38 Мирян. 33 члена Собора выразили иное мнение, что они отказываются принять участие в голосовании. Но это заявление не повлияло на решение собора.
Так, обращение, ставившие под удар и Патриарха, и Церковь в России, было принято. Положение отягчалось еще тем что все решения Собора начинались со слов «По благословению Святейшего Патриарха Тихона», хотя Патриарх в тот момент даже не знал об их существовании.
Данное воззвание стало одним из шагов на пути раскола русской эмиграции. Корловацкий Собор, вместо того, чтобы встать выше политических распрей, вместо того, чтобы объединить всех русских эмигрантов, независимо от их политических воззрений, встал на сторону одной из партий – на сторону приверженцев царской власти.
Раздел III
3.1 РПЦЗ в 1941 – 2000
По мере успехов Германии в ходе Второй мировой войны митрополит Анастасий начал рассматривать возможность переноса церковного центра в Швейцарию. После занятия в апреле 1941 года Белграда германскими войсками последовали репрессии против руководства Сербской Церкви; 25 апреля Патриарх Гавриил был арестован. Отношение военной администрации в Югославии к Архиерейскому Синоду было более благожелательным.
1 октября 1950 года митрополитомм Анастасием (Грибановским) был освящен храм-памятник, «во имя праведного Иова Многострадального, в память Царя-Мученика Николая II и всех русских людей, богоборческой властию в смуте убиенных» в брюссельском районе Уккел.
Согласно исследованию Михаила Шкаровского, 22 июня 1941 года в покоях митрополита Анастасия был произведен обыск сотрудниками гестапо. Также были произведены обыски в канцелярии Архиерейского Синода и на квартире правителя дел синодальной канцелярии Григория Граббе. Митрополит Анастасий воздержался от издания какого-либо послания в связи с началом войны на территории СССР, хотя значительная часть русских эмигрантов приветствовала начало войны между Германией и СССР, связывая с ним скорый крах большевистского режима в России. Отдельные иерархи, как митрополит Западно-Европейский Серафим (Лукьянов) в своём послании от 22 июня 1941 года, а также Архиепископ (впоследствии Митрополит) Берлинский и Германский Серафим (Ляде), бывший этнический немец, и некоторые другие клирики РПЦЗ поддержали «освободительный поход» вермахта против СССР, полагая коммунистический режим гораздо бо́льшим злом для России. В США, в июле 1941 года, Русско-Американский комитет обратился с заявлением к президенту США Ф. Д. Рузвельту, подписанным, среди прочих, архиепископом Североамериканским и Канадским (РПЦЗ) Виталием (Максименко), в котором говорилось, в частности: «…Германия вторглась в Советскую Россию, и в иных кругах высказывается мнение, что Америка без промедления должна прийти на помощь СССР… Этот Комитет, представляющий лояльных американцев русского происхождения, с большою тревогою и глубоким прискорбием констатирует явно обозначающееся стремление отдельных чинов Администрации к оказанию Америкою помощи не России, не русским, а красной диктатуре в лице Сталина. Мы полагаем, что было бы фатальной ошибкой для Соединённых Штатов выступать на защиту советов по следующим основаниям: Во-первых, современная Россия находится под властью гнусной клики международных заговорщиков, известной под именем Коминтерна, стремящейся путём разлагательной пропаганды или же насилием ниспровергнуть законные правительства во всём мире…»
Основной целью Синода в сношениях с германскими ведомствами была задача участия в церковном возрождении на занятой вермахтом территории СССР. Но направленная в Рейхсминистерство церковных дел Анастасием 26 июня 1941 года просьба, о разрешении ему на проезд в Берлин, для обсуждения вопроса об организации на «восточных территориях» церковной власти, была отклонена вследствие неприятия таких предложений другими ведомствами Третьего рейха.
1 октября 1941 года Анастасий отправил в Берлин мнение Архиерейского Синода, о положении церковных дел в России, которое предусматривало «возобновление церковной жизни в освобожденных от коммунистической власти областях» и «воссоздание законной всероссийской церковной власти». Предлагалось предоставить Синоду возможность командировать епископов в Россию, а также в перспективе созыв «в Москве, в возможно ближайшее время по освобождении ея» Собора, «из всех наличных епископов Русской Церкви, не скомпрометированных сотрудничеством с митрополитом Сергием и особенно участием в его Синоде, во главе со старейшим из них и составить временное высшее церковное управление, которое впоследствии созвало бы и Всероссийский Собор, для восстановления Патриаршества и суждения о дальнейшем устройстве Русской Церкви».
