменением содержания правоотношений, в которых участвует такое учреждение (акционерное общество). Однако такое решение вопроса об изменении типа организации, по мнению диссертанта, сделано законодателем не совсем правильно. Дело в том, что, введя конструкцию изменения типа организации в юридическую науку, тем самым создано новое юридическое явление, имеющее сходство с правопреемством. При изменении типа организации в правоотношения, в которых участвует организация старого типа, вступает организация нового типа с новым, особым юридическим статусом. Это означает, что в правоотношения вступает новый субъект. Следовательно, необходимо внести изменения в законодательство Российской Федерации, исключив из него изменение типа организации как юридическое понятие и заменив его давно известным термином «реорганизация юридического лица», который всегда связан с правопреемством. Такое изменение позволит обеспечить права кредиторов организации, тип которых изменяется.

В четвертом параграфе «Основания классификации правопреемства» проводится разграничение правопреемства по видам, которые можно выделить по различным классификационным признакам.

Отмечается, что классификацию правопреемства в теории права необходимо проводить по следующим основаниям. Во-первых, в зависимости от количества правоотношений, в которых заменяется субъект при правопреемстве, выделяются сингулярное правопреемство (субъект заменяется в одном правоотношении или в нескольких на основании одного юридического факта или состава юридических фактов) и универсальное правопреемство (субъект заменяется во всех правоотношениях, в которых участвует, на основании одного юридического факта или состава юридических фактов). Во-вторых, в зависимости от наличия воли субъекта на изменение правоотношения путем замены этого субъекта целесообразно выделять волевое преемство и правопреемство при отсутствии воли праводателя («принудительное» правопреемство). В-третьих, в зависимости от вида субъекта-правопредшественника, участвовавшего в правоотношении, целесообразно выделять правопреемство индивидуальных субъектов правоотношения и правопреемство коллективных субъектов правоотношения. В-четвертых, в зависимости от основания деления отраслей права на материальные и процессуальные в теории права необходимо выделять материальное правопреемство и процессуальное правопреемство.

Вторая глава «Виды правопреемства в российском праве» включает в себя четыре параграфа, в которых рассматриваются вопросы видовой дифференциации явления правопреемства по различным классификационным признакам.

В первом параграфе «Сингулярное и универсальное правопреемство» анализируется сингулярное и универсальное правопреемство в различных отраслях права Российской Федерации.

В рамках гражданского права осуществлено исследование сингулярного правопреемства в праве собственности; в рамках административного права проведен анализ Указа Президента РФ от 09.03.2004 №314 «О системе и структуре федеральных органов исполнительной власти», который наиболее четко показывает возможности сингулярного и универсального правопреемства в административном праве, основанном на власти и подчинении; в рамках жилищного права универсальное и сингулярное правопреемство может происходить как в отношении властных субъектов, так и субъектов, не наделенных властными полномочиями, проведен анализ такого правопреемства. Полагаем, что в семейном праве в силу личного характера многих правоотношений сингулярное правопреемство невозможно, а в трудовом праве существует только универсальное правопреемство в отношении одной из сторон трудового договора – работодателя. Сделан вывод о том, что универсальное правопреемство субъектов в трудовом правоотношении, точно так же, как и в семейном правоотношении, происходит одновременно с правопреемством в гражданском правоотношении на основании одного юридического факта, которым является принятие решения уполномоченного органа коллективного субъекта правоотношения об изменении статуса такого субъекта правоотношения путем его реорганизации.

Во втором параграфе «Принудительное и волевое правопреемство на примере отраслей частного права» анализируются особенности исследуемого правового явления при изменении правоотношений в зависимости от воли субъектов, участвующих в них.

Отмечается, что в частном праве существуют и публично-правовые зачатки регулирования правопреемства, которые проявляются, в частности, в наличии института «принудительного правопреемства». В рамках параграфа рассматриваются как вопросы принудительного правопреемства в праве собственности (принудительное сингулярное правопреемство), так и вопросы принудительной реорганизации юридических лиц (принудительное универсальное правопреемство).

