Хищники, охотники, воины
В основе этих представлений лежит опыт мистического соединения с волком, независимо от пути его достижения: антропофагии, героической ярости, инициации через надевание шкуры, церемониального пьянства, разбоя или др. Важно, что такое соединение - с волком осуществляется всегда индивидуально, только так можно полностью изменить поведение, превратиться из человека в зверя. Возможность этого опыта заложена в мифе-первооснове, и реализуется через его реактуализацию. Согласно этому мифу, волкообразный предок, основатель таинства инициации, Верховный шаман или Первый Воин, совершил определенные действия, которые впоследствии послужили парадигматическими моделями для подражания. В волка превращается лишь тот, кто преодолевает самого себя и временную реальность, становится современником и соучастником мифа-первоосновы. Вживание в мифологическое время является древним религиозным ритуалом, достаточно освещенным в исследованиях, что избавляет нас от лишних доказательств. Таким образом, различные религиозные формы мистического соединения Волка и воина можно расценивать как проявление единого фундаментального опыта. Великая охота, инициация, война, захват и завоевание территории суть виды деятельности, построенные по мифологическим моделям: во время оно сверхъестественный хищник впервые совершил то же самое. И теперь можно стать знаменитым охотником, храбрым воином, завоевателем лишь в той мере, в какой удастся реактуализировать миф, то есть усвоить поведение хищника и повторить его действия. Несмотря на различия в историческом и культурном отношении, очевидна структурная аналогия между совместным преследованием добычи, войной, захватом чужой территории - с одной стороны, и поведением беглецов, находящихся вне закона, - с другой. Все они уподобляются в своем поведении волку, поскольку в том или ином виде и в силу различных причин воспроизводят единый миф-первооснову. Иными словами, подражая мифологической модели, они стремятся к обретению парадигматического бытия, пытаясь преодолеть слабость, бессилие и жалкость человеческого существования.
На юго-востоке Европы и в Средиземноморье подобные архаические религиозные системы претерпели глубокие изменения и в конце концов уступили место восточным и эгейским культурным формам. В Греции, Италии и на Балканском полуострове сохранились лишь разрозненные мифологические фрагменты и отголоски ритуалов инициации. Именно к этим отголоскам следует отнести оригинальное самоназвание даков наряду с более известной легендой о Ромулосе и Ремусе. Конечно, часть этого наследия сохранилась в форме народных обычаев и фольклорных произведений, особенно в таких исключительно замкнутых регионах, как Балканы и Карпаты. Мы имеем в виду не только верования в вурдалаков, но и народные предания о волках. Святой Сава и Святой Теодор в Югославии, Святой Петр в Румынии считаются покровителями волков. Очевидно, что назрела необходимость в исследовании всей совокупности этих архаических обычаев и верований, сохранившихся в балкано-карпатской зоне. В заключение наших наблюдений скажем несколько слов о том, что можно было бы обозначить как мифологическое измерение истории даков. Знаменательно, что единственным народом, сумевшим одержать победу над даками, завоевать и колонизировать их страну, утвердив в ней свой язык, оказались римляне - народ, чей генеалогический миф возник на основе истории Ромулуса и Ремуса, детей бога-волка Марса, вскормленных молоком Капитолийской волчицы. В результате этого завоевания и ассимиляции появился румынский народ. В плане мифологической перспективы истории можно сказать, что этот народ родился под знаком волка, то есть был предопределен к войнам, завоеваниям и миграциям. Однако волк возник па мифологическом горизонте истории дако-римлян и их потомков и в третий раз. В самом деле, румынские княжества возникли в результате великих завоеваний Чингиз-Хана и его последователей. А генеалогический миф чингизханов говорит, что их прародителем был пепельный волк, спустившийся с неба и соединившийся с ланью... [1959]
