4.2 Мир Поля Сезанна

Поль Сезанн (1839-1906) стремился "сделать из импрессионизма нечто весомое", интересуясь в первую очередь передачей пространственной структуры предметов. Нередко он сознательно упрощает их, сводя к простейшим геометрическим объемам, уплотняя форму, выявляя ее пластические ценности. Он достигает этого при помощи интенсивно сгущенного и сложно модулированного цвета, не прибегая к светотени. Художник утверждал: "Писать - это не значит рабски копировать объект, это, значит уловить гармонию между многочисленными отношениями, это значит перевести их в свою собственную гамму".

Сезанн, как и Дега, участвовавший уже в первой выставке импрессионистов, в передаче той же чувственной среды исходил из принципов, прямо противоположных мироощущению импрессионистов.

Своими крупными мазками-пятнами он как бы гранил плотный непрозрачный воздух, тяжелую, как ртуть, воду и вырезанные из почвы фрукты и лица. Поль Гоген, практически сразу отказавшийся от мазка, придал декоративную ценность сопоставлению контрастных пятен и по цвету, и по форме, нашел подходящую для этого натуру — остров Таити, и погрузился в символику примитивного сознания как пророчество рая: "Наби" (пророк) называлась основанная им группа после распада общества импрессионистов.

Правда, убеждения позднего Сезанна должны как будто, отразить положение его как крупнейшего представителя постимпрессионизма, переход к которому от импрессионизма означал, что погоня за мимолетной игрой света примат зрительного эффекта и эфемерность мгновенного впечатления все меньше и меньше удовлетворяли его. Кроме того, Сезанн больше не считает допустимым отдаваться на волю своего чувственного восприятия… “Художник, - говорил он, - не должен передавать свои эмоции подобно бездумно поющей птице, художник творит сознательно”. Но и тогда ученик Писсаро требовал быть художниками, а не писателями.

Искусство Сезанна, его взгляд на мир можно поэтому определить, по выражению одного критика, как "гармонию, данную нам в ощущении" или, еще точнее, как вечные и порой мучительные поиски этой гармонии. Наверное не было другого художника, который относился бы к своему искусству с такой бескомпромиссной требовательностью, с такой фанатической беспощадностью. "...ни один из самых недоброжелательных критиков не относился к полотнам Сезанна с такой суровостью и яростным гневом на неудачи, как сам мастер. Сколько своих полотен он разрезал, растоптал ногами, выкинул за окно, сколько своих "мотивов" побросал он по кустам и канавам. Сколько раз и какими горькими слезами оплакивал он свои усилия, столь часто казавшиеся ему тщетными! "Форма не следует за идеей"", - кричал он. И он кидал кисти в потолок. И плакал." (А.Тихомиров).

Мир Сезанна отличается внешней незыблемостью и постоянством. Творя его, художник работает упорно и истово, "размышляя с кистью в руках" (А.Воллар). Хотя различные жанры сближаются в его творчестве, эти черты особенно ясно проступают в натюрморте и пейзаже, в устойчивых предметах и явлениях, которые предстают в картинах Сезанна как "великие временные длительности" (В.Н.Прокофьев). В то же время природа пронизана у него концентрированной энергией. В "сфероидном пространстве" его картин, которое то сжимается, то отступает в глубину, раскрываются скрытые от глаз, но неожиданно зримые космические силы.