По итогам рассмотрения вариантов принудительного правопреемства в частном праве в рамках института права собственности на основании теории правопреемства, разработанной в рамках диссертационной работы, сделан вывод о том, что всякого рода принудительное изъятие имущества в частных правоотношениях (национализация, реквизиция, конфискация и др.) должно быть отнесено к производным способам приобретения прав и обязанностей. В этом случае все обременения объекта права собственности будут сохраняться и для нового собственника (правопреемника), в том числе и для государства, выступающего основным правопреемником при таком принудительном правопреемстве.

Рассмотрено явление принудительности при реорганизации юридических лиц. Отмечено, что согласно ст. 38 Федерального закона от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» возможно принудительное разделение или выделение коммерческих организаций, а также некоммерческих организаций, осуществляющих деятельность, приносящую им доход.

Выделены юридические характеристики решения о принудительной реорганизации юридического лица. Во-первых, это решение является принудительным, что влечет за собой возможность его осуществления вне зависимости от воли и интересов субъекта, к которому применяется такая мера. Во-вторых, решение о принудительной реорганизации принимается исключительно судом. В-третьих, решение суда о принудительном разделении коммерческой организации или выделении из состава коммерческой организации одной или нескольких коммерческих организаций принимается в целях развития конкуренции, если в совокупности выполняются специальные условия, установленные законодательством.

В третьем параграфе «Особенности правопреемства коллективных субъектов в публичных правоотношениях» исследуются общие закономерности изменения правоотношений путем замены коллективных и индивидуальных субъектов правоотношений в публичных отраслях права (конституционном, муниципальном, административном, налоговом праве и др.).

Отмечается, что правила о правопреемстве индивидуальных субъектов конституционных правоотношений должны полностью соотноситься с правилами такого правопреемства в гражданских правоотношениях. В конституционном законодательстве прямых норм о правопреемстве индивидуальных субъектов в правоотношениях нет.

Наибольший интерес представляет анализ универсального правопреемства коллективных субъектов публичного права, которое происходит, например, при объединении субъектов Российской Федерации, либо при преобразовании муниципальных образований, осуществляемом в соответствии со ст. 13 Федерального закона от 06.10.2003 №131-ФЗ «Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации», либо же при преобразовании органов государственной власти и органов местного самоуправления. Все указанные случаи приводятся в диссертации в качестве примеров существования явления правопреемства в публичных отраслях права в отношении коллективных субъектов публичного права.

Особенное место в работе занимает рассмотрение порядка правопреемства органов государственной власти. Так, выделяется три основных способа такого правопреемства, два из которых являются примером универсального и один – примером сингулярного правопреемства: 1) правопреемство возможно при упразднении государственного органа или органа местного самоуправления (фактически при упразднении органа государственной власти происходит передача властной функции от одного органа государственной власти к другому с одновременным переходом прав и обязанностей, необходимых для обеспечения данной функции); 2) преобразование органов государственной власти или органов местного самоуправления; 3) правопреемство путем передачи части функций от существующих государственных органов (органов местного самоуправления) вновь образуемым органам государственной власти или иным уже действующим органам государственной власти (органам местного самоуправления). В этом случае, по мнению диссертанта, происходит сингулярное правопреемство в отношении части переданных функций и полномочий от органов государственной власти (органов местного самоуправления) к вновь образованным органам государственной власти (органам местного самоуправления). Фактически здесь передаются не функции и полномочия органов государственной власти, а права и обязанности в рамках уже возникших правоотношений, причем передаются не все функции и полномочия органа государственной власти (органа местного самоуправления), а только их часть. Именно это позволяет говорить о существовании сингулярного правопреемства в отношении органов государственной власти (органов местного самоуправления).

Порядок правопреемства всех органов государственной власти и местного самоуправления, по-видимому, не должен отличаться от трех рассмотренных способов. При этом, при регулировании и осуществлении правопреемства органов государственной власти, недопустимо ссылаться на соответствующие нормы гражданского законодательства, так как для случаев правопреемства органов государственной власти законодатель всегда формулирует новые нормы права.