Однако, несмотря на проводимую руководством Германии политику, религиозного и юрисдикционного плюрализма, на занятых территориях Союза ССР, отношение к РПЦЗ было недоверчивым. Её деятельность на территории СССР имела крайне ограниченный характер; сам митрополит Анастасий находился под фактическим домашним арестом.
14 сентября 1943 года, после избрания в Москве Сергия (Страгородского) Патриархом Московским, митрополит Анастасий сделал заявление о непризнании выборов Патриарха. Заявление было положительно оценено в МИД Германии и ходатайство Архиерейского Синода, в котором к тому времени оставалось всего 2 епископа (сам Анастасий и Серафим), о встрече епископов для решения кадровых вопросов, было удовлетворено. Было позволено провести в Вене целую архиерейскую конференцию. «Архиерейское совещание иерархов Православной Русской Церкви Заграницей», в котором участвовало 14 человек (включая 2-х представителей Белорусской Церкви), состоялась в Вене 21 — 26 октября 1943 года. Совещание приняло резолюцию о непризнании избрания «Патриарха Всероссийского в Москве», ввиду его неканоничности, и призвало на борьбу с коммунизмом «всех верующих Православной Русской Церкви на Родине и в рассеянии сущих». Третий принятый Совещанием документ — «Резолюция по вопросу о том, чем Церковь может содействовать борьбе с большевистским безбожием» — фактически содержал критику германской политики в отношении Русской Церкви и включал требования, направленные на предоставление ей большей свободы, в том числе и на оккупированных территориях.
В сентябре 1944 года Синод покинул Белград и 10 ноября служащие и члены Синода поселились в Карлсбаде.
В Германии митрополит Анастасий имел несколько встреч с генералом Власовым, благословил создание Русской освободительной армии (РОА). 18 ноября 1944 года он присутствовал в Берлине на торжественном собрании, провозгласившем учреждение Комитета освобождения народов России (КОНР) и 19 ноября в берлинском соборе произнёс речь, посвящённую учреждению комитета. В связи с приближением советских войск митрополит Анастасий и сотрудники Синода при содействии генерала Власова выехали в Баварию.
С 1945 года руководство РПЦЗ во главе с митрополитом Анастасием находилось в Мюнхене. В структурно-организационном и иных отношениях, по окончании Второй мировой войны, РПЦЗ оказалась в кризисе, вследствие признания частью зарубежного епископата Московской Патриархии, в качестве законного преемника Православной Российской Церкви и перехода в юрисдикцию московской церковной власти некоторых приходов РПЦЗ на Дальнем Востоке, а также части приходов в Европе и иных регионах.
10 августа 1945 Патриарх Алексий I обратился к архипастырям и клиру так называемой карловацкой ориентации с призывом к покаянию в учинённом разделении: «Над теми, кто останется и на этот раз глухим к нашему отеческому призыву, будет подтверждено вышеупомянутое решение Священного Синода Русской Православной Церкви 1934 года»
В начале сентября 1945 года в Московский Патриархат перешли митрополит Евлогий с 75-ю приходами в Западной Европе и Северной Африке (Западноевропейский Экзархат), а также митрополит Серафим (Лукьянов) (около 30 приходов) — глава Западно-Европейской епархии РПЦЗ.
VII Собор Северо-Американской Митрополии под председательством митрополита Феофила (Пашковского), проходивший в июне-августе 1946 в Кливленде, постановил «просить Его Святейшество Патриарха Московского воссоединить нас в свое лоно… при условии сохранения нашей полной автономии». После бесплодных переговоров с посланником Московского Патриарха статус Митрополии оказался совершенно неопределённым и мог бы быть охарактеризован как фактическая самопровозглашённая автокефалия.
Благодаря активным действиям митрополита Анастасия кризис РПЦЗ был успешно преодолён к маю 1946 года, когда состоялся Архиерейский Собор, на котором был воссоздан Архиерейский Синод и епископат РПЦЗ пополнили 12 русских архиереев, служивших в годы войны на контролировавшейся Германией территории СССР.
В 1950 году Архиерейский Синод РПЦЗ переехал в Нью-Йорк, США.
1 ноября 1964 года в РПЦЗ была совершена канонизация Иоанна Кронштадтского, а 24 сентября 1978 года — блаженной Ксении Петербургской.
Важнейшим церковно-политическим деянием РПЦЗ стала совершённая 19 октября (1 ноября) 1981 года канонизация Российских Царственных страстотерпцев.
В декабре 1986 года РПЦЗ покинул Преображенский монастырь в Бостоне во главе с его настоятелем, запрещённым в служении, архимандритом Пантелеимоном (Метропулосом), за которым последовали 25 священников и 8 диаконов. Все они занимали крайне изоляционистскую позицию, в частности утверждали, что Синод РПЦЗ «необратимо уклонился в экуменизм».
15 мая 1990 года Архиерейский Собор РПЦЗ принял «Положение о свободных приходах», которое предполагало начало легального существования епархий и приходов РПЦЗ на территории СССР, то есть на территории, входящей в юрисдикцию Московского Патриархата.
В августе 1991 года патриарх Алексий II в Москве принял видного деятеля РПЦЗ Г. А. Рара, передав через него иерархии РПЦЗ предложение о воссоединении Русской Церкви при сохранении полной автономии за РПЦЗ. Архиерейский собор РПЦЗ, однако, это предложение отклонил.
Вскоре после распада СССР, в январе 1992 года, Архиерейский Синод направил в Россию викария Западно-Европейской епархии РПЦЗ епископа Каннского Варнаву (Прокофьева) с поручением организовать постоянно действующее Синодальное Подворье в Москве, которое осуществляло бы власть Архиерейского Синода в России. По прибытии в Москву, по приглашению бывшего клирика Московского Патриархата Алексия Аверьянова, он открыл подворье РПЦЗ в одном из корпусов бывшей Марфо-Мариинской обители, на Большой Ордынке. Обитель пренадлежала городской поликлинике. Там же разместился неофициальный штаб Национально-патриотического фронта «Память», возглавляемого Дмитрием Васильевым, что привело к ряду скандальных ситуаций. Связь с «Памятью» нанесла ущерб репутации РПЦЗ в России. Религиозный диссидент Зоя Крахмальникова в июне 1993 года писала: «Связь РПЦЗ с „Памятью“ даёт абсолютную победу Московской Патриархии над Зарубежной Церковью, а для того, чтобы победа была прочной, помещение, в котором некогда была Марфо-Мариинская обитель, незаконно занятое о. Алексием [протоиерей Алексий Аверьянов] и „Памятью“, не отбирают, хотя решение о передаче его Сестричеству Московской Патриархии давно принято».
В 1993 году епископ Валентин (Русанцов), принятый в сане архимандрита в 1990 году из МП, с подчинёнными ему приходами выходит из РПЦЗ. В 1994 году было достигнуто примирение, но уже в начале 1995 года он уходит в раскол окончательно. Архиепископ Марк вынужден был признать: «…Вообще мы должны видеть, что переходы из МП к нам, большой частью не имеют идейной основы, <…> они совершаются на основе личного конфликта с правящим архиереем или какого-нибудь иного конфликта. Таким образом, мы принимаем отнюдь не лучших представителей Русской Церкви. В основном, эти люди мало, или ничего не знают о Зарубежной Церкви. И в тех случаях, когда кто-то располагает какой-либо информацией, приходится сомневаться, что он вообще в состоянии её понять в силу своей собственной лживости, лживости своего положения…».
Определением Архиерейского Собора от 17 (30) ноября 1994 года, территория России была разделена на шесть епархий, границы которых совпадали с административно-территориальными границами входивших в них областей РФ, а именно: 1. Московская епархия; 2. Санкт-Петербургская и Северо-русская епархия; 3. Суздальская и Владимирская епархия; 4. Одесская и Тамбовская епархия; 5. Черноморская и Кубанская епархия; 6. Ишимская и Сибирская епархия.
На Соборе РПЦЗ 2000 года был провозглашён курс на сближение с Московской Патриархией. Деяния Архиерейского Собора РПЦЗ вызвали протест со стороны нелояльных к МП членов РПЦЗ по всему миру. На имя Первоиерарха и Синода начали поступать десятки обращений от духовенства и мирян с просьбой отменить неправомерные, с их точки зрения, решения Архиерейского Собора 2000 года о начале диалога с МП.