В четвёртом параграфе «Процессуальное правопреемство в российском праве» анализируются особенности исследуемого правового явления в процессуальных отраслях права. Проведен анализ процессуального правоотношения, по итогам которого подтверждается вывод о том, что комплексного процессуального правоотношения не существует. В течение времени действия судебного процесса возникает система процессуальных правоотношений, состоящая из отдельных правоотношений, в которых в любом случае участвуют два субъекта – суд и иной субъект процессуального правоотношения. Другим субъектом процессуального правоотношения могут быть как стороны судебного процесса, так и иные лица, участвующие в процессе правосудия. Одной из главных особенностей процессуальных правоотношений является то, что им присуща комплексность системы правоотношений. Любой субъект процессуального правоотношения при рассмотрении дела может быть заменен на иное лицо, т.е. в процессуальных отраслях права также может иметь место явление правопреемства.

Обращается внимание на то, что правопреемство в процессуальных отраслях права может идти по двум основным линиям. Во-первых, по линии судебного органа – субъекта процессуального правоотношения, и, во-вторых, по линии иных участников процессуального правоотношения.

Представляется верным, что при юридическом закреплении правопреемства в процессуальных отраслях права в соответствии со ст. 44 ГПК РФ, ст. 48 АПК РФ, ст. 42 УПК РФ, Федеральным законом от 02.10.2007 № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве» необходимо ссылаться на соответствующие нормы трудового, семейного, административного, конституционного и т.д. законодательства. Такой вывод следует из того, что и в иных отраслях права возможна замена субъекта в правоотношении.

Рассмотрены правила изменения различных субъектов процессуального правоотношения, которые отличаются друг от друга. По мнению диссертанта, особенностью института правопреемства стороны в процессе, либо иного участника процесса, является то, что для правопреемника все действия, совершенные до его вступления в процесс, обязательны в той мере, в какой они были обязательны для лица, которое правопреемник заменил. Таким образом, правопреемник как бы продолжает начатый правопредшественником процесс на соответствующей стороне или в качестве соответствующего иного участника процесса.

В течение рассмотрения дела может измениться судебный орган, рассматривающий конкретное дело, следовательно, существуют основания для изменения правоотношения, в котором участвует соответствующий судебный орган. Такая ситуация, по мнению автора исследования, также будет являться примером правопреемства органа государственной власти, рассмотренным ранее в работе. В этом случае возможно как сингулярное (изменение суда в одном конкретном процессуальном правоотношении), так и универсальное (изменение судебного органа во всех правоотношениях, в которых такой судебный орган участвует) правопреемство. В диссертации приведены примеры такого правопреемства.

Очевидно, что замена суда в правоотношении (правопреемство в процессуальном правоотношении) происходит на основании соответствующего распорядительного акта (федерального закона или специального решения судебного органа о передаче дела другому судебному органу). Порядок принятия такого решения прямо установлен процессуальным законодательством. При принятии такого акта нет места свободному волеизъявлению сторон процессуального правоотношения. Именно поэтому такая замена субъекта в процессуальном правоотношении будет являться принудительной. Замена иных лиц в процессуальных правоотношениях происходит также на основании соответствующего определения суда (распорядительного акта) и поэтому также всегда будет являться принудительной.

По итогам исследования сущности правопреемства в процессуальных отраслях права диссертант приходит к выводу о том, что в процессуальных отраслях права под правопреемством необходимо понимать изменение субъектного состава процессуального правоотношения как на стороне суда (иного органа, рассматривающего дело), так и на стороне иных участников процессуального правоотношения с соответствующей передачей прав и обязанностей новым субъектам таких процессуальных правоотношений.

В заключении диссертации подводятся итоги, формулируются основные выводы работы, а также предлагаются конкретные изменения действующего законодательства в сфере регулирования правопреемства. Делается вывод о том, что термин «правопреемство» должен стать полноценным понятием науки теории права. В заключении обозначены проблемы и вопросы, связанные с предметом диссертации, дальнейшая научная разработка которых представляется перспективной.

По теме диссертации опубликованы следующие работы: